До 18-ти секса не существует или Нужен ли России «секспросвет»

Российские активисты собрали более миллиона рублей и намерены написать книгу «Наука секса для подростков». Как рассказать детям «об этом» и почему учебник не помешало бы прочитать даже взрослым.
Эксперты: Татьяна Никонова — журналистка, секс-блогер; Татьяна Румянцева — кан. мед. наук, акушер-гинеколог, научный сотрудник ЦНИИ Эпидемиологии; Ирина Волынец — председатель центрального совета всероссийского общественного движения «Национальный родительский комитет»; Дарья Бергер — психолог-сексолог.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофона Валентина Ивакина. Сегодня мы будем обсуждать довольно деликатную тему. Эфир у нас называется так: «До 18-ти секса не существует, или Нужен ли России „секспросвет“». Поговорим про сексуальное просвещение молодежи и не только, потому что некоторые эксперты говорят, что в этом плане не образованы не только молодые люди, но и некоторые взрослые.

Неделю назад на портале Planeta.ru появилась заявка на сбор средств. Автор этой заявки с нами на связи, это Татьяна Никонова, журналистка, секс-блогер. Здравствуйте.

Татьяна Никонова: Здравствуйте.

В.И.: 8 августа стартовал сбор средств на написание книги «Наука секса для подростков». Вы там поразительные успехи сейчас делаете, была заявлена сумма 1 200 000, и я так понимаю, что почти все уже собрано в рекордно короткие сроки. Что это за книга такая, почему ее решили написать? Можете вкратце про свой проект рассказать?

Т.Н.: Я постоянно отвечаю на вопросы пользователей, и взрослые люди очень многого не знают. Они не знают вещей, которым следовало бы обучиться еще до того, как они занялись сексом, чтобы у них не возникало тех проблем, с которыми они сталкиваются сейчас. Именно поэтому я решила написать книгу для более молодого поколения.

В.И.: Можно несколько примеров, какие это могут быть вопросы? Я, например, видела, что молодежь может задавать гинекологам такие вопросы из разряда «могу ли я быть беременной?», и гинеколог спрашивает, когда был последний секс, ответ — месяца три назад. А как может проявляться неосведомленность взрослых?

Т.Н.: Неосведомленность взрослых очень сильно связана, как правило, с коммуникацией. Люди очень плохо понимают, что такое настоящее согласие. К примеру, у меня была история не так давно — девушка рассказала о том, что мужчина принуждал ее к анальному сексу. При этом женщины, когда рассказывают о таких вещах, они говорят «настойчиво уговаривал». Хотя по более подробному описанию становится понятно, что их просто заставляли. И когда мы говорим о согласии, о безопасности, которые очень важны для обоих партнеров, выясняется, что люди очень многого не знают. У нас, например, в России только четверть пар используют презервативы. Учитывая, что в России эпидемия ВИЧ, это совершенно неправильные показатели. Презервативы должны использоваться гораздо чаще.

В.И.: Ну, и в целом данные тревожные. Сегодня многие ресурсы говорят о том, что как минимум 90% подростков в России начинают заниматься сексом до достижения 16 лет, то есть в 15−16 лет. Все-таки что за работу вы планируете провести? Указано в заявке по сбору средств, что год будете трудиться. Что войдет в эту книгу «Наука секса для подростков»? Какие задачи вы перед собой ставите?

Т.Н.: Эта книга будет разделена на 3 части. Каждая будет рассказывать о своем блоке вопросов. Три части — удовольствие, согласие и безопасность. Безопасность — это как о контрацепции, о защите от заболеваний, от ВИЧ и о том, как выстраивать комммуникацию в интернете, потому что это та реальность, в которой живут современные подростки.

Когда мы говорим об удовольствии, это значит, что люди должны уметь договариваться, должны понимать, что хочет другой человек и как ему самому рассказать о своих желаниях. А также — как устроено наше тело, зачем нужна мастурбация, почему в ней нет ничего плохого. И, конечно, нужно обязательно говорить о согласии. Как мы знаем по прошлогоднему флешмобу #янебоюсьсказать и по последним скандалам в школах «Лига школ» и школа № 57, подростки очень часто не защищены от манипуляций и давления со стороны как взрослых, так и сверстников. Их, конечно, нужно обучать, что с этим делать и как по возможности либо избежать насилия, либо потом найти помощь, чтобы с как можно меньшими последствиями из этого выйти.

В.И.: Действительно ли существует необходимость в России в подобного рода изданиях? Неужели не существует сборника, с которым можно ознакомиться и хотя бы основы узнать?

Т.Н.: Во-первых, их нет. Во-вторых, большинство книг, которые разбирают эти вопросы, на них есть маркировка 18+. Это значит, что они продают в целлофане, их нельзя полистать. И их не продадут подросткам. А не все родители купят эти книги. Кроме того, эти книги довольно дорогие. И это одна из причин, по которой я буду делать книгу с маркировкой 16+, она будет бесплатной, электронная копия будет бесплатно распространяться в интернете. Для меня очень существенно, чтобы как можно большее количество подростков смогли с ней ознакомиться.

В.И.: А много уже запросов поступило? Как часто родители обращаются и говорят: «Я бы купил для своего ребенка такую книгу»?

Т.Н.: Да, очень много. Во-первых, все спрашивают, когда же будет предзаказ бумажных книг. У меня пока нет договора с издательством, но, конечно же, будет, и в магазинах появится. Но собираю я деньги, разумеется, для того, чтобы сделать бесплатную копию. Кроме того, я вижу, какое количество людей меня поддержало, и не очень большими суммами, а также комментарии в социальных сетях. Я думаю, что это главный показатель того, насколько эта книга необходима.

В.И.: Давайте немного детальнее обсудим содержание книги. Ведь это сложно — написать книгу для подростка. Для взрослого-то сложно. А для подростка еще сложнее. Нужно еще выдерживать вот эти критерии — 16+. Это же совсем иное, чем 18+.

Т.Н.: Да, разумеется, это довольно сложная история. Именно поэтому у меня среди моих консультантов-экспертов, которые будут проверять книгу, есть юрист и есть психотерапевт. Потому что помимо того, что книга должна быть 16+, соответствовать российскому законодательству, с подростками еще нужно говорить на понятном языке. С ними не нужно сюсюкать, как с маленькими детьми. Но нужно понимать возрастные особенности. Именно поэтому я нашла рецензентов, которые помогут мне привести книгу, может быть, не к идеальному, но к достаточно приемлемому виду.

В.И.: Есть уже какое-то представление? Кроме общего плана, который вы уже озвучили?

Т.Н.: Да, у меня есть план по главам, у меня есть огромная пробковая доска в планах, графиках, разноцветных листочках. Я думаю, когда краудфандинг закончу, я выложу и покажу, как я уже начала работать.

В.И.: Информация будет и для мальчиков, и для девочек полезна? Или как?

Т.Н.: Да, разумеется. Я вообще считаю, что подобная информация должна даваться и мальчикам, и девочкам одновременно одинаковая. Как мы можем ждать от мальчиков, что они будут бережными по отношению к девочкам, если они не понимают того, как девочки устроены? Если мы будем давать отдельную информацию для мальчиков и девочек, мы будем способствовать их разобщению. А нам нужно, чтобы люди хорошо друг к другу относились и понимали особенности и возможные затруднения друг друга.

В.И.: Какие вы сейчас основные проблемы видите, с которыми сталкиваются подростки? На личной практике секс-блогера. Именно когда входят в сексуальную жизнь, о каких проблемах вам известно? Кроме выше озвученных — ВИЧ, нежелательная беременность.

Т.Н.: Перечисленные проблемы — это проблемы объективные. Но для подростков гораздо важнее какие-то субъективные вещи. Например, «а будет ли он меня уважать, если я соглашусь на секс?», «что делать, если мальчик хочет секса, а я не готова, а он меня просит?». Понятно, что в этом возрасте очень высока ценность отношений, особенно для девочек. И она думает, можно ли оплатить сексом эти чувства, эти отношения. Это важные и серьезные вопросы, о которых нужно говорить. Например, «а что будут думать обо мне окружающие?», «а нормально ли быть девственником, если все вокруг говорят, что они сексом уже занимаются?». Это же, главное, еще и не проверишь, потому что все говорят про то, что они очень крутые. И подростки находятся в смятении чувств, потому что они все время получают разнородные сигналы, конфликтующие, и не знают, какую правильно дорогу выбрать. Им нужно как можно больше информации, чтобы они могли сделать какой-то информированный выбор, чтобы у них появились ориентиры.

В.И.: То есть проблемы, с которыми сталкиваются подростки, — это вопросы выбора, что-то эмоциональное. И не задумываются они о другой стороне вопроса. Или как?

Т.Н.: Конечно. Кто в 14, 15, 16 лет думает о том, что у них может возникнуть беременность или какие-то заболевания? Поскольку у них нет полной информации об этом, то они думают, что их это никогда не коснется. Есть такой финский писатель Мартти Ларни. У него в одной из книг была заметка, что молодые люди — это такие люди, которые думают, что при столкновении с автомобилем пострадает автомобиль. Подростки просто так устроено. Это еще очень молодые люди, которые не задумываются о реальных проблемах, которые есть в жизни. И никто им не рассказывает об этом. В школе могут рассказать о том, что хорошо бы хранить верность друг другу. Но не рассказывают о том, что этот самый человек, которому ты хранишь верность, может принести тебе венерическое заболевание.

В.И.: Не сталкиваетесь ли вы в связи со своей деятельностью, что книгу такую решили издавать, с какими-либо препятствиями? Есть же и противники сексуального просвещения среди молодежи.

Т.Н.: Пока что нет. Я думаю, что все еще впереди, будем смотреть по обстоятельствам. Пока что книга еще не написана, нечему особенно препятствовать. Но я, конечно, не ожидаю, что мне будет красная дорожка, фанфары и букеты. Очень много есть людей, в том числе, общественных объединений, которые считают это неправильными. То ли они недостаточно хорошо изучили вопрос, то ли просто игнорируют факты о том, что дети, получающие сексуальное просвещение, позже начинают заниматься сексом, чаще предохраняются, реже получают половые инфекции. У них ниже уровень подростковой беременности. То есть это то, что сохраняет здоровье детей. И вместо этого начинаем говорить о морали, о нравственности, о том, что сексуальное просвещение развращает молодое поколение. Но на самом деле, как мы смотрим по статистике, это совсем не так. Я думаю, что и для морали и нравственности гораздо важнее, чтобы люди были здоровыми, умели договариваться, умели прислушиваться друг к другу, умели говорить «нет», «я не хочу заниматься сексом», «я не хочу заниматься сексом с тобой», «я считаю, что мне рано». Дети должны уметь это ощущать, артикулировать, и их партнеры должны уметь это понимать. Может быть, очень сильно расстраиваться, но понимать и говорить: «Ну, окей, хорошо». Это очень важная часть секспросвета. Те, кто говорят, что секспросвет — это нечто, что заставляет детей превращаться в сумасшедших сатиров, они идут серьезно против истины.

В.И.: Говорите, что есть цифры статистики. Это какая-то зарубежная статистика, правильно?

Т.Н.: Да, в основном это зарубежная статистика, потому что в России секспросвета нет.

В.И.: А что это за цифры?

Т.Н.: Например, в Нидерландах уровень подростковой беременности в несколько раз ниже, чем в России. И там обязательно сексуальное просвещение. В Великобритании с подростковой беременностью дела обстоят так же плохо, как в России, цифры очень высокие, показатели примерно одинаковы. И они с 2019 года вводят обязательное сексуальное просвещение, потому что с этим нужно что-то делать.

В.И.: Уже звучало, что молодежь, если проходит такое обучение, то скорее сначала задумается, и очень многие откладывают свой первый половой акт на попозже. Хотя на слух кажется, что это противоречит логике.

Т.Н.: Да, это кажется немного странным. Но кажется странным, если воспринимать детей как таких существ, которым покажешь пальчик, и они сразу за ним побегут. Но это же неправда. Подростки, особенно старше 12−13 лет, — это дети, которые смотрят видеоблоги, читают книги, смотрят фильмы, думают и при этом никуда не несутся. Подростки живут в среде, которая пропагандирует секс. Что они видят по телевизору, в рекламе, в журналах. Если говорить о пропаганде секса, то речь идет именно там, потому что они окружены сексуализированными образами. И скорее это подтолкнет их заниматься сексом, чем сексуальное просвещение. Сексуальное просвещение говорит о том, что нужно думать о себе, нужно уважать себя, нужно уважать партнера, нужно прислушиваться к своим чувствам, нужно беречь свое здоровье. И именно поэтому у подростка скорее возникнет понимание, какие последствия могут возникнуть. И у него возникнет такая десакрализация этого процесса. Это будет не билет во взрослую жизнь, а просто часть жизни. А любую часть жизни можно немного отложить, будь это поступление в университет, занятия речной греблей, эклеры или секс. Все, что угодно можно отложить на некоторое время, в зависимости от твоего желания в данный момент.

В.И.: Впереди год работы над книгой. Когда все будет написано, кто и как сможет эту книгу получить, какие будут каналы доступа?

Т.Н.: Во-первых, конечно, все поддержавшие мой проект финансово. У меня есть их контакты. И я разошлю книгу по электронной почте. Часть подписчиков даже получит ее за неделю до официальной публикации, потому что было такое условие подписки, я хочу сделать им какой-нибудь подарок. Кроме того, можно будет скачать ее у меня на сайте nikonova.online. Я сделаю специальную страницу, где можно будет скачать ее бесплатно. Я буду раскидывать ее по электронным библиотекам, торрент-трекерам, в популярных пабликах в социальных сетях, которые предназначены для этого возраста. И, конечно же, бумажная книга появится в магазинах. Ее можно будет там купить. Но я не рассчитываю, честно говоря, что я получу от нее какой-то серьезный доход. Моя главная задача — сделать общедоступным учебник, который будет доступен детям, у которых нет возможности купить книгу.

В.И.: Вот это ограничение 16+ - это ограничение именно законодательное? Или можно написать книгу и для тех, кто помладше? Потому что, согласно статистике, кто-то и раньше половую жизнь начинает. И в 15 уже, наверное, что-то поздно делать.

Т.Н.: Я искренне надеюсь, что родители сами будут выдавать своим детям более молодого возраста, с 13 лет.

В.И.: Татьяну мы не слышим, на такой ноте закончим беседу с ней.

Если говорить про цифры статистики и про сексуальное воспитание подростков, то для России цифры неутешительные. Сегодня многие обсуждают сообщение о том, что 90% подростков в России занимаются сексом. Причем эти цифры звучат от доктора медицинских наук, руководителя Национального института сексологии Льва Щеглова. Этот эксперт тоже говорит о том, что необходимо вводить сексуальное просвещение. Правда, у многих об этом ложное представление порой возникает. А в действительности это целый комплекс мер.

Есть интересная публикация, на «Фокус-медиа» провели специалисты своеобразный опрос, в котором приняли участие молодые люди от 14 до 20 лет из Ижевска, Самары, Кирова и Твери. Это исследование показало, что половое созревание детей начинается в 10−12 лет. По оценке опрошенных, возраст, когда лучше всего впервые подойти к сексуальному дебюту, — 13−15 лет выбрали 6%, 16−18 — 58%, 19−21 — 33% опрошенных. Также стоит ли заниматься сексом до брака, откуда узнают информацию — чаще всего от друзей, от матерей, реже — от преподавателей, еще реже — от отцов, от представителей церкви тоже не узнают, обсудить в интернете немногие решаются. Задавали вопросы про здоровье, и многие говорили, что «мы не пьем, не курим, занимаемся спортом». Но на вопросы о репродуктивном здоровье отвечают, что нет проблем со здоровьем, пока рано об этом думать. Это притом, что в опросах участвовали люди до 20 лет. Кто-то ни разу не был у гинеколога. Кто-то вообще не знает, кто такой гинеколог, андролог, и такие находятся, 4%. Самое интересное, что сами участники этого эксперимента отвечали на вопрос о востребованности полового воспитания, 46% ответили, что да, необходимо проводить половое воспитание. Но при этом многие отвечали, что и так уже много чего знают.

Следующий наш эксперт — это Татьяна Румянцева, кандидат медицинских наук, акушер-гинеколог, научный сотрудник ЦНИИ Эпидемиологии. Здравствуйте!

Татьяна Румянцева: Здравствуйте.

В.И.: Большое количество как сторонников, так и противников сексуального просвещения среди подростков. Вы как акушер-гинеколог, как специалист как относитесь к этому вопросу? Может быть, какие-то негативные и позитивные моменты можете выявить, исходя из своей личной практики?

Т.Р.: Да, конечно. Я еще сделаю уточнение, что ввиду своей научной работы, я занимаюсь главным образом инфекциями, передаваемыми половым путем, в этой сфере довольно давно и прочно вращаюсь, сразу раскрою мое отношение к этой ситуации, что мы пытались ввести в школах какие-то просветительские занятия и т. д. Мы просили дать нам один урок, естественно, с согласия родителей. Нам этого сделать не дали, не пустили. Поэтому мы знаем, что это практически невозможно на сегодняшний день. Естественно, я отношусь положительно по той простой причине, что давайте будем честными, в России средний возраст начала половой жизни — это 16 лет. Это 11 класс. 11-классники живут половой жизнью. После этого уже поздно начинать заниматься просвещением. Они уже сами набили шишек, сделали свои ошибки и т. д. Может быть, научились на них, если это были не фатальные ошибки, а может, и нет. Поэтому если вы говорите о минусах сексуального просвещения в тех же школах, есть научные данные о том, что в тех странах, где активно ведется сексуальное просвещение, средний возраст начала половой жизни меньше, они раньше вступают в половую жизнь. Но для меня это не такой принципиальный момент, как, например, количество подростковых беременностей и абортов. У нас в среднем 30 девушек на 1000 в возрасте до 20 лет делают аборты. Это про России данные. Для Голландии, например, где есть сексуальное просвещение, этот показатель составляет 5. То есть в разы меньше. Как акушер-гинеколога, меня, конечно, беспокоит репродуктивное здоровье дальнейшее этих девочек, возможность рожать детей, тогда когда они будут готовы к этому, их осведомленность о том, что такое предохранение от нежелательной беременности, как это эффективно делать. Сейчас, к сожалению, об этом не говорится вообще. Если лет 5−10 назад была какая-то реклама презервативов в метро и т. д., сейчас я этого не вижу. В интернете потихоньку начинают некоторые производители презервативов какие-то кампании. А кроме этого, ничего, никакой информации ни про контрацепцию, ни про ЗППП, ни про ВИЧ, тоже тишина абсолютная, хотя мы находимся в стадии эпидемии ВИЧ. Бесспорно, подростки обязаны об этом знать и хоть что-то понимать о профилактике, просто бояться. У меня, к счастью, есть очень сознательные пациентки, которые приводят своих дочерей. Я им откровенно говорю, что «я буду вас запугивать, я вам буду говорить страшнее, чем есть, потому что вы должны в любом состоянии, в любом угаре, на самой веселой тусовке помнить, что презерватив — это ваше все». ВИЧ есть, он существует. Беременность — второй вопрос, кому она нужна, кому не нужна в этом возрасте. А инфекции, в частности, ВИЧ — это просто бич современности. Мы должны заботиться о младшем поколении, о том, чтобы эта эпидемия не переросла в еще более глобальную проблему.

В.И.: Насколько эта проблема актуальна для школьников? Когда поднимался вопрос с ВИЧ последний раз, поднималась волна с Екатеринбурга, потом по всей стране стали вопрос поднимать, — там ведь шла речь в большинстве случаев о людях уже сознательного возраста. Молодежь редко фигурировала в этих отчетах.

Т.Р.: Да, эпидемия затрагивает сейчас поколение 30+. Это мое, в частности, поколение. Это поколение, с которым не разговаривали о сексе, с которым не говорили о методах контрацепции. Да, тех, кому сейчас 15−16, это малая доля. Но давайте честно скажем, это порядка 2−3% от инфицированных сейчас. Но, во-первых, они реже ходят на какие-то обследования, они меньше знают. И во-вторых, они подрастут, кто-то начнет употреблять наркотики, кто-то — вести беспорядочную половую жизнь. Сейчас они не в центре внимания в отношении этой эпидемии. Но если мы ничего не будем делать, то к тому моменту, как это поколение достигнет 30 лет, процент пораженности будет не меньше, чем среди нынешних 30-летних, а может быть, больше. Поэтому молчать об этом мы не имеет права.

В.И.: Есть проблема ВИЧ, проблема инфекций, проблема нежелательной беременности. Какие еще шишки могут подростки набить в связи со своей неграмотностью в сексуальном плане?

Т.Р.: Самое очевидное с точки зрения врача — это травмы. Потому что сексуальные эксперименты — это вещь, которая может выходить далеко за пределы того, что мы можем представить в здравом уме и трезвой памяти. А подростки еще более склонны к тому, чтобы стесняться, пытаться решить проблему самим, не вызывать скорую помощь и т. д. Это не такая частая проблема, но она может иметь серьезные последствия.

Здесь мы должны помнить о психологическом аспекте и о юридическом аспекте. Травмы психологические, когда это секс, которого не хочет одна из сторон, когда это какое-то принуждение. Здесь очень важно, если человек не знает, не может распознать сигналы, посылаемые вторым человеком, не знает, как отказаться от секса, которого он не хочет, он получает колоссальную психологическую травму, с которой в последующем придется работать очень много и долго и тяжело. Мы с вами взрослые люди, мы можем пойти к психологу, к врачу, когда мы поняли, что столкнулись с проблемой. Подростки будут долго замалчивать чаще всего, прятать проблему и не выходить на ее решение. Чем дольше они будут это делать, тем сложнее будет ее потом решить. Поэтому психологические проблемы тоже не последнюю роль играют.

В.И.: Если говорить о медицинской стороне вопроса, есть какая-то статистика по регионам?

Т.Р.: Я не видела.

В.И.: Тогда другой вопрос. Вы сказали, что уже пытались прийти в одну из школ и ввести там программу сексуального просвещения. Говорите, что пришли к выводу, что это практически невозможно. Невозможно в отдельно взятой школе, в России? И почему?

Т.Р.: Пока мы в принципе не имеем права говорить с теми, кому нет 16, о сексе.

В.И.: Даже если вы врач-гинеколог?

Т.Р.: Если я врач-гинеколог, и пришла девочка с мамой, тогда я имею право это делать. В присутствии родителей — да, мы имеем право. В школах ситуация какая? Чтобы получить согласие на разговор с подростками о сексе, мы должны получить согласие дирекции, всех родителей и т. д. По крайней мере, нам это не удалось в нескольких школах, потому что всегда находятся противники. Если честно, сейчас так накручивается эта тема, так активно обсуждается, что вот 16+ - есть слово «секс», все, что до 16, слова «секс» нет, что и учителя, и директоры часто перестраховываются и просто боятся пойти навстречу, боятся, что это будет их ответственность, если в итоге окажется, что что-то запретное происходит в стенах их школы. И поэтому пока еще легче перестраховочно сказать нет, чем пытаться понять, каким образом это правильно делать, чтобы и пользу принести, и никому не навредить, ничью психику не поранить.

В.И.: А среди гинекологов все единодушны по этому вопросу или, как и во многих других сообществах, можно наблюдать раскол, что кто-то говорит из гинекологов — нет, надо после 16 только о сексе с детьми говорить, а кто-то говорит — надо с детского сада, со школы?

Т.Р.: Раскол, естественно, есть, потому что это и восприятие личное. Среди гинекологов я очень часто слышу, что пациентки и в 30, и в 40 лет, когда задают вопрос, а можно ли оральный секс, а можно ли анальный секс и т. д., — и в 30 лет врачи не готовы с ними об этом говорить, «фу-фу-фу, какой разврат, зачем вы со мной об этом говорите». Естественно, есть ряд гинекологов, которые не будут даже со взрослыми людьми говорить про секс, не говоря уже о подростках. Это личное восприятие. Я знаю не много врачей, которые активно это пропагандируют и готовы общаться с юными девушками, которые приходят с мамами к нам на прием, сами они не могут попасть на прием без сопровождения взрослых. Их пока единицы. Но идем правильной дорогой.

В.И.: Татьяна, спасибо, что нашли время побеседовать с нами.

Мы же продолжаем. На том же портале «Фокус-медиа» перечисляют, какие вопросы могут быть включены в половое воспитание молодежи. Их довольно много. Это способы ведения здорового образа жизни, способы сохранения и укрепления репродуктивного здоровья, статистические сведения о состоянии здоровья молодежи, контакты консультационных центров, куда позвонить, если вдруг возникли вопросы, верность и воздержание, последствия ранних половых отношений, средства контрацепции, построение семьи, как отказаться от близости, какие заболевания передаются половым путем, методы профилактики, когда и при каких условиях стоит решиться вступить в половую жизнь и как часто надо обследоваться, если начинаешь вести половую жизнь. Основной список вопросов, эксперты говорят, что это должно входить в половое воспитание молодежи.

С нами на связи Ирина Волынец, председатель центрального совета всероссийского общественного движения «Национальный родительский комитет». Здравствуйте.

Ирина Волынец: Здравствуйте.

В.И.: Каково ваше отношение к сексуальному воспитанию молодежи? Стоит ли этим заниматься? Если да, то в какой форме? Если нет, то почему?

И.В.: Большое значение имеет возраст, в котором ребенка посвящают в эти тайны. Ведь не зря у всех народов мира всегда существовали табу на тему секса для детей определенного возраста. Если об этом говорить, то с детьми в старшей школе, уже с выпускниками, 9−10−11 класс. Это не пережиток прошлого, эти табу, не признак какой-то первобытности, а признак того, что ребенок до определенного возраста должен развиваться по соответствующей схеме. Если искусственно, как это происходит сейчас в западных странах, детей уже с детского сада начинают обучать сексуальным премудростям, показывать им, как это делается, там у них вообще полная гамма, мы видели эти уроки, что показывают и фаллоимитаторы детям, то, что в общем-то чрезмерно для детской психики. Получается картина обратная, что ребенок зацикливается на этой теме. И так как детское внимание в этом возрасте достаточно избирательно, то он не может сконцентрироваться уже на других, более важных темах, как учеба, спорт, другие сферы развития. И мы получаем человека, который раньше времени приоткрыл это табу, его психика уже надломана, и невозможно говорить о гармоничном развитии школьника. В нашем законе об образовании сказано, что одной из самых главный функций образования является гармоничное развитие учеников. Поэтому здесь чувство меры важно.

Конечно, нужно рассказать подросткам о методах контрацепции, обо всех опасностях, которые таит в себе секс, который осуществляется с кем попало, когда попало, без средств защиты. Конечно, все это нужно, потому что мы не можем сказать, как говорили в СССР, что у нас секса нет. Можно, конечно, закрыть на это глаза, но мы получим тяжелые последствия в виде нежелательных беременностей, ЗППП. Но все-таки я настаиваю на том, что это воспитание не должно быть слишком ранним.

Во-первых, хотелось бы на усмотрение родителей эту тему как-то предоставить, потому что в каждой семье свои традиции, свои правила. И если родители не считают нужным рассказывать детям об этом до определенного момента, то, наверное, не совсем правильно, если какие-то посторонние люди будут с детьми об этом говорить. Хотя, конечно, бывает всякое. Когда я росла, в 1980-е годы родители вообще не разговаривали на эти темы со своими детьми. Это была достаточно табуированная тема. Но это не означает, что мы об этом ничего не знали. Как показывает статистика в странах, где половое просвещение начинается очень рано, количество абортов у девочек наоборот повышается. Это происходит, потому что внимание ребенка фиксируется на этой теме, и происходит перекос. Где время, там энергия, где энергия, там внимание, где внимание, там и интерес. Не нужно раньше времени этот интерес пробуждать. Он проснется сам, есть природа. И тут надо подгадать, чтобы к этому времени ребенок уже был осведомлен. Но не раньше этого.

В.И.: Какой это возраст, с которого можно начинать с детьми на эти темы разговаривать? Потому что половое созревание у всех в разное время начинается. Но при этом дети же общаются друг с другом. Не случайно же некоторые специалисты говорят, и от вас тоже фраза прозвучала, что друг от друга дети узнают информацию, возможно, из интернета, потому что мы живем в мире цифровых технологий.

И.В.: Конечно. Но каждому возрасту соответствует определенный уровень знаний. Открытость информации повышается в соответствии со взрослением ребенка. Если ребенку в возрасте 7 лет можно как-то объяснить в более общих фразах, как правила, они довольствуются достаточно поверхностными ответами, как откуда появляются дети. Потому что смешно, если ребенок в возрасте 5−7 лет начинает спрашивать у папы и мамы, откуда он появился, а они ему будут говорить, что ему еще рано об этом знать или что его принес аист, что тоже уже современных детей не удовлетворяет. Но если ребенку рассказать, что мама с папой друг друга любят, они обнимают друг друга, как объясняли мы своим детям, у нас четверо детей школьного возраста, что когда они вместе проводят время, обнимаются и вместе спят, то частичка клеточек папы может перейти к маме, и мама тогда беременеет. Для ребенка 5−7 лет этого ответа достаточно. Ему даже трудно понять более подробные объяснения, как сперматозоид проникает в яйцеклетку, как происходит оплодотворение, как плодное яйцо прикрепляется к стенке матки. Ребенку дошкольного и младшего школьного возраста вообще это неинтересно.

Естественно, когда ребенок становится старше и уже способен к половой жизни… Опять-таки, не все родители согласны с тем, что их дети в возрасте 14−15−16 лет будут вести половую жизнь, даже со всеми атрибутами предохранения. Абсолютно не все согласны на это. А какие-то родители относятся к этому снисходительно. Ребенок в любом случае должен знать к моменту полового созревания о том, что ребенок может появиться у девочки, у которой есть месячные, и она занимается сексом. Что они могут заболеть венерическими заболеваниями, которые лечатся и которые неизлечимы, как СПИД, например, что это смертельная болезнь. Вообще, если нормальный здравомыслящий ребенок, то кого-то из детей, наверное, многих эта информация остановит. Другой вопрос, в какой форме она преподносится. Если в школе учитель менторским тоном, долго и нудно будет об этом рассказывать, то есть вероятность, что эта информация вообще не усвоится. Если специалист, который прошел соответствующую подготовку, расскажет об этом детям, но без подробных освещений таких отношений, как, например, гомосексуализм, какие-то извращенные формы секса. Мы, например, ведем эту статистику, и, к сожалению, в так называемом цивилизованном мире детям показывают, как удовлетворять себя с помощью фаллоимитатора, рассказывают, как это можно приобрести в специализированных магазинах. Я думаю, что в школе вот эта информация уже излишняя, потому что она программирует ребенка. Ему рассказывают о вариантах, которые могут быть. Это в том случае работает, если человек уже сформировался и способен сам определить, что ему нужно. А когда эта информация ложится на ум подростка, то непонятно, в какую сторону все это может качнуться, и какие отклонения на выходе по причине чрезмерности информации мы получим. Поэтому здесь осторожно надо, без ханжества, но и без увеличительного стекла к этой стороне жизни, которая может выбить ребенка из колеи.

В.И.: Некоторые сторонники сексуального просвещения среди подростков говорят о том, что в школы с этой программой просто невозможно попасть.

И.В.: Наверное, потому что у нас пока еще, слава богу, все регламентируется Минобром. Чтобы какая-то программа стала преподаваться во всех школах страны, все-таки это должно пройти согласование и одобрение в этом органе. Я, например, считаю, что необходимо получать письменное согласие родителей, но после знакомства родителей с программой, по которой ребенка будут обучать такой интимной стороне нашей жизни. Чтобы не было, как в Германии, мы все знаем историю семьи Мартенс, которая даже сбежала в Россию от этих уроков секспросвета. В семье 9 или 10 детей, одна из дочерей упала в обморок на уроке секспросвета, когда учитель, кстати, гомосексуалист, принес мешок фаллоимитаторов разных цветов и размеров и стал показывать, куда и как это все вставлять. Ребенку просто стало плохо. Папа ей разрешил не ходить на эти уроки, за что был посажен в тюрьму. Он был подвергнут штрафу, его посадили в тюрьму. Его жену, которая была на 9 месяце беременности, тоже посадили в тюрьму за то, что они не справляются, по мнению немецких властей, с воспитанием своих детей. И люди были вынуждены просто уехать.

В.И.: Это такая крайность, которая в России, мне кажется, пока невозможна в любом случае. Тут ведь речь не о таком идет.

И.В.: Слава богу, да. Поэтому я и говорю, что можно найти огромное количество плюсов в сексуальном просвещении, но также и огромное количество минусов. Должна быть выстроена подача информации в соответствии с возрастом ребенка и в соответствии с волей его родителей. Вводить это в обязательном порядке для всех, наверное, неправильно, потому что может нарушить какие-то традиции семьи, в которой воспитывается ребенок. Я думаю, что большинство нормальных родителей не будут против сексуального просвещения, если это не будет чрезмерно, если не будут рассматриваться какие-то совсем извращенные формы. Не нужно раньше времени обо всем этом детям знать. Придет время — они узнают даже больше, чем им хотелось бы.

В.И.: Спасибо большое, что нашли время с нами побеседовать.

И.В.: Спасибо вам.

В.И.: Мы продолжаем. Следующий наш эксперт — это Дарья Бергер, психолог-сексолог. Здравствуйте.

Дарья Бергер: Здравствуйте.

В.И.: Я знаю, что вы проводите спецкурсы для родителей, на которых обсуждаете, как говорить с детьми о сексе. Насколько это востребовано? И с какими сложностями родители чаще всего сталкиваются, если решаются со своими детьми на эту тему поговорить?

Д.Б.: Тема достаточно востребована в последнее время. Но она востребована в крупных городах, это Москва и Петербург. Я сейчас решила вывести этот тренинг «Как говорить с детьми о сексе» в онлайн-формат, чтобы он стал доступен для родителей из других городов. Что касается основных вопросов или страхов, которые возникают, то, что происходит с родителями, — это стыд, страх и сомнения. Возникают они, потому что у тех людей, которые сами сейчас родители, не было никакой модели, как об этом разговаривать. С ними об этом никто не говорил. Им может быть стыдно, что они говорят о сексе с детьми. Им страшно, что это может подстегнуть какое-то сексуальное развитие их детей не в ту сторону. Сомнения, нужно ли вообще это делать и т. д. На тренинге мы разбираемся, как быть с этими чувствами.

В.И.: Уже на практике с какими сложностями чаще всего родители сталкиваются?

Д.Б.: Те родители, которые придерживаются рекомендаций, они не говорят ребенку фраз типа «вырастешь — узнаешь», «ты еще маленький, чтобы это знать». Если ребенок спрашивает, значит, он уже не маленький. Если они отвечают на его вопросы честно и открыто и оставляют в общении с ребенком эту тему, когда ребенок может в любое время подойти, спросить, узнать или поговорить, то никаких особых сложностей у них не возникает. Очень многие родители, после того, как они начинают это обсуждать со своими детьми, делятся переживаниями, что в принципе общение с ребенком налаживается, нет каких-то черных пятен в общении.

В.И.: А насколько это частое явление, что родители в принципе решаются на эти теми со своими детьми разговаривать?

Д.Б.: Хороший вопрос. По всей сексологии нет особенной статистики. Естественно, гораздо чаще девочки разговаривают и бывает, что и мальчики разговаривают с матерями, потому что мужчины часто абстрагируются от этой темы. Хотя на моих тренингах мужчины тоже бывают. Привести какую-то достоверную статистику я не возьмусь.

В.И.: А исходя из личного опыта, какие-то выводы можете сделать?

Д.Б.: Те люди, которые ходят ко мне на тренинги, безусловно, начинают разговаривать об этом с детьми. Я очень часто встречаю людей, не обязательно своих клиентов, а просто каких-то знакомых или друзей друзей, и вообще некое общественное, что нет, я никогда об этом с ребенком разговаривать не буду, не трогайте меня на эту тему. Это достаточно распространено.

В.И.: Как думаете, насколько действенным может оказаться внедрение сексуального просвещения в школах? Вы как психолог-сексолог видите в этом плюсы или минусы?

Д.Б.: Я, безусловно, вижу в этом огромные плюсы. Прежде всего, потому что это доказанные факты, я недавно смотрела статистику по Исландии — у них был достаточно большой отчет по внедрению секспросвета в школах в рамках уроков биологии и в рамках отдельных курсов. За последние 15 лет существования этой программы у них уровень подростковых беременностей снизился на 65%. Это очень много.

В.И.: От предыдущих экспертов звучало, что если будет стоять преподаватель, монотонно, как из учебника, что-то рассказывать, то в головах учеников это, скорее всего, не отложится. И некоторые говорят, что школьники просто постесняются задать те вопросы, которые у них имеются, преподавателю в школе. Все равно потом полезут в интернет, спросят у сверстников.

Д.Б.: Во-первых, для тех, кто стесняется, существует такая коробочка, куда можно написать свой вопрос на бумажке и сложить. Во всех обучающих мероприятиях по сексу она есть. Даже когда я организовываю обучающие мероприятия для своих коллег, на моих тренингах есть такая коробка, специально для тех, кто даже у сексолога стесняется что-то спросить. Он может написать свой вопрос, я его зачитаю и отвечу.

Конечно, монотонное начитывание лекций, как вы верно заметили, не оставит у ребенка какой-то информации. Это должна быть какая-то открытая к диалогу форма общения подачи. Безусловно, это нужно решать со специалистами по соответствующему возрасту. Но в любом случае, это лучше, чем ничего. Потому что сейчас в России ребенок может узнать о сексе только от своих родителей до 16 лет, а по факту это друзья и интернет.

В.И.: А сталкивались вы в своей практике с такими явлениями, что взрослые уже приходят и говорят: «Если бы я в свое время знал, что избежал бы таких-то проблем»?

Д.Б.: Да. Я вообще создала этот курс, именно потому что я очень долгое время работаю со взрослыми людьми. И те истории, которые они рассказывают, из детства, они иногда просто ужасающие. Реальный абсолютно случай был, когда мужчина рассказывал о том, как в подростковом возрасте у него начались поллюции, он ничего об этом не знал, и он очень долгое время, несколько лет он думал, что он неизлечимо болен.

В.И.: Да, я тоже с таким сталкивалась, это печально. В личном опыте моих знакомых нечто подобное было. Но про месячные, там девочка думала, что она раком болеет. И таких историй много, правильно я понимаю?

Д.Б.: Достаточно, да. Менструация и поллюция — дети, которые не знали о том, что вообще это бывает, самое первое, что они думают, — это то, что с ними что-то не так, и они больны.

В.И.: Это один аспект. Еще какие могут в связи с этим проблемы возникать?

Д.Б.: Некая непросвещенность об устройстве своих половых органов и половых органов противоположного пола, когда происходит подростковое взросление, это может вызывать некий шок, удивление. Даже взрослые женщины очень часто на консультациях говорят, что «у меня есть неприятие к половым органам моего партнера, в принципе я не хочу на это смотреть» и т. д. Эти вещи идут из детства.

В.И.: Если бы вас спросили, со скольки лет нужно начинать с детьми на эту тему разговаривать, то какой бы вы совет дали?

Д.Б.: В принципе сексуальное просвещение начинается с рождения, как бы это странно ни звучало, потому что младенец трогает свои половые органы, это приятно, и не надо ему особо как-то в этом мешать. Когда ему это перестанет нравиться, он перейдет к какой-то другой игре. В два года ребенок однозначно должен знать о том, как называется его половой орган, потому что это единственная часть тела, для которой используются эвфемизмы и уменьшительно-ласкательные названия. Рука — это рука, а пенис — это пенис. В этом нет ничего такого. Однозначно у ребенка есть право понимать, как это называется. Так что примерно с этого возраста.

В.И.: То есть в младенчестве таким образом. А дальше что? До этого звучало, что нужно постепенно, дозированно, в зависимости от созревания выдавать информацию.

Д.Б.: Безусловно, постепенно и дозировано. Но дети мыслят максимально конкретно. Абстрактное мышление развивается только в подростковом возрасте. Например, когда вы говорите такую прекрасную фразу, что частичка клеточек папы может перейти к маме, и мама забеременеет, у ребенка может вызывать вообще массу фантазий. Тоже конкретный случай, мне об этом рассказывал уже родитель ребенка, когда ребенок начал бояться засыпать, потому что родители вечером удалялись в свою спальню, там что-то происходило, и ребенок думал, что эти клеточки сейчас прибегут и что-то с ним сделают. Да, нужно дозировать информацию, но это должно быть максимально конкретно и максимально правдиво. Про капусту и аистов я просто молчу.

Естественно, то, что касается подросткового периода, до его начала ребенок уже точно должен знать про мастурбацию, про ЗППП, про контрацепцию и все такое прочее. Родителям, когда они смотрят на своего ребенка, все время кажется, что нет, он такой маленький, ему рано. И когда меня спрашивают, в какое время начинать, я говорю — если вам кажется, что рано, это как раз то самое время.

В.И.: Это сколько лет может быть?

Д.Б.: Что вы имеете в виду? Секс или что?

В.И.: Просвещение.

Д.Б.: Если мы говорим про непосредственно слово «секс» и про то, что во время этого действия происходит, это 6−7 лет. Без подробностей, естественно.

В.И.: Дарья, спасибо, что нашли время с нами побеседовать.

Д.Б.: Спасибо.

В.И.: Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофона Валентина Ивакина. До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Вторник со Львом Пономаревым

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments