Решит ли проблему злостных неплательщиков создание в России алиментного фонда?

Эксперты: Наталья Нещерет — юрист МОО «Центр семейного права» (г. Волгоград); Игорь Серебряный — основатель общественного движения «Межрегиональный Отцовский Комитет»; Евгения Михайлова — вице-президент Ассоциации многодетных семей «Много нас»; Мария Баст — председатель Ассоциации Адвокатов России за Права Человека; Ульяна — мама, член «Союза родителей» (г.Челябинск).

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Угол зрения». У микрофона Александра Хворостова. Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «Решит ли проблему злостных неплательщиков создание в России алиментного фонда?». Как сообщает «Российская газета», чтобы дети в неполных семьях не оставались без должной материальной поддержки, предлагается создать государственный алиментный фонд. С такой инициативой выступила глава комитета Госдумы Тамара Плетнева. Ее комитет уже подготовил предложение по формированию такого фонда и направил их в думский комитет по труду и социальным вопросам. «Если бы он был создан, тогда бы, наверное, государство быстрее разыскивало алиментщиков, — пояснила парламентарий на заседании „круглого стола“, где обсуждаются вопросы совершенствования законодательства об алиментах. Ребенка надо воспитывать, одевать, кормить, учить, и жизнь сегодня сложная. Естественно, алименты — это один из источников доходов для семьи, которая стала неполной, — подчеркнула депутат. В Госдуме также планируют при помощи экспертов провести анализ европейской практики — в ряде стран действуют специальные агентства и гарантийные фонды в интересах детей из неполных семей. Предлагалось также ограничить до года срок поиска уклоняющихся от выплаты алиментов на несовершеннолетних детей. Плетнева, комментируя такую идею, назвала ее „глупостью“. По данным Федеральной службы судебных приставов, в 2016 году на исполнении находились 1,6 млн исполнительных листов о взыскании алиментов».

Решит ли проблему создание подобного фонда, говорим сегодня, собираем экспертные мнения. И прежде всего у нас на связи Наталья Нещерет, юрист МОО «Центр семейного права» (г. Волгоград). Наталья, здравствуйте!

Наталья Нещерет: Здравствуйте

А.Х.: Я прошу вас с юридической точки зрения рассказать, как вообще сегодня происходит процесс взысканий алиментных средств с родителей, которые находятся в разводе?

Н.Н.: В настоящий момент можно пойти двумя способами: либо если у родителей есть взаимное согласие по размеру алиментов, то можно пойти к нотариусу, составить соглашение, и ежемесячно будут уплачиваться средства. В том случае, если произойдет неприятная ситуация, и плательщик алиментов будет уклоняться от их уплаты, то в таком случае это соглашение будет иметь силу исполнительного документа, и ничего больше предпринимать не нужно. С этим документом можно обратиться к досудебным приставам и получать денежные средства в принудительном порядке. Если же такое согласие между родителями не достигнуто, то тут уже один путь. Это судебный порядок, в том случае, если отцовство установлено, здесь упрощенный порядок действует. Можно обратиться с заявлением о выдаче судебного приказа. Там делается все быстро, в течение 5 дней судья примет это решение и отправит его лицу, обратившемуся за взысканием алиментов, и стороне, которая должна оплатить данные алименты. Если в течение 10 дней с момента получения судебного приказа должник ничего не ответит, не будет его обжаловать, то он вступает в силу, и можно будет уже прийти к судье, получить его и отнести к судебным приставам, чтобы они занялись принудительным исполнением. Если же отцовство неустановленное, то тут общий исковой порядок. Тут нужно обращаться за двумя требованиями, это установление отцовства и взыскание алиментов.

А.Х: В каком проценте взыскиваются алименты с родителя?

Н.Н: На одного ребенка это ¼ от всех заработков и иных доходов. Если это двое детей, то это 1/3, если 3 и более детей, это уже половина заработка. Вот такие сейчас установлены размеры алиментов. Есть и другой вариант. В том случае, если плательщик алиментов не имеет никаких доходов, либо он очень сильно меняется месяц от месяца, можно попросить суд установить алименты в твердой денежной сумме, но придется доказать этот момент, что заработок нерегулярный. Там все зависит еще от региона, потому что судебная практика идет таким путем, что взыскивается половина от суммы прожиточного минимума в регионе. Конкретно в городе Москва это будет одна сумма, в городе Волгоград другая.

А.Х: Скажите, пожалуйста, как быть с теми людьми и доказуемы ли такие вопросы, когда человек говорит о том, что получает только голый оклад, а бывший супруг прекрасно знает, что доходы намного больше? В данном случае есть ли какие-нибудь юридические пути решения данного вопроса?

Н.Н: Есть пути решения, когда уже будет обращаться мама или папа за взысканием алиментов, то можно будет уже в судебном порядке предоставить доказательства того, что должник имеет достаточно серьезную материальную базу. Это могут быть сведения о его имуществе, например, несколько квартир, машина, дачный участок с домом, какие-либо еще средства роскоши. Все это будет учитываться судом при принятии решения о размере алиментов. Необязательно просить небольшую сумму, суд в любом случае всегда будет учитывать материальное положение ответчика. И если будет доказан тот факт, что он располагает серьезным объемом активов, то судья просто вынесет решение и этот размер алиментов установит в более серьезной сумме.

А.Х: Мы сейчас говорим о том, что есть злостные неплательщики, но ведь есть и обратная сторона вопроса, когда некоторые мамы или папы специально хотят посадить на алименты бывшего супруга в корыстных целях. У самих алиментщиков есть юридическая поддержка в этом плане?

Н.Н: В таком случае очень многие обращаются и переживают по тому поводу, что деньги потратят не на ребенка. И в этом плане есть один способ, можно изменить способ уплаты алиментов на личный счет ребенка. Это сумма не более 50% от общей суммы взыскиваемых алиментов. Можно часть алиментов отправлять на личный счет ребенка и таким способом можно гарантировать себе спокойствие и создать материальный базис для самого ребенка.

А.Х: И с этого лицевого счета нельзя будет потратить деньги на нужды мамы? Или как это все регулируется?

Н.Н: Да. Это все уже будет с согласия органов опеки и это будет гораздо проще контролировать, нежели когда все будет в пользу одного из родителей взыскиваться. Можно обезопасить таким образом ребенка.

А.Х: Говоря о южном регионе, о городе Волгоград, на сегодняшний день больше обращаются к вам мамы или папы?

Н.Н: Мамы в большей степени, потому что им нужно взыскать алименты, и они в большей степени заинтересованы. Папы обращаются в основном с вопросами нецелевого расходования или о том, что у них сформировалась задолженность, и что им с этим делать, каким образом этот вопрос разрешить, как снизить размеры алиментов и так далее, с такими вопросами очень часто обращаются папы.

А.Х: А есть ли у вас какая-нибудь статистика по поводу количества обращений, по поводу благоприятного завершения всевозможных юридических споров в данном вопросе?

Н.Н: У нас стабильно не менее 5 обращений в неделю поступает о вопросах взыскания алиментов, либо просьбы составить заявление на выдачу приказа. Также у нас на сайте есть форма документов, там можно самостоятельно все составить. А что касается российской статистики, то я думаю, что это известный факт, что каждый третий ребенок оказывается необеспеченным с точки зрения алиментных обязательств, у нас только 2 из 3 детей платят алименты. И, возможно, создание алиментного фонда решит данную проблему.

А.Х: Получается, это достаточно серьезный и острый вопрос стоит на сегодняшний день не только в Волгограде, а по всей стране?

Н.Н: Это чуть ли не первый вопрос по популярности, который к нам поступает. Первый вопрос — это выплаты и пособия, которые положены от государства. А второй вопрос — это алиментные обязательства.

А.Х: Спасибо вам большое за разъяснение с юридической точки зрения.

Н.Н: Пожалуйста, до свидания.

А.Х: До свидания.

У нас на связи Игорь Серебряный, основатель общественного движения «Межрегиональный Отцовский Комитет». Игорь Аркадьевич, здравствуйте.

Игорь Серебряный: Добрый день.

А.Х: Наверняка проблемы неуплаты алиментов, проблемы, связанные именно с этой точкой зрения, вам не понаслышке понятны и ясны, и вы с ними встречаетесь каждый день в вашей практике. Как по-вашему, решит ли серьезную проблему злостных неплательщиков создание подобного фонда?

И.С: Как вы правильно сказали, мы в нашей практике с этой проблемой сталкиваемся постоянно. Другое дело, она даже нам не так ясна, как вы сейчас сказали, потому что эта проблема многогранная, она вряд ли решается каким-то кавалеристским наскоком, потому что про алиментный фонд разговоры идут уже много лет. И если не вдаваться в детали, то идея очень хорошая, очень правильная, потому что дети хотят кушать независимо от того, есть ли такой фонд или нет. Но поскольку мы прекрасно знаем, что очень большое количество детей остается без материальной поддержки со стороны одного или обоих родителей, то кому, как не доброму государству остается вмешиваться и что-то делать на этом направлении. Другое дело, что вариантов, как алиментный фонд может работать, их существует штук сто, потому что возможны очень разные подходы и очень разная концепция фонда. И какая из них будет принята, это никто не может сказать. И может быть, это и является причиной, почему это до сих пор не реализовано.

А.Х: Подходов много. А по вашему мнению, какой бы подход мог быть оптимальным в данном вопросе?

И.С: Опять же, они могут быть разные и все могут быть оптимальными. Тут все зависит от того, что хотят в сухом остатке получить инициаторы этой идеи. Если государство изыщет бюджетные средства, чтобы в этот фонд их перечислять, это один вариант. Второй вариант, если мы знаем, что у государства не хватает денег на пенсии, ОМС, то, видимо, этот фонд будет финансироваться из того, что мягко называется внебюджетными источниками, а это, возможно, будет добавочный налог на всех работающих граждан, как мы платим в пенсионный фонд, там несколько процентов. Может быть вариант, что мы будем платить несколько процентов в алиментный фонд, но этот вариант может вызвать недовольство в России. Многие своих детей не хотят содержать. Возможен третий вариант, когда этим фондом займется какое-либо специально созданное агентство или какой-то коммерческий банк или коммерческая структура, которая будет в этот фонд вносить средства, а затем каким-то образом эти деньги востребовать с тех родителей, которые алименты должны платить, но не платят. На мой взгляд, это был бы справедливый вариант, потому что если человек не хочет содержать своих детей, то он должен чувствовать ответственность, например, перед коллекторами.

А.Х: Помнится, в вопросе фонда было предложение лишать жилья из-за долгов, насколько такая мера была бы эффективной? Может быть, в таком случае многие родители задумаются, которые не платят алименты, как вам кажется?

И.С: То, что мера антиправовая, в этом государстве вряд ли кого-то испугает и удивит. У нас много чего делается за рамками правового поля. Другое дело, что эта мера не просто антиправовая, она несправедливая, потому что я лично по работе в комитете знаю много людей, которые хотели бы, но они физически не могут платить алименты, потому что после развода их выкинули на улицу. Например, в одном из городов Волгоградской области есть человек, который обращался в комитет и который буквально плакал, потому что жена от него ушла, когда он стал инвалидом, ему ноги повредило, и он стал инвалидом первой группы, он по этой причине потерял работу. Жена от него ушла, увела детей, требует с него алименты, а он из дома выйти не может, чтобы работать. И вот у такого человека отнимать дом, который он построил, когда был здоровый, и сделать его бомжом, я думаю, что такая мера настолько антисоциальна, настолько бесчеловечна, что вряд ли она даже в России пройдет.

А.Х: В подобных ситуациях и создание алиментного фонда тоже не решит таких вопросов? Они же будут пытаться найти этих алиментщиков и взыскать с них средства. Вот придут они к человеку, который действительно не может даже выйти на работу, а он разведет руками и скажет: «Берите, что хотите, я не могу вам помочь».

И.С: Мы сейчас возвращаемся к тому, о чем я сказал. Это все зависит от концепции, может быть такая концепция, а может быть концепция более разумная, более гуманная, более человечная какая-то. Мы пока шкуру неубитого медведя же обсуждаем.

А.Х: По сути, да. Но вопрос действительно остро стоит. До вас мы общались с юристом «Центра семейного права», она сказала, что каждый третий ребенок у нас в стране недополучает алиментных средств. И вопрос действительно широко стоит.

И.С: Тут сложно спорить с очевидным, действительно очень большое количество детей недополучают денег или не получают их вообще. И здесь нужен алиментный фонд, но тут будет стоять вопрос, сколько должны платить? Будет ли какая-то социальная пенсия под названием «Государственные алименты» или как-то будет вычисляться в МРОТах. А сейчас же понятно, что алименты — это 25% на одного ребенка от плательщика, а вот с какой суммы эти 25% будут вычисляться? В случае если они будут платиться из фонда с зарплаты президента, тогда я двумя руками буду за. А если с МРОТ, то это будет ничуть не лучше, чем сейчас юридически подкованные алиментщики делают, они, чтобы избежать уголовного преследования за неуплату, они платят 500 или 1000 рублей в месяц, формально они не являются неплательщиками, но вы понимаете, что 500 рублей — мелочь.

А.Х: Но, как всегда, у этого вопроса есть другая сторона медали. Мы очень часто говорим о том, что в основном девушки пытаются специально каким-то образом взыскать алименты с человека, неким образом терроризируя его как-то, наверняка вы и с такими вопросами встречались.

И.С: Я бы не употреблял слово «терроризируя», потому что алименты должны идти не девушке, а ребенку. Это ключевое слово — «должны», кстати, тоже вариант, если государство будет эти алименты платить, то, может быть, государство будет требовать и отчета от получателя алиментов, на что эти деньги были израсходованы, потому что сейчас это абсолютно признанная проблема, ее, видимо, не решают нарочно, потому что алименты тратятся бесконтрольно. Человек заплатил алименты второму супругу, а потрачены ли эти алименты на еду ребенку, на учебники и одежду или на эти деньги второй родитель ведет веселый образ жизни, это проконтролировать невозможно. И это, между прочим, является основной причиной, по которой очень многие разведенные родители не хотят платить алименты бывшим супругам. Я просто знаю по работе в комитете, что очень большое количество, практически все, кто с нами сотрудничает, они готовы и очень хотят содержать своих детей, но они не уверены, что те деньги, которые они передают в качестве алиментов, пойдут детям. Если бы у них был механизм содержания детей, минуя второго родителя, то проблема алиментов была бы значительной частью снята или ослаблена.

А.Х: На некий счет ребенку каким-то образом?

И.С: Это есть и сейчас. Сейчас родитель тоже может так складывать деньги на счет ребенку, но дело в том, что второй родитель имеет право эти деньги снимать, это просто дополнительная шаг, который не решает проблему. Появился посредник в виде Сбербанка, но какая разница, отдать эти деньги напрямую или положить в банк, откуда их бывший супруг снимет.

А.Х: Как, по-вашему, правильней было бы сегодня создавать этот фонд? Каких специалистов приглашать? И каким образом вести дальше работу в данном направлении?

И.С: Ответ, лежащий на поверхности, — пригласить меня. Я думаю, что нужно приглашать специалистов, которые, в первую очередь, не больны гендерным подходом к этой проблеме, которые не рассуждают об алиментах, которые не рассуждают о проблемах разведенных семей в терминах «мать», «отец», «мужчина» и «женщина». Ведь для ребенка абсолютно все равно, мама это или папа. Он родителей до определенного возраста не разделяет. Эта проблема должна перестать обсуждаться в таком «правовом поле», что все мужчины подлецы, а все бабы *** 26:28. Я думаю, что это так. Но я еще раз повторю, что пока я не видел ни одной четко прописанной концепции алиментного фонда. И это пока все действительно слова. Идеи нормальные есть, но содержания никакого. Вот когда мы увидим хоть какой-то проект, тогда уже можно будет что-то обсуждать.

А.Х: Огромное вам спасибо за ваше мнение.

И.С: До свидания.

А.Х: До свидания.

Мы продолжаем. У нас на связи Ульяна, мама, член «Союза родителей» (г.Челябинск). Ульяна, здравствуйте.

Ульяна: Здравствуйте!

А.Х: Поделитесь вашей историей по вопросам алиментов. Мы сегодня говорим о создании алиментного фонда. Расскажите вкратце историю вашей семьи и ваше мнение по поводу создания такого фонда.

У: У меня получилось так, что когда мы разошлись с мужем, у меня был совсем маленький ребенок, я только его родила. И первое время, пока нам не удалось наладить дружеские отношения, алименты я не получала, мне помогали родители, и это был самый тяжелый период, потому что я не могла выйти на работу. Потом нам удалось создать дружественные взаимоотношения, и сейчас я получаю стабильную помощь от папы ребенка, но я понимаю, что такой фонд, о котором вы говорите, он может быть хорошим вариантом, если что-то пойдет не так, если настроение у мужчины поменяется или если какие-то ситуации, когда нет возможности договориться непосредственно напрямую.

А.Х: Вы как человек, столкнувшийся с подобной проблемой, какого характера поддержку от государства хотели бы видеть?

У: Я так поняла, что вы хотите предоставить возможность мне не напрямую общаться с отцами, а через фонд, правильно я понимаю?

А.Х: В Госдуме предлагают создать алиментный фонд, это будет некий государственный фонд, в котором будет реестр и учет всех злостных неплательщиков. И с помощью этого фонда предлагается искать неплательщиков и взыскивать с них какой-то процент тех самых алиментов, которые они не платили. И также говорят о том, что будет некий резервный фонд финансовой помощи, в который можно будет обратиться и взять выплаты. Но это, наверное, все будет регулироваться, и там потребуется отчет о том, куда потрачены были деньги. Если бы вам сказали: «Ульяна, такой есть вариант решения вопроса», вы бы стали обращаться в подобный фонд?

У: Да, при необходимости, мне кажется, что это очень ценная инициатива. Это такая подушка безопасности, если вдруг нет возможности самостоятельно обеспечивать ребенка и не помогает мужчина.

А.Х: Если создание этого фонда не будет в России, как вам кажется, необходимо ли каким-то образом законодательно защитить мам? Должно ли государство вообще вмешиваться в эти вопросы?

У: Прекрасно, если будет такая поддержка, особенно важна эта поддержка в первые месяцы после рождения детей. Я знаю, что очень многие женщины не решаются рожать детей именно по той причине, что их не поддерживают мужчины, и у них нет возможности их обеспечивать. Конечно, сейчас есть минимальные выплаты, но мы все знаем, что они очень минимальны.

А.Х: Ульяна, мы надеемся, что ваши финансовые вопросы разрешатся в семье, вы наладите свои личные дела. Огромное вам спасибо, что вышли на прямую связь.

Была достаточно странная инициатива, лишать алиментщиков жилья из-за долгов. Где-то в конце мая прозвучала подобная инициатива. Я напомню, что в законопроекте изначально предполагалось, что вместо принадлежащего должнику жилого помещения он приобретает другое жилье, пригодное для постоянного проживания его и членов его семьи, но меньшее по площади, для чего ему выделяется из выручки от продажи жилого помещения, на которое обращено взыскание, некая денежная сумма, достаточная для приобретения жилья в том же кадастровом квартале, но чуть меньшей площади. В случае если должник сам не приобрел жилье, оно предоставляется местным самоуправлением, при этом должник ни одного дня не остается на улице и при этом законопроектом не усматривается возможность лишения жилья вообще. Но Минюст России заявил, что такой законопроект может коснуться 7 тысяч алиментщиков, и данный вопрос был исчерпан. И насколько я понимаю, Минюст все-таки не продолжил данный законопроект.

Надо сказать, что заместитель председателя комитета Совета Федерации Елена Мизулина поддержала предложение создания в России подобного фонда, об этом сообщает информационное агентство РИА «Новости» со ссылкой на пресс-службу сенатора. И цитируя госпожу Мизулину: «"Люди ждут его формирования. По оценкам экспертов, в России сейчас 2 миллиона детей, которым положены алименты, но они фактически их не получают». Сенатор напомнила, что идее создания в России специального алиментного фонда уже почти десять лет. По её словам, раньше правительство выступало против этой инициативы, «поскольку создание алиментного фонда потребовало бы существенных финансовых средств»".

Это один из главных вопросов, финансирование этого фонда. Откуда будут браться средства? С нас с вами, с налогоплательщиков, из бюджета страны, из бюджетов регионов? Ведь не все регионы могут себе это позволить. Очень интересно. Я надеюсь, что в ближайшее время, мы каким-то образом получим более ясную картину, но в любом случае, как сказала госпожа Мизулина: «Очень надеюсь, что депутатам Госдумы удастся убедить правительство, что такой фонд нужен». Надо сказать, что во многих западных странах есть подобные фонды, где помогают неполным семьям, помогают детям, оставшимся при одном родителе.

У нас на связи Мария Баст, председатель Ассоциации Адвокатов России за Права Человека. Мария Сергеевна, здравствуйте.

Мария Баст: Добрый день.

А.Х: Я думаю, что вопрос злостных неплательщиков для вас тоже актуальный. Как по-вашему, решит ли острый вопрос неплательщиков создание такого государственного фонда?

М.Б: Я исхожу из того, что вопрос к злостным неплательщикам не будет решен, скорее материальная помощь нужна матери-одиночке, которая нуждается, то, может быть, и решит. А в целом люди так и будут уклоняться от уплаты алиментов. Я не вижу никаких усилений в борьбе с неплательщиками. Я скорее вижу подушку для детей и семьи, где ребенок растет.

А.Х: Вы хотите сказать, что тот, кто сегодня уклоняется от уплаты налога, он все равно будет уклоняться?

М.Б: Да. Какая разница, будет платить за него государство или нет. Это, может быть, в какой-то степени стимулирует каких-то неплательщиков к тому, чтобы и не платить. Ведь государство платит, зачем им еще платить. Тут инициатива, с одной стороны, полезная, но с другой стороны, и бог с ним. Государство платит и хорошо. Это психология многих неплательщиков. Они, как правило, думают, что если ребенок не умирает с голоду, то хорошо. Тут надо исходить не из фонда, а из социальной поддержки нуждающихся семей в материальной помощи. Чтобы ребенок получал достойное пособие и был обеспечен, а с неплательщиков надо все взыскивать. Если даже сумма, которую будут получать из этого фонда, она все равно будет меньше, чем если бы взыскивали с людей. С одной стороны, фонд вроде нужен. А с другой стороны, я бы акцентировала внимание на социальном пособии для детей.

А.Х: В любом случае, решать проблему надо?

М.Б: Надо решать, но мне кажется, тут не только экономическая составляющая, потому что она тоже очень важна, но здесь еще морально-нравственная составляющая, потому что они взаимосвязаны. Если у человека установка на зарабатывание денег или эгоистическая установка, то там бесполезно объяснять и воздействовать. Поэтому, мне кажется, тут больше нужны экономические реформы, социальные реформы и морально-нравственные, потому что без этого никуда. А так, мы фонд создадим, это поможет какой-то семье деньги получать, а в целом это не решит ничего.

А.Х: Я предполагаю сейчас шквал комментариев чиновников, которые скажут: «Откуда вообще повышение социальных средств? У нас денег нет».

М.Б: У нас есть средства, просто их надо перераспределять грамотно. У нас необоснованно завышены доходы у многих олигархов, и достаточно взять, посчитать эти доходы. Сколько денег у нас выводится за рубеж и так далее, сколько теряет государство на коррупции. На это можно детей обеспечить. Я считаю, что можно обеспечить каждого гражданина базовым доходом, если нормально распоряжаться ими. У чиновников понятно все, с учетом той системы экономических отношений в обществе, которая сложилась за последние 20 лет, безусловно, сложно переосмыслить, взять другие методики и так далее. Это понятно, с точки зрения современного чиновника, но если брать обычные механизмы, то можно распределить и найти эти средства. В Европе их же находят, там еще обсуждается деление безусловного базового дохода на каждого человека. Если на каждого человека есть средства для того, чтобы выплачивать по 1000 евро, то уж на детей тем более. А у нас государство самое богатое по степени потенциала. У нас больше всего ресурсов в стране, большой экономический потенциал, у нас много заводов, которые просто стоят и загнивают. А это можно было запустить, и все могло бы работать. У нас еще научный потенциал очень мощный, у нас очень много технологий осталось с советского времени, но это все не работает, потому что это никому не нужно. У нас сама экономика, политическая система, социальная сфера настроена на то, чтобы получить прибыль олигархам, получить прибыль коррумпированному чиновнику, но никак не на то, чтобы построить нормальное и разумное общество, которые будет нацелено на обеспечение развития каждой личности, начиная от младенца и заканчивая бабушками и дедушками. Вот проблема только в этом, надо полностью переориентировать ценности, провести нормальные реформы и все.

А.Х: Вы говорите о том, что на Западе разрабатывается вопрос базового дохода на человека. А каким образом решаются вопросы именно алиментов и неуплаты алиментов в Европе?

М.Б: Дело в том, что там везде по-разному. Есть такое понятие, как социальное обеспечение, инициатор развода, как правило, это мужчины бывают, они вынуждены очень много платить откупных для жены и так далее. И этим обеспечивают и жену, и ребенка. Там таким образом все строится. Там немного переориентировано на тех, кто является инициатором развода, и материальное обеспечение того или иного супруга. Но сразу скажу, на Западе более жестко относятся к отношениям между людьми. Я бы не стала идеализировать эту систему, я бы все-таки взяла что-то положительное, например, базовый доход, кризисные центры, чтобы человек не остался на улице, такие вещи. Надо подойти системно, взяв все позитивное, и внедрить. В России все это можно сделать, все попытки скептически отнестись — это просто нежелание что-либо делать либо обычный непрофессионализм. В советское время такая проблема так остро не стояла, там лучше платили алиментные обязательства. И порицания было больше, было больше совести по отношению к своей семье и так далее. Я говорю о том, что надо было сохранить самое лучше и добавить самое лучшее от Запада.

А.Х: Будем надеяться, что кто-то вас услышит. Огромное вам спасибо за то, что вы поделились своим мнением. До свидания.

М.Б: До свидания.

А.Х: Мы продолжаем. С нами на связи Евгения Михайлова, вице-президент Ассоциации многодетных семей «Много нас». Здравствуйте.

Евгения Михайлова: Здравствуйте.

А.Х: Говорим о злостных алиментных неплательщиках. Вопрос острый, давно уже стоит на повестке всевозможных фондов, ассоциаций. И вот в Госдуме задумались создать некий государственный алиментный фонд, который бы искал злостных неплательщиков. В этот фонд обращались бы женщины или мужчины, которым нужна финансовая помощь. Как вам кажется, реально ли сегодня создать подобный фонд и исправит ли это ситуацию в стране?

Е.М: Вполне реально, я думаю, создать этот фонд. Буквально пару недель назад состоялась встреча как раз руководства нашей ассоциации по инициативе депутата Госдумы Оксаны Викторовны Пушкиной. Была там и заместитель федеральной службы судебных приставов, Диана Шапиева. И мы как раз поднимали там эту тему, одной из ведущих тем нашей встречи была как раз тема создания этого алиментного фонда, потому что мы ежедневно сталкиваемся с семьями, которые попадают в такую ситуацию. И, как правило, особенно если это касается многодетных семей, но и не только, когда мамочка у нас растит детишек, конечно, алименты — это существенная часть бюджета семьи. Я думаю, что вот этот фонд как раз должен быть создать именно на уровне государственном. Конечно, сейчас есть фонды, которые семьям помогают в трудной жизненной ситуации, но это совсем другая история. А этот фонд должен быть целевым. У нас нуждающиеся, те, кому должны платить алименты, они не должны бегать за должниками. Они должны обратиться в соответствующую структуру, и уже та структура должны заниматься потом, в регрессном порядке поиском этих должников и истребованием с них тех денежных средств, которые они должны заплатить. Потому что детки нуждаются здесь и сейчас в помощи, и через 10 лет это уже может быть неактуально. Поэтому вполне удачная инициатива. Я думаю, что ее поддержат и будут продвигать.

А.Х.: Я понимаю, что мы сейчас говорим немного абстрактно, но все-таки — если бы вас пригласили в экспертную комиссию по созданию подобного государственного фонда и спросили, как вам кажется, откуда брать средства — это должен быть региональный бюджет, федеральный бюджет, а может быть, увеличить налоги каким-то образом? Как бы вы решили эту проблему? Потому что действительно проблема стоит остро, мы сейчас не хотим повышения налогов. Как правильно сказал Игорь Аркадьевич Серебряный, основатель общественного движения «Межрегиональный Отцовский Комитет», — не каждый хочет платить за своего ребенка, почему я должен за чужого платить? Есть ли у вас мысли в этом ключе?

Е.М.: У нас же существует, например, фонд АСВ — агентство по страхованию вкладов. Я думаю, что можно воспользоваться удачным опытом подобных фондов. Естественно, здесь государство должно стать ключевым партнером в создании этого фонда. Что касается экспертного совета, я думаю, что мы обязательно будем приглашены и будем участвовать в этом процессе как очень заинтересованная сторона. Я думаю, что здесь возможно и привлечение частных каких-то средств. Должно быть софинансирование, потому что у государства есть те инструменты, те структуры, которые могут обеспечить потом взыскание этих денежных средств.

А.Х.: Вы выразили уверенность, что вас позовут в экспертное сообщество. Действительно ли часто к вам прислушиваются в решении подобных вопросов на государственном уровне? И каким образом разрешаются вопросы, слышат ли инициаторы подобных законопроектов вас, людей, занимающихся этой проблемой?

Е.М.: Особенно в последнее время, когда президент в прошлом году, в декабре задал совершенно новый вектор взаимодействия государства и общественных организаций, официально объявил общественные некоммерческие организации третьим сектором экономики, которые действительно могут влиять и, более того, влияют на процессы политические, экономические в нашей стране, очень хорошо у нас отлажено взаимодействие, прислушиваются абсолютно на всех уровнях — и на уровне депутатов Госдумы, иначе бы нас не было на этой встрече, мы там были основными экспертами по этому вопросу, поскольку мы по земле ходим, мы слышим людей и можем донести реальную картинку. Сейчас у нас будет в рамках проекта «Крепкая семья» — проект «Единой России» — проводиться мониторинг земельных участков, выданных многодетным семьям. Мы непосредственными участниками будем являться этого процесса. Происходит взаимодействие большое и на уровне Московской области, очень хорошее взаимодействие там налажено и с министерством социального развития, с губернатором. Правильно сказал наш президент на последней серии вопросов-ответов с ним, что если есть такие организации, которые реально не просто обозначают проблемы, а предлагают конструктивные решения, мы готовы и будем с ними взаимодействовать. Вот так и происходит. Все наши инициативы, которые реальные, которые не просто обвинительные какие-то или обличительные, если они действительно имеют под собой почву и обоснование, то почему нет? Всегда взаимодействие приводит к хорошим итогам. Могу один коротенький пример привести — была такая инициатива о том, чтобы по всей Московской области ввести единую компенсацию на школьную форму для многодетных семей и двухразовое горячее питание. Раньше это была прерогатива муниципалитетов, и везде это было по-разному, где-то этого не было вообще. Мы вышли с такой инициативой на уровень именно губернатора, и губернатор поддержал, выделил на это деньги, и у нас сейчас по всей МО детки пользуются этими льготами. Поэтому это все вполне реально. Я думаю, мы и дальше будем продолжать в таком духе.

А.Х.: Было бы желание и конкретные предложения. Я понимаю, что создание подобного фонда может занять какое-то время. Даже если сегодня-завтра будет создан закон, надо все равно изыскать средства — ну, год, два, может быть, даже пять. Как по-вашему, сегодня можно каким-то образом усилить ответственность родителей, которые не выполняют свои обязанности по уплате алиментов? Что может быть сегодня сделано, что действительно будет работать?

Е.М.: Что касается усиления ответственности родителя как таковой, наверное, и с создание фонда вряд ли мы сможем именно саму ответственность усилить. Какие-то карательные меры тоже вряд ли помогут. Хотя когда у нас стали лишать права управления транспортным средством, как-то отклик пошел, хороший очень. Но у нас есть еще одна большая проблема. Судебные приставы у нас сейчас не обязаны выяснять происхождение денежных средств, а очень многие семьи живут на социальные выплаты, особенно семьи, где много детей. Соответственно, там есть определенные сложности, возникают штрафные санкции, иногда с опозданием приходят уведомления, и блокируются вот эти социальные выплаты. Если раньше судебные приставы отслеживали, социальный это счет или нет, то сейчас они в силу изменений в законе не обязаны этого делать. В рамках той самой встречи, о которой я упоминала, мы вышли с таким предложением, что нужно создать какой-то отдельный социальный счет на картах разных банков, чтобы на него судебные приставы не накладывали арест. Как раз должна состояться встреча с представителями ведущих банков, и мы тоже одни из инициаторов этой встречи, будет федеральная служба судебных приставов, где мы будем как раз обсуждать вот этот вопрос, чтобы бремя с семьи, которая и так нуждается, и так недополучает те же самые алименты и живет на социальные пособия, чтобы хотя бы эти социальные пособия до семьи доходили. Речь пойдет о создании именно социальных счетов, на которые конкретно деньги будут поступать, социальные выплаты, и они уже не будут подлежать аресту. Я думаю, что это тоже хорошая инициатива, хорошее подспорье для семей, которые воспитывают детей.

А.Х.: Огромное спасибо, Евгения Александровна, что вы поделились с нами вашим экспертным мнением.

Это была программа «Угол зрения», для вас работала Александра Хворостова. Услышимся, всего доброго.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Вторник со Львом Пономаревым

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments