ITunes

«Становится только хуже»: жители Воронежской области вновь протестуют против разработки никеля

Некоторые территории в Воронежской области уже сегодня стоило бы признать «зоной химического поражения» , — уверяют противники разработки никеля в регионе. Эксперты: Светлана Кузнецова — активист ООД «Стоп Никель»; Лилия Ишкова — химик-биолог, зам. председателя ООД «Стоп Никель»; Владимир Скабелин — атаман Донского казачьего войска Союза казаков России; Валентина Боброва — организатор народного движения против добычи никеля в Черноземье «Зеленая лента».

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Угол зрения». Тема сегодняшнего эфира звучит следующим образом: «"Становится только хуже»: жители Воронежской области вновь протестуют против разработки никеля". «Становится только хуже» — это фраза, которая прозвучала от одного из наших экспертов, пока мы обсуждали тему, которая будет затронута в рамках этой программы, а именно разработка никеля. Буквально на днях, 7 июня в Воронеже прошел очередной пикет за полный запрет добычи никеля в Черноземье. И в целом эта тема актуальна на протяжение нескольких лет. Сейчас на связи с нами находится первый эксперт, это Светлана Кузнецова, активист ООД «Стоп Никель». Светлана Константиновна, здравствуйте.

Светлана Кузнецова: Добрый день.

В.И: Периодически мы обсуждаем, что происходит в Воронежской области, эту протестную волну, которая все никак не угасает. Это дело идет 6 год. Какие сейчас появляются подробности, что заставило жителей Воронежа 6 июня выйти с пикетом на улицы города? И правильно я понимаю, что сейчас речь идет про проведение еще одного протестного мероприятия?

С.К: Да. Относительно пикетов. У нас воронежцы молодцы, они стоят с пикетами и зимой, и летом, 2 раза в неделю. Этим людям надо буквально кланяться в ноги за их жизненную позицию. На 24 июня мы подали заявку на митинг. Эта необходимость появилась в связи с тем, что не далее, как 15 марта губернатор Гордеев, будучи в городе Борисоглебске, журналисты задали ему вопрос по поводу никеля, что сейчас происходит. Он сказал, что темы нет, и ее мусолят люди, которым нечего делать. А на самом деле произошли за это время страшные вещи. С 2013 года у нас произошла геологоразведка, которая нанесла непоправимый ущерб как природе, людям, так и всему живому. Мы неоднократно делали анализы, делали их в трех университетах, анализы почвы, воды, радиации, все это ухудшалось. А сейчас в Елань-Колено пьют радиоактивную воду, а власти никак не реагируют, и мы видим насмешку над населением. Вот 17 февраля состоялся очередной позорный общественный совет по контролю добычи никеля, на котором владельцы никеля, которые прикидываются общественностью, стали говорить еще о создании ГОКа. Они не дожидаются даже решения УГНК, понимаете? Ситуация патовая.

В.И: А если говорить именно про разработку никеля, можете пояснить, на какой стадии сейчас все находится? Вы сказали, что проводилась геологическая разведка, которая уже нанесла определенный урон. А если вести речь про саму разработку никеля, какие работы сейчас уже проводятся, какие работы находятся в перспективе?

С.К: В июле месяце компания УГНК будет решать, будет ли тут добыча никеля, будет ли построен ГОК, будет ли им это выгодно или нет? А мнение людей никак не учитывается. И власть на нас внимания не обращает никак. Мы заставляем на себя обращать внимание, но власть не видит и не слышит. Она старается эту тему никеля замалчивать.

В.И: От губернатора прозвучало, что темы никеля просто нет. А чем это обосновывается представителями властей?

С.К: Они ничем не обосновывают, они говорят, что мы их обманываем и создаем такую обстановку здесь. А по идее, надо нести всем уголовную ответственность тем, кто виноват в этой экологической катастрофе. У нас же был прекрасный край всегда, а сейчас он превращается в безжизненную пустыню.

В.И: О каких территориях идет речь? Хоперский заповедник — одна из таких территорий?

С.К: Хоперский заповедник уже сейчас под ударом. Полностью Елань-Колено. В Борисоглебске у нас коричневая вода идет. Я не удивлюсь, если это эта же тема, что никель как-то повлиял. Власть молчит, и они говорят о том, что виноваты трубы. Но вода все равно ухудшается.

В.И: Вы проводите прямую связь между никелем и ухудшением качества воды?

С.К: Конечно, да.

В.И: Если говорить про народные протесты, то в январе был своеобразный пик, там активисты собирали подписи в Воронежской области. И губернатору тогда передавали 107 тысяч подписей тех, кто выступает против добычи никеля на Хопере, но почему-то не было никаких материалов, какая была реакция. Она какая-нибудь последовала?

С.К: Мы получили очередную отписку. Федеральная власть должна на это реагировать, хотя они делают нам отписки о том, что это губернатор должен на это реагировать. А губернатор просто лжет на всю страну. И чем дальше, тем больше. Я думаю, что эти люди просто в какой-то доле.

В.И: Если говорить про геологическую разведку, уже необратимые последствия нанесены экологии региона, а можно чуть подробнее про это рассказать?

С.К: Мы делали анализы, и сейчас найден яд талий. Даже академик Чернышев, который этот никель добыл в 1970 годах, в шоке был, откуда талий. У нас перемешаны 6 водоносных горизонтов, никто никакую экспертизу не делал. Никто ничего не проверял. Мы даже когда учились в школе, мы делали химические опыты, сами знаете, что из каждого химического опыта неизвестно что произойдет. Вот у нас просто сделали опыты над населением, мы, как кролики, подопытные собачки.

В.И: Это если говорить про воду. А если говорить про другие аспекты?

С.К: Мы очень опасаемся, что когда компания УГНК бурила, она сваливала 20 тонн шламов, где-то они свалены, где-то они зарыты. Мы же экологические контроли везде проводим. Мы видели, как с оврага свалены шламы вниз, а куда они попадают? В Хопер, ну сами понимаете все эти последствия. Нам никак не миновать кислотных дождей сейчас.

В.И: Кислотные дожди, это один из тех прогнозов, которые озвучивали экологи, когда мы делали предыдущие эфиры по этой теме. Светлана Константиновна, спасибо большое, что побеседовали с нами. До свидания.

С.К: До свидания.

В.И: Сейчас пришло время обсудить происходящие с точки зрения химика-биолога и эколога. На связи с нами будет Лилия Ишкова, химик-биолог, заместитель председателя ООД «Стоп Никель». Лилия, здравствуйте

Лилия Ишкова: Здравствуйте.

В.И: Мы сейчас беседовали со Светланой Кузнецовой, кое-что она успела рассказать. Вы как видите себе происходящее на территории Воронежской области?

Л.И: Мы считаем, что у нас уже есть экологическая катастрофа, чрезвычайная ситуация есть, но мы никак не можем добиться от власти признания этой очень горькой деятельности. Дело в том, что питьевая вода испортилась в поселке Елань-Колено, этот поселок зажат с двух сторон. С одной стороны, Елкинское месторождение, где выбурили скважины, а с правой стороны Еланское месторождение. И жители в конце 2013 года стали жаловаться на то, что вода очень сильно испортилась. Появился затхлый неприятный запах, несвойственный питьевой воде, осадки, белые хлопья. И первый акт о плохом качестве воды был составлен в январе 2014 года. Тогда приехали сотрудники Роспотребнадзора, сделали анализ, сделали вывод о том, что вода не соответствует всем требованиям СанПиН. И рекомендовали администрации обеспечивать жителей Елань-Колено питьевой водой, но не было установлено ответственности, и люди продолжали пить эту воду. Мы осенью 2014 года обнаружили старые геолого-разведывательные скважины, они остались от бурения 80−90х годов, и они самоизливаются радиоактивными йодо-бромными рассолами. Текут ярко красными ручьями, по заливным лугам, где скашивается трава на корм скоту. Рядом у нас водоемы, пресное озеро, река Сойвола, и все это смешивается, все это попадает туда. Мы провели исследования этой воды и выявили очень сильное превышение по альфа-активности, превышение было в 50 раз. И превышение по бета-активности было больше, чем в 7 раз. Там и тяжелые металлы, радионуклиды, и мы тогда, связав это с проводимой геологоразведкой, бурением таких же скважин и тем, что испортилась вода в колодцах, мы решили исследовать воду на радиоактивность из колодца. Первая улица села Новостроящаяся, вот жители этой улица как раз первые и почувствовали изменение в этой воде. Мы провели исследования в 2015 году. Пробы проводили в аналитический центр в Москву, и когда мы получили первый результат, мы просто были шокированы. Оказалось, что люди пьют радиоактивную воду, а альфа-радиация была превышена почти в два раза, а также было превышение по урану. Мы написали куда только можно об этой информации, и во все органы власти, в надзорные органы. Роспотребнадзор отреагировал, они исследовали и нам дали ответ, что радиации нет, но в тоже время составили иск административного правонарушения в отношении администрации поселения.

В.И: Лилия Александровна, к нашей беседе присоединился Владимир Скабелин, атаман Донского казачьего войска Союза казаков России. Владимир Васильевич, здравствуйте.

Владимир Скабелин: Добрый день.

В.И: Насколько я понимаю, вы проводите исследования вместе. Если говорить про полученные результаты, вы как их оцениваете?

В.С: Вы же понимаете, какие там получились анализы, там просто жуть. Мы же показали, там все смотрел не один человек, не один решал. Даже институт ядерной физики был в шоке. Они спросили: «Вы эту воду где собирали? В шахтах?». Вы понимаете, какая там вода, какая ядерная смесь? А люди просто пьют, все нормально, все хорошо. Удивляет обман людей, обман власти, вот последний пример. Воронежский губернатор Гордеев, выступая в Борисоглебске, сказал, что никакой проблемы нет, тема закрыта, и никто ничего добывать там не собирается. И кто это вспоминает, этот человек врет. Но буквально через пять дней представили УГНК заявляют, что все идет по плану, никуда ничего не сворачивается. И почему-то в конце июля компания УГНК будет решать, будут ли они добывать или нет. А где государственная комиссия, а где все остальное? У нас что, компания УГНК правит, я не понимаю? Это обман на протяжении 5 лет.

В.И: Если возвращаться к теме анализов и прочего. Как такое могло получиться, что ваша экспертиза полностью не совпала с тем, что в дальнейшем получилось у представителей Роспотребнадзора?

В.С: Я же не зря сказал, что кругом обман в течение 5 лет. Воронежским чиновникам верить нельзя, мы в этом убеждаемся не один год.

В.И: Лилия Александровна, ваш ответ?

Л.И: Я просто не все рассказала по анализам. В 2016 году мы снова исследовали тот же самый колодец, выявили динамику в повышении радиоактивности более чем в два раза. И повышение концентрации урана. В 2017 году мы также исследовали этот же колодец, здесь выявлено превышение радиации более чем в 4.6 раза. В этом году мы исследовали не только этот колодец, но чтобы посмотреть масштабы загрязнения, мы еще в трех точках проводили. Мы взяли два колодца общего пользования и центральный водозабор. И первого марта мы приводили сюда специалиста из лаборатории, чтобы нас не обвинили в подтасовке, что мы сами возили воду и брали неизвестно откуда, сам специалист отбирал воду. Там превышение радиоактивности во всех точках было зафиксировано. В одном колодце превышение в 2.65 раза, в третьем в 8 раз. Найдена радиация в центральном водоснабжении. И когда мы получили эти шокирующие результаты и отправили во все надзорные органы, то мы с такой стеной непонимания столкнулись, что просто ужаснулись от происходящего. Происходит в буквальном смысле геноцид местного населения. Люди пьют отравленную воду с химическими загрязнениями. Там превышение по фосфору в 1790 раз, в 556 раз в другом колодце, в центральном в 7 раз. Найден талий, смертельный яд, превышение по бериллию, по марганцу и также присутствие урана. Когда мы разослали эти протоколы, мы ожидали, что сейчас закроют колодцы, людям объяснят, что нельзя пить, но мы даже не можем добиться того, чтобы надзорные органы Роспотребнадзора провели свои анализы, свои исследования. Сначала они вообще отказали нам в проведении своих анализов, сказав, что мы все время, они заявляют, что мы неправильно адреса своих колодцев указали, и нет оснований им брать воду на исследования. И стали ссылаться на новый закон, который в 2017 году появился, что если они проводят свою проверку под нашим доводом, и этот довод не подтверждается, то все расходы они могут положить на наши плечи, но мы не боимся этого закона, потому что мы все исследования проводим честно. Совсем недавно они взяли и померили просто гамма-фон рядом с колодцами и дали лживый ответ, что гамма-фон не превышает фон рядом с колодцами, и брать питьевую воду на исследование нет необходимости. Вот такой цинизм и вот такая ложь.

В.И: А в чем разница, если просто замерить гамма-фон или как можно вычислить при анализе воды? В чем разница и почему ваш анализ показывает одно, а замер фона совсем другое?

Л.И: Потому что есть альфа, бета, гамма-излучение. Альфа частицы задерживаются одним слоем воды, несколькими сантиметрами воздуха. Они не могли никак зафиксировать альфа-излучение, измеряя фон рядом с колодцами. Это просто цирк, больше никак это назвать нельзя. У нас от этой ситуации просто шоковое состояние. У нас массовые заболевания аллергического характера, камни в почках, онкозаболевания зашкаливают, но от нас скрывают даже эту информацию. Наши попытки прояснить ситуацию о статистике заболеваний, нам главврач совсем не отвечает, а потом говорит, что это секретная информация. Вот так мы живем. Мы считаем, что у нас идет прямой геноцид, население сокращается. В прошлом году на отчетном собрании глава поселения говорил, что смертность в 4 раза превышает рождаемость, потому что идет большая убыль населения. Мы в городе Новохоперск живем в 30 километрах, через год-другой это все к нам придет, ведь подземные воды текут, и все это распространяется. И масштабность будет все больше и больше. И это мы говорим только о геологоразведке. А страшно представить, что будет, если они не остановятся. И как сказала Светлана, в конце июня компания будет решать, будет ли добыча или нет. А наша ситуация, которую они скрывают и замалчивают, не берется в расчет. Они будут экономически считать свою выгоду, но мы посмотрим, чем закончится, потому что люди у нас настроены очень решительно. Я попрошу Владимира Васильевича рассказать о том сходе казаков, который был в январе.

В.И: Вот выявлен большой список вещей при проведении анализов, в том числе и радиация, если говорить про воздействие на организм человека, как это может проявляться и как быстро это может распространиться?

Л.И: Сам уран очень опасен, потому что он влияет на умственное развитие детей, сказывается на общем состоянии нервной системы. Уран вызывает радиолиз воды. И вода может спровоцировать лучевую болезнь, это очень опасно, но то, что они нашли талий, крайне опасно, потому что его трудно диагностировать, он даже в крови потом не определяется. И симптомы похожи на заболевание гриппом, который лечится антибиотиками, но они не действуют. И человек просто умирает. Нужно признать Коленовскую зону, у нас есть все основания, зоной химического и радиационного заражения. Установить мониторинг и постоянно выявлять эту масштабность. Трудно сказать, через какое время до Новохоперска распространится это отравление, но джин уже из бутылки выпущен. Что касается старых скважин, то напорная вода с такой силой вверх поднимается, что сейчас идет разговор тампонировать скважины, но ни одна из организаций не берется это делать, потому что они не знают, как. У нас разлом земной коры, много трещин, причем разлом вертикальный и горизонтальный. Есть природное загрязнение поднятием соленых, радиоактивных вод вверх, а бурение еще больше это спровоцировало, и мы по динамике за три года, мы это отчетливо видим. Нельзя трогать наши нервы, залегание очень опасно, ведь неслучайно в советские годы отказались от разработок наших месторождений, потому что ценился в то время чернозем, и сама жизнь людей была в цене. А сейчас мы просто ощущаем себя как ненужные люди на нужной им территории. И все спокойно смотрят на то, что тут происходит.

В.И: А проводили сравнительный анализ, какая вода течет в Воронеже, может, там то же самое?

Л.С: Нет. До Воронежа 200 км, мы исследовали наш центральный водозабор в городе Новохоперск и обращались в Роспотребнадзор, они проводили исследования, и мы делали в независимой лаборатории, радиоактивность мы не обнаружили. Тут еще все нормально, но наплыв местности происходит от Елань-Колено в сторону поселка Студеный, в сторону сахарного завода. Вот там села тоже подвержены этому отравлению, но нужно исследовать, а это очень дорого. Мы проводим свои исследования на народные деньги, выставляем аккредитованную карточку, и люди присылают нам. Анализы очень дорогие, и мы не в состоянии все это делать. Я считаю, что это обязанности Роспотребнадзора, который преступно бездействует и ничего не делает в этом направлении. А сейчас нас тоже упрекают в том, что у нас нет доказательств от геологоразведки, но до 2013 года люди спокойно жили, сажали огороды, выращивали сады, и никто не жаловался на питьевую воду. Это все началось буквально через год, когда начали бурить эти скважины, поэтому у нас нет никаких причин сомневаться в том, что толчком являлась эта геологоразведка. Потом 18 июня мы проводим круглый стол в городе Воронеже, куда всех приглашаю. Мы еще анонсируем эту тему в социальных сетях, кстати, у нас в «Одноклассники» есть большая группа против добычи никеля, там более 60 тысяч человек. Есть группа во «ВКонтакте», где более 14 тысяч человек. Все новости, все объявления мы опубликовываем там. И на этом круглом столе, который мы планируем, будет выступать геолог Гричкова Раиса Васильевна, она тоже в нашем движении, очень крупный специалист, и она в рамках этого стола все объяснит и покажет, в результате каких действий и почему произошло это химическое и радиационное заражение питьевой воды. А также будет выступать врач, который покажет и объяснит, чем это опасно. Опасен полив этой зараженной водой огородов, потому что идет абсорбирование тяжелых металлов в почву и овощи, которые люди потом употребляют. Это будет очень интересный круглый стол, так что я приглашаю всех желающих, также будет трансляция в прямом эфире.

В.И: Владимир Васильевич, как эколог, вы можете что-либо добавить?

В.С: Тут ошибочка небольшая, я не эколог, я просто атаман Казачьего войска, выбранный казаками Дона, поэтому я отвечаю за этих людей, которые меня выбрали. Они дали мне полномочия отвечать за их слова.

В.И: Вы же из Борисоглебска, вот многие сообщают, что там в 2012 году состоялся чуть ли не самый многочисленный митинг в истории Воронежской области, что собралось порядка 18 тысяч человек, это был митинг против добычи никеля.

В.С: Запрос был только, что характерно, более того, было от 15 до 18 тысяч по разным данным, это для такого города громадная цифра. И тоже люди были воодушевлены, думали, соберутся на площади, выскажут свое мнение, и все, нас услышат, поймут и все это отменят, но прошло практически 5 лет, и до сих пор никто ничего не отменил и нас не услышал. Понять нас никто не хочет, но будем ждать, когда нас пойму.

В.И: Мне рассказывали, что казаки вызвались оказать физическую поддержку в том случае, если дойдет до того, что никель будут разрабатывать. О чем тут идет речь?

В.С: Смотрите, казаки — это коренное население этих мест, где разработки. Казаки — это народ, который тут проживает, и ему не надо откуда-то ехать, объединяться, он тут живет, и казаки будут защищать свою землю. Ниоткуда никто не приедет, они все здесь.

В.И: О какой защите речь идет?

В.С: О любой. На сходе было сказано, что свою землю мы не отдадим любым способом. Хочется, конечно, все решить мирным путем, мы бьемся лбом в стенку, мы пытаемся, чтобы все это было мирным путем. Так высказались казаки на сходе, что землю не отдадим любыми способами.

В.И: Лилия Александровна, вам будет вопрос. Сейчас какие прогнозы можно делать о том, как дальше будут развиваться события?

Л.И: В конце июня, как они заявили на общественном совете, они должны сказать, будут ли они строить ГОК или не будут. Но люди, если брать наш район, они абсолютно все против добычи никеля, и в прокуратуре, и в полиции, и сами работники администрации против, но, к сожалению, очень сильно включился административный ресурс, он проявлялся у нас и раньше. У нас некоторых людей просто уволили с работы за свои высказывания. У нас был уволен Довыденко Владимир, сотрудник заповедника. И сейчас директор заповедника издал такой указ, он запретил своим сотрудникам высказываться по теме никеля вообще. Также у нас местный поэт, Долгопятов Саша, не мог устроиться здесь на работу, он фельдшер. Когда появлялись вакансии, его просто не брали. Он вынужден был уехать отсюда, чтобы найти работу. Люди просто боятся, людям запрещают ходить на митинги. И когда в Елань-Колено мы проводили митинг в 2015 году, администрация пугала и говорила, что кто придет на митинг, мы им пенсии перестанем платить, не привезем дрова и так далее. Там у них глава поселения, как отец родной, со всеми нуждами они идут к нему. И сельские люди этому верят и боятся лишний раз какое-то слово сказать, поэтому они не проявляют возмущения, не проявляют такой активности по поводу того, что вынуждены пить такую радиоактивную воду. И они не до конца понимают опасность этой воды, и администрация этим пользуется. Те колодцы, которые закрывались, были открыты жителями на следующий день. Администрация им сказал, что активистам не верим, что у них политические цели, и они просто хотят сменить власть. Нас тут называют пятой колонной, нас и с Госдепом объединяют, и что мы деньги какие-то получаем, а кто нам должен платить, если мы естественные жители, мы тут живем и просто защищаем себя. В конце июня будет обострение нашего противостояния, и, как сказал Владимир Васильевич, хотелось бы мирного решения. Но если такое решение будет принято, что ГОК, то мы готовы тоже выйти и просто физически защищать свои земли. Мы тоже проводим пикеты, общаемся с людьми. Мы сегодня уведомления подали на 24 июня, но пока еще не согласован митинг. Люди нам говорят, когда будет горячо и остро, говорите нам, мы забудем, где мы работаем. Люди понимают опасность и чем это грозит. А зачем нам сохранять рабочие места, если мы не сохраним здоровье, и будут болеть наши дети. Все прекрасно все понимают, вообще здравомыслие должно победить. А если шире смотреть, то это не проблема Новохоперского района, это весь Черноземный край, все центральное Черноземье они хотят превратить в горнорудное производство, уничтожить черноземы вообще, не будет сельского хозяйства, о какой тогда продовольственной безопасности можно говорить? Я считаю, что это проблема вообще всех жителей страны, а не только тут живущих и рядом расположенных регионов. Я считаю, что все россияне должны серьезно отнестись к этой опасности, потому что если посмотреть географию распространения этих подземных ископаемых, то она уходит во все стороны. Водоносные горизонты идут в сторону Ростова, там очень большая беда, в сторону Павловска, в сторону Тамбовской области, и под Воронежем он найден, и они хотят внедриться к нам, а потом они не остановятся. Это не 30−40 лет, как они говорят, они, конечно, не бросят разрабатывать наши недра. И потом это все будет распространяться по всему центральному Черноземью, а о сельском хозяйстве можно будет забыть вообще.

В.С: Так и хочется сказать, что у нас большой разрыв между народом и чиновниками, просто простыми чинушами, которые просто местные. Чуть-чуть дали ему должность, и он сразу забыл про народ. Вы представляете, что у нас большие чиновники думают? Они вообще про народ не думают, он им и близко не нужен. А как люди, они приходят домой, то у них сразу совсем другое в голове.

В.И: Лилия Александровна, 7 июня в Воронеже проходил пикет, еще один намечен на 24 июня, вот какой протестный потенциал? Судя по фотографиям, если говорить о пикете 7 июня, там было совсем мало участников, там было человек 5. Это показывает, что население уже запугано?

В.С: Нет, пикет — это пикет. А на митинг, я думаю, что соберется много людей, потому что митинг уже должен быть последний перед вынесением решения. Я призываю всех людей, что пускай все придут на этот митинг, пускай покажут недопустимость этого проекта. Я думаю, что людей будет много на митинге, потому что людям он будет не ограничен так, как пикет.

Л.С: Да, первые митинги у нас были многочисленные, потом они пошли немного на спад, но тут нужно сказать, что провокации УГНК, когда арестовали Безыменского, сыграли свою роль, когда было подорвано к нам у людей доверие, с одной стороны. А с другой стороны, события 22 июня, они просто показали, какие методы действенные. После тех событий, когда были сожжены буровые установки, разгромлен лагерь геологов, ведь на 5 месяцев была приостановлена геологическая разведка. И 18 июня, когда они по-новой возобновляли, мы же живой цепью стояли, мы бросались под эти бульдозеры, мы не давали выводить буровые снова на эти поля, но там ОМОН, полиция, нам были административные штрафы выписаны. И геологоразведка была возобновлена, и это совпало с арестом. Когда их арестовали, мы не понимали, что происходит вообще. Тут нам нужно было бы не убирать лагерь казаков, который там стоял. Судя по тем последствиям, которые сейчас уже есть, нужно было в то время проявить активность и не допустить той ситуации, которая уже сложилась, но люди, которые не выходят на пикет, которые, может, просидят и не придут на митинг, это не значит, что они за никель, они тоже все против. Если будет пиковая ситуация и будет горячо, то люди поймут, что назад дороги уже не будет. Я думаю, что тогда выйдут все, потому что все знают, озабочены, все видят. У нас похороны среднего возраста людей, далеко не старых, онкология, сколько у нас болеет. У нас каждый год прибавляется и прибавляется количество таких больных. Люди видят, понимают, я думаю, что сидеть дома и ничего не делать — просто преступление. Если они дождутся добычи и поверят нам, тогда будет уже поздно и ничего нельзя будет исправить. У нас ведь очень опасно, с нами рядом проходит амиакопровод, у нас сейсмическая обстановка очень нестабильна. У нас опасность в 6 баллов оценивают ученые, специалисты ВГУ, при 10 бальной системе отчета. А у нас ведь две атомные станции, это Нововоронежская, Курская. У нас химический завод в Россоши, не дай бог разлом земной коры будет. Нельзя сюда лезть, ведь и строительство ГОКа, и добыча никеля, это подземные взрывные работы. Они очень легко могут спровоцировать эту наведенную сейсмичность от рук человека. А что мы тогда будем делать? Тогда уже будет точка невозврата, поэтому все здравомыслящие люди нас поддерживают и понимают, что этого допустить нельзя.

В.И: И вам еще задам вопрос, который задавала Светлане Кузнецовой. В начале года губернатору Воронежской области был передан список подписей тех, кто против, там более 100 тысяч подписей. И это были подписи против добычи никеля на Хопере, но понятно, что речь также идет о добыче никеля в целом. Правильно я понимаю, что никакого результата нет, потому что от губернатора звучат слова о том, что темы никеля просто нет, что это все раздуто? Вот эти подписи, получается, уходят в никуда?

В.С: Получается, что в никуда. Там 107 тысяч человек подписались, и для губернатора Гордеева это совсем ни о чем.

Л.И: Я говорила, какие слова сказал губернатор, приезжая 15 мая, когда был день города в Борисоглебске. Я зачитаю эту цитату, которую журналисты опубликовали. На пресс-конференции он ответил журналистам по вопросу добычи никеля. Он сказал: «Я и тогда говорил, и сейчас говорю: любые проекты мы будем реализовывать только с людьми. И мы никогда никого не обманывали. И, второе: сейчас вообще ничего не происходит. Просто — вся эта тема заморожена. И все, что там инсинуируют в Сети и в каких-то агитках, это — все на пустом месте. А проще говоря — все это вранье. Поэтому, еще раз заверяю и борисоглебцев, и всех жителей области: любые предложения, которые будут возникать, мы будем обсуждать вместе. Сейчас — темы нет». Когда мы это прочитали, то мы написали ему обращение и задали ему вопросы. Первый вопрос, почему нет официального заявление о замораживании данного проекта? Почему до сих пор стоит база геологов, и никто никуда не уезжает? Если темы нет, почему не распускают общественный совет по контролю по освоению никеля? 19 мая 2017 года он проводил свое очередное заседание, и в планирование своей работы члены данного совета написали список мероприятий по строительству горно-обогатительного комбината. Кроме того, согласно опубликованному объявлению в районной газете, два участка земельных пунктов изымаются в интересах недропользователя. И также мы имеем достоверную информацию о том, что в отдел лицензирования поступила заявка на перевод земель из земель сельскохозяйственного назначения в промышленные земли, чем вызвана такая активность с землями? Эти вопросы волнуют всех жителей области, и давайте обсуждать их вместе. Мы просим губернатора ответить на поставленные вопросы и до конца прояснить ситуацию с проектом добычи никеля, которые, кроме негативных последствий, не несут ничего. Проведенная геологоразведка еще раз доказала отсутствие каких-либо новых безопасных технологий, сложный характер залегания рудных тел и показала большую опасность любого вмешательства в наши недра.

В.И: Давайте своими словами. Вот если подытожить?

Л.И: Вот такое обращение мы написали 17 мая, а ответ пока не получен. Посмотрим, что ответит нам губернатор в связи с заданными вопросами.

В.И: Мы тоже будем следить за развитием событий. Спасибо большое, что нашли время побеседовать с нами. До свидания.

Л.И: До свидания.

В.И: У нас остается время, чтобы побеседовать с еще одним экспертом, и сейчас мы будем разговаривать с Валентиной Бобровой, организатором народного движения против добычи никеля в Черноземье «Зелёная лента». Валентина, здравствуйте.

Валентина Боброва: Здравствуйте.

В.И: Давайте с вами поговорим про последнее высказывание, которое прозвучало от губернатора региона, про то, что темы никеля нет. Что вы можете сказать по этому поводу? Как воспринимаете подобного рода фразы, и как их можно объяснить?

В.Б: Губернатор Алексей Гордеев неоднократно высказывался о том, что этого проекта не будет. И совершенно логично, что на данный момент ему не совсем есть вера у народа, потому что ровно после того, как он это провозгласил, прошла геологоразведка, и все наши народные возмущения, которые были, митинги многотысячные и другие мероприятия были как-то проигнорированы Гордеевым и правительством Воронежской области. И поэтому на данный момент да, он это сказал, что проект заморожен, но даже в СМИ «заморожен» взято в кавычки. Мы совершенно не понимаем, что значит заморожен, и будет ли правительство области прислушиваться к тем людям, которые выходили на митинги и своими действиями голосовали против данного проекта, который считается губительным для нашего края. Поэтому сегодня ситуация такова, что люди продолжают протестовать. Другое дело, что у самого протеста возникли проблемы, кто-то стал уводить в сторону политическую, кто-то маргинальную. И протест понес очень большие потери, в том числе на федеральном уровне. Мы прекрасно понимаем, что федеральным властям сегодня не нужны протесты по регионам, а воронежский протест, я не буду скромничать, а скажу, что более масштабного протеста на экологическую тему в нашей стране еще не было за всю историю. И поэтому эта тема сегодня действительно заморожена. Я думаю, что это до выборов в 2018 году, которые планируются. Сейчас властям не нужны никакие волнения, поэтому губернатор сегодня выполняет не волю народную, а указания федеральной власти. Вот и все, у меня такое мнение. Надо отдать должное тем людям, которые продолжают бороться, продолжают высказывать свое мнение. Мое мнение такое, что нельзя сегодня превращать этот протест в политический инструмент для определенных сил, которые пытаются оседлать этот протест. Это люди, которых называют пятой колонной, и так далее. В этом случае мы теряем народную поддержку, потому что сегодня все понимают, что за этими людьми они не пойдут. И очень важно сегодня сохранить именно такое мнение людей, которое невозможно переформатировать. В Новохоперском районе сейчас мелькает УГНК со своими позитивными проектами, они пытаются сознание людей переформатировать в ту сторону, что добыча никеля ничего страшного не несет. На самом деле, проект носит абсолютно губительный характер на нашу область. Она так и остается аграрной, и мы надеемся, что у людей останется какой-то здравый смысл, потому что на Гордеева никакой надежды абсолютно нет. Он никак не проявил свою волю, хотя от него очень многое зависит сегодня. И если бы он ссылался на мнение людей, опираясь на этот народный протест, заявил бы федеральным властям о том, что этот проект не может быть осуществлен, потому что люди против, я думаю, что тогда он был бы свернут совсем, но мы не можем положиться на губернатора. Более того, сельское хозяйство в области у нас не процветает, но все разговоры о том, что нам надо из-за санкций развивать сельское хозяйство, все это только на словах. Одна надежда на то, что однажды сменится губернатор на хорошего хозяйственника, который будет заботиться об области, который сам будет родом из Воронежской области и сделает так, чтобы область процветала, так как она и должна процветать, потому что это чернозем, это наша кормилица. Я всегда говорила, что это одна из кормилиц нашей страны, загубить которую значит подорвать продовольственную независимость нашей страны. Вот о чем нужно тут говорить. Вот такое мое мнение.

В.И: А вы какие прогнозы можете сейчас строить? Как дальше могут события развиваться?

В.Б: Мой прогноз, что до 2018 года вряд ли что-то будет осуществлено, но это только мое мнение, я не знаю, какие планы у УГНК, но сейчас целесообразно не трогать этот проект и его заморозить. Что будет через год, совершенно неизвестно, я надеюсь, что люди организуются и выйдут на протест по этому поводу, потому что очень важно добиться правового решения этого вопроса, чтобы не скатываться в маргинальщину. Главное, очень грамотно вести политику и сделать упор именно на развитие сельского хозяйства.

В.И: Спасибо всем, кто смог выйти и побеседовать с нами в прямом эфире. Будем следить за развитием событий. Я прощаюсь с вами. До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Не учи отца!

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments