Запретят ли майнинг-фермы на дому и каким может быть будущее криптовалюты в России

Дальний Восток и Сибирь могут стать «меккой» майнинга — прогнозируют эксперты. А кое-кто уже называет столицей этого направления Иркутск — там более 1000 человек занимаются криптовалютой и имеют биткоин-кошельки. Эксперты: Дмитрий Мариничев — интернет-омбудсмен; Юрий Дромашко — майнер, официальный представитель Сатоши Накамото по Сибирскому Федеральному округу.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Угол зрения». У микрофона Валентина Ивакина. Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Запретят ли майнинг-фермы на дому и каким может быть будущее криптовалюты в России». Предлагаю обсудить такие явления современности, как майнинг, оборот криптовалют и прочее, прочее, прочее. Закрывать глаза на это невозможно, и нужно искать ответы, что с этим делать и как дальше жить. Буквально накануне в СМИ была распространена следующая новость, что на очередном заседании рабочей группы при президенте РФ будет поднят вопрос о запрете майнинг-ферм в квартирах. Майнинг — это вычислительный процесс по добыче биткоинов. И как говорят некоторые эксперты, этот процесс существенно увеличивает нагрузку на сети, что в свою очередь провоцирует нагрев воздуха в квартире, и это может быть потенциально опасно. О потенциальной опасности говорил член рабочей группы при президенте России по развитию интернета, Илья Массух. Вот такой комментарий многие СМИ приводят: «Электрические сети вряд ли выдержат, и уж точно домашняя вытяжка неспособна удалить тепло, которое там будет генериться. Соответственно, могут возникать пожары. Использование жилого фонда для создания каких-то дата-центров надо изучить на предмет запрета». Вот такой комментарий. И это не единственное высказывание Ильи по этому поводу. Еще звучали такие фразы: «Практически все компьютерные мощности являются не российскими, сам биткоин запрещен внутри страны. Соответственно, это идет куда-то на какие-то внешние биржи. Все, что остается внутри страны, — это траты электроэнергии. Достаточно сомнительная эффективность для экономики России». Говорится о том, что это неэффективно для экономики России, потому что неизвестно, кто майнит, это абсолютная анонимность, если сам человек не рассказывает, что он занимается майнингом, то никто никогда об этом не узнает.

Вот у этого предложения есть как сторонники, так и противники. Сегодня обсудим как плюсы, так и минусы этого предложения. Но перед этим хотелось бы озвучить позицию, которая прозвучала от Юрия Трутнева, вице-премьера правительства России, уполномоченного представителя президента в Дальневосточном федеральном округе. Он говорит о том, что излишки электроэнергии в регионах можно эффективно использовать для майнинга криптовалют. И от него звучали такие предложения, что есть регионы, где есть переизбыток энергии, например, в Сибири, там пока нет возможности перераспределить избыток в другие регионы, поэтому можно создавать компании, которые таким образом будут утилизировать объемы электроэнергии, а люди смогут зарабатывать на этом. Звучат предложения, что столицей майнинга должны стать такие регионы, как Сибирь и Дальний Восток.

И в рамках сегодняшней программы мы побеседуем с Юрием Дромашко, который в свое время уже Иркутск назвал столицей майнинга, почему именно в эти регионы отсылают тех людей, которые хотят как-либо на криптовалютах зарабатывать. Говорят, электроэнергия дешевая и погодные условия просто способствуют, там прохладно, и вырабатываемое тепло позволит обогревать помещение и, возможно, обогревать не только свой дом, но целые многоквартирные дома. Хотелось добавить еще, что 1 сентября стало известно о возбуждении в России первого уголовного дела за обналичивание биткоинов. В Костромской области ФСБ задержала трех предпринимателей, которых поместили под подписку о невыезде и намерены судить по статье о «незаконной банковской деятельности». При этом законодательного статуса у криптовалют в России нет. И непонятно, что с этим делать и как себя вести, но при этом некоторые юристы говорят, что уже сегодня есть определенные угрозы для тех людей, которые занимаются майнингом и что-то с криптовалютой пытаются делать. Есть ряд статей, по которым их могут к ответственности привлечь. Например, тех, кто занимается майнингом, могут привлечь по статье «незаконное предпринимательство», за кражу электроэнергии. Владельцам и игрокам бирж может грозить ответственность за манипулирование рынком и легализацию преступных доходов, этот список можно продолжать и продолжать. Есть определенные угрозы, но пока только в Костромской области возбуждено уголовное дело на тех, кто как-либо связан с майнингом. Это такой своеобразный прецедент. И еще хотелось бы напомнить, что сейчас идет разработка законопроекта о криптовалюте. Окончательный вариант этого закона может быть внесен в Госдуму в 2018 году. И, например, некоторые ресурсы приводят высказывание депутата Госдумы Андрея Лугового: «Прежде чем что-то разрешать или запрещать, необходимо ввести всю систему в правовое поле. Мы должны в этом законе прописать терминологию: что такое криптовалюта, что такое майнинг, что такое майнинговые фермы». И правда, пока официальных определений не существует, и ЦБ никаких официальных операций не может осуществлять, потому что на законодательном уровне пока непонятно, что такое криптовалюта, что такое майнинг.

У нас большое количество вопросов, и мы попытаемся в рамках этого эфира найти ответы на эти вопросы. Первый спикер, с которым мы побеседуем, — Дмитрий Мариничев, интернет-омбудсмен. Дмитрий, здравствуйте.

Дмитрий Мариничев: Доброе утро.

В.И.: Как вы относитесь к предложению, которое было озвучено многими СМИ, о том, что предлагается ввести в России запрет на установку майнинг-ферм в жилых помещениях?

Д.М.: Я вообще к этому не отношусь. А если мое мнение, то оно сугубо отрицательное.

В.И.: Почему отрицательное?

Д.М.: Потому что доводы не совсем обоснованы, и, на мой взгляд, высосаны из пальца, относительно того, что увеличится нагрузка на сеть. Мы в первую очередь говорим о регионах, где люди отапливаются с помощью электричества, у них нет газовых труб, и они квартиры и дома отапливают обыкновенными электрическими обогревателями. И если мы просто заменяем эти обогревательные элементы майнерами, что сделать несложно, то расход по энергии никак не изменится, а пассивный доход у людей появится. И в чем тогда смысл запрещать? То, что мы просто не утилизируем энергию?

В.И.: Сейчас основным доводом звучит, что температура будет расти в помещении, что нагрузка на электросети возрастет.

Д.М.: Это неправда. Вы должны понимать, например, одна Иркутская область потребляет в десятки раз больше электроэнергии на обогрев жилых помещений, чем все майнинговые фермы в мире вместе взятые. И о каких там нагрузках идет речь, это просто несопоставимый объем.

В.И.: Откуда у вас такие данные про Иркутскую область?

Д.М.: Это статистика, мы этим занимаемся и рассматриваем все площадки, рассматриваем цены на энергию, у нас огромное количество партнеров по России, и в Иркутске у нас есть партнеры, которые целые дома жилые обогревают котлами, собранными на основе майнинга.

В.И.: Сейчас звучат предложения, что Сибирь, Дальний Восток, они могут стать своеобразной Меккой для майнинга, как раз ввиду погодных условий и что там неизрасходованная электроэнергия остается. Вот как по-вашему, есть в этом смысл?

Д.М.: Конечно, есть, нужно дать возможность людям зарабатывать. Ведь вы прекрасно понимаете, что делает майнер, он фактически занимается транзакционной поддержкой сети. И доход он получает комиссионный, от проведенных транзакций. А транзакции делают в той же Японии, так что это фактически чистая валютная выручка, которую получают люди. Что здесь плохого в том, чтобы дать возможность людям повысить свой доход? Они обеспечивают мировую сеть, и неважно, какой криптовалюты, речь идет о блокчейне, устанавливая оборудование у себя дома и утилизируя тепло. Нам точно так же можно делать горячую воду в 70 градусов, теплые полы или обогреватель. Это вообще элементарно. Я не понимаю доводов относительно того, чтобы запретить людям зарабатывать, получать доход. А кто тогда должен получать доход, если не люди? Почему люди не могут воспользоваться природными условиями, в которых они живут, и той энергией, чтобы получать доход?

В.И.: Действительно ли Дальний Восток и Сибирь более благоприятны для того, чтобы там майнингом заниматься? Кроме того, что там электроэнергия дешевле.

Д.М.: Конечно, да. Основные майнинговые центры сейчас находятся в Китае. Там 2.20, 2.40 электроэнергии, большая часть электроэнергии вообще продается и поставляется из России. Вы просто вдумайтесь в это. Россия экспортирует электроэнергию, а китайцы майнят. В то же время климат в Китае в любом случае теплее, чем в России, и вы должны будете тратиться на охлаждение, а это уже конкурентное преимущество. В России так уникально сложились обстоятельства, что и климат прохладный, и энергия дешевая, и люди умные, которые могут это все сделать, в том числе и у себя дома, это тоже немаловажно. Сведем все эти три условия и получаем то, что люди заслуживают получать доход.

В.И.: А есть какие-то данные по России, как много человек в стране уже обзавелось майнинг-фермами и чем-то таким пытаются заниматься?

Д.М.: Статистики такой нет, мы ее получить вряд ли сможем. Но я думаю, около миллиона человек по стране так или иначе этим занимаются. Но тут фермами это назвать нельзя, тут обычные персональные компьютеры с 1−5 видеокартами. Обычно на этом все сходится, но общее количество людей в мире около 100 миллионов, которые вовлечены в криптоэкономику. И это количество каждый год удваивается. В следующем году мы можем ожидать порядка 200 миллионов человек уже. Вы должны понимать, что система децентрализована, в некотором роде она анонимна, и определить точное количество вовлеченных людей сложно. Но у нас есть статистика, которую мы делаем по количеству полных нот на территории России. И если их сравнивать с Европой, Японией или Америкой, то оно у нас пока ничтожно малое. Это где-то порядка 300−400 нот. Нот — это узловые элементы сети биткоин.

В.И.: Если говорить о возможном запрете майнинг-ферм в квартирах, то можно это будет как-то отследить?

Д.М.: Теоретически можно отслеживать на уроне энергосбытовых компаний по энергопотреблению и потом приходить с какой-то полицейской проверкой, поскольку ровно точно так же потребителем энергии может быть и любой обогревающий предмет, и тот же самый кондиционер и все что угодно. Просто почему нужно людям запрещать использовать персональные компьютеры дома, это для меня просто звучит удивительно. Имеете вы право дома использовать 3 персональных компьютера или не имеете? Вот и попробуйте ответить на этот вопрос.

В.И.: А майнинг-ферма — это именно компьютер с каким-то дополнительным оборудованием?

Д.М.: То, что стоит в квартирах, это обыкновенный компьютер, в котором просто установлена не одна, а несколько видеокарт, поскольку майнинг происходит на видеоускорителях, на видеокартах. Я просто ни разу не видел и не слышал, чтобы ставили оборудование для майнинга биткоина дома, это нужно быть очень смелым человеком или слабослышащим, потому что поставить классический майнер дома — это практически невозможно. Он очень громкий. Вы представьте, что у вас будет работающий пылесос дома постоянно, как вы к этому отнесетесь? Я думаю, что это никому не будет комфортно.

В.И.: В частном доме и где-нибудь в подвале.

Д.М.: Ради бога, в подвале, опять же, тепло от этого майнера вы можете забирать для обогрева собственного дома или теплиц и получать косвенный доход, который, так или иначе, вам пригодится. И в этом тоже нет ничего плохого. Я считаю, что люди должны иметь бесплатную энергию, бесплатное тепло, если живут в такого рода климатических условиях.

В.И.: А есть у вас объяснения, почему вокруг криптовалюты сейчас такой шум в России возник? И первые уголовные дела по этому поводу появляются и так далее.

Д.М.: Ну, уголовные дела давайте не будем обобщать, там не такая простая ситуация, что из-за криптовалют появляются уголовные дела. У нас уголовных дел каждый год большое количество с обналичиванием денежных средств, но никто не обращает внимания на наличные денежные средства и не пытается сказать, что это зло, хотя аналогия абсолютно уместная. Пристальное внимание просто из-за того, что идет глубокое проникновение технологий в общество, оно, так или иначе, меняет социально-экономическую структуру общества. А сейчас это то, что вот такой хайп, много различных проходимцев в этой технологии, это абсолютно нормально, поскольку происходит такое дикое накопление первичных капиталов в криптоэкономике и перетекание в криптоэкономику реальных активов. Какое-то количество времени, это 2−4 года, мы еще будем наблюдать это. Это как перестроечный период, после развала СССР что происходило? Тут примерно то же самое, но в рамках мира.

В.И.: Если сравнивать то, что происходит в отношении биткоина в России, с тем, что происходит в мире в целом?

Д.М.: По большому счету, нет никакой разницы. Может быть, только единственная разница, что в отличие от остального мира, в России еще есть такой момент майнинга и возможности заработать, что уже с точки зрения американцев не воспринимается особенно серьезным, кроме этой весны, когда возник достаточно резкий бум и рост курса. И, соответственно, цена энергии не стала такой занимательной частью, и те же американцы бросились майнить тот же эфир, они стали получать доход от майнинга. Нужно также помнить, что бум майнинга в России пришелся с опозданием в 2−3 месяца после того же бума в США.

В.И.: Получается, что иностранцы не стремятся зарабатывать на дому на чем-то подобном?

Д.М.: У них просто нет такой возможности. Вы сравните, если у вас цена на электричество 10 центов и цена электричества в нашей области меньше одного рубля, это несопоставимые вещи. У вас там окупаемость в Иркутске в 10 раз быстрее, чем в США. Плюс вы не тратите вообще ни копейки на охлаждение. Это просто физически разные законы, поэтому американцы не могут выиграть в этой конкурентной борьбе. Вот канадцы могут. В Канаде, например, 2 канадских цента электричество и точно такой же климат холодный, поэтому Канада составляет такую серьезную конкуренцию нам.

В.И.: А все-таки, если говорить про майнинг. Звучат комментарии, что используются мощности страны, а при этом зарабатывает кто-то другой, и что-то идет на внешние биржи, а внутри России используется только внутренний ресурс, это наша электроэнергия, наша техника, наши люди трудятся.

Д.М.: Слушайте, это совок какой-то, это надо просто истреблять из головы, потому что электроэнергия, ее производство, транспорт и продажа — это коммерческая услуга со стороны бизнеса, и неважно, даже если он принадлежит государству, что плохо, но это услуга, которую человек покупает и потребляет. Сейчас огромное количество мощностей, которые вообще никак не задействованы в РФ, и никто не знает, что с ними сделать. Транспортировать далеко, продать некому, и тут возникают объекты, которые способны потреблять огромное количество энергии, преобразовывать ее в результат математических вычислений и продавать этот результат за деньги по всему миру. Что тут плохого? И почему люди, которые живут на этих ресурсах, не должны на этом зарабатывать? Хотят остальные граждане зарабатывать — приезжайте в Сибирь, приезжайте на Байкал, и вы получите эту возможность. Точно так же, как золото добывать. Тот, кто ехал на Аляску добывать золото в этих варварских условиях, он и получал этот доход от той добычи, которую вел, а никак не наоборот. Нельзя сидеть в комфорте и говорить, что весь социум и вся страна что-то там построила, и мы должны все на всех делить. Так не получится. Должна быть предпринимательская инициатива, даже если она локальная и в рамках отдельно взятой квартиры. И за эту инициативу, за этот риск, человек рискует все равно, он вкладывает свои деньги, он что-то настраивает, у него может что-то не получиться, что-то может сломаться. Он рискует, и почему он в рамках своего риска не должен получать доход? Это даже звучит утопично, это просто какой-то анархизм, и с таким мышлением мы в светлое завтра двигаться не сможем. Это будет постоянно какая-то дотационная экономика и раздел доходов от продажи полезных ископаемых.

В.И.: Смотрите, на носу, возможно, уже внесение в Госдуму законопроекта о криптовалюте. Говорят, что к 2018 году он будет внесен. По поводу разрабатываемого законопроекта что думаете?

Д.М.: Я пока ничего не думаю относительно законопроекта, поскольку он ни в какой, даже промежуточной редакции пока что не существует, и есть много споров, много мнений, чем же должна быть криптовалюта и как ее регулировать. У меня тоже есть свое мнение, которое я высказываю. Есть мнения уважаемых людей, которые имеют профильное экономическое образование, у них там свой взгляд на вещи, обычно диаметрально противоположный, поскольку они не совсем понимают с точки зрения самой технологии. Я боюсь, что еще достаточно долго будет продолжаться обсуждение или споры. У меня пока есть сомнения, что в заявленные сроки законопроект появится.

В.И.: А такое затягивание с введением законопроекта — это плюс или минус?

Д.М.: Это никак. Это с точки зрения майнинга или того, что мы обсуждаем, что на поверхности, это никак. С точки зрения вхождения России как страны в криптоэкономику и возможности получать преференции, дивиденды с того, что мы находимся в авангарде, это плохо. Плюс к этому то, но это все-таки минус, что обычные граждане не погружены в крипотоэкономику и не могут использовать инструментарий, который дешевле, удобнее, комфортней, безопасней, чем обычные банковские транзакции. И те же переводы, которые работают 24/7. Это плохо, потому что новая экономика гораздо быстрее, чем классическая экономика с огромным набором посредников в виде финансовых учреждений. И здесь налицо будет отставание, как, помните, было у «Левши»: «И скажите царю-батюшке, что в Англии ружья кирпичом не чистят». Механика переноса ценности остается, но принципы меняются, и в новой экономике все работает по-другому, а просто работает дешевле, быстрее и комфортнее для потребителя. Надо успевать понять этот тренд и не бояться воспользоваться им.

В.И.: А если бы вас спросили совета, как стоит вести себя в отношении майнеров, в отношении к криптовалюте в России, то какой бы вы совет дали? Как события должны развиваться?

Д.М.: В отношении майнинга я бы просто дал конкретный посыл и сигнал относительно того, что люди могут этим заниматься в рамках закона, в рамках тех подключений, которые у них есть, тех финансов, которые есть. Больше бы уделял внимание образованию населения и тому, чтобы люди понимали, какие риски это влечет, что из себя представляет и в чем может быть подвох, потому что везде есть обратная сторона, чтобы не лукавить. С точки зрения криптовалют, я тут более либеральный сторонник. Я не вижу рисков для России, даже если мы введем возможность, как Япония, оборота криптовалют на территории РФ, и мы говорим не о частном, а об обобществленных деньгах, например, о том же биткоине, эфире. О биткоине, в первую очередь, у него нет единого центра эмиссии, ни одна из стран не влияет на биткоин как на валюту. Она не может его ни напечатать, ни остановить, ничего не может с ним сделать, и для российской экономики нет рисков от возможности использования криптовалют физическими и юридическими лицами, потому что точки контакта, в первую очередь, те же самые биржи и возможности обмена на российский рубль. Это всегда будет доходом для РФ. Ко всему прочему, это абсолютно универсальное средство по вытеснению наличных денег из оборота, поскольку сам биткоин представляет из себя в классическим виде монету.

В.И.: Как бы вы хотели, чтобы развивались события?

Д.М.: Это не прогноз, это то, как нужно, на мой взгляд, действовать правильно и быстро с точки зрения развития технологий. Не то, что там Япония не наделала ошибок, но Япония сделала колоссальные далекие шаги, прямо прыжки по сравнению со всем миром. Но нужно понимать, что это крайне сложно, поскольку общество должно быть созревшим, оно должно быть готовым, так или иначе. Криптовалюты являются все-таки образом мысли, а не сами по себе, как технологии. Бытие определяет сознание. Вот тут технология тоже определяет сознание, и сознание становится другим, и оно вытесняет посредников из этих цепочек, и мы начинаем думать, действовать и взаимодействовать в рамках сети. Самый наглядный пример, чем отличается телефонная связь, помните, 100 лет назад барышня соединяла штекерами, когда вы кому-то звонили. Это называется коммутацией каналов, когда у вас провод проложен от одного человека к другому человеку или на коммутатор, где происходит соединение между абонентами. Интернет изменил ситуацию в корне. У вас возникла сеть, и соответственно, каналы могут коммутироваться как угодно, даже еще хуже, пакеты могут идти по разным каналам. И в интернете та же самая связь, например, сейчас мы с вами разговариваем, и она уже идет посредством не коммутации каналов, а коммутации пакетов, это другой принцип действия, более надежный, более быстрый, более стабильный. И тут примерно то же самое — ваши денежные средства идут уже не по каналу от вас к банку, от банка к банку, от банка к вашему контрагенту, а идут непосредственно по сети от вас к вашему контрагенту. И причем каким образом они туда перемещаются — это коммутация пакетная, а не канальная. И естественно, финансовая сеть должна быть поддержана и поддерживаться с точки зрения операционной деятельности, этим и занимаются майнеры как таковые. А не добычей валюты, как большинству людей кажется. И это завтрашний день новой финансовой системы, и, естественно, классическая схема передвижения финансов умрет, потому что она не сможет выиграть эту гонку. Она просто более дорогая в обслуживании, у нее большая комиссия. Она просто проиграет в конкурентной борьбе.

В.И.: Накануне появились сообщения о том, что платформа «Восход» получила добро от ЦБ на торговлю криптовалютами. И пишут, что эта система была создана для привлечения инвестиций в проекты Дальнего Востока, вот эти новости, что означают?

Д.М.: Это пока не так, потому что ЦБ не давал карт-бланш, и он не разрешал и не запрещал. Это немного такой преждевременный анонс был. И там торги не криптовалютой подразумевались, а цифровыми активами. Пока мы не находимся в состоянии того, что ЦБ хоть кому-то разрешил торговлю криптовалютами и обменными операциями с ними. Но он и не может этого сделать, пока у нас не будет в правовом поле введено понятия токена и криптовалюты. Вы не можете разрешить то, чего не существует. К примеру, сейчас традиционная медицина, вы можете в нее верить, можете не верить, но пока что-то научно не доказано и не определенно, то сказать, что можно это делать, — наверное, со стороны органов ЦБ это будет выглядеть как шарлатанство. Я с уверенностью могу утверждать, что ни одной площадки в России нет, кому бы разрешили обменивать криптовалюту на российские рубли или торговать ей.

В.И.: И произойдет это нескоро, скорее всего?

Д.М.: Не будем загадывать. Давайте посмотрим, как будут развиваться события, все-таки криптомир движется намного быстрее, чем мир классический. И очень много в нем событий происходит, все это может влиять и на принятие решений со стороны ЦБ, Госдумы по внесению каких-то законопроектов. Посмотрим, я думаю, что сейчас можно сосредоточиться на том, чтобы просто дать людям возможность заработать на этом и втянуться. И только после этого, когда достаточно большое количество людей будет оперировать нормальным знанием, что это есть и для чего это надо, можно будет принимать законодательство. Но повторюсь, это очень короткие сроки, это не десятилетия, не пятилетия, это может быть полгода, год, полтора, но горизонт все равно должен быть примерно такой. Дальше у России может просто возникнуть отставание, поскольку весь остальной мир начнет понимать и применять, и регулировать.

В.И.: Дмитрий, спасибо большое, что уделили свое время и дали свою оценку по данной теме. До свидания.

Д.М.: До свидания.

В.И.: Еще один спикер, с которым мы побеседуем, — Юрий Дромашко, майнер, официальный представитель Сатоши Накамото по Сибирскому Федеральному округу. Юрий Валентинович, здравствуйте.

Юрий Дромашко: Добрый день.

В.И.: Мы сегодня обсуждаем майнинг и разные сообщения, которые в связи с майнингом и криптовалютой появляются в СМИ. Вот одни из последних сообщений касаются того, что, возможно, майнинг-ферму запретят в квартирах. Вы как к подобным новостям относитесь?

Ю.Д.: Я считаю, что эта новость — совсем не новость, потому что это мнение какого-то частного лица, которое, может быть, занимает какой-то пост. Но чтобы был принят закон, нужно его внести и потом чтобы его рассмотрели и приняли. Пока этот проект даже не внесен, это просто кто-то пиарится. Это то же самое, что делать закон, который запрещает крокодилов в квартире, это просто бессмыслица.

В.И.: Почему бессмыслица?

Ю.Д.: Майнер в квартире может мешать соседям из-за того, что он шумный, но у нас же есть законы, которые могут от этого уберечь. Соседи могут разобраться, используя и другие законы, которые уже существуют. И это все решается.

В.И.: Если шумишь, то полицию на тебя вечером вызовут.

Ю.Д.: Еще минус в том, что майнинг потребляет электроэнергию, но ТСЖ всегда может ограничить определенную квартиру в расходе электроэнергии техническим способом. И писать груду законов нецелесообразно. Тем более что не так много майнеров в квартире. В квартире у меня товарищ поставил оборудование, там просто компьютер на 12 видеокартах. Он сказал, что у него холодно зимой, и попросил что-то посоветовать. Ему говорят: «Вот компьютер, он не очень шумный. Будет зарабатывать деньги и греть вашу квартиру». Он никому не мешает, он потребляет всего киловатта полтора, и зачем запрещать человеку обогревать свой дом с помощью компьютера? Тем более, если закон даже примут, его нельзя будет реализовывать, потому что большинство компьютеров, которые майнят, — это просто обычные компьютеры. Как они будут отличать, что это майнер? Там, может, человек просто играет в видеоигры или монтирует видео и звук. Это просто нереально.

В.И.: Сейчас основными доводами звучит потребление энергии и то, что выброс тепла будет. А летом, если жарко, то совсем невыносимо будет в домах.

Ю.Д.: А кому невыносимо? Тому, кто живет в квартире?

В.И.: Видимо, соседям.

Ю.Д.: Соседи в другой квартире живут, в любом случае.

В.И.: Насколько это в принципе актуально, что люди майнят в квартирах, и насколько это распространено сегодня в России?

Ю.Д.: Я думаю, что это достаточно сегодня распространено, но это не имеет какой-то опасности, потому что это, скорее всего, к примеру, студент, который купил себе на 6 видеокартах компьютер, он стоит где-нибудь далеко, чтобы не сильно шумел. Это не страшно, он потребляет меньше киловатта электроэнергии, не так сильно шумит. Вряд ли он будет заставлять свою квартиру десятками, потому что квартирная сеть не рассчитана на это. А что касается, если кто-то занимается майнингом в своей усадьбе, в доме, в коттедже, то для этого могут быть специальные помещения, типа гаража или какой-нибудь отдельный дом. И кому это мешает? Я считаю, что это нормально.

В.И.: Насколько я знаю, вы у себя в Иркутске проводите своеобразные биткоин-встречи, и правильно я понимаю, что это люди, которые заинтересованы в получении подобного рода информации, которые, возможно, хотят в будущем стать майнерами и как-то зарабатывать на криптовалюте, они к вам и приходят? Вот насколько это востребовано?

Ю.Д.: Это невероятно востребовано. Представляете город Иркутск, это не Москва. Кризис нас коснулся очень сильно, а люди с трудом ведут бизнес, как-то выживают, что-то делают. А сейчас есть такой подарок судьбы, возможность майнинга в Иркутске выгоднее, чем майнинг в любом другом городе. Имеется в виду домашний майнинг. И, конечно, людям это интересно, потому что это решение их личных финансовых вопросов, семейных. Это какой-то путь выхода из кризиса и развитие себя, своей семьи. Это очень важный вопрос, поэтому люди приходят.

В.И.: А кто приходит на такие встречи?

Ю.Д.: Приходят активные люди. И неважно, это может быть пенсионер, это может быть очень молодой человек. Просто если человек активный и если у него есть тот инструмент, который может отличить одно от другого, разобраться в проблеме хоть как-то, отличить одну реальность от другой, например, биткоин от билета МММ или это акции какие-то. И тогда человек понимает, какая перспектива открывается. И, конечно, он придет и захочет войти в этот бизнес, и захочет в этом участвовать и зарабатывать. Это же новая финансовая реальность, которая сейчас ничего пока под собой не имеет, то есть занимает мизерное место в мире. А пройдет еще много лет, и это будет сопоставимая денежная масса с долларом. Я не говорю, что это будет столько же, но я говорю о том, что ее хотя бы на фоне доллара будет видно. Сейчас это просто ничего. Это будет реальная финансовая система, которая не принадлежит никакому государству, не контролируется никакими правительствами.

В.И.: Если изучать материалы в СМИ, от вас не раз звучала фраза, что Иркутск — это своеобразная столица майнинга в России. И сейчас подобные высказывания звучат от многих других спикеров, которые даже во власти находятся. И они говорят, что Дальний Восток, Сибирь станут Меккой для майнинга. Почему вы называете Иркутск столицей майнинга и согласны ли вы с такими прогнозами по Дальнему Востоку и по Сибири?

Ю.Д.: Тут очень просто. Во-первых, последние годы в Иркутске больше майнинга, чем в любом другом городе России. Это случилось, потому что у нас есть электричество в больших объемах, что не надо платить какие-то взятки, что любой человек может прийти и это электричество на понятных условиях выкупить, причем любыми объемами. И естественно, потому что у нас для физических лиц домашнее электричество стоит всего рубль за киловатт, это самая низкая цена в России. И одна из самых низких в мире. И вот так исторически сложилось, что у нас тут самые крупные фермы и самая большая криптотусовка относительно всего населения. У нас постоянно какие-то встречи, люди общаются, продают, покупают, у всех биткоин-кошельки есть. У нас очень активный город, и я придумал такой термин «криптостолица Иркутск», и хорошо, что его подхватили. Я внес хоть какой-то вклад в развитии своего города.

В.И.: Получается, у вас там есть своеобразная тусовка тех людей, которые майнят, как-то связаны с криптовалютой, и вы фактически знаете друг друга в лицо?

Ю.Д.: Да, в лицо. Мы общаемся и в социальных сетях.

В.И.: Люди, которые этим занимаются, они не закрыты? Просто когда речь идет про криптовалюту, то одним из основных критериев озвучивается, что это абсолютно анонимно.

Ю.Д.: Дело в том, что деньги любят тишину. И раньше очень многие майнеры считали, что если они занимаются в тихую и имеют сверхдоходы, зато никто не знает этого. Я имею другой взгляд на эти вещи. Люди должны распространять эту идею, потому что будет же хорошо, если вокруг меня будет много радостных, счастливых людей. И мне в таком обществе будет приятнее жить, чем я буду один сидеть и радоваться, что я такой богатый. Эту идею надо распространять, тем более в России есть у нас для этого все.

В.И.: Как воспринимаете то, что сейчас в законодательном плане в отношении майнинга происходит в России? Какие прогнозы озвучиваются в вашей среде?

Ю.Д.: Мы смотрим, что говорит спикер Сидоренко, потому что она официальное лицо в этой комиссии. И исходя из того, что она говорит, и из того, что сказал Путин, можно сделать вывод, что, скорее всего, сейчас примут очень лояльные законы, и люди смогут иметь криптовалюту, продавать, покупать, майнить. А мое подозрение, что со временем будут как-то закручивать эти гайки, но это будет правильно. Сначала надо дать людям в это войти, чтобы в Россию пришли инвестиции в криптовалюте, чтобы мы тут майнили. А майнинг — это производство товара, который продается за валюту. Не только нефть или газ, а просто цифра, за которую люди мира платят валюту.

В.И.: Ваш прогноз такой, что изначально более-менее позитивно все будет, а в дальнейшем гайки закрутят?

Ю.Д.: Это было бы хорошо. И даже более того, это моя подсказка тем, кто делает законы.

В.И.: А зачем нужно это закручивание гаек?

Ю.Д.: Понятно, что государство живет, собирая налоги. И какое-то умеренное закручивание гаек, какое-то регулирование в этих сферах обязательно будет и должно быть. Главное, чтобы тут не было перезатягивания гаек так, чтобы дышать не смогли. Поэтому через 5 лет если бы они начали потихоньку к этому вопросу подходить более жестко, подзакручивать чуть-чуть, то это бы было умеренно и нормально.

В.И.: Правильно ли я понимаю, что на встречах, которые вы проводите с теми жителями Иркутска или гостями города, которые приходят на те встречи, которые вы организовываете, проводите им маленький мастер-класс и раскладываете все по полочкам для тех, у кого даже нет представления, что такое майнинг, биткоин, криптовалюта, — вот можете за пару минут попробовать это объяснить тем, кто вообще не понимает, о чем речь идет?

Ю.Д.: Хорошо. Начнем с блокчейна. Это новая технология на основе интернета, она создает возможность компьютерам, объединенным в сеть и находящимся в разных точках планеты, работать над единой задачей. Крипотовалюта — это деньги, которые не контролируются государством и принадлежат людям планеты. Это мера ценностей, мера обмена, которой можно пользоваться в любой точке планеты. И эти деньги займут свое место. Вы понимаете, что мировые деньги, скорее всего, будут не меньше, чем деньги одной какой-то страны. А майнинг — это техническая поддержка сети блокчейна. Когда какой-то человек включает компьютер, и этот компьютер поддерживает эту всю систему, все эти транзакции, работает под сервер в подвале у Сбербанка, например, только это все распределено по всему миру. И за то, что человек включился в эту систему, потратил на нее деньги и все это обслуживает, ему за это на кошелек падают деньги, которые складываются из части эмиссии, которая идет у биткоина, и части, которую за транзакции получают майнеры. Вот такая история.

В.И.: Правильно я понимаю, что по факту это то состояние, которое не потрогать?

Ю.Д.: Радиоволны вы тоже не можете пощупать. У нас вообще мир держится на договорных ценностях, которые трудно потрогать.

В.И.: В СМИ искала цифры, сколько стоит стать майнером, чтобы установить у себя дома маленькую ферму. Нашла такую информацию, что порядка 200 тысяч рублей нужно вложить, а потом, в лучшем случае, тебе будет возвращаться 25 тысяч рублей в месяц.

Ю.Д.: Примерно так. Меньше 200 тысяч рублей тоже есть оборудование. А окупаемость примерно полгода. Просто вы говорили о компьютере с видеокартой, но его можно за 150 на 6 карт взять, потому что безумный хайп спал. И видеокарты — не профессиональное оборудование и приносит меньший доход, чем профессиональное оборудование, но на одной видеокарте можно пару долларов заработать. И такая история примерно и выходит, что за счет еще роста криптовалют. И если повезет, то это может быть и гораздо быстрее.

В.И.: А все-таки, что выгоднее? Открыть большую полноценную ферму? Я правильно понимаю, что вы в свое время решили завязать со своей основной деятельностью и уйти полностью в майнинг? И это был такой решительный шаг, который сейчас пока приносит положительные результаты.

Ю.Д.: Моя основная деятельность в тот день, когда я решил этим заняться, была страдание от кризиса и поиск, чем бы заняться. Другой деятельности особо и не было.

В.И.: А насколько велики риски, когда человек в нечто подобное приходит? Есть список какой-то, что будь готов к чему-то и так далее?

Ю.Д.: Будь готов, что мир очень изменчив, что ты никогда не знаешь будущего, что может случиться то, о чем ты не можешь предположить. Если мы смотрим в тренде, там рисков никаких нет, более того, чем короче окупаемость проекта, тем меньше доля риска. Вы понимаете, если мы купим дом как недвижимость и будем его сдавать, то окупаемость недвижимости 15 лет на сегодня. А за 15 лет может случиться все. А если делать бизнес, который окупается в 1 час, то у нас минимальные риски, потому что за час мало что случится. А тут окупаемость в полгода, тут риски умеренные, и я не знаю другого бизнеса с меньшими рисками. Я не знаю другой деятельности, где риски меньше, потому что если случится что-то невероятное там, то это может затронуть любой бизнес.

В.И.: Если возвращаться к иркутской тусовке, есть какие-то цифры, сколько людей, которые в подобного рода деятельность вовлечены?

Ю.Д.: Я думаю, что больше 1000 людей в Иркутске увлекаются майнингом. Я думаю, что у нас более 1000 кошельков в Иркутске открыто.

В.И.: Объем средств проследить невозможно, сколько именно?

Ю.Д.: Нет, такой статистики нет.

В.И.: А может, есть статистика по другим городам? И о таких тусовках?

Ю.Д.: Нет, таких данных нет. Я думаю, что в Москве численность тех, кто занимается майнингом, выше, потому что Москва — очень большой город, и в Москве есть какие-то бесплатные розетки и что-то такое. Хотя, если просто платить, там электричество очень дорогое.

В.И.: В Москве эта цифры выше?

Ю.Д.: Да, просто за счет того, что город практически в 30 раз больше.

В.И.: Вы представляете Сатоши Накамото в России. Это вам какие-то преимущества дает? И как это стало возможным, потому что вроде авторство всего этого именно за Накамото?

Ю.Д.: Вы же знаете, что Накамото — человек инкогнито, его никто не знает. Мне удалось стать представителем Накамото только по Сибирскому округу. Представитель Накамото имеет определенные обязанности, это пиарить это дело, помогать людям, которые этим занимаются, помогать приобрести оборудование для майнинга, открыть биткоин-кошелек, рассказать об этом и вести просветительскую работу. Я этим и занимаюсь. Я не могу получить назначение непосредственно от Накамото, поэтому я сам себя назначил его представителем. Относитесь к этому, как к юмору или серьезно, как хотите. Если я делаю то, что должен делать представитель, почему бы я и не был представителем? Если я его интересы представляю реально в нашем регионе.

В.И.: Большое спасибо, что нашли время побеседовать с нами. До свидания.

Ю.Д.: И вам спасибо. Обращайтесь.

В.И.: Это была программа «Угол зрения». У микрофона работала Валентина Ивакина. До новых встреч.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments