В помощь Крыму и Калининграду: в России предлагают повысить акцизы на топливо и ввести сборы с операторов связи

Искать источники финансирования только для двух регионов — неполиткорректно, считают эксперты. Но есть мнение, что это не повлечет рост цен на топливо и мобильную связь.
Эксперты: Александр Горный — блогер; Никита Исаев — директор Института актуальной экономики, лидер движения «Новая Россия»; Алексей Самохвалов — руководитель Центра защиты прав потребителей; Евгения Соловьева — корреспондент радиостанции «Серебряный дождь».

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофонов Александра Хворостова и Игорь Киценко.

Игорь Киценко: Здравствуйте.

А.Х.: Тема нашей программы — «В помощь Крыму и Калининграду: в России предлагают повысить акцизы на топливо и ввести сборы с операторов связи».

И.К.: Здесь возникает вопрос, повлечет ли это удорожание бензина. Уже говорилось на портале издания «Ведомости», насколько все это может подорожать. А что касается сотовой связи — ляжет ли это на плечи нас с вами, простых налогоплательщиков, которые своим рублем помогут улучшить инфраструктуру Калининградской области и Крыма?

А.Х.: Также узнаем в программе о том, куда должны быть направлены эти деньги в регионах, почему эти два региона были выбраны и чего же нам с вами ждать, узнаем мы сегодня.

И.К.: Первый наш собеседник — блогер Александр Горный. Здравствуйте.

Александр Горный: Доброго дня.

И.К.: В правительстве рассматривают повышение акцизов на топливо и инициативу брать денежные средства от прибыли сотовых операторов. Хотят направить эти деньги на развитие Республики Крым и Калининградской области, что касается инфраструктуры.

А.Х.: Консолидированный бюджет должен составлять порядка 165 миллиардов рублей на два региона.

И.К.: Я был в Крыму, видел дороги, которые там на данный момент начинают делать. Неужели все так плохо и нужно улучшать полностью всю инфраструктуру в республике?

А.Г.: Когда говорилось о том, что повышать этот акциз планируется, речь шла о том, что есть два очень серьезных проекта «Приморское кольцо» и трасса «Таврида», которые требуют определенного финансирования. К сожалению, сумма изначально, допустим, по трассе «Таврида», которая планировалась, там около 80 миллиардов рублей — она в процессе строительства увеличилась до 140. Понятно, что есть определенный кассовый разрыв, который необходимо за счет чего-то компенсировать. Я думаю, что такая ситуация и по трассе «Приморское кольцо». Соответственно, Минтранс ищет возможные источники финансирования.

Другое дело, то, что было озвучено, и как это было озвучено, — на мой взгляд, это крайне политически некорректно сделано, тем более, в предвыборный год. И с учетом того, что все-таки вот эти настроения «Крым наш» среди россиян уже потихонечку проходят, многие начинают задумываться, почему мы столько денег вбухиваем в Крым. Хотя я могу сказать, что на мой взгляд, это крайне необходимо для Крыма, инфраструктурный проект, как «Таврида», как паромная переправа, которая была сделана, Крымский мост, безусловно, — это очень важно и это позволит Крыму все-таки стать не дотационным регионом, а регионом-донором в ближайшие, я уверен, 5−10 лет за счет туристической отрасли. Строится сейчас новый авиационный терминал. А что касается трассы «Таврида», это действительно очень важный инфраструктурный проект для Крыма, который позволит действительно Крыму вздохнуть. Потому что существующая трасса изначально не была рассчитана на тот транспортный поток, который уже сейчас есть и будет расти. Другое дело, что ценник трассы в процессе строительства вырос. И, к сожалению, это уже факт.

Могу сказать единственный положительный в этом момент — крымчане наблюдают, как строит питерская компания ВАД эту трассу, это очень дорогая компания, но она строит очень четко, очень классно. Я делал недавно репортаж на эту тему. Это действительно будет великолепный объект. В этом плане я понимаю, что надо. Но вот вопрос, как это было донесено до нас, до россиян, что — а давайте-ка еще скинемся на Крым — на мой взгляд, это нехорошо.

И.К.: Наверное, многие при этом вспомнили крылатую фразу Дмитрия Медведева, когда он пенсионерам крымским озвучил: «Ребята, держитесь». Про другие регионы России и социальную напряженность пока говорить рано, но вот именно внутри самого Крыма такая социальная группа, как пенсионеры, зная о том, что 165 миллиардов рублей могут закатать в асфальт — да, это нужно, это полезно, но они будут стоять и смотреть, пенсионеры, — денег нет, мы держимся, вот они, в асфальте у нас. Как общество на это реагирует, как обстановка на данный момент?

А.Г.: В данной ситуации рано сравнивать пенсионеров Крыма и материковой России. Все-таки Крым и люди, которые здесь живут, живут немного в другой реальности. Они воспринимают вот эти траты, которые идут на Крым, как некоторый вклад России за те потерянные годы, что Крым был без России. Этот элемент развития Крыма многие воспринимают хорошо.

Другое дело, что очень много бесполезных трат, на мой взгляд, ангажированных непонятно зачем. Например, крымские татары. Это сейчас самая привилегированная группа людей, несмотря на то, что они кричат, что они бедные, несчастные люди. Это довольно самостоятельная, экономически независимая группа людей, крымские татары. И им выделено 10 миллиардов рублей на строительство жилья. И многих крымчан эта история очень возмущает, гораздо больше, чем если будут строиться вот эти инфраструктурные объекты.

Что еще интересно — речь сейчас идет о том, что стоимость бензина на материка в среднем поднимается к 40 рублям. В Крыму стоимость бензина — от 43 до 45 рублей, 43 — это 95-й, 45 — это 95-й улучшенный. Но по сравнению с украинскими ценами на топливо, которые здесь были, это все в пределах досягаемости. Конечно, мы на материке немного отвыкли от таких ценников, постепенно привыкаем. Но, на мой взгляд, все-таки это не очень хорошая идея.

Еще изначально же эта идея была — сделать как? С 1 января и потом с 1 июля. Потом они немного переиграли, что с 1 апреля, после президентских выборов, и с 1 сентября. Они планируют дополнить бюджет, где-то порядка 50−60 миллиардов рублей речь идет. В рамках российского бюджета это не такая большая сумма, которую где-то можно было поджать, но не выносить вот эту ситуацию на поверхность. Я считаю, надо подходить более взвешено, особенно в предвыборный год, потому что люди все-таки стали считать деньги, кормовая база заметно снизилась, растут налоги. Розничное потребление россиян заметно снижено. Когда заходишь в розничные магазины, то видишь, что преобладают товары первой цены, самой низкой, покупают самые дешевые товары. Много различных акций. Во всяком случае, потребление снижается. И вот это делать сейчас, мне кажется, крайне вредно и нехорошо.

А.Х.: Вы сказали, что данный способ донесения информации до всех нас, — это не совсем политкорректно. А как же тогда политкорректно? Внести деньги, но умолчать об этом? Или как? Просто повысить акцизы и опять умолчать? Увидеть в ценнике за сотовую связь чуть больше денег, чем мы платим, и опять промолчать?

А.Г.: Надо понимать, что дорожный фонд в какой-то степени консолидированный. И просто, может быть, не надо было сейчас так целенаправленно подчеркивать, что это Крым и Калининградская область. Действительно, сейчас нужно деньги вкладывать в этот регион. Хотя у нас очень много и других регионов, надо не забывать, в этом я с вами согласен. Но там, где возможны определенные точки роста, с точки зрения бизнеса это, может быть, действительно правильная стратегия. Если вкладывать деньги в заведомо убыточный и разрушенный регион, то понятно, там выхлопа никакого не будет. Если мы все-таки вкладываем деньги в регион, который потенциально может давать прибыль, а я уверен, что Крым — это очень интересный регион в плане дальнейшего развития и с точки зрения формирования дополнительных доходов. Я считаю, что здесь все-таки определенная логика есть, что надо это делать. Другое дело, что, может быть, просто не надо об этом кричать. Все знают, что дети так рождаются, но почему-то мы говорим, что их приносит аист. То же самое и здесь.

И.К.: Многие эксперты отмечают, что это будет вкладываться в развитие инфраструктуры, если говорить о республике. Это дело нужное, полезное. В дальнейшем это увеличит туристический поток, торговые взаимоотношения с материком наладятся и т. д. На ваш взгляд, если взять вот эту сумму и грубо ее поделить на два, получается, что на каждый регион приблизительно по 82,5 миллиарда рублей выходит. В принципе да, это небольшие деньги на улучшение инфраструктуры. Но в какой период, по вашему мнению, Крым может отбить эти деньги в качестве налоговых вливаний в бюджет региона и передачи их в федеральный центр?

А.Г.: Надо понимать, что когда делаются такие серьезные инвестиционные проекты, они все-таки не имеют какую-то краткосрочную цель возврата денег. Это проекты, которые будут стимулировать развитие и привлечение инвестиций в данный регион. Задача сейчас Крыма какая? Стать не дотационным регионом, и регионом, который будет, как минимум, на самоокупаемости. Это уже будет, я считаю, огромный плюс.

На мой взгляд, если будет сохранена та динамика, которая сейчас есть, а я могу сказать, несмотря на всю мою критику в моих материалах, что я вижу, что прогресс есть, многие шероховатости переходного периода, первых лет убираются. Крым стал каким-то местом стройки — все движется, строится, это действительно заметно. Я думаю, что к нулю мы выйдем лет через 5. А лет через 7−8 это будет не просто регион, а очень хороший регион, который будет отдавать гораздо больше в бюджет. А когда все эти деньги окупятся, сложно сказать. Но окупятся.

И.К.: Будем надеяться.

А.Г.: Другое дело, что надо нашему правительству напоминать про майские указы президента, которые надо срочно выполнять. Надо понимать, что, с одной стороны, действительно необходимо поддерживать свое население. Но очень часто идут определенные перекосы. Действительно, нужно поддерживать, но это должна быть более адресная помощь. И, возможно, за счет этого как раз можно будет экономить бюджетные средства. Скажем откровенно — наши чиновники и наши товарищи олигархи живут на довольно-таки широкую ногу, зарабатывают не копейки, не рубли, не миллионы рублей, а миллиарды. Поэтому я думаю, что, может быть, где-то поумерить аппетиты, тем более, время непростое. И вот эти деньги, о которых мы говорим, можно как минимум сэкономить.

И.К.: Александр, огромное спасибо, что нашли время с нами пообщаться и дать комментарии.

А.Г.: Хорошего дня.

И.К.: А мы продолжаем. Следующий наш собеседник — Евгения Соловьева — корреспондент радиостанции «Серебряный дождь». Здравствуйте.

Евгения Соловьева: Здравствуйте.

И.К.: Мы сегодня говорим о том, что у правительства есть такая инициатива — повысить акцизы на топливо и задействовать сферу мобильной связи, чтобы взять у них денежек немножко, взять с повышения акцизов и все это дело направить на улучшение инфраструктуры в Республику Крым и к вам, в Калининградскую область. Звучат версии, что это все будет направлено на строительство кольцевой дороги Калининграда и т. д., которая строилась еще при Николае Цуканове, этот проект запустился. Неужели в плохом состоянии или не достроена эта дорога? И хватит ли этих денег, консолидированного бюджета в 165 миллиардов, вам достанется 82,5?

Е.С.: Речь идет не конкретно про строительство дороги, это как раз-таки не самый дорогостоящий проект. Самые дорогостоящие проекты, их 2 — это новые паромы «Балтийск — Усть-Луга» и прокладка оптоволоконной связи по дню Балтийского моря.

Если мы говорим про паромную переправу, вообще разговоры о том, что надо строить, паромы нужны, — еще, по-моему, при Георгии Валентиновиче Боосе я это слышала. Это двумя губернаторам ранее. Разговоры ведутся-ведутся. Про оптоволоконную связь впервые начали говорить, что она нужна, в 2005 году. При этом при строительстве «Северного потока» должны были одновременно проложить по дну Балтийского моря и газопровод, и оптоволокно, но почему-то этого не произошло. Дорога у нас не окончена. Мы ее начали строить, она должна была быть кольцевая. Сейчас она представляет собой некий полукруг. На строительство оставшейся части денег уже нет, как обычно.

По суммам — я могу сказать конкретно про паромы. Для того чтобы построить один паром, нужно порядка 3,7 миллиардов рублей. Чуть меньше 4 миллиардов — это строительство одного парома. Нам нужно 6 паромов. У нас на данный момент то ли 1, то ли 2 курсируют. В чем необходимость парома? Например, сейчас у нас строят мост. И железобетонные конструкции к этому мосту возят наземным транспортом, автомобилями. В итоге начинаются задержки, естественно, потому что граница. Разбиваем дорогу, потому что конструкция для моста, сами понимаете, вещь не самая легкая. Почему не пользуемся паромом «Балтийск-Усть-Луга» — мы задавали этот вопрос, когда общались с генеральным подрядчиком. Он говорит — все очень просто, он переполнен. Надо вставать в очередь для того чтобы свой товар перевезти. Товар будет лежать неделю-две недели. То есть наземным транспортом, даже со всеми растаможками, со всеми этими процедурами все равно быстрее.

То, что есть необходимость этого парома, все говорят, все понимают. Но всегда все упирается в финансирование. А тут в августе Владимир Владимирович Путин приезжает в Калининградскую область и говорит о том, что вообще-то надо, вот прям надо. Ну, а когда говорит Владимир Владимирович, это должно сделаться априори. Но опять же, денег-то нет. Как тогда еще врио губернатора, а сейчас уже губернатор области Антон Алиханов говорил, — а как? Откуда? И рады были бы все это сделать. А тут вот, видите, нашлись средства.

И.К.: Получается, в этом плане вам повезло. Сейчас обсудят по поводу, в частности, повышения акцизов на топливо. И если утвердят, как некоторые эксперты отмечают, это вроде бы и не увеличит стоимость бензина, на уровне инфляции все это будет в норме, но тем не менее. Если делить эти 165 миллиардов пополам, вам достанется 82,5, и на паром уйдет 22 миллиарда. А остальные пойдут на достройку кольцевой автодороги и улучшение инфраструктуры для наземного транспорта?

Е.С.: Да. 22 миллиарда — это на паромы. Еще плюс мы включаем несколько миллиардов на инфраструктуру для паромов, то есть расширение, строительство заездов, порта. А вы представляете вообще — по дну Балтийского моря провести кабель? Надо посмотреть, я не готова сказать, в какую сумму обошлось строительство газопровода «Северного потока». Я не знаю, насколько корректно эти вещи сравнивать, но хоть какое-то представление, понимать, сколько километров, на какое расстояние это потянется.

Про строительство дороги — надо еще понимать, о каком километраже идет речь, какой будет взят проект за основу — тот, который изначально предполагался, когда давно еще строилось эта дорога, или это будет уже какое-то расширение. Будут добавлять полосы, будут добавлять участки, протяженность, куда-то эти дороги, может, еще пойдут. Тут как скажешь? Но то, что часть из этих средств осядет, — в этом, наверное, сомневаться не приходится.

И.К.: То есть до финала может дойти гораздо меньше денег.

Е.С.: «Может»? Вы все-таки верите в частность?

И.К.: Самое печальное в том, что скидываться-то будем мы, а пользоваться — вы, а не мы. И в Крыму еще попользуются.

Е.С.: Не только мы, да, есть еще и Крым. Анклав и полуанклав, да.

И.К.: А дефицит бюджета в 2018 году составит чуть более чем 1 триллион рублей. А мы вот скидываться будем. И куда? Непонятно все. Как у вас строить будут, куда деньги уйдут, понятно, да.

Е.С.: Цены какие-то нереальные, да. Мы с трудом понимаем, сколько это будет ноликов вообще. Если горочкой сложить, это какая будет горочка — по колено или повыше? Второе — сколько в итоге дойдет действительно на дорогу, оптоволоконную связь и паромы? Будут ли построены те самые 6 паромов, которые необходимы, или потом окажется, что вот здесь мы не можем, вот там проблемы и прочее, и в итоге будет построено только 2 парома? И дорога — как обычно, куда-нибудь опять затянется, и круга у нас не получится, он так у нас и не замкнется. Но мы, конечно, верим. А остальная Россия — она у нас большая, если каждый по рублю скинется, Калининградской области хорошо будет.

И.К.: Ну, посмотрим. Это пока только предложения, инициативы. Утвердят, не утвердят данный план по повышению акцизов и т. д. Время покажет. Евгения, огромное спасибо, что нашли время с нами пообщаться.

Е.С.: Спасибо вам.

И.К.: Наш следующий собеседник — Алексей Самохвалов, руководитель Центра защиты прав потребителей. Здравствуйте.

Алексей Самохвалов: Добрый день.

А.Х.: Сегодня мы говорим о том, что в правительстве предложили оплатить усовершенствование инфраструктуры Крыма и Калининградской области за счет повышения акциз на топливо и за счет сборов с операторов связи. Естественно, у нас как у обывателей сразу возникает вопрос — что ждать, к чему готовиться при этом?

А.С.: Я думаю, что такой подход совершенно неправильный. Цены должны определяться рыночным спросом. И кто какие там налоги вводит — я думаю, что отраслевые налоги на общие цели тоже недопустимы. У нас есть масса других предприятий, не менее экономически эффективных. Так что это очень спорный вопрос. А потребителям надо готовиться к отстаиванию своих прав и к выбору тех предложений, которые оптимальны по цене и качеству.

И.К.: То есть вы считаете, что увеличится стоимость услуг сотовых операторов?

А.С.: Я думаю, что в связи с тем, что наша национальная валюта уже достаточно давно неустойчива, конечно, цены будут повышаться. Другое дело, что у нас во многие тарифы включены услуги, которые многим не нужны. Бывает, что какой-то лишний объем интернет-трафика, бывает огромное количество sms и т. д. Надо выбирать то, что вам удобно, не стесняться, не бояться переходить от одного оператора к другому. Сейчас это возможно. И пусть они конкурируют, пусть поймут, что люди не хотят механического увеличения цен.

И.К.: То есть, по большому счету, если даже будет увеличение стоимости тарифов, будут какие-то пакетные предложения, сами сотовые операторы будут предлагать, дабы удержать своих абонентов внутри своей сети?

А.С.: Безусловно. Достаточно посмотреть на то, что происходит в наших крупных продуктовых сетях — «Дикси», «Магнит», «Пятерочка» и другие. Там цены повышаются на многие товары, но средняя цена чека не растет, наоборот, падает. Люди стали более экономны, они не покупают лишние продукты, они не покупают впрок. Поэтому доход-то не растет. Надо понимать нашим коммерческим структурам, что механическое повышение цен не всегда дает ожидаемый результат. Оно может привести к обратному эффекту, как это сейчас происходит в продуктовых сетях.

И.К.: От этого же качество лучше не становится. Вы перечислили такие бюджетные торговые сети.

А.С.: Они все равно вынуждены делать постоянно скидки. И я подозреваю, что это скидки на товары, которые залежались на полках. Так что здесь должна быть золотая середина. Потому что потребитель всегда имеет возможность проголосовать рублем. В том числе, ограничить потребление услуг связи или интернета.

И.К.: Если все-таки будет увеличение стоимости мобильной связи, возможно ли каким-то образом отстоять потребителю, допустим, мне, я пользуюсь одним оператором уже очень много лет, меня все устраивает, я не хочу переходить к другому. Но тут я замечаю, например, что увеличивается стоимость тарифного плана. Возможно ли мне отстоять свое право и оставить ту сумму, которая была? Или все-таки такой возможности не будет?

А.С.: Я думаю, что, во-первых, архивные тарифы, как правило, сохраняются у мобильных операторов, и никто вас силой заставить перейти на новый не может. С другой стороны, я, например, пользуюсь услугами трех операторов. И я подключаю у каждого оператора именно ту услугу, которая мне нужна и которая оптимальна по цене. Один у меня для интернета, другой — это старый номер, который знаю многие мои коллеги, а один из этих тарифов достаточно удобный для звонков в регионы. Мы должны исходить из того, и операторы это должны понимать, что сейчас у людей телефоны с 2−3 сим-картами, у многих сим-карты вставляются в интернет-устройство какое-то, в смартфон, планшет. Поэтому если вы будете этого абонента где-то зажимать, он будет только принимать звонки бесплатно, а необходимые услуги будет покупать у других операторов. Так что, уважаемые связисты, подумайте, прежде чем навязывать кому-то новые дорогостоящие услуги, не уйдет ли от вас, даже частично, этот самый абонент-потребитель.

И.К.: Было бы хорошо, если бы они вняли вашим словам. Но в правительстве ищут источники 165 миллиардов рублей, необходимых для выполнения поручения по поддержке Крыма и Калининградской области. Как отреагирует рынок, сотовые операторы на это, покажет время, наверное. Если их обяжут, и они будут повышать тарифы.

А.Х.: Кстати, а могут ли обязать? Или такие вопросы решаются больше в рекомендательном порядке?

А.С.: Конечно, в рекомендательном порядке. Но у нас в правительстве принято считать, что связь — это супердоходное направление. Хотя оно уже давно перестало быть супердоходным. Посмотрите на ситуацию с кабельным телевидением в Москве. Сейчас уже будет огромная стройка, будет строиться огромное количество реновированных новых домов. И там очень большие затраты по перемещению всех этих подключений, коммуникаций, введение этих сетей в каждую из квартир. И пока еще город не решил этот вопрос, как он будет компенсировать кабельным операторам все эти потери. А число желающих подключить какие-то большие пакеты телевизионных каналов становится все меньше, потому что люди чаще пользуются интернетом. И вот эти традиционные пакеты в 50, в 100 телеканалов — их очень сложно смотреть. Люди смотрят реально 5−7. В итоге от таких больших, затратных статей в бюджете потребитель отказывается. Так что считать, что отрасль массовых коммуникаций какая-то сверхприбыльная… А в каком ужасном положении печатные издания, которые выгнали сейчас из московского метро, автоматы эти исчезли, и они лишились значительной части розницы?

Так что ситуация в отрасли очень тревожная. И рассчитывать, что со связистов можно тоже содрать семь шкур за счет шкуры потребителя, мне кажется, не стоит.

И.К.: Будем надеяться. Огромное спасибо вам, что нашли время пообщаться с нами.

А.С.: Всего доброго.

И.К.: Следующий наш собеседник — Никита Исаев, директор Института актуальной экономики, лидер движения «Новая Россия». Здравствуйте.

Никита Исаев: Добрый день.

И.К.: Сегодня беседуем об увеличении акцизов в несколько этапов. В течение сегодняшнего дня рассмотрят данное предложение. Все эти денежные средства планируется отправлять на улучшение инфраструктуры республики Крым. И также планируется увеличить изъем денег у сотовых операторов, которые также планируется направлять на развитие этих двух регионов — Крыма и Калининградской области. Как это отразится на общей экономике всей страны? Учитывая все сегодняшние реалии, сложную экономическую ситуацию в нашей стране.

Н.И.: Во-первых, необходим разделить две вещи. Как повышение акцизов на топливо способно повысить цены сначала на бензин, дизельное топливо, а следом на товары, которые зависят от цен на бензин. А второе — стоит понять беспрецедентную, на мой взгляд, ситуацию, решение, что федеральные сборы, министерством финансов РФ предложенные, правительством утвержденные будут направляться уже сразу при определении этого вопроса в конкретные регионы. По большому счету, федеральный бюджет сначала определяет свои доходы, затем определяет свои расходы и утверждается в соответствующем законе Госдумы, одобряется Советом Федерации, подписывается президентом. А сейчас уже народу определяют некий целевой характер этих потенциальных расходов от тех сверхдоходов, которые мы получаем.

В первом случае, относительно того, как повлияет на цену повышение акцизов на достаточно высокие цифры, рубль-полтора бензин и дизельное топливо и т. д. Это зависит, в первую очередь, не только от цены на бензин и акцизов, внутри которые есть, НДПИ, которые платят нефтяные компании, и в целом системы налогообложения. Ну и от экономической ситуации в стране. Напомню, что сейчас мы идем с так называемой рекордно низкой инфляцией. По некоторым позициям у нас была дефляция в августе и ожидается — в сентябре. Да и повышения акцизов, которые происходили в прошлом, 2016 году и в 2015 году в России, не сильно повысили стоимость бензина. Удалось за счет дополнительной конкуренции, за счет увеличения объемов добычи нефти в стране, за счет повышения притока нефтедоллара и конвертации его в федеральный бюджет, за счет удержания инфляции и курса рубля — в принципе, цена не нефтепродукты была достаточно стабильной.

Полагаю, что если нынешняя экономическая ситуация в стране останется таковой, то есть инфляция невысокая, учетная ставка ЦБ будет плавно снижаться, как недавно произошло, на предыдущей неделе, если монетарная политика будет достаточно комфортной, то подобное увеличение может и не привести к резкому увеличению, как дают прогнозы некоторые аналитики. Но они говорят, что, например, на 60 копеек цена на бензин может увеличиться. И, как следствие, инфляция, в первую очередь, продуктовая, может повыситься на 2−3%. Этого может и не произойти.

Относительно второго — это уже как раз небезопасная вещь. Имеется в виду сбор денег непосредственно на какие-то отдельно взятые территории, будь то принципиальные и с точки зрения геополитики, и экономического развития, такие, как Крым, разумеется, о котором мы так много говорим, мост строим, есть целая государственная программа развития Республики Крым и города федерального значения Севастополя. И, естественно, Калининградская область, в которой строят окружное кольцо, хотя 10 лет назад оно в неплохом состоянии было сделано еще предпредыдущим губернатором Георгием Боосом, за что многие калининградцы его вспоминают добрым словом. Хотя уходил он из-за протестов как раз в связи с повышением транспортного налога, которое происходило именно в связи с решением региональных властей. Вот это, мне кажется, небезопасно.

Дело в том, что история, когда мы всем миром собираем кому-то, станет опасным прецедентом. Каждый из регионов сейчас, а поверьте мне, есть гораздо более депрессивные регионы, чем Калининград и даже Республика Крым — Биробиджан, Еврейская автономная область, Смоленская область, Нижегородская область, Красноярский край или Якутия, известный мост через Лену, на который из федерального бюджета так и не выделяют деньги, и проблема с навигацией там огромная. Скажут — ну, давайте соберем 230 миллиардов на мост через Лену в Якутии, потому что это сильно усложняет экономическое развитие региона. И будем повышать налоги, акцизы и т. д. И будем писать, как на ракетах — это вам за товарища Сталина, а здесь будем писать — это вам на Якутию. Мне кажется, это очень небезопасная вещь, и правительству стоило бы избежать анонсирования потенциальных целевых расходов в отношении конкретных регионов.

А.Х.: А какое развитие событий было бы наиболее безопасно?

И.К.: Социальная напряженность из-за этого может повыситься?

Н.И.: Наиболее безопасно — стоило бы, как обычно, повышать акцизы и говорить о том, что цены на бензин не повысятся. Это не было бы лукавством, поскольку в первой части своего комментария я обозначил, почему это может не произойти. И так это обычно и происходило. Нужна информационная кампания, в которой бы сообщили обществу, что в связи с другими параметрами, которые влияют на потенциальное снижение цены на бензин… Я вот буквально позавчера проехал Подмосковье и выложил в Facebook фотографию стоимости бензина 95-го — меньше 39 рублей. И написал, что цена на нефть растет, а цена на бензин падает. В этом определенная логика есть, если долго копать эту историю. Стоило бы так это сделать.

Относительно социальной напряженности — она возникает от проблем в холодильнике. А элемент, связанный с вот этой диспропорцией по регионам, вызовет скорее негодование и требование к своим региональным властям, а у нас же много сейчас молодых эффективных губернаторов избралось по всей стране. И будут говорить — ну ты вот, молодой, пришел, мы 80−90% за тебя проголосовали, иди в правительство, иди в Минфин, скажи, что нам нужна дорога из Кирова в Кирово-Чепецк, прохудилась она, а никто денег не дает. И будет губернатор заложником вот такой ситуации, а народ будет требовать, чтобы происходило именно таким образом. В этом суть опасности.

И.К.: Говорят, что все молодые губернаторы — это поколение автократов, и они инициатив-то никаких не выдвигают, а выполняют только указания из федерального центра. Здесь не то, чтобы электорат пришел к Алиханову и сказал — вот у нас, кольцевая дорога-то, надо с ней что-то делать, звони президенту. Тут наоборот получается, что это поручение президента.

Н.И.: Дело в том, что вообще система и местного самоуправления, и региональных властей, то есть губернаторов и других органов власти, субъектов федерации, она, конечно, сильно нивелирована. То есть Бюджетным кодексом, Налоговым кодексом все деньги фактически перенаправлены в Москву, а регионы получают дотации. То есть на 1 рубль получаемых доходов от налоговых отчислений в муниципалитете 7 уходит в Москву. Никакой мотивации привлекать инвесторов, развивать экономику там не существует.

Относительно молодых или старых, неважно, губернаторов — сегодня эффективность губернатора зависит от того, насколько он имеет лоббистский ресурс в Москве, в тех группах влияния, которые его определенным образом ставили. Тот же господин Алиханов определенным образом связан с группой «Ростехнологии». Сможет господин Чемезов эффективно пролоббировать увеличение объемов финансирования и специальные поручения президента в регионе — значит, так. Тот же самый господин Алиханов вряд ли обладает соответствующим политическим весом для продвижения своих проектов. Под именем Антона Алиханова я имею в виду не только губернатора Калининградской области, но и всех новых губернаторов — и Максима Решетникова в Пермском крае, и Андрея Никитина в Новгородской области, и Бречалова в Удмуртии, и Любимова в Рязанской области, весь новый набор, который в настоящий момент состоялся, в 16 регионах у нас прошли выборы губернаторов, и многие их них новые.

Да, разумеется, эффективность губернатора зависит именно от лоббистского ресурса в Москве, а также групп влияния, к которым они принадлежат. Не секрет, что господина Алиханова связывают с группой «Ростехнологии». Такая же ситуация, например, и в городе Севастополе, господин Овсянников тоже имеет отношение к этой группе. Поэтому от влияния этой группы будет зависеть эффективность всех государственных федеральных расходов, которые будут направляться в регионы.

Но, повторюсь, народ-то не сильно понимает, что за группа влияния стоит и т. д. У них есть понимание, что вот, не построена дорога, не проведен свет, нет газа, дорогой бензин, дорогие продукты, нет работы. И они спрашивают с того, за кого они ходили голосовать. Если он не способен взять и пролоббировать решение через министерство финансов в правительство, как это произойдет, скорее всего, сегодня по Калининграду и Крыму, то будут считать, что он неэффективный, и тогда доверие сильно будет подорвано. Поэтому я считаю, что необходимо избежать анонсирования целевых расходов в момент увеличения очередных налогов.

И.К.: Не хочу показаться сторонником различных конспирологических теорий, но еще до выборов в 16 субъектах РФ анонсировалось, что еще от 10 до 20 губернаторов уйдут в отставку. Ну да бог с ними. У меня еще уточняющий вопрос относительно увеличения тарифов на бензин — почему, на ваш взгляд, именно эти два региона? Калининград — не депрессивный регион. Крым — я тоже не сказал бы, что депрессивный регион, учитывая, сколько в него сейчас финансовых вливаний производится со стороны РФ. Вы перечислили более проблемные регионы, куда можно было бы эти деньги направить. Почему же именно эти два региона? У меня как у обывателя только одна мысль — что это некий мешочек такой, куда деньги прячут.

Н.И.: По Калининграду — безусловно, это не депрессивный регион по сравнению с другими. Хотя, несмотря на то, что в позапрошлом году была фактически завершена особая экономическая зона с особыми тарифами, налоговыми пошлинами и т. д., и это вызвало напряжение существенной части бизнеса. У меня только одна теория относительно Калининграда — нужно показать результат в регионе, чтобы обеспечить кадровые перспективы господина Алиханова. Кто-то явно стремится к тому, чтобы молодой технократ пришел в Москву, стал вице-премьером, премьером или кем его еще рассчитывают сделать. Могу сказать собственный пример по поводу Калининграда — мой приятель, который владеет на территории Калининградской области различной строительной техникой, которая последние 3−5 лет во время правления бывшего губернатора Николая Николаевича Цуканова стояла и не работала абсолютно, а сейчас у него нет отбоя от заказов. Эта техника у него постоянно ездит, у него хорошие на это цены, у него есть доход. Потому что пошли деньги из Москвы, они уже пошли, и перед выборами пошли, и сейчас идут. Значит, очевидно, такие расходы нужны, чтобы этого молодого парня приподнять.

Другое дело, насколько он будет эффективным. Я пока ответить на этот вопрос не могу. Я знаком с Антоном Алихановым, был знаком еще с момента, когда он был заместителем председателя правительства Калининградской области. Мы с ним находились в неплохих отношениях. Сейчас не общаемся, поэтому мне сложно судить о его профессиональных навыках именно сейчас. Но думаю, что версия моя абсолютно правильная. Всегда так происходит.

Относительно Крыма — это кажется, что большие деньги направляются в Крым. Как обычно кажется, что большие деньги направляются на Северный Кавказ, на Дальний Восток. Я бы не сказал, что больше, чем обычно. Была государственная программа на 50 миллиардов рублей, рассчитанная, по-моему, на 5 лет. Это относительно небольшие деньги для территории. Но еще и Крымский мост, который стоит более 300 миллиардов рублей. И кажется, что мы за счет этого облагодетельствовали всю республику. Но это, конечно, не так. Облагодетельствовали скорее тех, кто занимается строительством этого моста. Поэтому, конечно, в Крыму напряженная ситуация. Цены там больше, чем московские. К сожалению, в этом году снизился туризм в силу открытия Турции и других курортов и появления возможности у жителей России посещать другие страны в связи с повышением курса национальной валюты и какой-то привычкой уже, пониманием, что можно выезжать. И Крым, конечно, не способен пока предоставить эффективную комфортную туристическую инфраструктуру, а это серьезная статья дохода регионального бюджета. Поэтому, конечно, есть определенное социальное напряжение среди жителей республики Крым и города Севастополя. И в общем, наверное, в связи с этим есть такая задача.

Я не думаю, что господин Аксенов является тем самым перспективным губернатором или главой республики, поскольку явно он там больше на своем месте, в лучшем случае, чем имеет какие-либо федеральные перспективы.

А.Х.: С акцизами на топливо понятно. А что ждать от новости, которую РБК опубликовал, что развитие Крыма и Калининградской области предложили оплатить за счет сборов с операторов связи? Не ожидать ли нам повышения еще и стоимости звонков, наших тарифов на сотовую связь?

И.К.: Почему именно этот сектор выбирают для того, чтобы взять деньги у них и передать на развитие двух регионов?

Н.И.: Я думаю, что действуют следующим образом, почему предложили повышать пошлины для сотовых операторов, а они, соответственно, будут повышать тарифы, которые будут переходить на нас. Наверное, в правительстве посчитали, что те получили сверхприбыль и не будут перекладывать на граждан повышенные сборы свои. Могу предположить только это. У нас в стране действуют как сейчас? «Не навреди». То есть повысить налоги надо, поскольку у нас есть дефицит бюджета, и он очевиден. Региональных тоже и муниципальных бюджетов, везде дефицит. Все мы в кубышку, резервный фонд отправляем, сверх 40 долларов цены на нефть в связи с этим бюджетным правилом на черный день — а вдруг нефть упадет до 20 долларов, а вдруг война впереди, социальное напряжение, политический конфликт. Мы все туда направляем. А вот здесь пытаемся решать вопросы за счет того, что имеем. Смотрим отрасли, которые более или менее выглядят привлекательно. Взяли вот бензин. Вроде посмотрели — за два года в связи с повышением тарифов цена на бензин не выросла. И всегда можно сказать — инфляция у нас рекордно низкая. Посмотрели на тарифы сотовых операторов и подумали — они ниже, чем по всему миру или доходность достаточно высокая. И решили туда направить. Отчасти это разумный способ. С другой стороны, он, конечно, крайне циничен.

А.Х.: А что нас может ожидать в связи с этим?

И.К.: Ждать повышения тарифов или нет, на ваш взгляд?

Н.И.: Я не думаю, что стоит ждать повышения тарифов. Такая высокая конкуренция сейчас среди сотовых операторов. Напуганные операторы законом Яровой и несколькими триллионами вложений туда, сейчас вроде, насколько я знаю, отложили это на 3 или на 5 лет, закон Яровой и соответствующие расходы — им небольшое повышение отчислений в федеральный бюджет не сыграет особой роли. Я думаю, что в правительстве понимали, что возмущения это не вызовет. Видимо, есть некая договоренность о том, чтобы конкуренция сгладила потенциальное повышение тарифов на сотовую связь.

И.К.: Огромное спасибо, что нашли время с нами пообщаться.

Н.И.: До свидания.

А.Х.: Многие говорят, что такое яркое заявление о том, что мы будем развивать инфраструктуру только лишь двух регионов, мягко говоря, неполиткорректно.

И.К.: Но учитывая масштабы, 165 миллиардов — это не очень большая сумма, исходя из планов. 6 паромов в Калининграде, «Таврида» — огромная трасса в Крыму, нужная трасса.

А.Х.: Единственный вопрос — социального недопонимания, почему мы с мира по нитке должны собирать только этим двум регионам.

И.К.: Может быть, это был некий информационный вброс, чтобы сделать срез общественного мнения. Нужен будет не только государственный, но и общественный контроль, если эти планы будут реализовываться, за тем, чтобы эти деньги дошли до финала, чтобы нигде не осели.

А.Х.: А почему бы и нет? Все-таки «Зенит-Арену» построили, несмотря на то, что бакланы ее поклевали. Надеюсь, что не найдется бакланов, которые будут клевать эти дороги в Калининградской области и в Крыму. Возможно, в скором времени нас с вами ждет хорошая инфраструктура, хорошие дороги европейского качества, низкие цены на бензин и дешевая сотовая связь.

Мы прощаемся с вами. Для вас работали Александра Хворостова и Игорь Киценко. Это была программа «Угол зрения». До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Культурная пятница

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments