Россия будущего: как изменятся 40 городов после благоустройства общественных пространств

К 2022 году 40 региональных центров будет не узнать — обещают специалисты программы развития городской среды. В рамках проекта планируется преобразить 43 набережных, 45 площадей, 127 улиц и 20 парков. Мы узнали, какими будут города «будущего». Эксперты: Розалия Тарновецкая — рук-ль проектов КБ «Стрелка»; Ирина Терзи-Антонян — ведущий архитектор КБ «Стрелка» (курирует Оренбург, Краснодар, Ставрополь, Ростов-на-Дону, Иваново); Рита Асирян — ведущий архитектор КБ «Стрелка» (курирует Воронеж, Владикавказ).

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофонов Валентина Ивакина и Мария Цыганова.

Мария Цыганова: Здравствуйте.

В.И.: В ближайший час мы с вами обсудим программу развития городской среды. СМИ уже не первый день об этом говорят, обращают на эту программу внимание. В рамках этого проекта планируется произвести благоустройство общественных пространств в 40 городах России. Причем это 40 региональных центров, 10 из которых — города-миллионники. Список внушительный — 40 городов. В общей сложности планируется преобразить более 200 общественных пространств. В списке 20 парков, 127 улиц, 45 площадей, 43 набережных. При этом, как некоторые СМИ сообщают, в каких-то из городов, входящих в этот список 40, работы уже стартовали. Например, в 2017 году первые этапы благоустройства должны были стартовать в Белгороде, в Воронеже, в Грозном, в Красноярске, в Липецке, в Набережных Челнах, в Нижнем Новгороде. Также в этом списке еще Новосибирск, Омск, Оренбург, Пенза, Ростов-на-Дону, Саранск, Саратов, Уфа, Хабаровск. Огромный список.

Интересно узнать, что же именно будут делать в этих городах, что изменится, потому что те люди, которые принимают участие в проекте, в этой программе — это огромный штат людей, тысячи людей, это огромный масштаб работы. Наверное, стоит озвучить, что проектом занимается КБ «Стрелка» совместно с Агентством ипотечного жилищного кредитования при поддержке Минстроя. Огромные суммы денег будут выделяться. Сейчас пока звучит такая сумма, как 42 миллиарда рублей. В рамках сегодняшнего эфира мы узнаем, что это за программа, и чем это отличается от обычного благоустройства, потому что некоторые задаются таким вопросом, почему именно «город будущего», что в нем такого особенного должно быть, какие преобразования должны произойти в городах.

М.Ц.: Архитекторы говорят, что речь идет не об обычном благоустройстве, якобы жизнь людей в тех городах, в которых работы будут проведены, должна кардинально поменяться. В рамках эфира поговорим о том, какие изменения произойдут, как отбирались эти города, каким образом создавались эти проекты, учитывалось ли мнение жителей, которые проживают непосредственно в этих населенных пунктах.

В.И.: Также узнаем, какие работы проводятся или только планируются провестись в Оренбурге, Краснодаре, Ставрополе, Ростове-на-Дону и Иваново. Много чего нам предстоит обсудить.

М.Ц.: Может быть, удастся провести параллель, что уже было сделано и что еще предстоит только сделать.

В.И.: Также в рамках этого эфира обсудим так называемый индекс городов, который был составлен представителями КБ «Стрелка», это тоже уникальный проект, который оценивает состояние городской среды в городе. Он ставит комплексную оценку городу, даже составлена карта, которая находится в открытом доступе, там любой может найти свой город и посмотреть, какую оценку получил их родной город. И тут смысл в том, что многие люди стремятся покинуть свои родные города. Сначала в Москву, потом заграницу. Вот этот проект должен повернуть все в обратную сторону, чтобы люди хотели оставаться там, где они родились, и не ехать в Москву, Санкт-Петербург, а уж тем более заграницу.

Много всего интересного у нас впереди. Мы начинаем. Первый спикер, с которым мы побеседуем в рамках программы, это Розалия Тарновецкая, руководитель проектов КБ «Стрелка». Розалия, доброго времени суток.

Розалия Тарновецкая: Здравствуйте.

В.И.: Сегодня мы обсуждаем программу развития городской среды. Проект масштабный, в его рамках планируется произвести благоустройство общественных пространств в 40 городах. Можете про саму программу рассказать, что это такое?

Р.Т.: В октябре 2016 года КБ «Стрелка» и фонд «Единого института развития в жилищной сфере», это филиал АИЖК, запустили программу комплексного развития городской среды с учетом потребностей горожан. Эта программа состоит из 6 направлений. Одно из них — это как раз благоустройство ключевых общественных пространств в 40 городах России. Кроме этого, мы также сейчас делаем в рамках этого проекта разработку стандарта комплексного развития территорий. Уже разработали индекс качества городской среды, и ваши слушатели могут ознакомиться с этими наработками на сайте «Индекс-городов.рф». Мы посчитали уже более 50 городов, и там довольно интересная методика, и можно увидеть различные городские проблемы и сравнить свой город с другими городами России.

Кроме этого, сейчас у нас есть пилотный проект — комплексное развитие городской среды в городе Саратов. Там у нас работает отдельная команда, и внутри Саратова несколько проектов уже реализовывается. Также мы занимаемся комплексным развитием территории на острове Русский и сейчас делаем мастер-план бухты Новик. Это территория, принадлежащая нашему заказчику АИЖК, где в ближайшей перспективе планируется строительство большого многофункционального района. Кроме этого, мы еще занимаемся развитием моногородов и курируем программу повышения качества среды во всех 319 моногородах России.

Подробнее хотелось бы рассказать про проект благоустройства ключевых общественных пространств в 40 городах России. В ближайший год будет разработан дизайн-проект ключевых общественных пространств общей площадью 1200 гектар. Всего будет 230 объектов. Мы старались выбирать объекты так, чтобы это были связанные территории внутри одного города, это улицы, площадь, набережная и парк, чтобы сформировать пешеходную среду, чтобы жители города могли разные сценарии попробовать в процессе использования этих мест. С помощью антропологических исследований, ГИС исследований и натурных обследований выбирались эти площадки для благоустройства так, чтобы эти преобразования стали отрывной точкой развития городов. При выборе архитекторов мы старались привлекать местные архитектурные бюро, проводили конкурентные переговоры с местными архитекторами, также в 15 городах из 40 был проведен архитектурный конкурс на лучших архитекторов. Этот конкурс закончился у нас в конце июня, и сейчас у нас работают архитекторы со всей России. Также мы привлекаем жителей к разработке проектов, и практически в каждом городе старались проводить мероприятия по увлечению горожан, это проектные семинары либо просто антропологические исследования для того, чтобы финальный продукт проекта общественного пространства соответствовал потребностям и ожиданиям местных жителей.

В.И.: Все ориентировано на местных жителей?

Р.Т.: Конечно. В 2017 году мы планируем, что у нас в 25 городах уже будут реализованы проекты. И далее, в течение 2018−2022 года планируется реализация всех проектов в 40 городах. С нашей стороны мы обеспечиваем качественный дизайн-проект, а далее уже со стороны местной власти происходит реализация этих проектов, реализуется это все на деньги федеральные, областные и муниципальные. В этом смысле мы очень тесно сотрудничаем с Минстроем, который является исполнителем по национальным проектам формирования качественной городской среды. И наш проект с АИЖК — это также часть этого большого всероссийского проекта.

В.И.: Часто, когда речь идет про программу, которая сейчас реализовывается, звучит такая фраза, что мы строим города будущего и представление о городах будущего. Вот что это такое?

Р.Т.: Сегодня в российских городах, особенно в региональных центрах, в крупных городах есть запрос на изменение городской среды. Он возник во многом благодаря тем изменениям, которые 3−4 года происходили в Москве. Вы знаете, в Москве если какая-то идея зарождается, то потом расходится по всей стране. И разумеется, сегодняшняя наша жизнь, наличие интернета, наличие удаленных форматов работы, доступность информационного поля формирует несколько иной образ жизни в городах, который был до этого, когда люди работали на заводах, жили в своем маленьком мире, и у них все было жестко структурировано. Сегодня мы уже с вами находимся в постиндустриальной эпохе, в которой людям свойственно иметь свободное время, свободные деньги, и они хотят такое время проводить соответствующе. И им нужна городская среда, где есть кафе, какие-то городские сервисы, магазинчики. Есть среда, в которой тебе комфортно, и ты можешь общаться. И для городов постиндустриальной эпохи очень свойственно большое количество коммуникаций в городе, когда люди много между собой общаются, и в результате этого общения часто складываются новые проекты бизнеса, социальные инициативы. Поэтому в этом смысле этот проект является проекцией городов будущего, к которым мы все постепенно стремимся. У России 1112 городов. Из них порядка 650 были созданы в индустриальную эпоху, когда люди работали на заводах, и у них был абсолютно другой сценарий жизни. А сегодня заводы не везде хорошо работают, экономика трансформируется, стимулируется развитие малого предпринимательства. И города сегодня должны уже быть другими. И наш проект должен показать в регионах, как это может быть. Мы приносим новое качество среды в проектах благоустройства, что благоустройство — это не только замена плитки, а что нужно продумывать сценарии, качество благоустройства должно быть определенным, нужно оставлять место под малый бизнес. А не так, как у нас раньше делали, когда благоустраивают набережную, а никто на ней не гуляет, потому что там делать нечего. У нас комплексный подход.

В.И.: Кстати, про благоустройство важный такой вопрос возникает, потому что если мониторить материалы по теме реализации проекта, то можно наткнуться на такую информацию, что когда журналисты спрашивают: «А вот речь идет про благоустройство?», — некоторые архитекторы обижаются и говорят, что это не просто благоустройство.

Р.Т.: Они абсолютно правы, это не просто благоустройство. Это переосмысление общественного пространства. Просто у нас в России не очень развит язык или словарь профессиональный, такой пограничный, на котором это все можно объяснить. Благоустройство — это процесс приведения в порядок. А тут просто переосмысление происходит общественных пространств. И мы надеемся, что это будет мощный толчок для развития городов, осознание новой повестки.

М.Ц.: А если говорить про индекс качества городской среды, это одно из направлений, как я понимаю, в рамках которого оценивают города, — вот что можно сказать?

Р.Т.: Индекс качества городской среды — это инструмент для диагностики состояния городской среды. Он может показывать как проблемы, так и высокий уровень развития. Индекс построен по матричному принципу, мы отдельно оцениваем состояние жилых территорий, состояние общественно-деловой части города, вообще общегородское пространство. Также у нас есть 5 критериев, по которым мы оцениваем каждую составную часть городской среды в конкретном городе. Это диагностика комплексной среды с разных сторон, и после нее города могут уже разрабатывать более точечные стратегии развития конкретных объектов. Например, как мы работаем с жилыми территориями, в чем они проседают. Там есть такие категории, как комфорт, безопасность, экологичность, разнообразие и идентичность. В конкретном городе может быть очень безопасное жилье, с хорошей экологией и зеленью, но при этом оно монотонно и однотипно, это та точка роста, которая есть у города. Мне кажется, очень часто проблема городских властей в том, что они настолько привыкают к своей обстановке, что уже критически воспринимать ее довольно сложно. И в нашей стране это такое зеркало, которое отражает состояние твоего города и при этом позволяет себя сравнивать с другими городами. И это наверняка очень полезно просто для понимания, куда движется город, что в нем происходит.

В.И.: А до вас кто-то подобную работу проводил ранее или нет?

Р.Т.: Мы использовали большой международный опыт при разработке этого индекса качества городской среды. И было исследовано порядка 100 международных документов, и кроме этого, мы осмотрели несколько российских индексов. Просто мы впервые предложили подход, когда конкретному городу дается не общий балл, и происходит ранжирование городов между собой, а мы именно даем более развернутую информацию города, и это наш ноу-хау. Наша цель — не рейтинговать города, а давать им исходную информацию для собственного развития.

В.И.: На основной странице индекса всплывает несколько городов, и состояние городской среды почти у всех максимум «удовлетворительно», мало кто набирает такие показатели, как «хорошие», «исключительно хорошие». И по уровню развития городской среды даже крупные города, допустим, Красноярск — 47%.

Р.Т.: Но при этом Тамбов показывает хорошее состояние среды. И это неожиданно. Просто городская среда во многом зависит не только от размеров города, но и от того, можно сказать, ДНК, которое заложено в этот город. Условно, если в Волгограде линейная структура, это самый длинный город в России, и он вытянут вдоль Волги, у него сумасшедшие затраты на содержание инфраструктуры, потому что он не компактный. И у вас, конечно, городская среда сразу очень плохая. И при этом, если в Тамбове изначально была заложена более удачная инфраструктура, более компактная, там квартальная застройка, плотная дорожная сеть, это те параметры, которые позволяют делать среду комфортной, то, конечно, у него и другой показатель. Это на самом деле очень долго можно обсуждать. Среда во многом зависит от того наследия, которое в городе осталось. Если мы говорим про Красноярск, то там все знают, что там много тяжелой промышленности, там большие выбросы экологические, город вообще заточен под промышленное производство. Это индустриальный город, и там среда заложена такая — больше микрорайонов, больше советского наследия, чем в городах европейской части России. Тут такая большая тема, здесь лекцию можно прочитать.

В.И.: 2022 год — это год, когда основная масса работ уже должна будет быть завершена. Какой образ городов будет в 2022 году, если все будет успешно реализовано?

Р.Т.: Будем надеяться, что у 40 крупных городов России появятся крупные эталонные проекты. Когда в городе появляется что-то новое, все начинают этим пользоваться, открывать для себя новые ощущения и понимать, что можно жить по-другому, и это запускает изменения других пространств в городе. Так, например, в Москве произошло, когда парк Горького переделали, это первый момент. И мы тем самым запускаем новые процессы в городах. Кроме этого, к этому моменту уже будут готовы стандарты комплексного развития территорий, и у городов появится широкий инструментарий по своему развитию. Просто сегодня очень часто в городах не понимают, что нужно сделать, чтобы что-то качественно изменилось. Тут у них появится понятный продукт, которым они смогут сами пользоваться и приводить изменения. Мы создаем инструментарий-интерфейс для городов, которые будут стимулировать развитие общественных пространств в отношении комфортности городской среды в городах. Сегодня этого нет, у нас есть устаревшие нормы, которые к 2022 году уже должны быть изменены в соответствии со стандартом комплексного развития территории, и мы должны получить другое качество застройки, то есть новые проекты будут строиться по-другому.

В.И.: Еще встречаются комментарии, что хотят сделать из всех городов России еще одну Москву.

Р.Т.: Это невозможно сделать. Каждый город уникален по-своему, в каждом городе своя история, свои предпосылки, свой человеческий потенциал, свое наследие, и поэтому невозможно сделать все города одинаковыми. Но тут вопрос стоит о качестве жизни людей, и, конечно, проект нацелен на то, чтобы повысить качество жизни наших сограждан в ближайшей перспективе, чтобы люди ходили по хорошим тротуарам, у них были приятные общественные пространства, где хочется проводить время, где есть кафе, рестораны и хорошие детские площадки. Вот это все про повышение уровня жизни горожан. Мне кажется, что Москву сейчас не любят в провинции, потому что тут совершенно другой уровень жизни, и в этом смысле сейчас происходят трансформации, которые запустила Москва.

В.И.: Спасибо большое, что нашли время с нами побеседовать. До свидания.

Р.Т.: До свидания.

В.И.: Еще один спикер, с которым мы побеседуем, это Рита Асирян, ведущий архитектор КБ «Стрелка». Рита, доброго времени суток.

Рита Асирян: Добрый день.

В.И.: Правильно я понимаю, что в Воронеже уже работы стартовали в некотором смысле? Можете рассказать про города, которые вы ведете в рамках программы развития городской среды?

Р.А.: В Воронеже у нас уже сейчас в реализации проект, который был разработан летом, это Советская площадь, одна из главных площадей города. И ко Дню города часть площади уже будет сдана, часть жителей сможет насладиться, поэтому там очень и очень активная стадия развития. Что касается Владикавказа, тоже часть набережной будет реализована в этом году, чему мы тоже очень рады, администрация очень постаралась. Это был трудный путь, но мы в итоге пришли к реализации, и жители тоже смогут насладиться кусочком набережной в этом году.

М.Ц.: А если немного поподробней? Вы сказали, что в Воронеже будут преобразовывать Советскую площадь, а каким образом? Что там появится, что изменится?

Р.А.: Наверное, пару слов, почему именно Советская площадь в этом году. В этом проекте порядка 8−9 объектов, это такой кольцевой маршрут, который включает в себя очень важное общественное пространство города, чтобы это была не просто благоустроенная одна площадка в городе, на которую невозможно попасть и из которой некуда идти, а именно какой-то логический маршрут по городу. А Советская площадь пошла первой как знаковое место, она сможет осчастливить большую часть города, потому что там наиболее разнообразные пользователи на сегодняшний день. Вообще в проекте меняется многое, мы оставляем какие-то исторически сложившиеся геометрические характеристики площади и меняем фонтан, который жители любят. Будет новый сухой фонтан, который так любят дети, и они всегда пользуются популярностью, когда в городах их устанавливают. А в Воронеже теплее, чем у нас, поэтому это послужит таким немаловажным фактором. Появится много озеленения на площади, чтобы тенистые места были какие-то, яблочный сад появится, фруктовый сад рядом с детскими площадками, чтобы дети могли учиться развивать себя во время своих прогулок. Отдельно большая детская зона, не просто детская площадка, а именно какие-то новые канатные лазалки, там все на развитие детей направлено. В этом году мы увидим именно часть с обновленным фонтаном напротив Концертного зала. А дальше уже будет реализована часть перед собором, там тоже сформируется новая площадь и появится пространство у самого собора, чтобы проводить какие-то мероприятия, собирать людей и тому подобное.

В.И.: То есть, если говорить про Воронеж, то что-то будет осуществлено в этом году, а что-то остается на будущее? От вас же прозвучало, что в общей сложности где-то 9 объектов, которые завязаны на кольцо. Что это за объекты такие?

Р.А.: Программа у нас заложена на реализацию с 2017 по 2022 год. Поэтапно, потому что мы понимаем, что за одну ночь это все не сделать. Объекты у нас самые, наверное, важные из этого кольцевого маршрута — это набережные Адмиралтейская и Петровская. Адмиралтейская набережная вообще такая — всех туристов туда приводят в Воронеже. Если спросить, куда нам пойти посмотреть, чтобы увидеть Воронеж, всех отправляют туда. Там в хорошем состоянии находится сейчас сама площадь, на которой стоит стела. Но вокруг парковая зона, конечно, в достаточно заброшенном состоянии. Соединим Советскую площадь, которая, можно сказать, находится в верхней центральной части города, и набережную, которая, понятное дело, близко к воде, внизу. Интересная часть этого проекта, что перепад между этими площадками составляет порядка 50 метров, там очень серьезный рельеф. И с этим мы пытались бороться, создать связи через улицы Карла Маркса и Декабристов, через Бехтерева, Авиационную улицу, на которой расположен очень интересный объект, — там Дом детского творчества, бывший Дом пионеров с очень интересной площадью напротив, которую мы тоже захватим и сделаем сквер для детей, где они смогут тоже интересно проводить время.

В.И.: Тяжело ли было определить объекты, которые в этот кольцевой маршрут войдут? Или тоже споры были какие-то?

Р.А.: Споры были, меняли несколько улиц, именно которые соединяют верх с низом, с основными объектами. С площадью и набережными определились почти сразу, это подтвердилось и антропологическим анализом, который мы провели, то есть мнения жителей совпали с нашими предложениями. И с администрацией мы не раз встречались, обсуждали более реализуемые или возможные объекты, с которыми точно стоит работать, потому что, конечно, в реализацию проекта очень-очень много замешано разных департаментов и т. д. А мы хотим сделать так, чтобы сделали раз и навсегда, чтобы кто-нибудь не пришел туда через два года что-нибудь там переделывать. В итоге сошлись на этих объектах, все с ними согласны. Проект тоже мы на стадии технического задания обсуждали с городом и жителями, и потом концепцию презентовали, естественно. Самое важное, на самом деле, — что проект сам разрабатывался архитектором из Воронежа, потому что местному человеку, конечно, специфику знать лучше, чем нам отсюда.

В.И.: То есть местных тоже активно включали в процесс.

Р.А.: Да.

В.И.: Тогда последний вопрос по Воронежу, и переходим к Владикавказу, — можете озвучить план действий по Воронежу? Понятно, что введут в этом году, про Советскую площадь тоже уже сказали, чего там ожидать.

Р.А.: План работ большей частью зависит от администрации. Администрация города очень настроена, очень положительная. Мы стараемся активно и очень близко работаем, чтобы этого всего достичь. Сейчас можем сказать, что мы очень надеемся и очень верим, что в 2022 году все эти объекты увидим. А по очередности — как сможет администрация распределить свои ресурсы, потому что, опять же, много факторов, бюджет и т. д. Я думаю, что это уже городу решать, по какой очереди они смогут это сделать.

В.И.: Давайте тогда перейдем к Владикавказу. Говорите, что сложный путь вам с ним пришлось пройти. Почему сложный?

Р.А.: Владикавказ — немного другая история, потому что если в Воронеже у нас были проведены конкурентные переговоры, был выбран подрядчик, архитектор, который вместе с нами начинал делать эту концепцию, то Владикавказ был конкурсным городом. То есть был объявлен открытый конкурс на разработку территории вот этой набережной. И выиграл его мальчик, нам очень повезло, — он сам местный, оттуда. Сейчас он там не живет, но это, конечно, очень помогло внести такую национальную харизматичную черту в проект. После того, как мы приехали, все вместе познакомились, город проект принял очень тепло. Через эту стадию проходят все города — первое удивление, почему это нам пришел какой-то проект, и мы вдруг должны его делать, мы же сами с усами. Но в целом, естественно, все очень хорошо проходит, мы знакомимся, общаемся, плотно работаем. Выиграл конкурсный проект, мы поехали с ним в город, обсудили с местными архитекторами, профессиональным сообществом и администрацией все нюансы, что им нравится, что не нравится, что они хотят поправить. В течение месяца мы проект с ребятами, которые его выиграли, дорабатывали. И он уже ушел 100% в город, там уже было все учтено, что нужно было доработать. Сейчас ведутся работы по разработке проектно-сметной документации. И они обещали в конце следующей недели уже выйти на площадку. Это очень быстрые сроки, город большой молодец. Я думаю, что они рекордсмены по скорости выхода на площадку среди других городов.

В.И.: А что предлагается изменить на набережной Владикавказа? Говорите, что удалось внести национальную харизматичную нотку, черту. В чем это будет проявляться?

Р.А.: Очень интересная была разработана концепция архитекторами. Там очень нюансно, но, мне кажется, очень грамотно вводятся детали с национальным орнаментом. То есть на площади всей набережной формируются три главные площадки, вот эти три площади, как три пирога, можно сказать, как архитекторы это называют. Они будут сформированы именно в национальном орнаменте, который осовременен. Он сделан из таких пикселей. Грубо говоря, это светлая и темная плитка. И с высоты, например, из гостиницы «Владикавказ» будет очень красиво формироваться именно этот рисунок. Также нюансный орнамент есть в разработанных малых архитектурных формах, которые архитекторы тоже сами все нарисовали, то есть они не типовые, а именно дизайнерские, именно относятся к этому месту. И само ограждение набережной, то есть парапет, который находится сейчас в аварийном состоянии, тоже был разработан из сложного рисунка с вкраплением национального орнамента. И это, конечно, полностью поменяет вид набережной.

В.И.: И речь идет только про набережную во Владикавказе? Или там тоже будет кольцевой маршрут, несколько объектов?

Р.А.: Обязательно будет. Это то, что было сделано этим летом во время конкурса, мы доработали. И сейчас начнется работа над еще тремя объектами. Это две улицы — Маяковского и Бутырина, парк Жуковского, это детский парк. Он небольшой, всего два гектара, но пользуется все равно популярностью, потому что, насколько мы поняли из наших поездок, каких-то больших общественных пространств, куда можно прийти с детьми, не так много. Он находится тоже в плохом состоянии. Он центральный, очень важный, детишек много. Поэтому за него возьмемся в первую очередь, чтобы создать прецедент именно детского общественного пространства, детского и молодежного. Это будет разрабатываться осенью и тоже должно быть реализовано до 2022 года.

М.Ц.: Насколько вообще реально уложиться в эти сроки?

Р.А.: До 2022 года, думаю, реально. Конечно, всегда самое сложное — это запустить первый проект, пилотный, то есть 2017 года, который сейчас реализуется. Но научившись на своих ошибках, я думаю, что дальше работа для города именно пойдет намного быстрее, потому что алгоритм уже создан, плюс проекты будут разработаны сейчас. Поэтому город может в меру своих сил приступать к проектно-сметной документации и т. д. По сути, у них будут готовы проекты, к которым они могут приняться, как только у них будет возможность на реализацию.

В.И.: Рита, еще есть вопрос, если возвращаться, допустим, к Воронежу, и это не только про Воронеж, можно такую информацию найти на местных ресурсах, что некоторые недоумевают, зачем там что-то преображать. Взять ту же Советскую площадь в Воронеже — некоторые пишут, что если на Яндекс. Карты выйти, там вроде и так все хорошо. Подумаешь, асфальт заменят плиткой, вместо старых кустиков новые высадят — что после этого изменится?

Р.А.: Если бы меня спросили два года назад, что от этого изменится, я бы тоже, наверное, дала такой же комментарий. Но на примере Москвы, когда, по сути, тот же самый «Детский мир», если вспомнить людей, которые туда приходили раньше, на Кузнецкий мост, на Пушечную, и масса, которая сейчас, — насколько больше стало туристов, насколько симпатичнее стали кафешки и магазины. Все начинается с малого, и когда меняется городское пространство, то и жители уже к этому подтягиваются. В целом уровень жизни города это, естественно, повышает. Людям приятнее привозить гостей в свой город, показывать, они начинают им гордиться, им не хочется никуда уезжать, у них есть место встреч и т. д. Жизнь становится счастливее, если говорить простым языком. И так потихонечку каждый начинает с себя — город начинает с себя и каждый житель начнет с себя, это на жизни всех отражается, как у нас в Москве это сейчас происходит.

В.И. А не замечаете, что в городах, куда приходят представители программы развития городской среды, какие-то внутренние процессы, возможно, запускаются? Вы берете определенные объекты, а потом, может быть, местные архитекторы, активисты говорят — а можно же еще и вот так, и вот так. С таким сталкивались?

Р.А.: Конечно. Поэтому именно мы и работаем с местным профессиональным сообществом, чтобы мы им помогли сделать пилотный проект, и после этого они уже могли своими силами. То есть мы им показываем алгоритм. Сейчас самое главное, что у нас закладывается, как это в Москве тоже раньше делалось, — благоустройство проводилось в рамках капитального ремонта. Какой-то культуры благоустройства у нас не было в стране сформировано. И объяснить, показать на нашем опыте, как можно уйти от этого капитального ремонта, делать благоустройство даже минимальными какими-то интервенциями, но при этом заметно улучшить уровень этой среды или поменять ее функциональное назначение. И тогда один за одним, такая цепочка рождается, интерес рождается, люди видят, что они реально своими руками что-то могут в городе поменять, сообщество крепче становится, соседи знакомятся друг с другом, решают сделать свой двор, например. Связываются с городом, город уже понимает, как ему эти процессы наладить, активнее входит в диалог. И вот так потихонечку, по маленьким территориям это уже, надеемся, распространится на весь город.

М.Ц.: То есть можно сказать, что речь идет не только о преобразовании города, а именно о качестве жизни людей в целом?

Р.А.: Конечно. Это самая главная задача. Когда город покажет своим жителям, что он их любит, они его в ответ, конечно же, полюбят еще больше.

В.И.: Надеюсь, что удастся осуществить задуманное. Во всяком случае, то, что озвучивается на данном этапе, звучит заманчиво. Рита, спасибо, что нашли время с нами побеседовать.

Р.А.: Спасибо вам.

В.И.: Мы продолжаем. В рамках этого эфира мы побеседуем с Ириной Терзи-Антонян, ведущим архитектором КБ «Стрелка». Здравствуйте.

Ирина Терзи-Антонян: Здравствуйте.

В.И.: Насколько мне известно, вы ведете сразу несколько городов в рамках программы развития городской среды, это Оренбург, Краснодар, Ставрополь, Ростов-на-Дону, Иваново. Какую работу проводите, какую работу уже успели провести?

И.Т.: Все верно. Параллельно идет работа по 6 городам. Каждый город находится в своем статусе. К примеру, в Ростове-на-Дону у нас уже активно идет стройка, реализация проекта «Центральная улица Большая Садовая». В Оренбурге стройка начинается буквально со дня на день. А, к примеру, Ставрополь и Краснодар у нас сейчас только в процессе утверждения технического задания, приступаем к разработке концепции. То есть каждый город идет по своему графику, по своему сценарию. Но в принципе все в параллели продвигается.

В.И.: Давайте с вами подробно про каждый город поговорим в отдельности. Оренбург, например, — что предлагается изменить в Оренбурге, как он преобразится после того, как специалисты КБ «Стрелка» и прочих инстанций над ним поработают?

И.Т.: В Оренбурге у нас проект, который запускается со дня на день в стройку, — это центральная набережная вдоль реки Урал. Протяженность всей набережной — почти 2,5 км. Это огромная, очень популярная у местных жителей набережная, но которая, к сожалению, сейчас находится достаточно в таком унылом состоянии по качеству благоустройства. Мы совместно с местным архитектурным бюро «Архитек» разработали концепцию на всю длину набережной. И она у нас делится принципиально на два участка. Первый, западный участок набережной будет более городской. Мы там подразумеваем организацию мощеной набережной, деревянные выходы к воде, пирсы, у нас будут детские площадки, воркауты. И одно из ключевых мероприятий на западном участке набережной — это восстановление детской ж/д станции. Исторически она там была, затем в какой-то момент она была разрушена, и сейчас проектом подразумевается восстановление ее исторического облика.

В.И.: А детская ж/д станция — это что? Там маленький поезд будет ходить?

И.Т.: Да. На протяжении всего этого отрезка, который мы берем под благоустройство, уже существующая железная дорога. И она именно для обучения детей навыкам вождения поездов. Получается, что сейчас она работает, функционирует. Но сама вот эта станция представляет собой навес. А мы закладываем в проект восстановление исторического облика. Это одно из ключевых мероприятий.

А второй участок — это восточная часть набережной, которая является продолжением той, о которой я говорила, но там уже пейзаж более природный. Там более сложный ландшафт, рельеф. И мы в своей концепции также это поддерживаем, оставляем там исключительно деревянные настилы, променады. Никакой мощеной набережной там уже не будет. Там будет велодорожка, будут спуски для рыбаков, лодочная станция. Таким образом, вся эта единая длинная набережная реки Урал будет насыщена как городским характером в виде и детских площадок, и воркаутов, и выходов к воде, так и более природным, тихим, спокойным отдыхом. Так что в Оренбурге это, наверное, ключевые, главные для нас сейчас проекты — именно набережная. Но мы также разработали концепцию на парк Железнодорожников и на Парковый проспект. Эти концепции уйдут в разработку следующих годов, 2018−2022, это ближайшее будущее. Но там также у нас подразумевалась реорганизация тропиночной сети в парке, обустройство сцены для проведения городских мероприятий, высадка растений, установка скамеек, так как сейчас там в принципе отсутствует возможность отдыха. И на Парковом проспекте мы сохраняем полностью транспортную сеть и работаем с пешеходной зоной. Там организуется велосипедная дорожка, устанавливаются скамейки, устанавливаются новые фонари, мощение новое предусматривается и организуются такие мини-скверы, новые точки притяжения, которые на протяжении длинного Паркового проспекта будут такими остановочными точками, где можно будет отдохнуть, в тени посидеть и дальше уже продолжать свой путь.

В.И.: То есть огромный объем работ, по большому счету. Давайте к Краснодару перейдем. В Краснодаре что предлагается изменить?

И.Т.: В Краснодаре у нас сейчас только в процессе разработки концепция. И там у нас очень интересный, фактурный участок, у нас два Покровских озера, Верхнее и Нижнее, парк «Кубань», который примыкает к стадиону «Кубань», и три улицы, которые проходят вдоль парка и озер, это улицы Вишняковой, Переходная и Суворова. Наверное, стоит больше сакцентировать, что среди всех этих объектов самые интересные — это сами озера, так как эти два озера являются частью огромной сети Карасунских озер, к которым в Краснодаре уже давно есть интерес и архитектурного сообщества, и просто местных активистов. Это такая сеть озер, которая в будущем предполагается как единый пешеходный променад вдоль воды. И наш проект является пилотным в этой сетке, поэтому мы сделаем на него, конечно, максимальный акцент. На озерах мы подразумеваем работу с береговой линией. Мы организовываем деревянные выходы к воде, у нас будет лодочная станция, места, выделенные для рыбаков. У нас будут уютные деревянные настилы, которые будут включать в себя как возможность отдыха компанией, так и какие-то более локальные, уютные места для одного или для двоих. На данный момент озера уже окружены деревьями, зеленью, но мы подразумеваем и дополнительную высадку деревьев, чтобы создавать комфортный теневой навес, так как климат в Краснодаре подразумевает особую работу именно с теневыми навесами и наработку микроклимата, чтобы пешеходам было там комфортно в любой сезон.

В.И.: Чтобы можно было в теньке, если что, спрятаться.

М.Ц.: И удобно людям всех возрастов.

И.Т.: Да, чтобы было комфортно и летом, в жару, и зимой, когда даже не будет этих шапок, зелени, но, тем не менее, будут места отдыха, которые также будут функционировать и зимой. Мы подразумеваем, что зимой там можно будет выходить на лыжах и делать круговой променад, который будет единый вдоль озер. Его можно будет также обходить зимой на лыжах. То есть такое всесезонное использование — это тоже один из акцентов проекта.

В.И.: Ирина, что предлагается в Ставрополе?

И.Т.: В Ставрополе у нас тоже на данный момент в процессе разработки концепция. И там тоже у нас прекрасное большое Комсомольское озеро. Сейчас у нас помимо озера там еще обустраивается Крепостная гора и сквер возле памятника Солдату. То есть у нас там три объекта. Каждый из объектов в принципе очень интересный, потому что все находится в центре, в пешей доступности от ж/д станции, от основных точек притяжения. Могу сказать вкратце про каждый. Крепостная гора — это охраняемая зона, и, по сути, мы там не делаем чего-то нового, мы просто поддерживаем то состояние, которое на сегодняшний день там есть, только добавляем дополнительное освещение, скамейки, подразумеваем уход за существующей зеленью и высаживаем новые типы деревьев. В принципе, мы просто работаем с существующим положением, ничего нового там не подразумеваем. Сквер возле памятника Солдату — это примыкающая площадка к Крепостной горе. Там у нас идет как раз-таки полная реорганизация пространства. На данный момент там идет просто озелененная площадка, возле которой идет асфальт, он сейчас используется исключительно под парковку. Наша концепция подразумевает организацию там нового сквера, который будет включать в себя площадку перед бассейном, который примыкает к этому скверу, который будет включать в себя площадку возле музыкальной школы, которая также примыкает к этому скверу. И этот единый сквер, получается, будет как для студентов и учеников музыкальной школы, так и для посетителей бассейна и просто проходящих мимо, так как это в центре города. У нас там будут и площадки для детей разных возрастов, и перголы, это теневые навесы с местами отдыха под ними, и также у нас там подразумевается организация фонтана, который примыкает к детской площадке. То есть очень уютный, новый городской сквер будет в центре для и детей, и молодежи, и для пожилых людей, в общем, для всех.

И еще пару слов хотела бы сказать про Комсомольское озеро, это третий объект. Сегодня там и так очень популярное место, там очень большое количество посетителей. Когда мы были на площадке, мы просто прорывались сквозь толпу людей, которые там были. Это и молодежь, и мамы с колясками, и пожилые люди, спортсмены. Но, к сожалению, уровень инфраструктуры сегодня не соответствует этому запросу. Наша главная задача — вывести все это на новый уровень, обустроить спортивные площадки необходимым оборудованием, проложить на протяжении всего пруда, по периметру беговую дорожку, которая пользуется огромным спросом, и сделать организованные цивилизованные точки с пляжем, то есть с санузлами, с раздевалками, с настилами, с перголами и т. д. Это то, что у нас в Ставрополе.

В.И.: Ирина, времени у нас не так много. Обо всем, конечно, хочется расспросить. Давайте еще быстренько про Ростов-на-Дону — что там предлагаете изменить?

И.Т.: В Ростове-на-Дону у нас ключевая площадка — это улица Большая Садовая. Это главная улица города, которая соединяет ж/д вокзал с главной площадью, с Театральной. И сегодня работы на улице уже идут в соответствии с нашей концепцией. Это длинная улица протяженностью почти 8 километров, на которую нанизаны и корпуса университетов, и здание администрации, и парковые зоны. Поэтому это такой линейный центр, мы просто поддерживаем этот же статус, но добавляем необходимую инфраструктуру. Также в Ростове-на-Дону у нас есть три парка, на которые мы уже разработали концепции. И Театральная площадь, в которую упирается Большая Садовая. Все проекты, все концепции были разработаны с местным архитектурным бюро «Проект». В проектах все территории связаны друг с другом, они не разрозненные по городу, а представляют собой сетку общественных пространств, что также является очень интересным. Было очень интересно работать в связи с тем, что одна концепция перетекает в другую.

М.Ц.: А если про Иваново поговорить, что там происходит, какие преобразования будут происходить дальше?

И.Т.: В Иваново у нас две площадки. Первая — это парк Степанова, который является любимым парком местных жителей, там огромное количество посетителей, но он в абсолютно упадническом состоянии. Там 40 гектар соснового леса. Мы прокладываем дополнительные тропинки, освещаем его, благоустраиваем и выделяем одну из зон, где создаем точку притяжения с футбольной площадкой, с площадками для детей, с зонами отдыха и с фудкортом и т. д. И вторая площадка в Иваново — это в историческом промышленном центре города. Это набережная. Получается единый кольцевой пешеходный маршрут. Мы создаем единый променад, который соединяет набережную, проспект, площадь и бульвар. Обе эти площадки уже нами разработаны, концепция уже есть. По парку Степанова мы привлекали зарубежное бюро ландшафтных архитекторов Karrens&brands, а на разработку исторического центра, вот этого кольцевого маршрута мы привлекали московское бюро «Новое» и вместе с ними разработали концепцию.

В.И.: А чем руководствовались при выборе мест и объектов, которые будут в дальнейшем как-то преобразованы? Наверняка же сложно определиться в том или ином городе, особенно если речь идет про крупные города.

И.Т.: Это была одна из первых задач, которая занимала время. Но здесь было два ключевых момента — со стороны нас, от КБ «Стрелки» на места, в города отправлялись антропологи, у нас есть свой центр городской антропологии. И ребята на местах проводили исследования. Они общались с местными жителями, с горожанами, узнавали болевые точки, узнавали, какие, по их мнению, пространства действительно нуждаются в преобразовании, где они видят в этом необходимость. И второй процесс — это общение с администрацией, какие планы у города именно были на благоустройство каких-то центральных общественных пространств в городе. И вот в связке того, что хотят жители, и того, чем планирует заниматься администрация, именно в совокупности уже выбирались площадки.

В.И.: То есть консенсус пытаетесь найти.

И.Т.: Да.

В.И.: И про перспективы — в Оренбурге уже отчасти работы кипят, в Краснодаре и в Ставрополе только в разработке все находится. В ближайшие 5 лет эти города должны быть преображены по максимуму по программе, которая озвучена.

И.Т.: Да, все верно. До 2022 года все эти концепции, подразумевается, будут реализованы. Какие-то города вышли в стройку уже в этом году, но, к сожалению, не у всех получилось по разным обстоятельствам. Но большая часть уже запустила работу на данный момент.

В.И.: Посмотрим, как будут события развиваться. Надеюсь, благополучно, удастся преобразить и Оренбург, и Краснодар, и Ставрополь, и Ростов-на-Дону, и Иваново. Ирина, спасибо большое, что нашли время побеседовать с нами.

И.Т.: Вам спасибо.

В.И.: Для вас работали Валентина Ивакина и Мария Цыганова. Это была программа «Угол зрения». До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments