Образ будущего

Россия, Иран и терроризм в одном ряду, проблемы НКО и «поддельные» противники реновации

Противники реновации устроили стихийный митинг на улицах Москвы. Что дальше? И кого власть «ломает через колено»? Эксперты: Лев Пономарев — исполнительный директор общероссийского движения «За права человека»; Наталия Евдокимова — председатель комиссии по развитию НКО в структуре Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека; Лидия Рыбина — представитель движения «За права человека» в Тамбове.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Вторник со Львом Пономаревым». У микрофона Валентина Ивакина. В рамках этой программы каждый вторник с 15:00 до 16:00 мы связываемся с правозащитником, исполнительным директором общероссийского движения «За права человека» Львом Пономаревым. Обсуждаем последние события в стране, что успело произойти резонансного и в тоже время обсуждаем дела, которые на данный момент ведут специалисты движения. Так же в рамках программы связываемся с представителями движения из регионов. Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Россия, Иран и терроризм в одном ряду, проблемы НКО и „поддельные“ противники реновации». Сначала побеседуем с Наталией Евдокимовой, председателем комиссии по развитию НКО в структуре Совета при Президенте Российской Федерации по развитию гражданского общества и правам человека. Наталья Леонидовна, здравствуйте.

Наталья Евдокимова: Здравствуйте!

В.И: Про НКО, если обычно и говорят, то говорят, что эти организации сталкиваются с определенного рода проблемами, и из месяца в месяц некоторые проблемы не меняются, а добавляются какие-то новые. Вот какие тенденции можно прослеживать в последнее время? Вы бы на что обратили внимание?

Н.Е: Начнем с того, что количество денег, которые НКО вводили из-за рубежа в РФ для развития гражданского общества заметно поубавились. К примеру, могу сказать, что недавно мы были в Воронеже, я имею ввиду, выездное заседание комиссии по развитию НКО, и обычные организации, не политические, занимающиеся медицинскими вопросами, они говорили, что им приходится сворачивать свою деятельность, потому что раньше нам помогал зарубеж, а сейчас мы боимся оттуда получать деньги, чтобы не быть награжденным почетным званием «иностранный агент», это первое, что я хочу сказать. С этими проблемами сталкиваются и организации, которые политической деятельностью не занимаются. Почему они бояться? Потому что, когда мы проверили реестр НКО, которые были награждены этим званием, то увидели, что все из них занимаются сугубо социальными проблемами, и наукой, и спортом, и защитой права на здоровье граждан, и образовательными проектами, и культурой. Они все не могут быть иностранными агентами, потому что их деятельность по закону не является политической деятельностью. Напоминаю нашим радиослушателям, что для того чтобы получить это звание, необходимо два момента. Первое — получать деньги из-за рубежа любым способом, даже опосредованно. И заниматься политической деятельностью, так как само понятие «политическая деятельность» охватывает все виды деятельности, которые могут быть у НКО, то мы утверждаем, что закон носит избирательных характер, там подвешены все, кто получает деньги из-за границы. Получается, что если захотят — будете иностранными агентами. Вот такая история, денег становится все меньше и это понятно, потому что в бюджете денег меньше, потому что у на кризисный бюджет, как федеральный, так и региональный. Таким образом президентские гранды тоже очень избирательно предоставляются, кому-то большие деньги, а кому-то никакие. Поэтому заниматься деятельностью по предоставлению услуг гражданам, в том числе и в социальной сфере, сейчас очень непросто.

В.И: Если говорить в целом по России, сколько сейчас организаций в структуре НКО? Если говорить про тех, которые были признаны все-таки «иностранными агентами».

Н.Е: Вы задаете вопрос, который задают и власть предержащих, в том числе и Минюст. Там 20 тысяч *** 6:56, это не просто зарегистрированных, а тех, кто хоть как-то работают, потому что зарегистрировано там за 300 тысяч. Вы же понимаете, что можно зарегистрироваться и не работать. И иметь такой юридический аспект своей регистрации и ничего более. Они говорят: «Ну и чего вы? В лучшие времена было всего 150». Сейчас часть из них просто самоликвидировалось, часть исключено из реестра, теперь есть такая процедура. Я вам напомню, что вначале в законе можно было только попасть в этот реестр, а выбраться из него было невозможно, а сейчас возможно, но при этом 100, такая колеблемая цифра остается. Туда попадают самые лучшие и активные, которые на глазах у власти, которые с властью сотрудничают, которые приносят действительно пользу в развитие НКО, значит кому-то очень не хочется, чтобы он развивался. Я это так понимаю. И поэтому, когда мы говорим про количество, там какие крохи. Так давайте про качество поговорим, я даже на примере своего города Санкт-Петербурга, там гражданский контроль, который ведет свою историю с конца 80-х годов, там солдатские матери, которые сейчас исключены из этого реестра, там лига избирательниц есть и так далее. Это реально, активно работающие и показавшие себя на этом поприще организации. Вот их признают иностранными агентами, вот в чем проблема. Поэтому, если говорить о количестве, то можно это не замечать, а если о качестве, то это очень серьезные потери для всего гражданского общества. А остальные поостерегутся брать деньги из наших федеральных, региональных и муниципальных бюджетов, и из-за рубежа, просто поостерегутся. Значит, либо они свою деятельность закончат, либо будут на добровольных основах, а это уже очень сложно, потому что всем нужно семьи содержать и всем хочется получать заработную плату.

В.И: А исходя из озвученных тенденций, какие могут быть перспективы и в какие сроки они могут быть реализованы?

Н.Е: Хотелось бы думать, что теперь за внутреннюю политику в стране отвечает первый заместитель руководителя администрации президента Сергей Кириенко, который известен своими либеральными взглядами, мы продолжаем надеется, что тут будут изменения в лучшую сторону для НКО. Но что мы пока видим? Ведь у нас не только наклеивают лейбл, любое неисполнение этого закона, например, ты где-то выступил в личном *** 10:21 и не указал, что ты член организации исполняющие функции иностранного агента, то там огромные штрафы в 300 тысяч. Они ложатся на организации, которые просто имея такие деньги не требовали и не просили грантов себе. И таким образом, есть второе давление на организации. Первое — это политическое. А второе — это финансовое или экономическое. Не выдержав такого бремени организации просто закрываются и говорят, что лучше они не будут под этим лейблом, не с этими огромными штрафами работать, лучше закрыться и будем работать в каком-то личном качестве. Еще один *** 11:10 над всеми, это возможность попасть под уголовную ответственность, ведь этот закон не только прописал критерии того, как НКО может попасть в реестр иностранных агентов, а еще появилась уголовная статья в УК РФ, которая звучит примерно следующим образом: «за злостное невыполнение закона об иностранных агентов руководитель организации может быть привлечен к уголовной ответственности». А там наказание до 2 лет лишение свободы. Вопрос почему руководитель, а не сама организация? Потому что у нас юридические лица пока не несут уголовной ответственности, только физические лица. Мы думали, что жупел и жупел, но он оказался даже очень реальным. Возбудили уголовное дело против Череватенко Валентины Ивановны, которая является руководителем организации «Женщины Дона». Одна из первых эта организация попала в реестр иностранных агентов и сейчас продолжается следствие. Сейчас следствие закончило знакомится с документами, поэтому делу, потом оно будет передано в суд. Не смотря на то, что совет по правам человека писал свои рекомендации и заключение на обвинение, которые предъявили Валентине Ивановне о том, что это в никакие ворота не лезет. Совет по правам человека не увидел в этом нарушение УК в этом, но это все не возымело действия. Кстати, город Новочеркасск, это был первый субъект РФ, который посетила комиссия по развитию НКО, как раз по этому поводу. У меня остался осадок очень неприятный от этого посещения, чего не было в других субъектах, которые мы посещали. Я не думаю, что там был какой-то специальный отбор организаций, потому что ряд из этих организаций были приглашены самой организацией «Женщины Дона», но ощущение, что не только прокуратура, не только полиция, которая возбудила эти дела, а сами НКО относятся к организации госпожи Череватенко с явным негативным оттенком, по признаку: «чего ей надо было вылезать, сидела бы тихо, получала бы свои деньги и все было бы хорошо». Вот эта обстановка может быть связана с тем, что Ростовская область граничит с Донецком и Луганском, я не очень в географии разбираюсь, но с кем-то из них, может быть с этим связанно, я не знаю. Но это был единственный субъект, из которого мы уехали без чувства выполненного долга.

В.И: А можно сейчас в Росси составить такую карту, где НКО живется легче или таких тенденций не прослеживается?

Н.Е: Это можно сделать, но это очень серьезная работа. Так как я председатель этой комиссии чуть больше года, то нам удалось пока побывать в 4 субъектах, где я могу сказать ситуацию, но это надо действительно серьезно этим заниматься. Вот Удмуртская республика, там вроде для работы НКО большие возможности, у них НКО имеет право законодательной инициативы. У них есть закон о поддержке НКО, у них создано много советов и органов государственной и муниципальной власти, куда должны входить НКО, но это все не работающие. Внешне обстановка замечательная, но чтобы это работало нужно желание с обеих сторон.

В.И: Спасибо большое, что смогли побеседовать с нами. Надеюсь еще не раз услышать вас в рамках наших эфиров. До свидания.

Н.Е: До свидания.

В.И: Мы продолжаем и побеседуем Лидией Рыбиной, представителем движения «За права человека» в Тамбове. Лидия, здравствуйте!

Лидия Рыбина: Добрый день.

В.И: Сегодня мы с вами будем обсуждать работу, которую вы проводите в учреждениях структуры социальной защиты. Можете рассказать с чем вам чаще всего приходится сталкиваться, какие дела сейчас ведете в данный момент? И может тоже прослеживаются определенного рода тенденции?

Л.Р: Я хочу немного уточнить, я не просто член движения «За права человека», я член общероссийского движения «За права человека». Тема, которую мы всегда затрагивали — это дети. У нас так получается в стране, что самые обездоленные дети, она самая беззащитная, но такой беззащитности и таких нарушений, я даже не подозревала, что такое может быть. Случилось следующее, в 1996 году был принят закон 159 «О дополнительных гарантий для детей сирот и лиц оставшихся без попечения родителей». Естественно, что сразу после принятия закона жилья не было. Наша область относилась к красному поясу. Красный пояс — это секретарь обкома КПСС, он был у нас губернатором, но прославился он тем, что пособия на детей он выдавал галошами, водкой и даже гробами. Когда вышел закон в 1996 году, а квартир не было, то коммунисты очень хорошо нашли выход. Они взяли всех детей, которым исполнялось 18 лет и распределили по психоневрологическим интернатам. Вот 20 лет эти люди живут в замкнутом пространстве, они не психически больны, но за время нахождения в таких условиях, в изоляции, где люди не понимают, что происходит в мире и на этой территории, там оказывается нормальный ребенок, достигший 18 лет и его менталитет постепенно снижается. И когда его представляют в суд, то очень легко относят эту категорию к психически больным детям. И хотя тут только умственная отсталость, а психического заболевания нет, но тем не менее, они годами живут в этих интернатах. Режим там как при советской власти, за малейшую провинность сажают в штрафной изолятор, наказывают уколами. Мы попытались несколько исправить эту ситуацию. Во-первых, те ребята, которые стали не дееспособными, мы их направили в психиатрические больницы, они прошли обучение. Поразительное дело, человеку 30 лет, он не умеет писать, читать, считать.

В.И: А после обучения как?

Л.Р: Вы знаете, они так хотят быть другими, они так хотят жить в другой среде, они так стараются, что за короткий срок обучаются. И после того, как мы их обучили, они приходят на судебную экспертизу и многим из них возвращают дееспособность, но как только вернули дееспособность у них открывается возможность вернуть себе право на бесплатное жилье от государства. А вот тут снова мы встречаемся с препятствиями, как руководство управления соцзащиты. Вы знаете, доходит до абсурда. Почему-то, когда суд выносит решение предоставить этим детям жилье, как всем детям сиротам, вдруг представитель управления соцзащиты поднимается и говорит: «Вы знаете, если вы вынесете такое решение, то вы нарушите права других людей, которые стоят в очереди». И мы добились до двух человек получения квартир. Это было с такими трудностями сделано, мы не сами смогли это сделать, мы подключили и губернатора, и представителя по права человека. Единственный кто не принимал в этом участия, это уполномоченный по правам детей. У него какой-то особый статус, он не занимается такой мелочевкой. Он, когда работал прокурором их всех растолкал по психоневрологическим интернатам. А сейчас он в упор не видит, что нужно исправлять эту ошибку. Я понимаю положение управления соцзащиты, у них нет средств на то, чтобы сразу этим ребятам предоставить жилье, но как-то надо выходить из этой ситуации. Нельзя нормальных людей держать в интернатах. Мы пока пытаемся решить эту проблему на местном уровне, мы находим поддержку у многих людей, у чиновников высшего звена. Губернатор в разговоре со мной высказывался, что он восхищается моей работой. Одно дело в восхищение, а другое дело в наличие квартир, а их нет. Так как у нас проект, который проспонсирован по распоряжению президента, то я надеюсь, что в какой-то момент мое обращение попадет на стол президента, и он откликнется на наш призыв и как-то поможет нам решить проблему с ребятами.

В.И: А в общей сложности сколько человек, проблемы которых вы решаете? 10, 20, 30 человек?

Л.Р: Нет, значительно больше. Их больше 100 человек. Вы знаете, никто не занимается этим вопросом и никому не интересно. А на самом деле, если эти ребята получать возможности, получат квартиру, впишутся в эту социальную среду, то государство снимет с себя очень большое напряжение, потому что с этих ребят, так как они являются инвалидами, и они получают где-то 10−11 тысяч рублей пенсию, а содержание каждого такого человека в интернате обходится в 226 тысяч рублей в месяц. Вы понимаете какие размеры? Если реально подойти к этому вопросу, сразу решается несколько проблем. И проблемы этих ребят, которые живут в интернатах, и проблемы государства, у которого нет денег. Очень многие проблемы решаются, но, к сожалению, очень трудно. Я сейчас пытаюсь через общественную палату, кстати, мне помогает Юлия Зимова, у нее тоже проект по детям сиротам. Пока у нас отношения только завязываются и находятся в зародыше, но я надеюсь на то, что я все-таки найду людей, которые мне помогут решить проблему этих ребят. Самое обидное, что это хорошие ребята, они не пьют, не курят. Эти ребята прошли через такие жернова, они умеют ценить жизнь, они помогают друг другу. Когда один получает квартиру, вы не представляете, как они радуются. Все поздравляют этого человека. На это на все смотреть без слез нельзя.

В.И: Лидия Ефремовна, спасибо большое за то, что рассказали какую работу проводите в Тамбове. До свидания.

Л.Р: До свидания.

В.И: Мы переходим к следующему этапу и у нас на связи Лев Пономарев. Лев Александрович, добрый день.

Лев Пономарев: Добрый день.

В.И: Насколько я понимаю, сейчас в Москве разгораются самые настоящие страсти. Если в интернете в режиме онлайн отслеживать происходящее, многие ресурсы ведут прямые трансляции с площадей и улиц перед Госдумой. Жители Москвы вышли и буквально берут штурмом Госдуму и просят, чтобы их пустили внутрь на парламентские слушания, которые сегодня уже стартовали или только будут проходить. Речь идет о реновации жилья в Москве. Сегодня будут проходить слушания. И негодования москвичей вызвала новость о том, что думский комитет счел поддельными 18 из 20 тысяч подписей против реновации. Там очень забавный комментарий, вы его видели?

Л.П: Нет, не видел.

В.И: Давайте я тогда его зачитаю и потом перейдем к обсуждению. Сегодня утром появился комментарий, который прозвучал от главы профильного думского комитета по транспорту и строительству Евгения Москвичева www.abinform.ru/65475-na-slushaniya-v-gosdume-ne-pustili-deputatov-vystupayuschih-protiv-snosa.html, он сказал: «К нам в течение недели поступило 20 тысяч подписей, где люди говорили, что не надо принимать. Когда мы изучили, что мы увидели: дубли более шести тысяч, а когда стали смотреть все остальные — только 4 тысячи жителей подпадают под реновацию — все остальное подделка, а когда стали там изучать, увидели еще кое-что» Еще кое-что, это что только 4 тысячи якобы реальных подписей из 20 тысяч и то, когда начали поголовный опрос производить оказалось, что из этих 4 тысяч, которые были против, 2 оказались за реновацию. И таким образом из 20 тысяч только 2 тысячи против. Сегодня такое народное негодование выливается на улицы Москвы. Как вы оцениваете происходящее?

Л.П: Я оцениваю так, что власть делает все, чтобы народ сопротивлялся. В этом смысле, я благодарен власти. Поэтому я не доверяю этим оценкам, потому что они забраковали большинство подписей, подделывать эти подписи никакого смысла не было, потому что людей, который выступают против реновации достаточно много. Но с другой стороны, я тоже не сомневаюсь, что людей, который выступают за реновацию, может быть и больше. Люди иногда живут в очень стесненных условиях, они в этом смысле готовы простить власти нарушение их прав, лишь бы только переехать в новую квартиру. Но тут нельзя решать количеством, даже если 20%, а я думаю примерно так дело обстоит, где-то 20−25% выступают против реновации, а 75% за, то этого уже достаточно, чтобы этот проект остановить, подумать и начинать это делать как-то более медленно и немного в другом режиме. Но нет, власть давит, ломает через колено и по-прежнему презирает людей. Мы видим, как московская и федеральная власть показывает полное презрение к населению России. Они не видят в нем так называемого народа, они видят в нем население, видят людей, которых они до сих пор эффективно принуждали терпеть любые их фокусы и надеется, что это и дальше будет продолжаться.

В.И: Сейчас главные аргументы, которые звучат от представителей властей, что когда им говорят: «Есть же противники реновации, почему вы к ним не прислушиваетесь?». Часто звучат комментарии, их которых можно сделать вывод, что противников реновации настолько мало, что к их мнению можно не прислушиваться.

Л.П: Я про это и говорю. Это настолько «мало», что рано или поздно выльется в большие неприятности для власти. Вот настолько мало противников реновации, настолько мало фермеров, которые выступают против засилья земельных олигархов на земле, настолько мало противников «Платона». Более того, я прочитал недавно изыскания генерала Балуевского, в прошлом начальника Генштаба, он прямо говорит, что вообще Росгвардия создана, чтобы образумить народ грубо говоря, она должна быть готова подавить любые протесты, что эти протесты организовываются западными спецслужбами, Госдепом, это все генерал на чистом глазу говорит. И поэтому, они еще надеются, что если будет более-менее заметный протест, Росгвардия его подавит, она для этого и создавалась. Поэтому ситуация плохая, плохая прежде всего для нас, для народа, но и для власти. Если они так и будут пренебрегать одним, другим, третьим и четвертым, а потом народ выйдет на улицы и очевидно, что возможно пролитие крови и вообще будет общий бардак. Я должен сказать, что это меня больше всего волнует. И правозащитники те самые силы, которые должны предотвратить такое событие. Мы обращаемся к власти. Мы писали Кириенко о том, что надо заниматься «Платоном», надо заниматься фермерами, да и против реновации я участвовал в организации митинга, буду продолжать дальше бороться. Уверен, что власть раскачивает лодку, никакой Госдеп тут не участвует. И почему президенту не встретится с нашими простыми русскими мужиками, не в постановочной съемке, а чтобы мужики конкретно сказали с какими проблемами они борются. Ну пусть их мало, но проблемы они ставят общие. Вот это небольшое количество краснодарских мужиков ставят проблемы 10 тысяч фермеров по России. Это они от их имени выступают. И зачем надо ждать, когда все фермеры поднимутся, когда уже будет нечего делать условно говоря.

В.И: Смотрите, если возвращаться к тому, что сейчас происходит в Москве. Если следить за комментариями активистов, которые наиболее ярко себя проявляют сейчас как противники реновации в столе. Многие говорят о том, что 12 июня выйдут на улицы столицы и получается, что будут высказывать свой протест в рамках митинга, который запланирован вообще по-другому поводу.

Л.П: Наверное, туда выйдут и люди против реновации, бесспорно. Митинг ведь касается коррупции, как Алексей Навальный заявил про этот митинг, это борьба с коррупцией в широком плане. Так реновация и есть борьба с коррупцией, это совершенно очевидно. Вернее, протест против реновации, это и есть протест против коррупции. Что такое коррупция? Коррупция не обязательно конкретная взятка человеку. Коррупция — это использование государственных позиций для того, чтобы заниматься продвижением каких-то интересов, которые связанны с этим конкретным человеком или с этой конкретной группой лиц. Так вот, реновация в Москве проталкивается в интересах строительного комплекса. И проталкивается московской властью.

В.И: Если продолжать речь про реновацию. Сегодня так же звучали в очередной раз в СМИ, что в Госдуме задумались якобы об общероссийском проекте реновации.

Л.П: Кто бы в этом сомневался. Об этом говорили сразу, что реновация не московская проблема, что проведя этот замечательный опыт в Москве, он будет протекать и в других регионах страны, это совершенно очевидно, так и планировалось. И сейчас они все-таки проговорились. Если эту тему будем заканчивать, то я скажу главное. Главное заключается в том, что на митинге у нас главный лозунг был: «Не принимать закон о реновации». Если этот закон не будет принят, то мы утверждаем, что все вопросы можно решать в рамках существующего законодательства, который не нарушает конституцию России. Эта проблема рекомендаций жилого фонда, который сам себя уже изжил, это проблема решается в Москве. Я должен сказать, что я читал статистику, что 20 лет назад такого жилого фонда было 20 миллионов квадратных метров и при Лужкове было расселено 12 миллионов квадратных метров. И мы таких протестов не видели, все это делалось в рамках Конституции и существующего законодательства. А этот закон носит чрезвычайный характер и нарушает Конституцию. Наше главное требование убрать этот закон, а потом потихонечку мы разберемся со всем этим делом, но власти, я думаю, не отступят. И мы видим, что закон будет принят и противостояние будет продолжаться. Мы не знаем, во что оно выльется на улицах Москвы.

В.И: Если вдруг закон будет принято, то только противостояние остается? Никаких других вариантов?

Л.П: Нам обещают всякие поправки, и они будут приняты, но я уже заранее знаю, что в реновацию не входит очень многие люди, которые реально нуждаются в изменение жилищных условий. Общежития не попали под реновацию, хотя там дома старые, но их не берут, потому что они находятся где-то в районе промзон и поэтому строительный комплекс не интересуется этой землей, она же дешевая. Если раньше расселение при Лужкове было так, что квартиры давали по законодательным нормам, то сейчас в этом законе прямо написано, что расселение будет происходить 1 к 1. Сколько было метров, столько и останется. Если люди в несколько семей ютились в одной квартире, то так и будет. И все это вызывающе действует на жителей Москвы, потому что Москва богатый город, мы видим, как много денег тратится на благоустройство, который носит чудовищный характер, я должен сказать, пошлый характер. 10 миллиардов рублей выбрасываются на ветер с точки зрения рационального подхода и с точки зрения о жителях Москвы. Если бы в первую очередь московская власть заботилась о жителях Москвы, то они бы не тратили 10 миллиардов на розовые ветки. Вот я иду по Старому Арбату и там прикручены проволокой какие-то розовые ветки, которые символизируют сакуру японскую под московскими дождями. Это все просто чудовищно смотрится, а сколько там миллиардов рублей заплачено, я даже не знаю. Были еще какие-то чудовищные яйца на пасху, тоже было чудовищно. Под новый год тоже там что-то происходило. Тошнит, прямо скажу, не только меня.

В.И: Пока мы с вами беседуем, люди, которые пришли выразить протест к зданию Госдумы, водят хоровод вокруг здания Госдумы. В вашей речи прозвучало, что можно было бы задать вопрос Путину, а 15 июня анонсирована прямая линия с Путиным, вроде говорится, что вопросы про реновацию тоже прозвучать, потому что они уже присутствуют среди тех, которые население успело оставить. Что по этому поводу можно сказать?

Л.П: Вы знаете, самое оптимистический прогноз, что Владимир Владимирович скажет так: «Дураки», но при этом ничего не изменится. Понимаете, что я имею ввиду? Вот у Кирилла Серебреникова были обыски и когда к нему Миронов обратился по этому поводу, он так и сказал: «Дураки». Имея ввиду, что СК дураки. А что изменилось? Ничего. Поэтому, даже если Путин ответит, что они дураки, ничего не изменится. А в худшем случае просто не заметит этот вопрос. Я уверен, что только массовые протесты могут эту власть заставить хоть как-то задуматься, но это как раз и ведет к напряжению на улицах и возможного применения Росгвардии и той самой революции, которую многие предрекают в день столетия октябрьской революции. И я этого не хочу, ни в коем случае не работаю на эту революцию. И делаю все, чтобы этого не произошло, но при этом власть должна одуматься, понимаете. Может вашу радиостанцию слушают где-нибудь в Кремле, вы уже стали солидной радиостанцией, может быть и услышат. Одумайтесь, разговаривайте с народом, даже если вам кажется, что это небольшой протест. Я должен сказать, что я не большой сторонник Владимира Путина, но ему кладутся на стол документы, которые никакого отношения к реальной ситуации не имеют, я не сомневаюсь. Допустим, по тому же «Платону» цифры доводятся не правильные. По тем же фермерам — неправильные. По тем же подписям в реновации — это же бред. Они сами проверяют и сами говорят, что это поддельные подписи. Позвали бы оппонентов в лице представителей партии «Яблоко», которые выступают против реновации, позвали бы Явлинского, он бы создал какую-нибудь комиссию, они бы собирали подписи. Вот тогда можно было бы и поверить им. А так, эта партия заслуживает определения, которое им дал Навальный, не буду сейчас его произносить. Поэтому они сами считают, сами принимают и все остальное. К добру это не приведет.

В.И: А если говорить про ответы на вопросы, которые прозвучат в рамках прямой линии с Владимиром Путиным. Некоторые говорят, что серьезных вопросов просто не пропустят или просто серьезных ответов не будет.

Л.П: Да. Так всегда было, почему тут должно быть по-другому. Я не думаю, что будет как-то по-другому. Но этот вариант себя уже изжил, это чисто постановочная ситуация, чтобы показать верховного правителя этой страны, что он справедливо оценивает, он будет говорить правильные слова, но никакого отношения к внутренней политике не будет. Тем более, что позиция Путина определилась на питерском форуме, я должен сказать, что крайне разочарован, потому что никакого прорыва и ничего нового я не услышал. Да и другие аналитики тоже. Путин повторил все те же наевшие оскомину определения. Путин оппонирует всему западному миру, но единственное изменение произошло в том, что единственный оппонент Путина был в США, а сейчас враг более обобщенный, весь Запад. Я должен заметить, что сегодня на «Эхо Москвы» стоит пост, где сказано, что наши оппоненты, которых иногда Путин называет «партнеры», но ясно, что это оппоненты, которые воюют с Россией, хотят поставить Россию обратно на колени. У них рост ВВП вырос на 40% за 10 лет. А за это же время Россия и другие наши друзья, от имени которых мы якобы выступаем, у нас стагнация и ВВП не вырос, если не упал. Поэтому надо не враждовать с этим миром, в котором есть явный экономический и социальный прогресс, а дружить с ним. Путин объявил эту программу надолго, видимо речь была программная будущего кандидата в президенты, тоже самое будет и 15 июня. Он буде говорить о том, что мы окружены, что мы претендуем на роль супердержавы, нас хотят ограничить в нашем влияние, мы требуем, чтобы не вмешивались в дела не только России, хотя в них никто не вмешивается, но и в дела тех стран, которые мы считаем нашими, условно говоря, вассалами. Недавно Слава Никонов, которого я помню по началу 90-х годов, он заявил, что если НАТО введет свои войска в Украину, то Россия имеет право применить ядерное оружие. Ядерное оружие в Украине. Вот Чернобыль был у нас в Украине, это было похоже на взрыв ядерной бомбы. Это привело к экологической катастрофе не только в Украине, но и в России, и Европе. Что он думал, когда он говорил? Вот эти люди, им и разрешено управлять страной, условно говоря. Он из политической элиты, этот человек. И примерно такое, мы слышим все время с экранов телевизоров. И все это будет продолжаться, к сожалению. Я должен сказать, что эта внешняя повестка, она влияет и на внутреннею. И на том же экономическом форуме звучало выступление Чубайса, он сказал, что внешняя повестка сформулирована, что внешняя повестка определяет внутреннею, то есть развитие экономики в России. Она будет развиваться точно так же, как и развивалась до этого. Все остается так же, как было до этого. Никаких прорывов не будет, об этом уже кричат экономисты, но их не слышат.

В.И: А может быть все иначе? Может быть Путин и правда не пойдет на следующий срок? И будет какой-то приемник, поэтому он уже не так амбициозно выступает и нет каких-то прорывных высказываний и планов?

Л.П: Я думаю, что если будет приемник, то политика приемника уже должна начать определяться. Путин должен готовить к тому, что если приемник будет менять политику, то это очень серьезная история. И ее надо заранее готовить, чтобы страна ее приняла, чтобы ее приняли политические элиты, потому что приемник, который меняет курс, он меняет тех замечательных людей, которые управляют нашей страной. Сейчас в списке долларовых миллиардеров преобладает кооператив «Озеро». Я бы поверили, что они совершенно лучшие бизнесмены России и мира, потому что они попадают в списки международные. Я бы поверил, если бы нам научно доказали, что кооператив «Озеро» находится на какой-то сакральной точке. И эти люди получили какое-то знание сверху, и они двигают страну вперед к светлому капиталистическому будущему. И их дети тоже, которых мы много видим в интернете, какие их дети и внуки занимают в нашем бизнесе и государственном управлении. Совершенно очевидно, что это просто так все происходит. Это все вызывающе выглядит. Они ведут страну в тупик.

В.И: Раз уж мы беседуем про Владимира Путина. Вот новость сегодняшнего дня. Пишут журналисты нескольких изданий, что от Владимира Путина прозвучало предложение ввести церемонию принесения клятвы или присяги для тех, кто принимает российское гражданство. Как на подобное реагировать?

Л.П: Это просто бюрократическая процедура, я не знаю. Если будет добавлено, что тот, кто клятву нарушил получит определенный срок, то тут будет что обсуждать. А так, это некое очередное украшение, вроде георгиевской ленты, которую носили где угодно и, как угодно.

В.И: Еще одна тема, которую мы пока не обсудили. Некоторые ресурсы сообщили о том, что вице-президент США Майкл Пенс заявил, что мир стал опаснее, чем когда-либо со времен распада СССР. И прозвучало такая фраза, которую трактовали следующим образом, что Майкл Пенс приравнял Россию и Иран к терроризму. И звучит такая фраза, что Россию, Иран и терроризм поставили в один ряд. Что можете сказать по этому поводу?

Л.П: Он не первый человек на Западе, который это заявил. Об этом давно говорят. С моей точки зрения, это абсолютно справедливое утверждение с того момента, когда наши войска были введены в Восточную Украину, когда Крым присоединили, нарушая международные обязательства России. Мы ввели туда огромное количество современной техники, туда пришли добровольцы с оружием в руках. И наши контрактники в огромном количестве там находились. Сейчас они находятся рядом с границей Украины и в любой момент могут снова туда вернуться.

В.И: А насколько актуальны такие высказывания? А если такое еще звучит от представителей США, стоит ли напрягаться?

Л.П: И раньше все это звучало со стороны США, мы давно ведем такой диалог с США. Такой диалог в свое время велся с СССР. Американцы говорили о том, что Россия империя зла и США вели довольно содержательную работу по разрушении этой империи, потому что Россия поддерживала десятки революционных организаций за рубежом, финансировало их, давало им оружие. Они вели такую борьбу в странах Латинской Америки, в Африке и где угодно. Сейчас Россия начинает поддерживать движения в Европе, он прямо это заявляет, она финансирует это, проводи конференции с праворадикальными движениями С организациями, которые используют на своих флагах фашистскую символику. Вспомните конференцию националистов в Санкт-Петербурге. И мы вместе с Ираном являемся союзниками в Сирии. Я должен сказать, что все это имеет практическую основу. С другой стороны, что в США тоже есть некие силы, которые раздувают антироссийскую истерию. Это тоже есть, но трудно осуждать. Если какое-то обвинение носит рациональную форму и это можно доказать, то преувеличение роли России тоже существует. Как бы Россия — это абсолютное зло. И в каком-то смысле это устраивает власти.

В.И: На этих словах нам придется закончить. Спасибо большое, что смогли выйти с нами на связи и поговорить в прямом эфире. Это программа «Вторник со Львом Пономаревым». До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Вторник со Львом Пономаревым

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments