Кредит за «лайки»: банки оценят платежеспособность клиентов по аккаунтам в соцсетях

Имеют ли право сотрудники банка оценивать клиентов по данным в соцсетях, и насколько объективной будет собранная информация? Также узнали, может ли подобная система проверки заемщиков распространиться на более мелкие компании.
Эксперты: Антон Шабанов — независимый экономический эксперт, финансовый аналитик; Юлия Лезова — практикующий психолог; Мария Баст — председатель Ассоциации адвокатов России за права человека.

*Техническая расшифровка эфира

Мария Цыганова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. У микрофона Мария Цыганова, это программа «Zoom» на радио СОЛЬ. Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Кредит за „лайки“: банки оценят платежеспособность клиентов по аккаунтам в соцсетях».

Речь идет совсем не о далеком будущем. Некоторые банки планируют введение такой системы уже в 2018 году. Как же это будет происходить? Человек, который обратился за кредитом, должен быть готов к тому, что сотрудники банка подробно изучат его странички в соцсетях. А вот какая именно информация может их заинтересовать, подробнее разберем в нашей программе. А также узнаем, могут ли подобные данные послужить материалом для объективного портрета человека.

На связи со студией Антон Шабанов, независимый экономический эксперт, финансовый аналитик. Здравствуйте.

Антон Шабанов: Добрый день.

М.Ц.: Как вы считаете, будет ли такая система контроля аккаунтов физических лиц действительно выгодна и необходима банкам, когда они будут принимать решение, выдавать кредит или не выдавать?

А.Ш.: Многие банки уже эти системы начинают, по крайней мере, применять у нас в России и делать это довольно-таки успешно. Так что, я думаю, именно банкам эта система будет вполне себе выгодна, очень даже интересна. Она позволит перестраховать многие риски, которые связаны с выдачей кредита. Я думаю, что внедрение этой технологии будет очень сильно развиваться в ближайшем будущем. Это не год, не два, не три, это в течение 10−20 лет. Потому что все-таки анализ социальной сети — это анализ очень большого количества данных. Это Big Data, это нейронные сети, это искусственный интеллект. Это то, что еще только начинает свое развитие и делает пока что первые, довольно неуверенные шаги.

М.Ц.: Вы сказали, что уже пилотные проекты существуют, внедряются. А известны какие-то данные, результаты по такому эксперименту?

А.Ш.: К сожалению, разумеется, эти данные неизвестны, потому что это является коммерческой тайной тех банков, которые это внедряют. Они не обязаны публиковать информацию о том, кому и почему они отказали, или, наоборот, кому они выдали кредит на основании какого решения. Но по неофициальным данным, когда выдаются кредиты с использованием более глубокого, как говорят банкиры, анализа клиента, то есть с использованием социальных сетей, — процент невозврата по этим кредитам существенно ниже, даже в некоторых банках в два раза ниже, чем кредиты, просто выданные по так называемой системе скоринга, то есть быстрой оценки на основании бюро кредитных историй.

М.Ц.: То есть, судя по этой системе, можно будет сразу определить, насколько можно доверять человеку, и какие-то, может, индивидуальные условия ему предложить кредитования?

А.Ш.: Не совсем. Индивидуальные условия на основании социальных сетей вряд ли будут разработаны. Индивидуальные условия разрабатываются скорее из истории тех кредитов, что клиент брал и уже выплачивал. А вот при помощи анализа социальных сетей можно более четко сформировать портрет клиента. Не стоит думать, что если вас будут анализировать по социальным сетям, то вы приходите в банк, просто называете свою фамилию, имя и отчество, даете ссылку на свой аккаунт, и вас там анализируют. Нет, конечно. Вы будете все равно заполнять анкету какую-то по форме банка. И если вдруг банк увидит какие-то очень четкие расхождения в том, что вы написали в анкете, и в том, что вы публикуете в своих соцсетях, разумеется, у банка будет вопрос, почему вы врете. И он имеет право вам отказать в выдаче какого-либо кредита, это раз. И два — если банк увидит, что эти деньги могут пойти, например, на финансирование терроризма, если вы очень активно продвигаете какие-то такие идеи в своих социальных сетях, то, разумеется, для банка тоже это будет, как минимум, очень сильный удар по имиджу, и скорее всего, он вам откажет в выдаче кредита.

М.Ц.: А что тогда, помимо «лайков», может приниматься во внимание? Может быть, фотографии или еще что-то?

А.Ш.: На самом деле, фотографии — это очень глубокий анализ. Если, предположим, вы написали в анкете для банка о том, что вы живете в 5-комнатной квартире, а фотографии у вас и зимой, и летом из маленького обветшалого домика, у банка, я думаю, возникнут вопросы, а где же фотографии этой самой квартиры, если постоянно вы фотографируетесь только на фоне старого разваленного дома. Это очень глубокий анализ информации, ваших взаимосвязей, ваших друзей, в том числе, если они открыты. Если она закрыты, значит, вам есть что скрывать, тоже банки не очень любят. А если среди ваших друзей много, как говорят, спанеров, либо тех, кто продвигает какие-то странные идеи террористического толка, предположим, опять же, к вам тогда могут возникнуть вопросы. Это огромный параметр, вот эта Big Data, по огромному количеству полей. Вот эти тонкие настройки каждый банк либо для какого-то отдельного продукта, либо всех кредитов в сумме будет всегда настраивать с нуля.

М.Ц.: То есть, если я вас правильно поняла, речь идет не об оценке какого-то одного аккаунта, но также могут быть затронуты и другие, если они находятся в друзьях или наиболее частые посетители страницы и т. д.

А.Ш.: Конечно. Потому что банку тоже интересно, как и с кем вы общаетесь. Если такие системы сейчас разрабатываются, они еще более сложные. Если вы хотите взять кредит, у вас, предположим, сейчас есть 100 друзей в социальных сетях, 99 из них имеют просрочки по кредитам, что легко проверить через бюро кредитных историй, — я думаю, что у банка тоже возникнут довольно-таки большие сомнения и риски касаемо того, стоит ли этот кредит вам выдавать, а если и выдавать, то однозначно под повышенную ставку, чтобы застраховать свои риски.

М.Ц.: Вы сказали, что с помощью данного метода оценки деятельности человека, жизни человека можно будет избежать определенных коммерческих рисков. О чем мы в данном случае говорим? Что это за риски?

А.Ш.: Это риски, которые всегда связаны с выдачей кредита, точнее, с последующим невозвратом этого кредита. Потому что банк, разумеется, никогда идеальное, на 100% верное решение принять не сможет, даже с помощью анализа соцсетей. И если сейчас анализ при помощи анкетных данных, которые заявляет сам клиент, анализ при помощи бюро кредитных историй позволяет принять решение с определенным уровнем достоверности, будет ли этот кредит возвращаться или нет, то в дополнение еще ко всему этому анализ соцсетей просто позволит этот процент повысить. Соответственно, когда банк понимает, что с очень высокой долей вероятности этот кредит действительно будет обслуживаться, и банк действительно будет получать свои проценты, а не сражаться с просроченной задолженностью. Но прежде всего, это шанс для хороших, качественных заемщиков получать кредиты по пониженным ставкам.

М.Ц.: То есть, по сути, это такая борьба с возможными должниками по кредитам.

А.Ш.: Конечно. У банка всего одна задача — выдать в кредит побольше сумму, максимально под больший процент, и чтобы со 100% вероятностью этот кредит возвращался. Потому что задача банка — не просто раздавать деньги, а возвращать те проценты, ту прибыль, которую он хочет с них получить. Как раз то же самое появление коллекторов — это когда банки продают свои долги, банки признаются честно, что мы умеем деньги зарабатывать, умеем деньги выдавать, но потом обратно забирать их в случае просроченной задолженности банки не умеют, это просто не их функционал.

М.Ц.: Если сейчас проводятся такие эксперименты, пилотные проекты в этой сфере внедряются, можно ли сказать, что сейчас система несовершенна, и именно поэтому ищут какие-то возможности ее доработки?

А.Ш.: Безусловно, система несовершенна. Мало того, система всегда будет несовершенна, пока в ней присутствуют люди, а и со стороны банка, и сами заемщики — люди, даже если это юридические лица, это все равно люди будут, которые принимают решения от имени юридического лица. Эта система всегда будет несовершенна, это будет постоянная гонка за тем, чтобы просто повысить процент вероятности того, что кредит этот будет возвращен. Идеальную систему не создадут никогда. Просто сейчас, благодаря соцсетям, их бурному и активному развитию, банки нашли еще вот такой путь, как можно себя подстраховать. Если потом, предположим, будут какие-то новые изобретения в нашей жизни, можно будет анализировать какие-то другие открытые объемы информации, я думаю, что банки с удовольствием будут их анализировать, чтобы сделать систему еще более совершенной.

М.Ц.: Вы затронули такой момент, что система будет совершенствоваться постоянно. Но вот если мы отбросим все действующие реалии, которые у нас есть, систему, которая сейчас у нас существует, и создадим идеальную картину, — как это должно быть, если все-таки идеал возможен? Какой вот эта система выдачи кредита должна быть — от того момента, когда человек приходит, обращается в банк, и до того момента, когда он получает деньги? Помечтаем с вами.

А.Ш.: Идеальная система абсолютно проста. Здесь банк в любом случае максимально откровенно честен в соответствии с законом «О банковской деятельности». Прежде всего, сам клиент должен быть кристально и предельно честен, рассказывая о своих финансах, о своем финансовом положении, о том, что он хочет, на какие цели, какую сумму, под какие проценты и т. д. Но давайте честно, вспоминая одного всем известного героя сериала, который говорил, что все врут. Когда есть человек, это всегда какая-то система не оцифрованная, это не машина, которая либо 1, либо 0, либо да, либо нет. Мы врем, мы обманываем, мы иногда немножко приукрашиваем какую-то действительность, потому что мы хотим, чтобы было немного получше, и мы считаем, что мы справимся. Оказывается, что не всегда мы потом справляемся, потому что экономические риски просчитать сложно, это очень сложная штука и наука. Поэтому и получается, что банки пытаются силой, что называется, клиентов вывести на честность. Но если эту систему создавать идеальной, просто нужно быть абсолютно честным. И тогда бы не было больших процентов невозврата по кредитам у банков. Тогда им просто не нужно было бы создавать такие дополнительные системы, дополнительные проверки, чтобы повысить вероятность возврата своих денег.

М.Ц.: То есть, получается, идеальной система будет тогда, когда банку фактически ничего не придется особенно перепроверять, а довериться слову честного клиента.

А.Ш.: Совершенно правильно. И банки это увидят тогда, когда поймут, что все заемщики у них, хотя бы 95% спокойно погашают все вовремя и исполняют свои обязательства, никаких претензий друг к другу ни у банка, ни у заемщика нет.

М.Ц.: Если мы все-таки будем вводить в 2018 году такую систему, которая будет оценивать аккаунты лиц, которые хотят получить кредит, нужно ли будет банкам вводить какие-то дополнительные рабочие места? Или это все будет автоматизировано, и даже следить за этим не нужно будет, максимум — один человек будет что-то периодически смотреть, контролировать и все?

А.Ш.: Разумеется, идеальная модель для любого банка, чтобы не вводить какие-то дополнительные затраты, все будут стремиться к полной автоматизации. Но пока что это сложно из-за довольно сильной неразвитости систем Big Data, их анализа, систем искусственного интеллекта. Я думаю, что будет какое-то расширение штата. Причем, я думаю, больше на стороне IT-специалистов, а не безопасности или тех специалистов, которые оценивают кредитные риски. Это будут IT-специалисты, которые будут эти системы разрабатывать, их внедрять, настраивать очень тонко под потребности банка. Но какого-то глобального расширения штата, я думаю, здесь не предвидится, потому что сейчас не самое лучшее время для российских банков, и как-то раздувать свои фонды оплаты труда, я думаю, они вряд ли будут.

М.Ц.: Вы сказали, что технически все равно эта модель проверки достаточно сложная. Если говорить о готовности российских банков к такой системе, насколько это возможно и осуществимо?

А.Ш.: Это вполне возможно, вполне осуществимо, потому что подобные системы в так называемых «коробочных» решениях продаются как у российских разработчиков, так и у иностранных. Проблема в том, чтобы их внедрить в уже существующие IT-системы банка и тонко настроить под потребности самого банка. Но то, что такие системы уже есть на специализированном рынке, это так. Они, конечно, довольно-таки дорогостоящие, но они уже показывают свою эффективность. И даже уже есть определенные компании-лидеры, которые создают себе хорошее имя именно на таких разработках.

М.Ц.: Антон, а ваши прогнозы — когда можно будет ждать, что в каждом российском банке будет действовать такая система в обязательном порядке?

А.Ш.: Учитывая, что банков сейчас в РФ чуть более, чем 500, я думаю, что небыстро до всех банков, тем более, до маленьких, у которых нет больших бюджетов на IT-службы, на IT-специалистов и на огромные программы, — я думаю, что это очень небыстрый процесс будет. И какой-то глобальной оценки всех заемщиков по социальным сетям стоит ждать не ранее, чем через 20 лет. Ну, а пика, я думаю, мы достигнем лет через 50. Но учитывая то, как вообще человечество развивается, я уверен, что к тому времени уже мы сможем изобрести какие-то более хитрые способы и более дешевые способы оценки заемщиков. Наверняка все банки рванут именно в этом направлении, более дешевом и результативном.

М.Ц.: Как вы считаете, может ли такая система безопасности, проверки физических лиц распространиться на какие-то малые компании? Не обязательно банки, сейчас же очень много компаний по выдаче займов определенных и т. д.

А.Ш.: Касаемо компаний по микрозаймам — вряд ли, там все-таки совсем не те суммы и не те объемы. Я думаю, не смогут себе эти финансовые компании позволить хорошую, качественную, дорогостоящую систему, которая сможет это нормально оценивать. По крайней мере, пока эти системы довольно-таки дороги. Опять же, это вопрос времени, лет 10 как минимум развития вот этих систем.

А вообще малый бизнес, который даже никак не связан с финансами, уже эту технологию как таковую, не сами программные комплексы, а технологию спокойно уже использует. Например, при трудоустройстве новых сотрудников это вполне принято, когда служба безопасности либо HR-служба всегда ищет профайлы в соцсетях и оценивает потенциального работника со всех сторон, с кем он общается, какие посты делает, насколько он позитивен по отношению к жизни или негативен и т. д. Поэтому эти технологии уже довольно давно используются.

М.Ц.: Огромное спасибо, Антон, за ваши комментарии.

А.Ш.: Спасибо. До свидания.

М.Ц.: Аспектов, по которым будут оценивать клиента сотрудники банка с помощью новой системы, довольно много. Но возникает вопрос, насколько они достоверны. И следующей участницей нашей программы будет Юлия Лезова, практикующий психолог. Здравствуйте, Юлия.

Юлия Лезова: Здравствуйте.

М.Ц.: Как вы считаете, насколько эффективно можно оценивать по каким-либо параметрам аккаунты в соцсетях клиента, чтобы общая картина о нем сложилась, и было какое-то представление?

Ю.Л.: Мне кажется, важно помнить, что страничка в социальной сети — это всегда некая шаблонная схема для предъявления себя. Любой пользователь имеет одинаковый набор характеристик, который он может показать в том или ином случае. Это, как правило, фотографии и какая-то краткая информация о себе. Я полагаю, что интернет-активность никогда не находится в прямой зависимости с социальной активностью, скорее даже наоборот. Отметки о понравившемся материале — это лишь мгновенный отклик, присоединиться к тому, что в данный момент вызывает интерес. Но в тот же самый момент человеку может быть интересно нечто совершенно противоположное. Поэтому делать выводы на основе интернет-«лайков» — означает несколько редуцировать человеческую личность до какой-то схемы. Потому что между возникающим интересом и конкретным действием всегда лежит процесс принятия решения. Он никогда не наступает одномоментно. Если человек отмечает как понравившуюся страничку какого-то сообщества, это не значит, что он будет участником этого сообщества в смысле действия, это не означает, что он будет присоединяться к действиям этого сообщества. Потому что между интересом и конкретными поступками всегда лежит процесс принятия решения.

М.Ц.: То есть это не импульсивное какое-то действие, а должно пройти время?

Ю.Л.: Да. Мы можем видеть, что человек много чего постит или отмечает в соцсети, но к конкретным действиям он не всегда переходит.

М.Ц.: А если говорить о фотографиях пользователей, по ним можно сделать какие-то выводы? Мы с первым участником нашей программы уже поговорили, что если человек заявляет банку, что у него большая 5-комнатная квартира, а на фотографиях непонятное общежитие, то это будет вызывать вопросы. Или это тоже может быть ложный показатель, потому что это может быть в прошлом или это общежитие друга и т. д.

Ю.Л.: Я полагаю, что в вашем вопросе уже заложен ответ. Да, действительно, это так. Фотография может быть очень старой. Фотография может быть антуражем какой-то фотостудии, что тоже не исключено. Мы не можем сделать достоверный вывод по фотографии человека, в каких условиях он сейчас живет и находится.

Мне вообще кажется такая процедура похожей на некую слежку, нежели объективный анализ. Анализ по какой-то интернет-активности человека упрощает представление о нем, на мой взгляд, и о его надежности, платежеспособности, ответственности, если мы говорим о выдаче кредитов.

М.Ц.: У некоторых пользователей ведь есть не один аккаунт, а два или три. И он выступает в них немного в образе. Для определенной аудитории у него одна страница, и она может отличаться от другой. Может ли тогда сотрудника банка получить в принципе ложную информацию от и до?

Ю.Л.: Полагаю, что само по себе создание страниц в соцсетях — это уже способ обхода реальности в угоду созданию некоего образа о себе. Даже если на страничке стоит реальная фамилия и имя, это всегда искаженная информация о человеке в той или иной степени. Ну, а создание фейковых страниц — это в еще большей степени искажение информации о себе.

М.Ц.: Вам как психологу как кажется — нужна ли такая система или она может, наоборот, затруднить получение кредита людьми, которые действительно платежеспособные, ответственные?

Ю.Л.: Мне кажется, важно не забывать о юридической составляющей. Ведь банки, когда выдают или не выдают кредит, они ориентируются на финансовую историю, на кредитную историю, на положения, которые приносит человек, о его материальных достатках, о работоспособности. Важно не забывать эту юридическую сторону. Мне представляется, что это самый серьезный и объективный фактор, по которому стоит судить о человеке. А пользователи, увидев это нововведение, зная о нем, просто будут обходить и перестанут совсем «лайкать», делать репосты. Это уже сейчас происходит. В последнее время снизилось количество отмечаемых страниц в соцсети, несмотря на то, что просмотры сохраняются. Думаю, что эта тенденция сохранится и в дальнейшем.

М.Ц.: Юлия, огромное спасибо, что нашли время с нами побеседовать.

Ю.Л.: Спасибо.

М.Ц.: Не менее важный вопрос в системе, которая позволит анализировать аккаунты клиентов банка, касается правомерности этого нововведения. Ведь речь действительно идет о личных данных человека, и здесь очень важно не переступить черту дозволенного. Поговорим об этом с Марией Баст, председателем Ассоциации адвокатов России за права человека. Мария, здравствуйте.

Мария Баст: Здравствуйте.

М.Ц.: Вам как кажется, подобная система отслеживания аккаунтов клиентов банка насколько правомерна, особенно учитывая, что речь идет о личных данных?

М.Б.: Когда человек приходит в банк, он подписывает согласие на то, что по нему банк начинает собирать персональные данные. Если человек подписал такое согласие, то, соответственно, банк имеет право. Единственное — банк не имеет право отдавать предпочтение тому или иному клиенту по мотивам, не связанным с его платежеспособностью. Я имею в виду, какие-то политические мотивы, например, человек каких-то взглядов разных и т. д. Это то, что запрещено. А если банк посмотрит страницу и увидит, что человек добросовестный либо же набирает кредитов, пишет всем подряд — это право банка. Тем более, банки это и сейчас делают. Так что не вижу никаких особых проблем.

М.Ц.: То есть, в принципе, когда человек подписывает такое соглашение, то и его страницы в интернете, в соцсетях тоже попадают под этот момент.

М.Б.: Все попадает. Любая информация, которая находится в доступе банка, — все может быть проверено службой безопасности, потому что человек сам лично подписал согласие на сбор данных.

М.Ц.: Насколько я понимаю, дело здесь не в какой-то субъективности. Скорее всего, здесь будет определенная автоматическая система. Если рассмотреть, что человек при этом соглашении откажется его подписывать, бывают ли сейчас такие случаи? Или банк сразу тогда разворачивает клиента и отказывает ему в принципе даже в рассмотрении его заявки?

М.Б.: Что касается банков, то банки сейчас, как правило, не дают кредит, если человек не дает согласие на сбор данных. Это может быть мошенник и т. д. Банки, как вы правильно сказали, разворачивают человека.

М.Ц.: А вот обратные случаи? Банк разрабатывает такую систему, чтобы себя обезопасить, чтобы снизить количество должников. Много ли сейчас должников, которым банки выдвигают какие-то иски на возврат средств в судебном порядке? Есть какие-то данные?

М.Б.: Их много. Вы сами видите, помимо банков, которые взыскивают, есть проблемы и с коллекторами и т. д. Есть информация, но сказать, что это принципиальный момент, я не могу.

М.Ц.: Как вам кажется, будет ли эффективна такая система? И вообще нужна ли она банкам или система на данный момент и так прозрачна, и не надо тут уже ничего придумывать?

М.Б.: Дело в том, что банки сейчас и так используют сбор информации. Я просто не понимаю, как они себе будут гарантировать, в чем дополнительный бонус от того, что будут они информацию собирать. Они и так ее собирают. У них есть соответствующие программы анализа данных на человека. Например, психопортрет человека они могут составить по социальной сети. Например, есть страница, человек пишет посты, есть фотографии человека, он размещает эти фотографии. Есть программы, которые распознают психические особенности человека, психопортрет делают человека. Это и так есть. Поэтому я вообще рекомендую людям, прежде чем открывать в социальных сетях свои страницы, подумать. Потому что очень много людей, которые буквально отчитываются о своих шагах, каждый вывешивает свои впечатления, настроения, фотографии постоянно, где он бывает и т. д.

А банки это все собирают. Есть даже методика, есть куча книжек по этому поводу, которые банки просто берут за основу. И есть программы, которые за несколько минут полностью психопортрет человека по его постам, которые он разместил, по комментариям в социальных сетях составляют. Это используют не только банки, но и работодатели, и спецслужбы. Поэтому я всегда рекомендую людям — прежде чем писать, надо подумать, что вы пишите.

М.Ц.: То есть человек сам виноват, если ему отказали, составили психологический портрет по анализу страницы в соцсетях, и он получил отказ, потому что постоянно афиширует свою личную жизнь, и нужно быть в этом вопросе более избирательным.

М.Б.: Если бы банк вмешивался, допустим, в личную переписку человека, — да, тогда было бы нарушение прав человека, незаконный сбор информации и т. д. Но здесь сам человек публично, по собственной воле, его никто не заставляет, размещает в социальных сетях все данные о себе, пишет посты в определенном контексте, психоэмоциональный подтекст тут же виден, фотографии размещает, видно его образы. Это все публичная сеть. Человек сам дает согласие, он публично демонстрирует на весь мир, чем он занимается, что он думает. И здесь банк имеет полностью право это делать. Так что я не вижу никаких проблем. Просто сами люди должны думать.

Единственное — я считаю, что банк должен исходить из платежеспособности клиента, а не каких-то политических предпочтений человека. Потому что люди могут быть разные, с разными взглядами. Да, безусловно, какие-нибудь экстремисты, террористы, конечно, банк обманут, тоже это надо учитывать. Но мы сейчас об этом не ведем речь, мы говорим о людях адекватных, с нормальными политическими взглядами, которые как раз не влияют на платежеспособность людей. Я бы вот как раз банк бы ограничила. А в остальном — пусть собирают, это право банка. Как и работодателя, к примеру, который берет на работу. Он должен же проверить, что это за человек.

М.Ц.: Да, логично. Мария, спасибо, что нашли время пообщаться с нами.

М.Б.: Спасибо.

М.Ц.: У микрофона была Мария Цыганова, это была программа «Zoom» на радио СОЛЬ. До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Культурная пятница

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments