Битва за звезды: страна может остаться без Пулковской обсерватории?

Защитники Пулковской обсерватории заявляют — в трехкилометровой зоне от объекта появится жилкомплекс на 100 тысяч жителей. В таком случае сценария два: перевезти ученых на базу в 50-ти км. от Эльбруса либо забыть о славе «астрономической столицы мира». Эксперты: Владимир Сурдин — научный сотрудник института им. Штернберга; Анастасия Плюто — созаявитель в суд по делам о застройке защитной парковой зоны Пулковской обсерватории; Элина Гарева — адвокат.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Zoom». Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Битва за звезды: страна может остаться без Пулковской обсерватории». Такой своеобразный скандал разгорается вокруг Пулковской обсерватории, причем тянется это уже не первый день, но с каждым разом переходит все на новые и новые этапы. Речь идет о том, что существует защитная парковая зона по периметру вокруг Пулковской обсерватории, и как заявляют некоторые из сотрудников этой обсерватории, эту территорию нельзя застраивать. Так как, если она будет застроена, то определенные сложности возникнут при ведении наблюдения за планетами. И эту территорию, которая входит в защитную парковую зону, сейчас предлагают застроить. Ряд людей выступил против этого, даже опубликована петиция на ресурсе Сhange.org, под этой петицией уже оставлено порядка 25 тысяч подписей, идут разбирательства в суде. Обо всем подробно мы поговорим в рамках этой программы. Первый наш эксперт — Владимир Сурдин, научный сотрудник института им. Штернберга. Владимир, здравствуйте.

Владимир Сурдин: Добрый день.

В.И: Вы как эксперт как оцениваете те новости, которые сейчас появляются относительно Пулковской обсерватории? Действительно ли речь идет о том, что обсерватория может просто перестать существовать, если стройка будет начата?

В.С: Конечно, она не перестанет существовать, но она потеряет возможность вести важные наблюдения. Как организация, она останется. Я напомню, что ее официальное название «Главная астрономическая обсерватория РАН», и она действительно главная. Там наиболее важные наблюдения велись в течение нескольких столетий, но сегодня она теряет свои возможности. Город растет, он ее обнимает со всех сторон. Очень сильное ночное освещение, рядом аэропорт и, естественно, астрономам все сложнее и сложнее. Я сам разговаривал с сотрудниками, видел их усилия по сохранению обсерватории. Дело в том, что Питер вообще крупный научный центр. И то, что делает Пулково, нужно другим ученым, например, в институте теоретической астрономии и ведут исследования по движению планет. Если мы собираемся к ним лететь, запускать что-то, то надо знать точно, где планета находится в каждый момент времени. Материалы для этого дает Пулково. Если мы лишим возможности Пулковской обсерватории проводить такие исследования, то точно отправиться к планетам уже не сможем. Такие расчеты ведут всего три организации в мире. Это в США в лаборатории реактивных исследований, во Франции в институте теоретической астрономии. И у нас. Их всего три, это действительно очень важная потеря будет. Но нельзя сопротивляться прогрессу, город растет, и остановить этот рост невозможно. С моей точки зрения, нужно было бы, отдав эту землю рекреационную, получить в ответ какие-то финансы. И на них создать новую обсерваторию на новой территории, где астрономам будет хорошо. Вот наш московский университет такую и построил на Северном Кавказе. А рядом с нами почти умирающая Пулковская наблюдательная база. Если впрыснуть в нее финансы, силы, новые инструменты, новых людей, она станет новым мировым центром астрономии. С моей точки зрения, надо было как-то откупиться, отдать землю, получить деньги и на них построить новую обсерваторию. А старая останется как музей.

В.И: Тогда это уже будет не Санкт-Петербург.

В.С: Разумеется, это уже будет в горах где-то. Скорее всего, на Северном Кавказе, потому что в центральной части России лучшего места нет. И там, где пулковчане устроили свою станцию полвека назад, очень маленькую и устаревшую, там можно было бы возвести совершенно новое научное учреждение. А сама Пулковская обсерватория в пригороде Санкт-Петербурга останется как институт, как научный музей, как парк отдыха. Это было бы разумно.

В.И: А насколько реально осуществить такого рода переезд без существенных потерь, потому что наверняка за один день этого не сделаешь?

В.С: Конечно. Надо сначала это сделать, а потом уже лишать Пулково возможности наблюдать там, где они работают сегодня. Нельзя прикрыть научное учреждение, а потом думать, где бы и как создать новое. А разрыв наблюдения для астрономов — это катастрофа. Мы столетиями следим за движением планет, и важно не прерывать это. Если оно прервется, мы потеряем астрономическую точность.

В.И: А есть ли смысл бороться за Пулковскую обсерваторию в том формате, в котором она сегодня существует? Некоторые говорят, что там неблагоприятный астрономический климат. И мы там можем смотреть только на одну половину неба.

В.С: Это все верно. Когда Питер был столицей России, то выхода не было. Строили там, где живут ученые, где работают университеты. А сегодня мы уже понимаем, что Питер — это не лучшее место, он стал намного хуже, чем был 200 лет назад, когда строилась обсерватория. Надо смотреть правде в глаза. Сегодня же москвичи тоже наблюдают за небом не в Москве, а в Крыму, на Кавказе, там, где хорошие условия для наблюдения. И пулковчанам тоже надо об этом думать, но просто так тоже отдавать землю, которую государство гарантировало ученым для нормальной работы, тоже нельзя. Застроить домами можно все, что угодно. И прибыль тут играет огромную роль, но и о науке, надо думать. Мы — космическая держава, нам надо следить за планетами, чтобы запускать к ним космические аппараты, иначе, мы лишимся этой возможности.

В.И: А если говорить про те работы, которые сегодня проводятся в Пулковской обсерватории. Некоторые моменты вы озвучили. А чем еще уникальны те работы, которые там производятся? Что еще мы можем потерять?

В.С: Мы потеряем традиции. Пулковскую обсерваторию создавали европейские ученые, они были приглашены царским правительством из Германии, из Швейцарии и привезли с собой традиции европейской науки. А традиции — серьезная вещь. Так работать люди учатся столетиями. И в Пулково российские ученые этому научились. И мы своих студентов туда посылаем, чтобы просто показать им, научить их, как четко, красиво и грамотно работать в рамках нашей науки. Вот разрушив эту организацию, мы прервем этот процесс восстановления традиций, но это как завод разрушить, который долго делал какой-то важный автомобиль. А потом попытаться на новом месте, с новыми рабочими создать что-то новое, это нельзя сделать. Люди приходят на завод и учатся у тех, кто уже умеет. Астрономы тоже приходят в науку и учатся у тех, кому эти традиции, навыки перешли из поколения в поколение. Вот Пулково — это самая важная историческая площадка. В свое время говорили про Пулковскую обсерваторию, что это астрономическая столица мира. И это была правда. До сих пор точность их наблюдений непревзойденная, несмотря на то, что оборудование устарело, но люди стараются и умеют это делать даже на старых телескопах и со старыми приборами. Это не шутка, это не хочется потерять.

В.И: И даже можно сказать, что в не очень благоприятных для этого условиях?

В.С: Конечно, все равно. Я, например, живу в Москве, мои коллеги в Москве, но я только что вернулся с Северного Кавказа, где у нас стоит новая обсерватория, новое оборудование. Мы ездим туда, чтобы наблюдать, а в Москву возвращаемся, чтобы только обрабатывать эти наблюдения, учить студентов в МГУ, это нормальный процесс, весь мир так работает.

В.И: Все равно история такая неприятная, и осадок остается. И раскол внутри самой обсерватории существует? Вот сейчас СМИ пишут о том, что и увольнения последовали, сорятся ученые между собой и так далее.

В.С: Да, все правильно. Есть еще ученые, которым достаточно письменного стола и компьютера, а есть ученые, которым нужен телескоп и темное небо над ним. Это разные направления работы научной, и они не понимают, что каждому из них необходимо.

В.И: А вам по поводу этого раскола, что известно?

В.С: Да вот то, что мы говорим. Я был там, я посмотрел все. Там сейчас директор обсерватории хороший человек, но он теоретик, ему достаточно письменного стола и компьютера. И он не до конца понимает запросы наблюдателей, которые вынуждены даже в таких плохих условиях делать хорошую науку. Дайте им денег, дайте им новый инструмент, постройте им на Кавказе современную обсерваторию, и никакого раскола не будет. Они скажут спасибо и поедут туда работать.

В.И: А кто-нибудь считал, сколько денег может потребоваться, чтобы построить на Кавказе новую обсерваторию? Или может быть, ее не надо отстраивать заново, а воспользоваться теми площадками, которые есть?

В.С: Да, заново не надо, у них есть площадка. У них традиционно хорошее место, кстати говоря, мы построили свою московскую рядом с ними, точно зная, что это очень хорошее место для наблюдения. Там нет жилья вокруг, нет света, это все недалеко от Эльбруса, там такое дикое место с чистым небом. Там просто восстановить все надо, проложить хорошую дорогу, создать водопровод, теплый туалет, который у нас, москвичей, уже есть, а пулковчане еще, как в селе, живут. Надо просто позаботиться о переезде. Это трудно, это сотни миллионов рублей, но на уровне государства это все копейки.

В.И: Ваши прогнозы, как дальше могут события развиваться вокруг Пулковской обсерватории? Какие сценарии развития событий возможны? И какие более вероятны из них?

В.С: Это все-таки академическая организация, она подчиняется РАН, а вы знаете, что в академии сейчас не лучшие времена, ее слили с другими, менее престижными академиями, что резко понизило уровень конгломерата академического, во-первых. А во-вторых, правительство старается сэкономить на науке, и ждать от академии, что она вдруг поддержит Пулковскую обсерваторию деньгами, я бы не решился. Мой прогноз скорее пессимистический. Я сильно удивлюсь, если пулковчанам удастся то, о чем мы говорили, красиво создать новую базу в благоприятном месте, но чудеса тоже бывают.

В.И: Пессимистичный прогноз — это какой? Вот если не удастся создать базу?

В.С: Они отдадут землю, но вряд ли получат достаточно денег для того, чтобы осуществить плановый переезд в новое место или создание новой площадки для наблюдения. Мне кажется, что сейчас все экономят. А застройщики — это вообще люди такие, что могут и обмануть. Мы это хорошо знаем, как сейчас строится жилье. И ученым вообще очень трудно в финансовых вопросах выиграть что-то, они обычно проигрывают, потому что не наше это дело — считать деньги, наше дело — делать науку. Но не знаю, академия все еще сильная организация, а вдруг ей это удастся.

В.И: А все-таки какой худший вариант развития событий? Переехать не получается, денег не дают, территорию застраивают. Вот тогда что?

В.С: Тогда Пулково станет рядовым загнивающим научным учреждением, которое перестанет получать материал, а будет пользоваться западными наблюдениями, идущими с не наших спутников. И даже если астрономы интернациональны, а мы весьма широко обмениваемся материалами друг с другом, но все-таки каждый старается лучшее оставить себе. И значит, мы станем провинцией еще в одном вопросе, как мы стали во многих вопросах, например, медицина, сейчас уже и в образовании становимся таковой. Мы и в науке так откатимся.

В.И: Владимир, спасибо большое, что нашли время побеседовать с нами в прямом эфире. До свидания.

В.С: До свидания.

В.И: Теперь пришло время побеседовать с теми людьми, которые сейчас ходят по судам и пытаются защитить тех астрономов, которые выступают в защиту Пулковской обсерватории, и как-то отстоять их права в суде. Беседовать будем с Анастасией Плюто, созаявителем в суд по делам о застройке защитной парковой зоны Пулковской обсерватории. И также на связи будет Элина Гарева, адвокат. Элина и Анастасия, здравствуйте. Вы можете разъяснить всю суть этой проблемы, которая возникла с защитной парковой зоной, и на каком основании можно пытаться отстаивать свои права в суде?

Элина Гарева: Строительство на территории Пулковской обсерватории является незаконным, поскольку та территория входит во всемирное наследие культурных ценностей. Это связанно с тем, что через ту территорию проходит блокадное кольцо. И во-вторых, эта территория влияет на качество научных исследований, и застройка на той территории непосредственно повлияет так или иначе на исследования, которые там проводятся.

В.И: Сейчас на какой стадии все находится? Правильно ли я понимаю, что сейчас два дела в общей сложности ведется?

Э.Г: Да, на данный момент у нас два дела. Мы оспариваем согласование со стороны директора обсерватории, и также у нас иск к надзорному органу, который также способствовал выдать разрешение на строительство. У нас сейчас все происходит на стадии ходатайства. Более подробно я пока сказать не могу.

В.И: Анастасия, правильно ли я понимаю, что сейчас сотрудники Пулковской обсерватории выходят с митингами, проводят разные другие мероприятия, чтобы привлечь внимание к этой проблеме, и основное заявление заключается в том, что происходящее незаконно?

Анастасия Плюто: Не совсем так. Сотрудники Пулковской обсерватории пытаются воздействовать на эту ситуацию изнутри, они объявили ноту недоверия директору, который подписал согласование, они подают обращения к мировому научному сообществу. На митинги выходят обычные граждане. Те, которые не могут своим авторитетом, как ученые, воздействовать на ситуацию. Люди, которые не имеют отношения к астрономии официально, но которым не все равно, что будет с обсерваторией и гордостью нашей страны.

В.И: Это если про митинги говорить?

А.П: Да, это если говорить про акции, митинги, пикеты, сборы подписей и прочее. Мы все пытаемся привлечь внимание к ситуации, чтобы вмешались силы свыше, потому что Пулковская обсерватория — это достояние всей страны, мы не можем позволить себе потерять ее.

В.И: Звучат такие фразы, что разрешение на строительство, которое было выдано, оно незаконное, вот почему?

А.П: Мы считаем его незаконным, мы подали в суд 2 заявления, как уже сказала Элина. Один иск к комитету по Стройнадзору, который выдал разрешение на строительство, несмотря на то, что в законе прямо прописано, что в защитной парковой зоне Пулковской обсерватории запрещено любое крупное жилищное строительство. Они уверяют, что это строительство не является крупным, поскольку это всего лишь один корпус. Но все заявляют, что это первая очередь строительства жилищного комплекса на 100 тысяч жителей. Если это строительство не считать крупным, то что же тогда крупное? Кроме того, как Элина уже заявила, там действительно историческая зона, охраняемая, и еще там велись бои. Мы все знаем, что такое «Зеленый пояс славы», кольцо вокруг Ленинграда, на котором было остановлено наступление немцев в 1941. Когда работали поисковики рядом с местом стройки, там на 100 метрах было больше 10 останков найдено, то есть то, что там сейчас роют котлованы без предварительного обследования, это я считаю святотатством. Там сейчас вырыт котлован, заливается фундамент, там стоят подъемные краны. И, по словам рабочих, они нашли там всего лишь несколько снарядов. Если они находят снаряды, которые легко можно было найти металлоискателем, то понятно, что останки просто вывозятся КАМАЗом. Не может не быть останков в местах боев, где шли позиционные бои в течение трех лет. Вы сами представляете, что такое Пулковские высоты, и как их отстаивали. Это с точки зрения этики. Второй иск, это по поводу согласования, которое выдала обсерватория в лице Ихсанова, это несколько сложнее. Опять же, в 1945 году, когда было подписано решение о восстановлении Пулковской обсерватории, тем же указом была выделена защитная зона радиусом в 3 километра, в границах которой как раз запрещено любое промышленное строительство с целью защиты астр-климата. Это условия, необходимые для наблюдений, чтобы не было засвета, пыли, выделения тепла, чтобы воздух был холодный и прозрачный. И это условие соблюдалось до 1990-х годов, когда его подтвердил Ельцин своим указом, но в 2000-х, к сожалению, начали распродавать. Земли, сами понимаете, что они очень ценные, рядом с городом. А кольцо радиусом 3 километра — это огромные территории, и продать их можно очень дорого. Началось все по кусочку, там «ЭКСПО-форум», потом магазины. Там это все обсерватория согласовывала, но с условием, что не будет засветки в ночное время, не будет отражающих стен. Но сами знаете, что эти условия выполнены не были, то, как сияет стоянка, форума видно на фотографиях из космоса, но все это было к северу и востоку, а основные наблюдения проводятся к югу. Южный сектор оставался до последнего времени пустым. И вот сейчас начали строить именно в южном секторе. Так вот, насчет согласования, почему я считаю его незаконным. По предписанию прокураторы, дабы избежать коррупции, был разработан регламент, по которому любой запрос, поступающий в обсерваторию, сначала рассматривается юристами, потом собирается ученый совет, и если ученый совет дает добро по результатам исследования астр-группы, только после этого директор может согласовать. Директор имеет право наложить вето, но не имеет права разрешать в обход ученого совета. В данном случае все было подписано в обход ученого совета и за день до его собрания.

В.И: Элина, вы как адвокат, ведущий дела, вы на какие аспекты делаете упор и что считаете своими сильными и слабыми сторонами, которые существуют в делах Пулковской обсерватории?

Э.Г: Я могу сказать, что я представляю интересы Пулковской обсерватории в рамках административного судопроизводства. И в рамках такого судопроизводства необходимо присутствие юриста, осуществляющего квалифицированную юридическую помощь. И также поддерживаю истцов, консультирую, и в таком духе мы продолжаем сотрудничество.

В.И: Как думаете, как будут дальше развиваться события?

А.П: 8 августа у нас суд, а 7 августа пройдет слушание по предоставлению разрешения на следующий участок застройки. Строители будут стараться всеми силами построить как можно больше, а мы будем стараться их остановить.

В.И: Митинги, акции протеста есть в планах?

А.П: Все, что возможно, и как можно скорее получить требования остановки стройки. Мы будем обращаться только за этим.

Э.Г: Я полагаю, что данные дела будут длиться достаточно долго, это действительно актуальная тема, за которую стоит бороться, как юристам, так и всем общественным активистам. Я думаю, что, несмотря на всяческие противостояния государственных органов и застройщиков, обладающих гораздо большими ресурсами, чем мы, я думаю, что мы можем все-таки победить. Но это мое мнение, я не знаю, как будет дальше, но будем надеяться на лучшее.

В.И: А как такое в принципе стало возможно, что на этой территории выдали разрешение на застройку?

А.П: Деньги и жадность.

Э.Г: Мы можем только предполагать, но я думаю, что коррупционная составляющая сыграла свою роль.

В.И: Спасибо, что нашли время побеседовать с нами в прямом эфире. До свидания.

А.П: До свидания.

Э.Г: До свидания.

В.И: У микрофона с вами работала Валентина Ивакина. Это была программа «Zoom». До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Вторник со Львом Пономаревым

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments