ITunes

Нет Принцам и Люциферам: президент подписал закон о запрете называть детей странными именами

Почему родители называют детей странными именами и как это может повлиять на жизнь ребенка? Также узнали мнение экспертов о принятом законе.
Эксперты: Анфиса Калистратова — детский и подростковый психолог; Галина Карташова — зав. отделом ЗАГСа администрации г. Владимира; Александра Павлова — психолог частного детсада «My Komarik»; Давид Горелишвили — член Всероссийской Ассоциации родительских комитетов и сообществ.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Угол зрения». У микрофона Александра Хворостова. Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Нет Принцам и Люциферам: президент подписал закон о запрете называть детей странными именами».

Поговорим мы сегодня о нелепых, нестандартных детских именах в связи с тем, что президент России Владимир Путин подписал закон, запрещающий при регистрации имени ребенка использовать цифры, бранные слова, знаки препинания и должности. Закон, ранее принятый Госдумой и одобренный Советом Федерации, вносит в семейный кодекс положение о том, что при выборе имени для ребенка не допускается использование цифр, буквенных обозначений, символов и не являющихся буквами знаков за исключением дефиса, а также бранных слов, указания на ранги, должности или титулы. В законе об актах гражданского состояния законодатели установили запрет на регистрацию таких имен. Имя ребенка будет записываться по соглашению родителей, кроме того, закон устанавливает, что фамилия ребенка определяется фамилией родителей. По их соглашению ребенок может получить фамилию отца, матери или двойную фамилию, образованную из слов, соединенных дефисом.

Ранее родители были ничем не ограничены при выборе имени ребенка, а органы ЗАГСА не могли отказать им в регистрации. И в начале 2000-х годов большой резонанс получила история с мальчиком, которого родители назвали БОЧ рВФ 260602, если переводить то, это Биологический Объект Человек рода Ворониных-Фроловых, родившийся 26.06.2002 года. Получается, на сегодняшний день мальчику уже почти 15 лет. В пояснительной записке пояснялось, что мальчик до сих пор так и живет, но без документов. По разным данным органов ЗАГС города Москвы, среди самых необычных имен, которые получили мальчики, это Христамридрадос, Дельфин, Ярослав-Лютобор, Лука-Счастье Саммерсет Оушен. У девочек были такие имена, как Полина-Полина, Принцесса Даниэлла, Заря-Заряница, Алеша-Каприна, Океана и София-Солнышко, и много различных имен, всевозможных Люциферов, Принцев, Путиных, Медведевых и так далее. Один из авторов законопроекта напоминает не только об истории мальчика БОЧ рВФ 260602, но и говорит о том, что он вспоминает случай, когда Аргентина выиграла очередной чемпионат, и человек назвал ребенка именем всех членов сборной Аргентины.

Говорим мы сегодня о необычных именах, и у нас на связи Галина Карташова, заведующая отделом ЗАГСа администрации г. Владимира. Галина Валентиновна, здравствуйте!

Галина Карташова: Добрый день!

А.Х: Расскажите, пожалуйста, были ли в вашей практике в городе Владимире такие подобные решения назвать свое чадо необычно?

Г.К: Знаете, к счастью, нет. Здесь я могла бы сказать, то ли мы хорошо работаем с нашими будущими родителями или родители города Владимира очень ответственно относятся к такому моменту, хотя знаете, сейчас стремление выделиться на фоне остальных. Многие родители во всем мире стараются дать своему ребенку необычное имя. И российские мамы и папы не исключение. Поскольку я работаю очень давно в системе органов ЗАГС, я могу сказать, что увлечение нестандартными именами началось еще во времена СССР. Так во время победы в ВОВ люди стали называть малышей патриотично, например, Ивис, там Иосиф Виссарионович Сталин и так далее. И сегодняшнее время не исключение, и поскольку мы с нашими коллегами из органов ЗАГСа России общаемся на уровне встреч, на уровне профессионального журнала, могу сказать, что очень многие регионы грешат тем, что многие родители дают необычные имена, особенно отличается Воронежская область, там практически в одной семье есть Царь, есть Царица, есть Князь. Видимо, такие изыски и подвигли Валентину Петренко на то, чтобы инициировать законопроект о запрещении называть детей какими-либо званиями, какими-либо регалиями и так далее. Я считаю, что мы замечательное исключение, но есть еще одна проблема, которую этот закон не решил. Дело в том, что родители не будут называть аббревиатурами, не будут называть цифровыми сочетаниями, но наши родители сейчас гонятся за красотой звучания имени. Они берут семантику этого слова, например, я как мама не стала бы называть девочку Клавдия, поскольку значение этого имени — «хромая». Лолита — это «скорбь» и «печаль». Моника — «одинокая». Мне как специалисту отдела ЗАГС и матери, я бы призвала родителей к тому, что прежде, чем назвать ребенка, узнайте значение этого слова. Верите или не верите, но как корабль назовешь, так он и поплывет. Я думаю, что больше внимания надо уделять процессу присвоения имени. А если вы православный, то обращайтесь к святцам, я думаю, что как раз тот святой, который будет сопровождать ребенка, даст ему гораздо больше, чем просто красивое звучание.

А.Х: Если пришла к вам мама или оба родителя и говорят, что хотят назвать Моникой, а вы знаете, что оно по семантике переводится как «одинокая», вы каким-то образом общаетесь с родителями или вы принимаете то, что родители принесли?

Г.К: Если они пришли уже на государственную регистрацию, то сотрудник отдела ЗАГС не вправе запретить, настаивать, это волеизъявление родителей. Но у нас работает школа матерей, она называется школа матерей, но к нам приходят и папы, это до рождения ребенка. Мы работаем в таком направлении, они называют имя ребенка, мы находим значение в справочнике, затем мы вместе с ними проговариваем звучание, а потом начинаем играть в словесную игру, что давайте представим, как будут ребенка называть уменьшительно-ласкательно в детском саду, школе и так далее. И мы нацеливаем родителей на то, чтобы не нанести психологическую травму ребенку, потому что в полном звучании имя может быть очень хорошее, а вот в сокращенном варианте вызывать насмешки. Вы ведь знаете, что дети достаточно жестокими могут быть в этом плане, поэтому мы стараемся дать возможность родителям понять, как в будущем это имя скажется на психологическом спокойствии ребенка, на его общении со сверстниками и так далее. При желание мы предоставляем справочник, свят, книги по значению имен, но если они на этом настаивают, то мы, естественно, регистрируем так, как на это воля родителей, но это должно быть обоюдное согласие отца и матери. В случае если не достигнуто соглашение, тогда они обращаются в органы опеки, и органы опеки, исходя из интереса ребенка, решают этот спор между родителями.

А.Х: Вы наверняка знаете об опыте других регионов? В других регионах есть какие-то нестандартные имена у детей? Можете поделиться?

Г.К: По поводу Принцессы, это случай из города Владимира, у нас пришла мама, это единственный изыск в современном варианте, она сказала, что хочет назвать свою дочь Принцесса. Когда мы с ней стали беседовать, то я задаю вопрос, как у нас зовут папу? Она говорит, что его зовут Игорь. И насколько звучит Принцесса Игоревна? Это ребенку такой «подарок». Мама подумала, что это действительно не очень хорошо. Ребенок родился в мае, и мама подумал, что, может быть, ее назвать Майя? Не будет она маяться? Я говорю: «Знаете, богиня Майя — это богиня расцвета, богиня плодородия, солнца, весны». И она остановилась именно на имени Майя. Девочка, рожденная в мае, получила именно такое имя. Я думаю, что мы ничего не нарушили, когда мы маме показали красный сигнал для того, чтобы она подумала. Я считаю, что такая работа должна проводиться в любом отделе ЗАГС, чтобы дать возможность людям остановиться в своих эмоциях, оглядеться, подумать и прикинуть. Наши коллеги в органах ЗАГС так же работают, дают людям продумать этот момент, но если они настаивают, то это их право. Те, кто называет детей, например, Братан назвали мальчика, девочку Венеция, это просто упертые родители, которые сказали, что я хочу и все. Тут мы ничего с ними сделать не можем, это право родителей. А вот этот законопроект, который приняли, кстати, он не очень простой, его приняли ровно через год. 21 апреля прошлого года его внесли, и только 21 апреля текущего года он был принят. Много было и споров, и дебатов, кто-то настаивал на праве родителей, но разум все-таки должен срабатывать. Ребенок сейчас не может защитить свои права, ему придется до 14 лет ждать, когда он сможет сам поменять свое имя и то с согласия родителей. Я считаю, что это очень своевременный закон. Единственное, что нас, сотрудников ЗАГС, не очень устроил тот момент, что этим законом разрешено присваивать детям двойную фамилию отца и матери даже в том случае, если у отца и матери одинарные фамилии. Это будут сложности в будущем. Я считаю, что у детей должна быть фамилия или мамы, или папы. Или если у родителей общая фамилия после брака, то у ребенка точно такая же должна быть фамилия. Но решили, что можно присоединять к фамилии мамы фамилию папы или наоборот. Единственное условие, что у детей в одной семье порядок присвоения фамилий должен быть один и тот же. С этим мы не очень согласны, но закон принят, поэтому будем работать именно в таком направлении.

А.Х: А если в семье мама русская, а папа из другой страны к нам приехал, тогда здесь тоже есть нюансы? Мы можем говорить о том, что человека могут назвать нестандартным именем?

Г.К: Если у нас обращается семья, которая хочет зарегистрировать рождение ребенка на территории РФ, то родители должны понимать, что они будут подчинены нашему законодательству. Поэтому если гражданам РФ запрещено присваивать аббревиатуры, цифровые коды и так далее, то в случае, если один из родителей — представитель иностранного государства, то ребенку мы будем присваивать имя с ограничением, которое присуще нашему законодательству. Если они с этим не согласны, то у них есть возможность зарегистрировать ребенка в посольстве той страны, представителем которой является папа или мама, поэтому закон для тех, кто регистрирует рождение детей на территории РФ, одинаков. Есть нюансы, когда они могут доказать, что по национальным традициям имя присваивается иным способом, и в этом случае, предположим, что мама согласна с тем, что должны работать национальные традиции страны гражданства отца. Но в этом случае родители должны предоставить нам документ из того же посольства, которое подтверждает, что именно такие национальные традиции присущи для наречения ребенка, а не просто оттого, что они сказали. Со слов ничего мы не берем, нам нужно законодательное подтверждение. Поэтому мы предлагаем, либо мы направляем запрос в посольство страны или они сами нам привозят такой документ, подтверждающий, что по национальным традициям имя ребенка присваивается иным порядком, нежели на территории РФ. Только в этом случае мы решаем вопрос о присвоении имени ребенку.

А.Х: А может быть такое, что ребенка назвали одним именем, потом в течение какого-то времени ребенок живет с этим именем, а потом все стали против, пришли и переписали имя ребенка? Можно ли так сделать?

Г.К: Нет, просто переписать имя нельзя, ведь создается актовая запись о рождении ребенка, которая имеет статус документа. На основании этого документа выдается государственный документ, свидетельство о рождении, поэтому процедура изменения имени ребенка до 14 лет задействована на органах опеки и попечительства. Только в том случае, если органы опеки и попечительства вынесут решение о целесообразности изменения имени, родители должны доказать, что надо поменять это имя, что это в интересах ребенка, а не просто потому что родители хотят. Должны быть подготовлены аргументы в пользу изменения имени, и когда на руки родители получают решение об изменении имени несовершеннолетнего, только с этим документом они могут обратиться в органы ЗАГС и изменить имя ребенку. Когда ребенку исполняется 14 лет, то ребенок может самостоятельно изъявить желание на изменение имени, но в этом случае, должно быть согласие родителей. Вот если мама согласна, ребенок хочет, папа не согласен, то тут должно появиться судебное решение о разрешении на перемену без согласия второго родителя. Это не так все просто, что захотел и изменил. Дело в том, что составление документа в органе ЗАГС, на этом не заканчивается жизнь этого документа. Этот документ попадает в общую систему документооборота на территории РФ, а сейчас у нас идет работа в органах ЗАГС по включению всей базы в единый регистр населения РФ. В этом регистре по человек будет собираться абсолютна вся информация, что ускорит получение документов, упростит процедуру для вступления в права наследования и так далее. Как только создана актовая запись, она уходит в общую систему документооборота, и чтобы нам изменить имя, должны быть определенно выдержанные процедуры, какие-то нормативы и прочее. Это ведет все к тому, что прежде чем назвать ребенка, надо очень хорошо подумать и не торопиться.

А.Х: Я помню, несколько лет назад была тенденция, родители называли на старый манер, там Ярослав, Святодар, Милана. А есть сегодня какие-то тенденции, как называют детей?

Г.К: Вы знаете, есть очень странная закономерность, я объясню, почему странная. Когда мы берем сведения из разных органов ЗАГСа, я опять обращаю внимание, что мы общаемся на уровне своих общений и журнала, вот очень странная закономерность, что на территории всей РФ у нас одно время в течение нескольких лет лидировало имя Анастасия. Потом тенденция поменялась, очень много называют девочек София, Варвара, Виктория. У мальчиков сейчас Александр, Дмитрий, Даниил. Это наиболее встречающиеся имена. Это такая тенденция сохраняется на уровне многих регионов, но обращение к старинным именам остается. У нас есть много Иванов, есть Прокопий, мальчик появился, Иосифы, Ратмиры, Ярославы. Это имеет место и никуда не уходит. Часто очень называют в соответствии с временами года. Сейчас разброс имен очень большой. Поэтому могу сказать, что сейчас старинные имена имеют место, но они уступают место каким-то сводным именам, которые берутся соединением, например, Светлана — светлая и ласковая. Сейчас начинают такие изыски появляться. Но все равно мамы и папы дают имена только из лучших побуждений. В первую очередь, чтобы они выделялись из толпы. Было же время, когда в классе было 6 Саш, 9 Светлан, 8 Николаев и так далее. Некоторые называют своих детей уменьшительно-ласкательно, на западный манер, вместо Максима называют Макс, как-то так сокращают. Самое странное, это я смотрю по своему имени, за последние 5 лет у нас по Владимиру не появилось девочки с именем Галя, хотя Галина — это «тишина», «спокойствие» и так далее.

А.Х: Огромное вам спасибо, что вы сумели с нами пообщаться в рамках прямого эфира.

Г.К: Вам спасибо за внимание. До свидания.

А.Х: А сейчас у нас на связи Анфиса Калистратова, детский и подростковый психолог. Анфиса, здравствуйте!

Анфиса Калистратова: Добрый день!

А.Х: Объясните, пожалуйста, откуда у родителей появляется желание назвать своих детей как-то необычно?

А.К: Я посмотрела статистику с 1998 года, у нас дети в определенном плане отражают амбиции родителей. И чем больше амбиций, тем более выразительные имена. Вот они в прямом и переносном смысле выразительные. Тут еще могут сочетаться амбиции с такими эгоистическими нотками, когда ребенок представляется не как живое существо, а как некоторая кукла, которая родилась, и мы начинаем играть в родителей. Просто нет ответственности о том, как ребенок вообще пойдет в школу, как будет искать себе пару и с этим именем жить. Вот родители что-то для себя решили, у них выражение какого-то патриотизма или взгляд на жизнь, вот они этим увлечены и они отражают это на ребенке. Ребенок — это не совсем отдельная личность, я бы сказала, что это продолжение родителей. Если есть такое восприятие, то это отражается и на имени.

А.Х: А редкое и необычное имя каким образом может сказаться на судьбе ребенка? И вообще сказывается ли?

А.К: Вы знаете, тут парадоксально, мое имя тоже не часто встречается. «ВКонтакте» сочетание моего имени и фамилии единственное, я удивилась. Я вам скажу как носитель этого имени, есть одна проблема, ожидаешь от людей определенной реакции, это может сыграть злую шутку. С такими именами почему-то уделяют больше внимания. Это мой личный опыт, но если смотреть на профессиональный взгляд, то мы же, когда произносим фразы, какие-то слова на нас действуют, они вызывают определенные эмоции. И если человек, включаясь в социальную среду, встречает недоумение и удивление на такое имя, то там всегда есть поводы на какие-то комплексы, для каких-то депрессивных состояний. Это практически такое гонение, как белая ворона. У подростков вообще с этим проблемы есть, они свои обычные имена не могут иногда принять. Там простые, вот не вижу себя Анной и не хочу так называться. А если назвали Дельфина? То куда деваться с этим именем? Слава богу, у нас сейчас есть возможность в 18 лет поменять себе имя и фамилию, что хочешь, то и вписывай себе в паспорт.

А.Х.: А у вас лично не было такого желания в подростковом возрасте или в детском возрасте поменять имя Анфиса на привычное — Лиза, Оля, Света?

А.К.: Нет. Я свое имя всегда любила. Хотя мне немного было странно слышать со стороны. Оно немного отдельно от меня существовало, но поменять я его не хотела, у меня здесь полное принятие себя.

А.Х.: А вы с родителями разговаривали, почему выбор пал именно на это имя?

А.К.: Да, разговаривала, естественно. Мне было интересно. Оказывается, мама смотрела какой-то фильм, это не «Угрюм-река», сразу скажу. Какой-то фильм про девушку-спортсменку, ее звали Анфиса. Старый фильм, в 70-х годах смотрела. Ей очень понравилась актриса, девушка, сама судьбы понравилась. И мама решила, что если у нее будет дочка первая, она назовет ее Анфиса. Вот так мне повезло.

Потом мы несколько лет назад это с ней обсуждали, она говорит: «Слушай, а у тебя и судьба получилась такой даже, как в фильме». Какая-то часть судьбы прошла, как мама задумывала. Тут какая особенность — когда вы даете ребенку имя, оно может принести с собой и судьбу.

А.Х.: Да, часто, когда читаешь книги или смотришь фильмы, хочется, чтобы твой ребенок отличался качествами именного этого героя, и говоришь: «Хочу Варю» или «Хочу Ольгу». А вот ребенка назвали Принцем — уж куда круче вроде бы. Может ли это повлиять на то, что ребенок будет неадекватно относиться к самому себе, превозносить себя над другими?

А.К.: У детей есть такой качество: они рождаются с полной невинностью. Они не знают, как должно быть, какие должны быть родители, как правильно и неправильно. И отношение к себе у них формируется через родителей. Если родители относятся к Принцу как к принцу, свет в окне, самый лучший человек, единственная высокая фигура, ради которой все должно происходить, он так и будет к себе относиться, что в жизни ему все должны. Это все транслируют родители. Изначально что должно со мной происходить внутри, чтобы у меня была потребность назвать своего сына Принцем — и дальше все уже по накатанной. Я называла сына Принцем, покупаю ему корону в прямом и переносном смысле или делаю своими руками и вперед. Естественно, ребенок к 6 годам уже со сформированной личностью принца, с короной.

А.Х.: Ну да, здесь больше уже не имя, а отношение к этому имени в семье.

А.К.: Да. И это ожидания. Всегда в таких именах вызывает смущение, что здесь речь идет о каких-то играх. Это не про жизнь, а про игры, про ожидания какие-то, про цели чужие. Ребенок здесь однозначно не живет своей жизнью. На 100% это очень редко встречается, но на 40−50% он играет какую-то роль. По крайней мере, для своих родителей. И здесь большая опасность, когда родители не видят самого ребенка, а видят какое-то представление и стремятся это живое существо засунуть в свои представления. А если ты из этих представлений выбиваешься — нет, это неправильно, ты не должен быть таким. И тогда у ребенка происходит внутренняя ломка. Это всегда про какие-то извращенные отношения между родителями и детьми. Это первое, что приходит мне в голову, когда я слышу какое-нибудь необычное имя. Даже не Мирослав какой-нибудь или Вениамин, а, например, в каком-то российском городе мальчика назвали Золушка. Здесь сразу очень много вопросов про адекватность родителей.

А.Х.: Еще иногда родители говорят: «Я не хочу называть своего ребенка Леша, Сережа, Максим, чтобы ребенок не выделялся. Я хочу, чтобы изначально он выделился из толпы и достиг всевозможных высот из-за того, что его зовут Радимир, например. Ведь это как здорово, по-царски!». Если ребенок не становится царем, как быть и ребенку, и родителям? Есть ли в этом сложность с психологической точки зрения?

А.К.: Здесь бывает сложность, не только связанная с именем. Здесь вообще представление, что «я хочу, чтобы он был покорителем вершин». А он, может быть, творец какой-нибудь, мастер на все руки. И здесь опять про особенность родителей не видеть в своих детях то, что дети принесли в эту жизнь. Тогда здесь, конечно, трагедия и для ребенка, и для родителей, потому что они перестают друг друга понимать, ребенок не понимает, почему не видят его, родители не понимают, почему он не такой, как мы хотим. С одной стороны, безответственность, а с другой стороны, невинность. Что здесь делать — в зависимости от того, сколько ребенку лет. Если ребенок вырос, ему придется все это отпустить и самому уже выстраивать свою жизнь. А если мучаются родители, что ребенок не такой, то нужно смотреть, а не завысили ли они свои амбиции настолько, что перестали видеть самого ребенка. И тогда нужно все перекраивать, пересматривать отношения, смотреть, а вообще это экологично по отношению к самому ребенку. Он же не кукла, не робот, запрограммированный на какие-то дела. Мы можем создать робота, который собирает часы. Но ребенок — это же совсем другое.

А.Х.: Есть ли какие-то рекомендации, как называть ребенка, или это все индивидуально? И вообще, нужен ли такой законодательный запрет, о котором мы сегодня говорим, не называть детей странными именами?

А.К.: Я почитала об этом, в общем-то, я понимаю Владимира Владимировича, нашего президента, когда я узнала, как назвали ребенка. Если на законодательном уровне просто в ЗАГСе будет какой-то список имен или параметров, по которым нельзя будет детей называть, может быть, это сработает, и родители будут думать. Пришли один раз, им говорят, что нельзя так называть. Пришли второй раз. Может быть, зададутся вопросом, что с нами не так, что мы такое имя пытаемся дать, а нам отказывают. Здесь много вопросов, насколько добросовестно будут работать люди, которые будут связаны с этими законами.

А.Х.: А рекомендации вы как психолог могли бы дать? Или все-таки нет этих рекомендаций?

А.К.: Это не профессиональная рекомендация, а житейская, для родителей. Очень хорошо можно опираться здесь на ангелов-хранителей. Считается, что ребенок будет удачливый и счастливый, если подобрать имя ангела-хранителя в пределах 7−10 дней от рождения. Вы смотрите по христианскому календарю, какие там есть имена, и подбираете, что вам нравится из этого.

А.Х.: А если я атеист, например?

А.К.: Тогда есть у нас сборники описаний имен. Вы читаете и представляете, хотите вы это видеть в сыне или в дочери, там есть положительные и отрицательные качества. Если вы готовы с этими отрицательными качествами, которое несет данное имя, мириться или справляться, перенаправлять, если вам нравятся положительные качества, тогда выбирайте из списка. Можно подобрать, есть очень много таких помощников. Именно в профессиональном плане психология не занимается этими проблемами. Так как это связано с математикой, а имя не особо хорошо считается… Вот нумерология — да, но это уже не психология. Это не наука, а больше эзотерика. Нас слушают родители, которые могут любыми инструментами пользоваться. Но я могу именно такие простые, житейские вещи порекомендовать.

А.Х.: Огромное спасибо, Анфиса Сергеевна, за ваш комментарий, за то, что вы с нами пообщались в прямом эфире.

А.К.: Спасибо вам.

А.Х.: У нас на связи Александра Павлова, психолог частного детсада «My Komarik». Здравствуйте!

Александра Павлова: Добрый день.

А.Х.: Вы работаете в детском саду. Сколько детей ходит в ваш детский сад и есть ли у вас опыт, когда приходили дети с нестандартными именами?

А.П.: У нас 3 детских сада в разных районах Москвы. Что касается нестандартных имен, то каких-то страшных или имен, которые включают в себя номера, таких деток у нас нет. Могу сказать, что в последнее время больше старославянских имен.

А.Х.: А дети как реагируют, когда приходит в детский сад Гордей, Радимир, Ярослав? Или они толерантны ко всем именам, все у них нормально?

А.П.: Они абсолютно нормально на это реагируют. На моих занятиях мы много времени уделяем именам. Мы здороваемся по имени, обсуждаем имена. Поэтому нет, для детей это абсолютно нормально.

А.Х.: А у взрослых есть какое-то непринятие, сомнения по поводу данного имени и данного ребенка, его семьи? У нас часто бывает — ребенок вот такой, и мы сразу судим о семье по ребенку.

А.П.: Да, корни этого лежат еще в давней истории, что имя — это отражение социального статуса. Так пошло в нашей культуре. Поэтому я думаю, что у взрослых такие стереотипы более сильны, чем у детей. Дети еще их лишены.

А.Х.: Нужно ли родителям разговаривать с детьми, что бывает, что детей так зовут и так зовут? Или это все взращивается обществом, и не надо на этом как-то акцентировать внимание?

А.П.: Мне кажется, что не нужно абсолютно акцентировать внимание. Если ребенок спрашивает, рассказать, да, что имена бывают разные, что бывают разные культуры. Сейчас же у нас большое смешение культур, есть азиатские, арабские имена, есть русские имена. Если ребенок спрашивает, объяснить. Если нет, то не акцентироваться на этом.

А.Х.: Огромное спасибо, Александра, что вы с нами пообщались в прямом эфире.

А.П.: Пожалуйста. До свидания.

А.Х.: Все мы помним историю, что в Пермской области жила семья сатанистов, которые своих детей назвали Люцифером и Вольдемаром. Видимо, от этого хотят нас оградить те люди, которые принимают этого закон. Свое мнение сейчас выскажет Давид Валерьянович Горелишвили, член Всероссийской Ассоциации родительских комитетов и сообществ. Здравствуйте.

Давид Горелишвили: Добрый день.

А.Х.: Как вам кажется, действительно ли это необходимо — на законодательном уровне принимать подобные законы о том, чтобы запрещать детей называть какими-то странными именами?

Д.Г.: Это же уже было. Большевистские эти идеи запретить называть по святкам. Любое вмешательство государства в семейные дела, я считаю, должно быть очень взвешенным и минимально необходимым. А странные имена — если государство каждому присваивает номер, причем несменяемый, пожизненный, с этими СНИЛС, ИНН и т. д., и это уже перебор. А имена, которые дают детям родители, — во-первых, они могут меняться. Ребенок вырос и сменил, если хочет. Во-вторых, у нас очень большая страна, многонациональная страна. Моего отца звали Валико. Я Валерьянович, потому что какой-то военный чиновник решил, когда мой отец служил, и ему выписывали военный билет, переделать на Валерьян. И дальше пошло Валерьян. А вот сестра у меня Валикоевна. Имя Васген насколько странное, армянское имя? Или нанайские имена, якутские имена. Чиновников, я считаю, к этому подпускать просто нельзя.

А.Х.: Несмотря на это, законопроект уже подписан. Один из тех, кто предлагал идею этого законопроекта, ссылался на опыт названия ребенка БОЧ рВФ 260602. Мальчик родился в 2002 году в Москве, до сих пор он там проживает без документов. Если переводить его имя, то получается «Биологический Объект Человек рода Ворониных-Фроловых, родившийся 26.06.2002 года». Наверное, вот от этого хотят оградить депутаты нашу страну, чтобы не называли так. Или во Владимирской области было — мальчика назвали Путин. Одного мальчика однажды нарекли Автобусной Остановкой № 16. По-вашему, ничего страшного?

Д.Г.: Если есть отдельные странные люди — они всегда будут. Но это отдельные странные люди. И использовать их как повод для того, чтобы ограничивать всех… Надо понимать, что «было» и «бывает» — это разные вещи. Где-то что-то исключительное в масштабах огромной страны может произойти. Из-за этого настолько ограничивать всех — это неправильно. Я могу представить какого-нибудь двинутого на «Звездных войнах» человека, который назовет ребенка R2D2, к примеру. Но исключительные случаи не должны ложиться в основу закона. Это дело скорее судебной системы, единичных дел. Ребенка назвали Путиным — на голову неадекватных людей много, но в Америке популярно имя Линкольн и не только в Америке, сейчас их стало по всему миру много. Хотя это тоже когда-то была фамилия. Тут вопрос не конкретных случаев, а общего принципа. Общий принцип, на мой взгляд, — это минимизировать влияние чиновников, бюрократов на какие-то семейные отношения, по крайней мере, на законодательном уровне. Если есть какие-то, может быть, даже больные родители, то их и лечить, к примеру. Моя позиция всегда была: минимально вмешивайтесь в семью — и будет хорошо.

А.Х.: То есть, по-вашему, сферу имянаречения в России регулировать не надо?

Д.Г.: Единичные случаи должны регулироваться единичными какими-то судебными актами. Судебными, не законодательными. Это общее место во всем праве. Потому что не может законодатель предусмотреть все на свете. А если отдельный случай, то для этого есть специальные люди, называются они судьи. Они решают по Конституции, закону и собственному убеждению. Отдельный конкретный единичный случай — тут важно убеждение отдельного человека, который наделен полномочиями. Он может взвесить, решить, в данном конкретном случае, во-первых, нарушены ли Конституция и закон, во-вторых, насколько в конкретном деле кто страдает. Если никто не страдает, то и ладно. А если страдает, то оцениваются именно нарушения прав. Если ребенку дали имя Р2Д2, то еще неизвестно, хорошо это или плохо. Это нужно оценить. Сумасшедшие люди тоже могут иметь детей. И детей надо от этого ограждать. Но вопрос, насколько от этого ребенок страдает.

А.Х.: Да. Может, ему нравится быть таким единственным R2D2 или БОЧем.

Д.Г.: Мне довелось общаться с фанатами «Звездных войн» или толкиенистами. Если назовут ребенка Леголасом, в той среде, в которой ребенок живет, может быть, это принято. Я не знаю, я не общаюсь с сатанистами. Что там у них происходит, я не знаю. Но это можно взвесить в отдельном судебном процессе, почему человек дает такое имя, какое окружение у этой семьи, в какой среде они воспитывают ребенка и насколько это ему вредит. С учетом того, что ребенок может поменять потом имя. Я знаю человек с именем Ваган — обычное армянское имя. Все детство и до сих пор его друзья называют Вагонеткой. Но он не обижается на это. Детские прозвища, понятно, могут быть обидными, а могут и нет. Ну вот такая ассоциация пошла, Вагонетка и Вагонетка. Он имя потом не поменял, когда вырос. С другой стороны, обидное прозвище может прилепиться к чему угодно, к фамилиям, к именам. Главное, общий принцип — не делать из единичных случаев правило. Он должен соблюдаться законодателями. Я не понимаю, о чем они думают. Мало других забот в законодательных органах? Ограничивать родителей еще и в этом, кроме других людей. А сумасшедших надо лечить, да. Для этого есть психиатры, опять же, специальные люди.

А.Х.: Спасибо большое за ваше мнение, Давид Валерьянович.

На сегодня это все экспертные мнения. Это была программа «Угол зрения». Для вас работала Александра Хворостова. Услышимся!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Не учи отца!

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments