Митинг за отставку главы Башкирии: возможно ли увольнение республиканского масштаба

В Башкортостане активисты заявляют о «небывалом размахе коррупции в регионе» и собирают очередную акцию протеста. Услышат ли их в Кремле?
Эксперты: Валиахмет Бадретдинов — член совета Конгресса башкирского народа; Дмитрий Михайличенко — политолог; Аббас Галлямов — политолог и политтехнолог.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофона Александра Хворостова. Тема нашей сегодняшней программы: «Митинг за отставку главы Башкирии: возможно ли увольнение республиканского масштаба». Конгресс башкирского народа продолжает выводить людей на митинги против главы республики Рустэма Хамитова. Ближайший пройдет 21 сентября. Предыдущая акция прошла в июле. Тогда собрались 600 человек. На этот раз организаторы обозначили в заявке 500 участников. При этом требовать отставки Хамитова будут еще и обманутые дольщики и спортсмены. Вот о предстоящем митинге, о результатах прошлого митинга мы поговорим сегодня, а также узнаем у политологов, каковы перспективы этого митинга, действительно ли митинги можно считать крупным политическим событием региона и что сами политологи думают о последствиях данных митингов.

У нас на связи Валиахмет Бадретдинов, член совета Конгресса башкирского народа. Валиахмет, здравствуйте.

Валиахмет Бадретдинов: Здравствуйте.

А.Х.: 21 сентября Конгресс запланировал уже второй митинг за отставку главы республики Рустэма Хамитова. Расскажите нам, прежде всего, о своей организации, как давно вы организовались и почему вдруг решили создать Конгресс башкирского народа?

В.Б.: Действительно, наша молодая общественная организация создана относительно недавно. Весной этого года группа башкирских общественников и активистов решили, что создавшаяся социально-экономическая и политическая ситуация в республике стала для многих невыносимой по многим причинам. Основная причина — это чисто экономическая причина. Тут даже нет никакой чисто национальной или этнической подоплеки. За 7 лет правления Хамитова экономические показатели ухудшились во всех областях. Заработные платы у нас хуже всех, прибыль хуже всех. И никакого продвижения. Это явное разрушение более-менее действующих предприятий, их банкротство и перепродажа. Вот этот метод очень сильно работает.

Прежде всего, от этого страдает сельское население, где фактически в большинстве сел нет никакого предприятия, негде людям работать. А фермеры — единицы, они находятся под пятой местных начальников и глав администрации, которые всегда встают во фронт, когда им прикажут. И при таких условиях, никакая частная инициатива не может развиваться. Единственное, что развивается, — это только торговля. Поймите меня, ежегодно Рустэм Хамитов проводит «Башкортостан — молочные реки». И это при всем при том, что у нас аграрная республика, несмотря на нефтянку. У нас местное население вообще не может единолично сдавать молоко. Нет никаких закупочных предприятий, нет коопераций, нет ни государственной, ни частной инициативы. И, конечно, все потихонечку приходит в упадок. Зато привозят, откуда только могут. У нас продают тульское молоко, татарское и так далее.

А.Х.: А вы сравниваете положение дел с тем, что было до правления Хамитова? Или с какими-то другими регионами проводите параллель?

В.Б.: Мы можем сравнивать с двух позиций. Прежде всего, до 2010 года. Вы поймите, были проблемы в экономике, в том числе, в социальной сфере и до этого времени, во время первого президента Муртаза Губайдулловича Рахимова. Но тогда были 1990-е годы, кризис 1998 года, потом в 2000-х годах все пошло вперед, и мы тоже развивались, у нас была более-менее нормальная жизнь населения. Потом кризис 2008 года. К 2010 году республика почти преодолела этот кризис, но с приходом нового президента началось перетягивания канатов. Если что не получается, глава всегда говорит, что его люди везде тормозят, они ставят палки в колеса. Он до сих пор в своих выступлениях почему-то все время говорит, что получил такое печальное наследие, поэтому ничего не получается.

Вот почему тут национальная подоплека появляется? Очень многие хорошо, профессионально работающие руководители из башкир были потихоньку удалены с занимаемых постов. Вот у нас безработным сидит бывший министр здравоохранения, доктор наук. Он ушел, возглавил районную поликлинику в Уфе, восстановил эту поликлинику, почти заброшенную. И как только у этой поликлиники пошли дела, его уволили без всяких объяснений. Сейчас этот доктор наук, организатор и хороший врач ходит вообще без работы. Его даже не берут никуда. Это такое разбрасывание кадрами. С другой стороны, мы всегда себя сравнивали с соседней республикой Татарстаном. Мы по многим показателям до 2010 года шли наравне. И по нефтянке, и по другим отраслям промышленности, особенно по сельскому хозяйству мы были иногда впереди, но не отставали. Теперь многие люди считают, что мы по экономическим показателям, по эффективности, по прибыли и по уровню жизни населения отстали в два раза, если не больше. Это просто бросается в глаза. Татарстан по климатическим и другим условиям почти не отличается от нас. А у нас говорят, что у нас нанотехнологии, что у нас строительство смарт-домов. Каких только проектов у нас не появляется, и все это озвучивает глава в течение всех 7 лет. В конце концов, ничего не происходит, никаких заводов, которые они анонсируют, не строится, никаких гидроэлектростанций, которые «РусГидро» планировало строить, а через год все договоры просто исчезают. И уже использованные на это дело миллиарды рублей исчезают.

Что касается кадровой политики, я еще раз повторяю, мы сейчас не знаем, кто какой министр. Их меняют, как перчатки. Вот этот аппарат правительства, аппарат главы администрации, там люди долго не задерживают. А если взять Уфу, там уже на троих заместителей возбудили уголовные дела. А кто их ставит? Их ставит наш глава республики. Без него ни одно более-менее важное место никто не занимает. И у нас получается кадровый бардак просто. А башкиры — очень гордый народ, но мы гордость никто не проявляли в том, что себя превозносили и что у нас народ такой хороший и так далее, мы во всех войнах участвовали и сейчас в армию поставляем самых лучших джигитов. Но несмотря на это, у нас проявляется ущемление наших прав.

А.Х.: Ведь это будет уже второй митинг, вот как вы оцениваете результаты первого митинга? Действительно ли он каким-то образом оправдал себя?

В.Б.: На первом митинге в июле у нас выступали достаточно много представителей общественных движений и организаций. Там были обманутые дольщики, там были обманутые вкладчики, очень много спортивных федераций. У нас уже массовый спорт, детский спорт уже фактически не финансируется. Финансируются только крупные команды, как хоккей и футбол, а массовый спорт у нас не развивается.

А.Х.: Насколько оправдал себя митинг с точки зрения обратного диалога? Был ли конструктивный диалог со стороны администрации?

В.Б.: Все претензии, прозвучавшие на этом митинге в адрес властей о том, что тут плохо, тут плохо. Конечно, были письма отправлены во все инстанции, в том числе и в Москву. Но, к сожалению, никаких прямых результатов не было. Но с другой стороны, наш глава просто сказал, выступая по телевидению, что это люди, которые специально раскачивают лодку. И все недовольство и неприязнь к власти ничего не стоит. Вот был такой смысл его ответа. Конечно, кому нравится, когда народ выражает свое мнение, что этот глава уже не устраивает и что должны быть перемены во всех областях нашей жизни. А этот человек, кроме обещаний, ничего толкового не сделал. Просто благодаря той энергии, которая была заложена у всех наших народов, все тянутся к работе, все хотят зарабатывать на жизнь. И только благодаря этому как-то еще мы сводим концы с концами.

А.Х.: А каких результатов вы ожидаете от второго митинга? И будет ли второй митинг по численности участников больше?

В.Б.: Конечно, любое публичное мероприятие, особенно когда оно проводится вторично, оно может в какой-то мере по численности не превзойти то, что было. Но тут важен не количественный фактор, а то, что представители общественных движений, организаций, просто рядовые граждане, они хотят участвовать в движении к обновлению. Мы лично против Рустэма Хамитова ничего не имеем, мы такие же граждане, как он. Но на этом посту он просто не выдерживает никакой критики, потому что республика экономически обанкротится и потерпит крах. Никому этого не нужно, от этого пострадают все слои населения.

А.Х.: Вы все-таки ждете какого-то конструктива со стороны администрации республики?

В.Б.: Если бы пригласили представителей этих организаций, спортивных федераций, обманутых дольщиков и так далее, вот если бы пригласили, если бы был разговор и беседы не по понятиям, а о том, как выйти из этого положения… Но этого всего нет. И никогда не было. Первое время он объявлял, что всегда будет слушать население. Они постоянно развешивали плакаты «Мы работаем для людей». Но работа для людей приносит не плюсы, а сплошные минусы. Поэтому наши общественники будут стоять до конца, чтобы не дать республике развалиться просто. А теперь новый митинг предлагают люди, которые входят в координационный совет общественных организаций. Они предлагают добиваться не просто того, чтобы главу убрали от нас, а привлечь его к ответственности, потому что уровень коррупции зашкаливает.

А.Х.: По уровню коррупции Башкортостан не самый такой регион, который отличается большим уровнем коррупции. Это все-таки уровень захлестнул все регионы, и вы тут не уникальны. И действительно ли вы ждете такого прецедента политического, что снимут главу республики из-за подобных митингов, акций протеста и так далее? Не кажется ли вам, что вас наоборот уведут куда-то на задворки, потом будут преследовать или еще что-то? Вот подобных действий не ждете со стороны администраций?

В.Б.: Мы же просто говорим всем, у нас же есть очень грамотные люди, есть профессора, доктора наук, есть заслуженные работники в области образования, есть достаточно заслуженные юристы, которые уже в отставке. Они все говорят, что не должно быть никаких сомнений, мы просто реализуем свое законное право публично говорить свое мнение о том, что нас это положение не устраивает вместе с этим человеком. А что касается возможности преследования, то тут не надо бояться и сомневаться. Есть же русская поговорка: «Волков бояться — в лес не ходить».

А.Х.: И якобы по Конституции заложено право выражать свое мнение, но по факту мы все видим результаты подобных митингов федерального масштаба.

В.Б.: В данном случае я вынужден сказать, что наша организация, прежде всего, заявляет, что мы не будем обвинять федеральные органы власти. Мы не сможем повлиять на политику высшего уровня, это само по себе, потому что политика высшего уровня будет определяться на всероссийском уровне. Но на нашем уровне мы видим свою жизнь. И видим, что положение в Татарстане кардинально отличается, там нет такого беззакония. Я только один пример приведу, я закончил педагогический институт и всю жизнь работал в системе образования. У нас сегодня прокуратура вовсю ведет давление на школы с башкирским языком обучения. Туда приходит прокурор и начинает проверять, есть ли заявления от родителей, что они хотят изучать башкирский язык. И прокуратура выясняет, нет ли насильного изучения.

А.Х.: Значит, они правы, может быть, действительно кто-то в прокуратуре решил, что не все ученики-башкиры по национальности ходят в эти школы и изучают ваш язык.

В.Б.: Когда приходят в школу, все родители сдают заявления, что они согласны с уставом школы, согласны с локальными актами и согласны с языком обучения. Так всех родителей проверяют на то, что вдруг их принудили написать это заявление и заставляют изучать язык в школе. Абсурднее не придумаешь.

А.Х.: Может, это связанно с заявлением Владимира Путина о том, что русский язык для нас обязательный, а национальные языки совершенно не обязательны, и каждый может его изучать не по принуждению, а по собственному желанию?

В.Б.: Логически все верно, но я бы был не против, когда бы проверяли школы с чисто русским языком обучения. Но проверяют, прежде всего, школы с башкирским языком. И в городе Белорецке, мне только вчера позвонили и сказали, что один из помощников прокурора лично обзвонил 800 родителей тщетно пытаясь узнать, насколько сильно их принуждают изучать башкирский язык. Это же провокация получается. Вот у следователей МВД есть провокация — взятки, и прокуратура использует аналогичный метод. И для этого сотни людей опрашивают. Этого у нас никогда не было. А что касается башкирского языка, он у нас государственный.

А.Х.: А не кажется ли вам, что это действительно идет сверху, с федерального уровня, тогда претензии должны быть федеральным властям?

В.Б.: В данном случае у нас же республика, хоть и в составе РФ, но у нас же в Конституции РФ написано, что это государство, то есть у нас есть определенные государственные атрибуты. В том числе и государственный язык. Я всегда был сторонником многоязычия. Именно любой второй язык, даже в минимальных дозах, активизирует высшую нервную деятельность коры обоих полушарий головного мозга. Это я вам как специалист говорю. И никакого вреда в этом нет.

А.Х.: У нас все-таки с вами разговор не о национальном языке, давайте немножко вернемся к инфоповоду. Что вы ждете по итогам митинга 21 сентября, и какие будут ваши дальнейшие действия? Я имею в виду тех активистов, которые входят в состав Конгресса башкирского народа?

В.Б.: У нас есть общественные организации не только башкиров, то есть тут вненациональный вопрос. Вот наш интерес республики, проблемы республики, состояние экономического положения и уровень жизни граждан независим от национальности. Мы языковой вопрос поднимаем, потому что он более этничен. Это затрагивает интересы башкирского народа, а все остальное, что социалка, что и жилье, что и сельское хозяйство, оно затрагивает проблемы всех граждан нашей республики вне зависимости от национальности. Поэтому мы ждем, что это движение за оздоровление управления республикой Башкортостан начнется в ближайшем будущем, потому что мы считаем, что республика Башкортостан — составная часть РФ, она должна быть в первых рядах по улучшению всей нашей жизни. И поймите нас, у нас нет никакой межнациональной розни. Есть какие-то мелкие проблемы, но мы живем душа в душу, как с русскими, так с татарами и так далее. Этнических проблем не было. А проблемы возникают только из-за того, что мы не можем терпеть никудышное руководство. И мы нашу борьбу за улучшение управления республикой будем продолжать. Наша задача проводить эту работу только в рамках, определенных законодательством РФ. Я это хорошо понимаю, как бывший депутат Государственного Собрания 2 созыва в конце 1990-х годов.

А.Х.: Огромное вам спасибо за то, что вы сумели нам уделить время, пообщались с нами. До свидания.

В.Б.: Спасибо. До свидания.

А.Х.: У нас на связи Дмитрий Михайличенко, политолог. Дмитрий здравствуйте.

Дмитрий Михайличенко: Здравствуйте.

А.Х.: Скажите, как вы оцениваете уровень протестных настроений в республике, и насколько вообще регион инертный или, наоборот, активный в это плане?

Д.М.: Регион последние годы демонстрирует высокую степень нестабильности, но сейчас я могу зафиксировать, что протестные настроения растут. Тенденция роста протестных настроений и социального недовольства наступает во многих региона России. Но у нас есть и национальный фактор, есть еще определенные вещи. Но я могу сказать, что социально-политическая устойчивость за последние 6 месяцев несколько снизилась, хотя по рейтингам регион всегда входит в группу субъектов РФ с высокой устойчивостью.

А.Х.: Можно ли назвать подобные митинги за отставку руководителей республики неким крупным политическим событием региона?

Д.М.: Значимым, безусловно, можно, потому что это же характеризует конфигурацию. С одной стороны, если брать мои социологические замеры, которые мы регулярно проводим, рейтинг доверия от 50 до 70%, то есть, достаточно высок. Но есть элиты, есть контрэлиты, есть определенные интересанты, которые заинтересованы в том, чтобы он покинул свой пост. И соответственно, идет определенная игра, и я думаю, тезис о том, что глава в скором времени уйдет в отставку, он сознательно сбрасывается некоторыми авторами, но ситуация характерна для многих регионов.

Вот прошедший в начале года «губернаторопад», то есть отставки губернаторов, они же порождают слухи о скорых отставках везде. Поэтому мы сейчас стоим перед волной отставок в октябре, и эти вопросы так или иначе муссируются в региональных медиа. Но тут надо понимать еще один момент, что региональное медиапространство очень скудно на новости, и оно полнится слухами и так далее. В целом положение Хамитова достаточно устойчивое, но есть ряд факторов, которые против него играют. Я, прежде всего, всю эту историю связываю как раз с контрэлитами. Но если мы берем обманутых дольщиков, объективно очень серьезное положение. Этот вопрос касается примерно 3500 жителей республики. Это достаточно немало, и понятно, что республиканское правительство должно им помогать. Тем более, у нас в бюджетах достаточно хороший профицит по итогам 2016 года, это второй показатель после Москвы. Средства есть, госдолг не такой большой, но там нет единого механизма, у нас нет определенной исполнительной власти, и, насколько мне известно, правительство сейчас активно занимается обманутыми дольщиками, им очень важно помочь.

А что касается национальных организаций, я бы сказал, что некоторые из них абсолютно националистические. Дело в том, что я часто бываю в Москве, и многие политологи говорят, что у нас национальная республика. Это не так, у нас многонациональная республика, у нас в равных пропорциях проживает 3 этноса, это русские, татары и башкиры. И когда они говорят, что у нас глава республики должен быть башкир, все люди должны изучать башкирский язык, это национализм, это значит, что никто не может прийти к власти в их понимании. Вот премьер-министром может быть русский, а вот председателем собрания татарин, вот это неправильно. Так же и с башкирским языком, они хотят навязать и говорят: «Вы нас не уважаете, не хотите изучать наш язык». Если я не пью водку с русским человеком, это значит, что я его не уважаю, что ли? Нет, это неправильно. При этом, на самом деле, башкирский язык не нуждается в том, чтобы он сохранялся в собственной среде, в среде башкир, ведь их много живет за пределами республики, их много живет за рубежом. А они почему-то как-то сконцентрировались по прибалтийскому сценарию, что если не знаешь наш язык, то отношение к тебе будет хуже.

Хамитов у них вызывает личное недовольство. Например, у нас недавно опубликовали интервью 16-летней давности, Хамитов там про свою этническую биографию говорит, что у него там и башкирские крови есть, мишарские и так далее. Но я понимаю, что вам трудно понять, кто такие мишари, но я могу сказать, что это обособленные этнические группы, и им это не нравится. А мне нравится, как он чисто по-русски говорит, как он интеллигентен, как он уважительно разговаривает. И те меры, которые он делает по защите башкирского языка, в том числе и распределение грантов, меры по сохранению учителей с башкирским языком, они, на мой взгляд, правильны.

А.Х.: А как вы оцениваете перспективы данных митингов? Будет ли конструктивный оклик? Пойдет ли глава республики на этот диалог?

Д.М.: Он уже идет. Допустим, что мне не нравится — это блок по социалке, который ведут. Там, может быть, люди нуждаются в замене на самом деле. Но то, что митингующие говорят по языкам — он же не вступает с ними в полемику, он принимает определенные меры по защите языка, по развитию, по совершенствованию методик, выделению средств. У нас недостаточно богатая республика, но и не бедная. Исполнительная власть может себе позволить выделить дополнительные средства. Вот вчера был подписан указ о выделении грантов и так далее.

А какие-то вещи, которые они выдвигают, это да, но диалога прямого не будет, потому что сейчас митингующие идут против Путина, против федерального центра, потому что они говорят: «Ведь Путин сказал 20 июля, что нельзя никого заставлять изучать неродные языки». А митингующие эту тему качают и так далее. Понятно, что Хамитов, несмотря на его либеральную риторику, на социал-демократические ценности, он по сути «единоросс», он встроен в эту вертикаль и, соответственно, он действует так, как федеральный центр.

Сейчас никакого диалога не будет, тем более, митинг не является разрешенным. По моей информации, движение «Башкорт», и не только по моей информации, у нас есть радио «Эхо Москвы», там вчера был представитель этого движения, и он сказал, что они не комментируют ситуацию по поводу 24 числа и все. Они сейчас занимаются 16 числом. То есть им разрешили 24 проводить митинг, а 16 им не разрешили. Там есть споры по юридическим нюансам, я сейчас не буду вдаваться, но вопрос в том, что они идут на лобовое столкновение с властью. Вот этому протесту, который есть, там несколько сотен человек, это не много и не мало, это достаточно средний показатель, заслуживающий внимания. И этому протесту не хватает определенного импульса, идеология у них давно устоявшаяся и так далее. А что касается того, если сейчас из них получится сделать технологический образ героев, образ обиженных, то это придаст определенный импульс. Но тут позиция федерального центра важна, а прокуратура уже четко включилась в этот процесс по башкирскому языку.

А.Х.: А что вы скажете о митингах, которые организовывает Конгресс башкирского народа? И конкретно митинг, который запланирован на 21 сентября.

Д.М.: Это одно и то же по сути. Понятно, что «Башкорт» и КБН — это разные вещи, но повестка у них общая, и в данном случае они действуют достаточно солидарно друг с другом. Конгресс башкирского народа проводил митинг, насколько я помню, как раз 20 июля. Там пришло 300−400 человек. У них разница в том, что «Башкорт» чисто за башкирский язык, а КБН против Хамитова, и они пытаются консолидировать к себе и дольщиков, и спортсменов и так далее. Я не скажу, что их там прям много, но сторонники Навального, что характерно, они отказались с ними сотрудничать. «Открытая Россия» определенное сотрудничество предоставила, но им даже выступать не дали 20 июля, потому что участники митинга КБН сказали, что они за Путина, они против Хамитова. Соответственно, тут действие властей тоже не стоит недооценивать, у них определенные шаги есть в этом плане. Но я так скажу, они не дают им консолидироваться. А сторонники Алексея Навального категорически абстрагируются от этого.

А.Х.: До вас мы общались с членом совета Конгресса башкирского народа, и вот одной из претензией к Хамитову было то, что в республике наблюдается кадровая текучка. Вот с чем связана частая смена среди политической элиты?

Д.М.: Частой ее не назовешь, но, на самом деле, у Хамитова ошибка в том, что он не смог сформировать свою команду. Сейчас у него осталось в правительстве своих людей не так много. И элита вся поменялась. Понимаете, Рахимов, это предыдущий руководитель региона, этот человек — региональный тяжеловес. Он делал ставку на демократическую элиту, а когда Хамитов пришел к власти в 2010 году, элита сразу стала более разношерстной. И почему КБН про это говорит — потому что они сами — бывшие элиты. Кто-то там директор больницы достаточно крупной, кто-то заместитель министра и так далее. Это больше их надо спрашивать. Если они не смогли сделать себе карьеру, пусть тогда сами себя винят. Я в этом плане не очень настроен на рассуждения, но мне кадровая политика у Хамитова тоже не нравится, потому что я считаю, что надо приглашать хороших специалистов, которые закончат Высшую школу экономики в Екатеринбурге, то есть брать молодых и давать им расти. Тут кадровая политика достаточно сложная.

А.Х.: Каковы будут последствия данных митингов и будут ли они вообще на региональном и федеральном уровне?

Д.М.: Определенные последствия, конечно, будут. Проблематику, которую они поднимают, тот же башкирский язык, он уже вышел на свою траекторию развития. Я очень надеюсь, что траектория развития достаточно конструктивна, потому что-то, что сейчас власти сделали, это, на мой взгляд, здраво. Никого не заставлять, выделять дополнительные средства и совершенствовать методику, если в трех аспектах сказать.

Что касается обманутых дольщиков, то я очень надеюсь, что у властей хватит ресурсов и политической воли для того, чтобы решить этот вопрос. Это без вины виноватые люди. Я могу сказать, что в Москве с дольщиками гораздо проще, там гораздо менее опасно покупать квартиру в долевое строительство, чем у нас. В данном случае, мы в незащищенном положении получаемся. Тут я очень рассчитываю, что власти сделают что-то, помогут, и тоже надо понимать, что если деньгами все решить, то в лучшем положении застройщик будет, который может уйти от ответственности и так далее. Что касается дольщиков, то тут это очень болезненная тема. Если говорить о последствиях, то федеральный центр знает ситуацию, и ничего нового тут не произойдет. И более того, вот этими действиями упорного манипулирования тем, что Хамитов «могильщик башкирского языка», и люди националистических ориентаций, они поставили против себя федеральный центр, и это ясно, потому что Хамитов никакой не могильщик, он делает все достаточно правильно и в соответствии с установками федерального центра. Глобально Хамитову ничего не угрожает, но межнациональных трений в республике последнее время нет. Я связываю это с тем, что социальное и экономическое положение в регионах ухудшается, а это получается, как температура дома холодает, то для вирусов и всяких болячек это лучшие условия. Вот так и тут — в регионах везде растет социальное недовольство, протестное и так далее. И тут от властей требуется грамотно купировать эти вещи. И поэтому я думаю, что нужны достаточно решительные меры.

Вот у нас такого вообще не было, чтобы митинги запрещали. Сейчас, по моей информации, они уже к черте подходят, когда это лобовое столкновение будет неизбежно. Поэтому, если завтра «Башкорт» будет выдвигать своих людей на несогласованный митинг, то возможны какие-то репрессии. Как политолог, я понимаю, что репрессии — это последний инструмент политики, но люди явно не понимают или не хотят понимать конструктивного предложения, которое уже власть дала им. И мне как человеку с русской идентичностью, коренному жителю Уфы, меня это очень сильно беспокоит, что такие вещи происходят. Вот вы можете поверить, что башкир в Башкирии ущемляют?

А.Х.: Нет, звучит действительно абсурдно, тем более, когда глава башкир.

Д.М.: Вот для меня это достаточно неприятно, и не хотелось бы мусолить национальную тему, но она у нас поднимается, и я надеюсь, что сейчас в преддверии президентских выборов наведут тут порядок.

А.Х.: Благодарю за то, что вы пообщались с нами. Спасибо большое. До свидания.

Д.М.: До свидания.

А.Х.: У нас на связи Аббас Галлямов, политолог и политтехнолог. Здравствуйте.

Аббас Галлямов: Здравствуйте.

А.Х.: Тема нашей сегодняшней программы — о митингах, которые проводит Конгресс башкирских народов. 21 сентября заявлен второй митинг против главы республики. Вот как вы оцениваете реальность отставки главы региона по итогам проведенных митингов?

А.Г.: Сказать, что митинги обязательно приведут к отставке, нельзя. У федерального центра есть такое понимание, что нельзя отправлять в отставку губернаторов под давлением протестующих масс. Потому что понятно — люди войдут во вкус и будут протестовать все чаще, они почувствуют, что с помощью протеста можно решать свои проблемы, можно воздействовать на политическую ситуацию. И федеральному центру это, безусловно, невыгодно. Но очевидно, что жирный минус напротив фамилии главы региона — после того, как народ начинает против него протестовать — в Кремле поставят. Потому что до бесконечности плодить недовольство тоже нельзя, Кремль это тоже понимает. Это очень сложная, неоднозначная вещь — с одной стороны, митинги не ведут к отставкам, с другой стороны — все-таки приведут, вопрос во времени.

А.Х.: На рейтинг главы региона в любом случае будет негативно сказываться?

А.Г.: Да, это скажется. Возможно, его не отправят в отставку, например, сейчас, но принимая решение о выдвижении на следующий срок. Ведь у Хамитова по сути срок заканчивается в 2019 году. И принимая решение по поводу того, кого ставить врио, Кремль будет помнить непопулярность Хамитова.

А.Х.: А если в общем рассматривать регион с точки зрения его политической активности? Насколько этот регион инертен или активен с точки зрения выражения своих мыслей в политическом вопросе?

А.Г.: Регион чуть более консервативен, чем среднестатистический регион. И раскачать избирателей на выражение недовольства тут сложнее. Но, как видим, Хамитову это удалось. Когда Хамитов пришел в Башкирию, он себя противопоставил Рахимову именно в качестве такого заботящегося о народе отца нации. Не сильный, жесткий лидер, каким был Рахимов, а чуткий, внимающий, заботящийся о людях. И он вжился в свою роль, с удовольствием ее исполняет, с удовольствием апеллирует к простому человеку, постоянно призывает работать для людей. И эта многолетняя риторика, когда он всегда на стороне людей, против чиновников, против бизнесменов, в конце концов, привела к тому, что в Башкирии народ поверил в свою собственную субъектность, в то, что все его желания святы, они должны выполняться, а любой, кто против народа, — плохой человек. Нынешняя ситуация парадоксальным образом является следствием вот этого популизма самого Хамитова. Он сам ее раскачал. Протестовать против Рахимова никому и в голову не приходило. Протестовать против Хамитова люди уже решились. Он сам породил волну ожиданий, которую не способен удовлетворять.

А.Х.: А стоит ли ожидать некой лояльности и изменения в каких-то политических вопросов самого главы региона?

А.Г.: Конечно, он же постоянно лавирует. Он популист в чистом виде, он пытается нравиться всем. Его смущает, если его вынуждают занять какую-то непопулярную позицию, которой кто-то недоволен. И люди это чувствуют, они воспринимают его как слабого правителя, у которого нет собственной позиции по всем спорным вопросам. Они чувствуют, что он заискивает перед недовольными. А в целом, башкирский избиратель привык выражать силу, он привык считать, что правитель должен быть сильным. И вот это лавирование Хамитова бесконечное он воспринимает как признак слабости. И Хамитов будет продолжать это делать, а под давлением протестующих настроений он будет это делать еще больше. И это просто бесконечная спираль.

А.Х.: Кто же тогда нужен республике? Более лояльный? Менее лояльный? Тот, при котором митинги возможны или невозможны?

А.Г.: Должен быть человек более решительный, чем сам Хамитов, способный принимать решения. Понимаете, люди с уважением относятся к лидеру, который способен принять решение, даже если он непопулярный. Они уважают его за силу. Это характерно вообще для любой политической культуры любой страны мира. Но для Башкирии это еще характернее, поэтому людям нравится, когда лидер не лавирует, а принимает решение, не боясь вызвать недовольство какой-то части населения. Когда он внятно мотивирует свое решение и принимает его, и реализует.

А.Х.: А есть ли сегодня такой лидер в политической жизни республики?

А.Г.: Сейчас среди людей, которые окружают Хамитова, таких нет. Он окружил себя людьми, которые ловят его каждое слово и поддакивают ему. И тоже избегают принимать решения, потому что те люди, которые принимали решения и вызвали недовольство, потому что когда ты принимаешь решение, то ты вызываешь у кого-то недовольство. И от таких лидеров он избавился, поэтому это должен быть кто-то со стороны, а не из окружения Хамитова.

А.Х.: Из федерального центра, да?

А.Г.: Почему сразу из федерального центра? Из бизнеса, может быть, и так далее. Людей, имеющих отношения к Башкирии, но волей судеб оказавших за пределами региона, много. И среди них много состоявшихся и решительных людей.

А.Х.: Сейчас еще говорится о том, что идет некая волна назначений более молодых политиков. Вот нужен ли более молодой политик республике?

А.Г.: Было бы лучше, конечно. Молодое лицо — это условие не обязательное, но желательное. Потому что спрос на обновление есть, и молодого люди лучше воспримут, чем человека пожилого.

А.Х: Будут ли предприняты попытки неким образом еще раз укрепить свои позиции у Хамитова на выборах в 2019 году?

А.Г.: Конечно, он постоянно предпринимает эти попытки. Вопрос в том, насколько успешен он будет. Потому что для укреплений позиций надо принимать решения, а он этого не любит.

А.Х.: Огромное вам спасибо за то, что уделили нам время и пообщались с нами. До свидания.

А.Г.: До свидания.

А.Х.: Это была программа «Угол зрения». У микрофона работала Александра Хворостова. До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments