ITunes

Хабаровские живодерки: общественность потеряла интерес к делу?

Очередное слушание по делу хабаровских живодерок назначено на 7 июля. Зоозащитники рассказали, что если приговор будет слишком мягким, то они готовы обращаться в суды высшей инстанции.
Эксперты: Роман Сиин — корреспондент ИА «Амур Медиа», г. Хабаровск; Наталья Коваленко — председатель хабаровского краевого общественного движения «Зоозащита-ДВ»; Анна Разинова — юрист, учредитель фонда «Правовая зоозащита».

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Zoom» на радио СОЛЬ, у микрофона Александра Хворостова. Тема нашей программы звучит следующим образом: «Хабаровские живодерки: общественность потеряла интерес к делу?». Мы все помним эту шокирующую новость, 18 октября прошлого года все центральные российские телеканалы, все СМИ обнародовали шокирующие кадры издевательств над животными в Хабаровске. В сеть их выложил анонимный пользователь, на фото и видео две молодые жительницы Хабаровска позируют на фоне только что умерщвленных ими собак и кошек. Тогда, по информации портала «Комсомольская правда», рассказывали, что животных искали по объявлениям «отдам в хорошие руки», в приютах, на улицах и отвозили в безлюдные места. После этого снимки девушек на фоне убитых четвероногих публиковали в интернете. Я думаю, что подробности этого дела никак не улягутся у многих в душе. Но почему-то, по сообщениям портала информационного агентства AmurMedia, сейчас общество потеряло интерес к делу хабаровских живодерок. Сейчас идет расследование по этому делу, слушается дело в суде. Но почему-то свидетелей все чаще и чаще приходится уговаривать идти на заседание. Заседание закрытое, практически нет информации на федеральных каналах. Мы сегодня поговорим о каких-то новых подробностях в деле хабаровских живодерок. Прежде всего, спросим у корреспондента ИА AmurMedia из Хабаровска Романа Сиина, который совсем недавно посетил одно из заседаний суда. Роман, здравствуйте.

Роман Сеин: Здравствуйте.

А.Х.: Как я понимаю, вы недавно были на заседании суда. Расскажите, как идет процесс? Насколько я понимаю, он в закрытом режиме проходит.

Р.С.: Да, все верно. Я был на двух недавних заседаниях. Последнее проходило буквально сегодня, на котором заслушивались три свидетеля.

А.Х.: У вас вышла статья о том, что свидетелей приходится уговаривать идти на заседания. Это действительно так?

Р.С.: Да. В разговоре с одним из сотрудников Индустриального районного суда выяснилось, что свидетели не приходят, несмотря на то, что им вручаются повестки, все как положено, но они не являются. Почему, сотрудник затруднился сказать. Чтобы прояснить ситуацию возникшую, я поговорил с известной хабаровской зоозащитницей, Натальей Коваленко, которая общается со многими потерпевшими и свидетелями по делу. Она говорит, что дело в том, что время прошло, время лечит, у людей уже нет того запала, который был тогда, в октябре. Они уже понимают, что есть другие дела, людям все-таки нужно ходить на работу. Ни о каком страхе, допустим, нет разговора. Просто общество чуть-чуть подуспокоилось.

А.Х.: А вообще какового настроение вокруг этого дела у общества, в частности, в вашем регионе? Ведь именно из вашего региона пошло вот это движение зоозащитников, мы все кричали, подписывали петиции, запущенные в интернете, обращались к президенту и т. д. Сегодня в принципе жители Хабаровского края каким образом говорят об этом, как-то комментируют это нашумевшее дело?

Р.С.: Судя по тому, что мы читаем в статьях, в принципе эмоциональный отклик от них есть. Люди все еще хотят наказания для живодерок. Да, это уже не такой острый праведный гнев, как было тогда. Но у людей все еще сохранилась острое негативное отношение к этому делу. Девушки совершили достаточно жестокие преступления и должны понести наказание согласно законам РФ.

А.Х.: У самих обвиняемых удалось ли вам взять комментарии? Или не подпускают к ним прессу?

Р.С.: Их не допускают. Проводят их специально быстро, порой даже е успеваешь сфотографировать. Сами девушки, если чисто визуально судить, они достаточно бодрые, иногда даже улыбающиеся, смеющиеся, как сегодня, допустим, было. Каких-то тягот заключения в СИЗО на них, по крайней мере, чисто со стороны не видно.

А.Х.: А адвокаты девушек дают комментарии прессе?

Р.С.: Они, к сожалению, тоже не особенно что-то комментируют. В принципе люди с разных сторон редко что-то комментируют. Возможно, они сами устали от этого внимания к ним.

А.Х.: А когда будет следующее заседание?

Р.С.: Насколько мне известно, следующее заседание будет 7 июля в 11 часов по хабаровскому времени.

А.Х.: Уже назначены какие-то люди, кто будет выступать в защиту или как обвинители по делу?

Р.С.: Насколько опять же мне известно, сейчас рассматривается статья по жестокому обращению с животными.

А.Х.: А так, насколько я понимаю, им три статьи вменяют?

Р.С.: Да. У них обвинение по жестокому обращению с животными, *** 7:17, оскорбление чувств верующих и возбуждение ненависти или вражды к определенной социальной группе.

А.Х.: Получается, даже четыре.

Р.С.: Да. У молодого человека только одна — возбуждение ненависти или вражды. А у девушек еще все остальные.

А.Х.: По вашим ощущениям, какой срок ожидает девушек? Я понимаю, что мы будем с вами абсолютно домыслы высказывать, но все-таки, как вам кажется, есть ли надежда, что девушек оправдают, что им дадут условный или реальный срок?

Р.С.: Чисто мое субъективное мнение, что они получат в пределах 5 лет. Скорее всего, это будет реальный срок, потому что этот громкий процесс должен послужить примером показательным. Возможно, им дадут реальный срок, но нельзя сказать, что он будет слишком уж большой.

А.Х.: Огромное вам спасибо, Роман, что рассказали нам некоторые подробности о деле хабаровских живодерок.

О том, действительно ли общество охладело к этому делу и почему, мы поговорим с председателем хабаровского краевого общественного движения «Зоозащита-ДВ» Натальей Коваленко. Наталья, здравствуйте.

Наталья Коваленко: Добрый день.

А.Х.: Вы заявляли, буквально сегодня опубликована статья на AmurMedia, что люди просто охладевают к этому нашумевшему делу. Как, по-вашему, почему так происходит? Ведь дело действительно резонансное, оно прошумело на всю страну. О нем очень много говорили, писали, а потом все как-то действительно стихло. По крайней мере, на одном из главных федеральных порталов, на РИА «Новости» последняя новость была от 2 марта по делу хабаровских живодерок.

Н.К.: На самом деле, здесь несколько факторов играют роль. Изначально история потрясла не только зоозащитников, то есть людей, которые контактируют с животными каждый день, лечат их, выхаживают, пристраивают, но и обычных людей тоже. Было очень много людей, которые ужаснулись от содеянного. Но так как прошло уже 8 месяцев с того момента, сейчас наблюдается такая картина, что самые сопереживающие — это все-таки зоозащитники. И то, самые активные, самые, наверное, сердечные, которые близко к сердцу принимают подобные истории. Остальные люди, потому что прошло много времени, потеряли свой пыл изначальный — наказать живодерок. И второй момент — сейчас лето, поэтому люди заняты отпусками, личным отдыхом. Из-за этого в суд все меньше людей приходит.

А.Х.: А вообще общество охладело к этому делу или все-таки мимолетная потеря интереса к делу?

Н.К.: Да, я бы назвала мимолетной потерю интереса. Конечно, 100% тех людей, кто переживал в октябре и хотел наказать живодерок, они не будут этого требовать, но, наверное, 75% из них по-прежнему хотят справедливого суда. Буквально на прошлой неделе совместно с новосибирскими зоозащитниками, которые петицию создавали о наказании живодерок, она собрала 157 тысяч голосов в интернете, мы обновили петицию, и очень много откликов снова. Люди пишут письма. В этой обновленной петиции есть письмо в Индустриальный суд города Хабаровска, где рассматривается дело живодерок, о том, чтобы суд был справедливый. Потому что суд в конце июля-начале августа должен уже состояться.

А.Х.: По вашим ощущениям, есть ли надежда на то, что дадут условный срок девушкам и молодому человеку или это будет реальный срок или заменят просто на штраф?

Н.К.: Дело в том, что у молодого человека и непосредственно одной из преступниц, у них есть статья, за которую в принципе не предусмотрен срок условный. И по ней они могут заработать реальный срок в тюрьме. Что касается второй преступницы, то у нее две статьи. У одной четыре статьи, у другой две. Поэтому там вопрос, конечно. Но мы надеемся все-таки, что для нее тоже наказание будет реальное, а не условное. Есть некоторые моменты, дело в том, что все преступления были совершены цинично, запланировано, и девушки здоровы по итогам экспертизы. Соответственно, никак нельзя сделать скидку на то, что они делали вот эти злодеяния в состоянии замутнения рассудка какого-то. Нет, этого не было. И это страшно.

А.Х.: Да, это действительно страшно. Но на момент совершения преступления, насколько я помню, обеим девушкам не было 18 лет.

Н.К.: Да, суд это тоже будет учитывать.

А.Х.: Скажите, если вдруг решение суда каким-то образом покажется менее объективным, чем на ваш взгляд, как вы готовы дальше идти, готовы ли идти в направлении, чтобы девушки понесли действительно объективное наказание?

Н.К.: Да, конечно. Я бы со своей стороны дошла бы до Верховного суда, если наказание будет слишком мягким. Естественно, я буду учитывать максимальное наказание, которое могли бы дать при этом, при всех существующих факторах. Нужно все учесть. И, конечно, если оно будет мягким, то я буду подавать апелляцию. Мы со своей стороны, не я, а наши потерпевшие, наша сторона.

А.Х.: Каково отношение к этому делу с точки зрения вообще, в принципе отношения общества к домашним животным? Как вам кажется, рассмотрение этого дела, опубликование этих ужасных снимков и обнародование неких подробностей этого дела заставит ли наше общество пересмотреть свое отношение к жестокому обращению с животными?

Н.К.: Я могу сказать, что у нас в городе сдвиги уже есть и со стороны правоохранительных органов в этом направлении. Они стали, по крайней мере, принимать заявления от людей по отравлениям, по жестокому обращению с животными. Это уже большой плюс. И после того, как был опубликована история живодерок в соцсетях, стали обращаться очень много людей с тем, чтобы помочь приютским животным. Но есть и другая сторона медали — у живодерок появились последователи. Есть даже своя группа, она многочисленная. И мне писали фанаты живодерок, просили, чтобы их не наказывали, потому что они якобы ни в чем не виноваты.

А.Х.: Это группа в социальных сетях, они ваши, региональные или из других регионов?

Н.К.: Там несколько групп, в основном это во «ВКонтакте». Там между собой общаются молодые люди, в основном возраст от 15 лет до 30. Они считают преступниц героинями.

А.Х.: Мы все понимаем, что это плохо, такое ужасное обращение с животными. Буквально со дня на день все ждут принятия законопроекта о жестоком обращении с животными. Как вам кажется, что необходимо сейчас решать на федеральном уровне, чтобы повернуть эту тенденцию, чтобы не было таких заявлений, что хабаровские живодерки — героини?

Н.К.: Нужно ужесточить 245 статью, которая на сегодня относится к разряду легких статьей, это УК, и наказание по ней реальное очень мало людей получили, несмотря на свои злодеяния. А что касается федерального закона, который, кстати, и не относится к УК, — его просто нужно принять, нужно прописать в нем регистрацию, обращение с животными какое должно быть. У нас нигде нет четкого определения, как нужно обращаться с животными. И вообще, всем зоозащитникам, у которых есть какие-то вопросы к законопроекту, нужно объединиться и добиться того, чтобы вообще приняли этот закон. Потому что существует угроза, что этот закон опять отодвинут в дальний угол.

А.Х.: Есть ли у вас надежда, что мы пойдем по какому-то цивилизованному пути в связи с принятием этого закона?

Н.К.: Да, потому что очень много людей, организаций этого хотят. Буквально за эти 8 месяцев с истории живодерок до сегодняшнего дня очень многие организации повернулись в сторону животных, и совместно с зоозащитниками, не являясь зоозащитниками, они понимают необходимость этого федерального закона и необходимость того, что наше общество нужно воспитывать, чтобы оно гуманно относилось к животным. У нас, к сожалению, сейчас такой пропаганды практически нет. В крупных городах она есть, это Москва, Питер. А если брать регионы, этого нет.

А.Х.: То есть нужно чуть больше говорить об этой проблеме, в СМИ каким-то образом доносить до молодежи мысль о том, что с животными надо обращаться по-человечески.

Н.К.: Конечно, да. И в школах необходимо проводить для детей уроки добра так называемые, которые могут быть в разных форматах, о том, чтобы обучать, как нужно обращаться с животным. Ведь очень часто животных выбрасывают на улицы только потому, что ребенок не справляется, а взрослым животное не нужно. Выбор должен быть осознанным заводить животное, и человек несет ответственность, если он взял в семью питомца. А вся жестокость начинается с того, когда животное просто выставляют на улицу.

А.Х.: А к вам поступали какие-нибудь просьбы о лекциях в классах, в детсадах? Вы общались с детьми, с подростками о том, как правильно общаться с животными?

Н.К.: У нас есть несколько школ в городе, в которых мы проводили уроки добра. Инициатива была только от одной из школ к нам. В другие школы обращались мы сами. Мы также обращались в министерство образования нашего края в прошлом году с предложением провести уроки добра, нам там отказали делать это совместно. Сказали, что у каждой школы должен быть свой выбор — провести урок добра или урок финансовой дисциплины или что-то еще, потому что внеклассных уроков слишком много, школа сама должна выбирать.

А.Х.: Нужны ли эти уроки и будут ли они проводиться повсеместно, хотя бы в том регионе, где случилась эта трагедия?

Н.К.: То, что форматы уроков добра необходимы, это однозначно. Они могут проводиться по-разному. Это могут быть лекции, какие-то флешмобы, может быть посещение детьми приютов, чтобы там показывать, как нужно с животными обращаться. Но я считаю, что это должно быть регулярно и систематизировано, должна быть какая-то программа. По крайней мере, в Хабаровском крае, потому что у нас это не первый случай такой жестокости. Я считаю, что у нас нужно плотно заняться этим вопросом.

А.Х.: Наталья, огромное спасибо, что вы с нами пообщались, высказали свое мнение.

С нами на связи Анна Ильинична Разинова, юрист, учредитель фонда «Правовая зоозащита». Здравствуйте!

Анна Разинова: Здравствуйте.

А.Х.: Говорим мы сегодня о деле хабаровских живодерок и вообще об отношении общества к домашним животным. Сегодня была опубликована статья о том, что свидетелей по делу хабаровских живодерок приходится уговаривать идти на заседание. Делаем вывод, что охладели люди к этой теме. Каково ваше мнение по поводу сегодняшнего отношения общества к домашним животным, к жестокому отношению к ним?

А.Р.: По моему наблюдению, общество разделилось на два лагеря. Крайность — это нездоровая любовь к животным. Здесь подогревают нас *** 24:32, которому интересно, чтобы мы все больше и больше тратили на животных. И одновременно развивается такое негативное отношение. Это связано и с тем, что, действительно, собак очень много, собак, которые не нужны людям, их заводят из-за моды. Люди не хотят с ними заниматься, не умеют, есть и есть. Поэтому собак очень много. Плюс еще бездомные собаки, которых не должно быть на улицах города, но наша ложная гуманность приводит к тому, что собаки есть, собаки грызут людей, собак боятся и т. д. Если сейчас ввести в Яндекс запрос «собака», будет «собака разорвала…», «собаки пачкают…», «собаки кусаются…». То есть негатив. Я помню, когда были молодежные лагеря, в которые молодежь ездила со своими собаками, я помню троеборье с собаками. А сейчас всего этого нет. Поэтому негатив. Это страшно.

А.Х.: Общество может сегодня повернуться лицом к этой проблеме?

А.Р.: Культура собаковладения ушла в прошлое. У нас не собаки, у нас животные, напоминающие собак. Это больные, неинтересные и очень часто опасные собаки.

А.Х.: Но ведь это плохо, это ужасная тенденция. Что с этим делать, по-вашему?

А.Р.: По моему мнению, у нас собачники загнаны в угол, мы без прав. Если человек велосипедист, он катается на роликах, он играет в теннис, он, в конце концов, любит шашлыки — для него созданы условия. Например, в Санкт-Петербурге в одном парке. Заброшенный парк был, рассматривали вопрос, как его облагородить. Две проблемы — люди жарят шашлыки и люди гуляют с собаками. Для любителей шашлыков поставлен вопрос — построить какие-то будочки. Причем очень дорогие, 1−1,5 миллиона. А собачников просто изгнать. У нас нет площадок. Я говорю по Санкт-Петербургу, но такая ситуация во всех городах. У нас варварские правила содержания собак. Если у меня крупная собака, собаке исполнилось 3 месяца, она выше 40 сантиметров в холке, я должна ее посадить на поводок и в намордник. Я не могу дать ей побегать, если я законопослушная. Я даже не могу ее подрессировать на улице. Потому что любая дрессировка — это лакомство, а намордник снимать нельзя.

А.Х.: То есть оборудованных площадок мало, и владельцы собак готовы выйти в рамках закона куда-то, но некуда?

А.Р.: А зачем? Как вот раньше — люди гуляли с собаками. Да, были запрещенные — нельзя гулять по детской площадке, нельзя гулять у школы. Но почему я не могу с собакой, если я готова за ней убирать, если я готова отвечать за ее поведение, гулять?

А.Х.: Здесь надо сказать о том, что не все же такие законопослушные, как мы с вами, которые понимают, что за собаками надо убрать, держать их на видимом расстоянии, чтобы, не дай бог, чего. Ребенок может испугаться, действительно, и мы знаем эти случаи.

А.Р.: Допустим, в Питере — я вложилась в свою собаку, я ее выдрессировала, воспитала, я ее вожу на поводке, в наморднике, я убираю за ней. И тут же рядом стая собак таких же размеров, которые неподконтрольны никому, за них никто не отвечают. Они точно так же пачкают, они гавкают и кусают людей. Ладно, я это понимаю, но люди этого не понимают. Они не будут соблюдать требований. Требования должны быть выполнимы.

А.Х.: Есть ли надежда, что общество изменит свое отношение к этому вопросу?

А.Р.: Нет. К сожалению.

А.Х.: Благодарю вас за ваше мнение!

Это была программа «Zoom» на радио СОЛЬ, у микрофона была Александра Хворостова. Услышимся!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Не учи отца!

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments