ITunes

Гости программы — группа «Рейкьявик» (г. Москва)

Знакомимся с творчеством группы «Рейкьявик». Слушаем музыку и обсуждаем последние новости. Гость студии: Антон Антонов — бэк-вокал, гитара.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Всем привет, друзья, это программа «Культурная пятница», у микрофона Александра Хворостова. И сегодня мы будем знакомиться с группой «Рейкьявик». У нас на связи Антон Антонов, бэк-вокалист и гитарист группы. Антон, здравствуйте.

Антон Антонов: Все привет.

А.Х.: Давайте начнем со знакомства с вашей группой. Расскажите нам об истории группы, кто сейчас в составе, менялся ли состав.

А.А.: Да, состав менялся. Мы образовались-то в городе Муроме, Владимирская область. Образовались мы в 2007 году. Вернее, группа-то существовала давно, я пришел в нее в 2007 году. Там произошла смена состава, и с августа 2007 мы стали играть уже серьезно. Занимались записью альбома, начали играть концерты. Первый концерт у нас был в Москве. С тех пор как-то все и завертелось.

А.Х.: А кто сейчас в составе группы?

А.А.: Сейчас в составе, естественно, наше все — Антон Луньков, который отвечает за тексты, смысловую нагрузку группы «Рейкьявик», который саму группу придумал. Также Винокуров Максим, барабаны. И играл у нас Дмитриев Константин, бас-гитара до прошлого года. Потом он решил покинуть наш коллектив и сконцентрироваться на собственном проекте. Так что мы пока без басиста. Но у нас будет концерт 19 мая, мы решили собраться и, так сказать, тряхнуть стариной.

А.Х.: А вообще как вы пришли в музыку, почему, сколько лет назад? Откуда это все пошло?

А.А.: С детства, наверное, это все пошло. Всегда меня окружала музыка, всегда я ее слушал. Всегда было интересно, как это происходит. А после того, как появилась первая гитара, было не остановить уже.

А.Х.: То есть вы с детства мечтали стать музыкантом, гитаристом? Или какие-то другие были планы?

А.А.: С выбором профессии в детстве я не помню, как у меня это все складывалось. Да и музыкант — это не основная моя профессия. Работаю-то я сейчас в IT. Музыка — это у меня хобби, где я отдыхаю от основной работы.

А.Х.: А не говорят вам: «Ну Антон, ну это не по-мужски как-то, бренчишь тут в группе», нет? Или все говорят: «Как круто, Антон, ты классный такой, на гитаре играешь в группе такой классной!»?

А.А.: Мнения бывают разные. И те, и эти.

А.Х.: А если говорить о ваших музыкальных пристрастиях, то какие музыканты или группы вас лично вдохновляют?

А.А.: У меня вкусы менялись, наверное, с моим взрослением вместе. Все детство, мама рассказывала, спал я под Pink Floyd хорошо, когда был очень маленький, и под Бетховена. Родители в детстве мой кругозор расширяли. Папа у меня слушал много американской музыки 1950−60-х годов. The Beatles — самые известные в нашей стране. Но там были еще другие коллективы, типа The Hollies и прочие, которые на одной волне были, просто The Beatles были флагманами. Потом, в подростковом возрасте, естественно, я увлекся очень сильно тяжелым роком. Энергия перла, я слушал много тяжелого. И как-то так сложилось, что в музыки у меня главное — чтоб это было сделано качественно и чтоб цепляло. И если эти факторы складываются, мне уже нравится.

А.Х.: А кто сегодня цепляет? Сейчас в плей-листе у вас кто?

А.А.: Открыл в Last. fm свой профиль, посмотрю, что у меня там в ТОПе. Я стараюсь каждый месяц открывать для себя какого-нибудь нового музыканта и плотно слушать в плеере его, пока еду на работу, с работы. Последними треками у меня отмечен Джой Александр. Есть такой молодой джазовый пианист. Это парень из Америки, ему лет 12. Он очень круто играет джазовые стандарты в собственной обработке на рояле. У него замечательная команда музыкантов, с которыми он это делает. Очень рекомендую.

Потом у меня есть Андерсон Пак, это рэпер, сложно его характеризовать одним стилем. Вообще насчет стилей мы как-то не паримся никогда. Музыка у него хорошая, сделана с душой. Он получил в том году Грэмми за этот альбом. Очень классная пластинка.

А.Х.: А что бы вы точно не рекомендовали хотя бы себе?

А.А.: Сложно сказать.

А.Х.: Или вы настолько меломан, что все можете слушать, запойно, постоянно?

А.А.: Нет, запойно не могу. С отечественной музыкой у меня что-то не складывается. Не со всей. Я говорю, главное — чтобы было сделано хорошо, вкусно и качественно. Просто есть у меня, может, психологическая травма, не знаю, с чем связанная, что если оно где-то, с чего-то скопировано, то мне уже не нравится.

А.Х.: А по жизни музыка вам больше мешает или помогает?

А.А.: Иногда приходится выбирать между музыкой и жизнью. Иногда жертвовать музыкой, иногда — жизнью. В общем-то, музыка у меня — такое долгоиграющее хобби. Именно в группе я играю с 2000 года.

А.Х.: То есть музыка — это некий фон жизни, неотъемлемая часть.

А.А.: Да.

А.Х.: Вы сказали, что Антон Луньков у вас пишет тексты. Он к этому ревностно относится, приносит текст, говорит: «Вот текст, будем писать музыку»? Или как это все у вас происходит? Как вообще вы пишете песни, как происходит процесс? Кто занимается аранжировками?

А.А.: Антон приносит текст с какой-то начальной мелодией. Я занимаюсь потом аранжировочным мышлением. И мы в совместной работе стараемся сделать красиво.

А.Х.: Но вы можете внести какие-то коррективы в тексты, в музыку? Или как сказал Луньков, так и будет?

А.А.: Нет, все это обсуждается. Вообще, процесс создания новых песен мне кажется напряженным. Мы постоянно спорим, постоянно отстаиваем свои точки зрения, что вот так должно быть, а не иначе. У нас спорный процесс. Насчет текста — обычно получается хорошо, мне все нравится, и я туда уже и не лезу. Потому что по тексту мне предложить не очень есть, чего. А вот по музыке — я очень ревностно к этому отношусь, настаиваю до победного. Последнюю песню мы уже записали, готовим к выходу наш мини-альбом, он будет из 5 песен. И туда мы записали одну совершенно новую, которую сочинили полгода назад. Называется она «Музыка для преступлений». В эту песню я сделал 3 варианта соло гитарного. А в итоге на запись пошел четвертый вариант, который радикально другой. Обсуждали-обсуждали и дообсуждались до того, что все варианты не подходят, надо что-то новое придумать, совсем другое. И мы прямо в студии, буквально за 15 минут это все дело придумали. А до этого очень долго мучились.

А бывает иногда, звезды сразу так сходятся, что все хорошо.

А.Х.: А кто ваша аудитория? Можно создать некий образ вашего слушателя?

А.А.: К нам иногда заходят очень разные люди. Аудитория наша совершенно разнообразна и непредсказуема. Иногда и не подумаешь, что эти люди могут слушать «Рейкьявик». Молодежь, юная аудитория открывает для себя нашу группу время от времени. Если посмотреть во «ВКонтакте» статистику песни «Привет, друг», то она к постам совершенно разного характера прикрепляется.

Мы не думали об этом так глобально. Наша аудитория, наверное, — молодые люди от 17 до 40.

А.Х.: Знаю, что вы очень много концертируете. Что для вас самое главное на концертах?

А.А.: Самое главное для любого артиста на концертах — чтоб народ пришел.

А.Х.: А бывало так, что пришли — и нет никого?

А.А.: У нас бывало так, что наши ожидания не оправдывались. Но всегда кто-то приходил. Прям совсем чтобы никого не было — ни разу не случалось.

А.Х.: А какой концерт вам больше всего запомнился? И почему?

А.А.: Их несколько было. Самый крупный — концерт в «Лужниках», когда мы играли перед 10-тысячной аудиторией, так нам потом организаторы сказали. Он запомнился тем, что для меня это был первый выход на такую большую сцену. Там реально сцена была, как футбольное поле. Я совершенно не видел людей, кто же там, кто эти люди, которые пришли послушать. Не только нас, конечно, там были и хедлайнеры в виде Елки и других, более известных коллективов.

А другой концерт была в Нижнем Новгороде, в клубе «Фабрика». Там сцена сделана очень интересно. Она находится за барной стойкой. Когда люди стоял в зале, они подходят к барной стойке, а за ней находится сцена. И во время выступления Антон Луньков как-то акробатично запрыгнул на эту стойку. Я думал, что он сейчас там поскользнется. Но он каким-то очень волевым движением, не сбившись в нотах и в ритме совершенно, как-то устоял на этой стойке. Очень врезался мне в память этот момент.

А.Х.: Профессионал с большой буквы. А вообще вам какие ближе концерты — камерные или на огромное количество зрителей?

А.А.: Плох тот музыкант, который не хочет выступать на стадионах, мне кажется. Всякие концерты хороши. Камерные хороши тем, общение с публикой. Стараемся мы время от времени играть такие концерты в небольшом клубе на Арбате, где мы такой интерактив с публикой проводим, они нам шлют записки, мы им отвечаем, какое-то общение. А были концерты, например, в парке Горького, где несколько тысяч человек, хороший звук, и это так забавно все. То есть ты долбишь музыку в них, а они тебе возвращают аплодисментами. Это тоже круто. Все концерты хороши. Главное, чтобы они были хорошими и от души.

А.Х.: Друзья, давайте послушаем творчество группы «Рейкьявик». Итак, песня «Айова». Слушаем.

Антон, если бы вам сказали: «Выбирай любого музыканта мирового масштаба», с кем бы вы хотели выступать на одной площадке?

А.А.: Это сложно. У меня бы был оркестр человек из 50 как минимум. Скажем, больше не выступить с ними, а пообщаться на предмет профессиональных тонкостей, всяких фишечек. Очень мне нравится мышление и образ Джеймса Патрика Пейджа из коллектива «Led Zeppelin». Также из современных я бы с Андерсоном Паком потусил бы хорошенечко, посмотрел бы, как они это все вообще творят. С группой «The Chemical Brothers», мне тоже очень нравится, как они выходят.

А.Х.: Замечательно. Надеюсь, у вас будет такая возможность — поиграть с музыкантами мирового масштаба.

Антон, на нашем радио мы обычно рассказываем о событиях, которые происходят в регионах нашей необъятной родины. И сегодня вам предложу несколько новостей, которые пришли из разных регионов страны. Кстати, вы сами за новостями следите?

А.А.: Новостные ленты читаю, бывает, по дороге на работу.

А.Х.: Из последнего, что читали, что вас потрясло, удивило, зацепило, о чем размышляли, разговаривали?

А.А.: Например, в Германии украли автомат из оставленного на полигоне БТР. Неизвестные граждане проникли на охраняемую территорию и сперли оставленное личное оружие. Это как в одном фильме говорили: «Боец, это залет».

А.Х.: А из регионов нашей страны что-то интересное попадалось?

А.А.: Нет. Такого, что врезалось бы в память, не попадалось.

А.Х.: Тогда предлагаю я вам новости из регионов. В Карелии есть одна деревня, она сейчас имеет статус вымирающей. Всего там осталось 10 домов, и постоянно там проживает только 2 семьи. И один из жителей, владелец двух гостевых домов, решил спасти эту деревню и стал выкладывать каждый день фото в Instagram, фото видов деревни на фоне календаря. Он сказал, что человек будет каждый день просматривать ленту, и волей-неволей его будут цеплять эти виды, заманивать. Таким способом он хочет привлечь больше туристов. Как вам такая затея? Если бы у вас был какой-то проект, который надо было бы развить в интернете, какими бы вы способами это сделали?

А.А.: Все-таки не все пропало в этой деревне, если там есть интернет. Уже хорошо. Можно перенять итальянский опыт. Единственное, в Италии еще и деньги платят. Есть там тоже такая история, мэр этой деревни, тоже вымирающей, предложил туристам по 2 тысяч евро за постоянное проживание. Вопросом заинтересовалось очень много граждан Британии, Америки. Все фрилансеры, которые работают через интернет, им кайф в Италии пожить.

А.Х.: Да, причем деревня в горах, в живописных местах находится, я видела такую новость.

А.А.: Если в Карелии так же нарядно, то можно на этом как-то акцентировать свою пиар-компанию. А как привлечь туда дополнительно людей, даже не знаю. Народ у нас не очень ценит деревенский быт.

А.Х.: А вы сами в деревню поехали бы? Сказали бы: «Антон, да брось ты все — Москва, IT, постоянные пробки, метро туда-сюда».

А.А.: Если бы я поднял денег, как Герман Стерлигов в 90-е, я бы тоже переехал.

А.Х.: Все ясно. В Перми очень интересным способом решили бороться с вандальными надписями на стенах. Не просто закрашивать, а поверх краски еще будут помещать стихи. Причем стихи, прежде всего, пермских поэтов. Вы как относитесь к подобной инициативе?

А.А.: Вот этим ребятам я бы посоветовал завести официальный Instagram-аккаунт, чтобы туда это все постить. Это был бы действительно интересный проект. Не знаю, насколько долго он проживет. Мне кажется, что много инициатив от руководства страны начинаются и потом куда-то съезжают в ноль — то денег нет, то еще чего нет.

А.Х.: А если бы вам представилась возможность разместить по вашей инициативе стихи, может быть, свои — чьи бы вы разместили стихи?

А.А.: Есть у меня любимый поэт. Антон Луньков его зовут. Его бы стихами украсили бы фасады.

А.Х.: А в каком городе хотели бы, чтобы фасады украсились стихотворениями Антона Лунькова?

А.А.: Я мыслю масштабнее, я бы на всю страну эту инициативу раскинул.

А.Х.: Правильно! Страна должна знать своих героев и своих поэтов тоже. Еще одна отличная новость пришла из Северной Осетии. Житель Северной Осетии выиграл в лотерею 20 миллионов рублей. Он участвовал в лотерее «Спорт-лото» и выиграл. Вы играете в подобные игры? Вы вообще азартный человек? Выигрывали что-нибудь когда-нибудь?

А.А.: Я вообще не азартный человек. Но товарищу в Северной Осетии просто очень повезло, вообще молодец! Хорошо зашло, после налогов ему останется так нормально.

А.Х.: Нормально, да. Причем стоимость лотерейного билетика составляет 120 рублей.

А.А.: Лотерея-то работает, оказывается!

А.Х.: В прошлом году еще была новость, что одна женщина в Америке решила доказать своему мужу, который постоянно покупал лотерейные билеты, что это все чушь. Она первый попавшийся лотерейный билет купила на какой-то заправке, пришла к нему. Сказала: «Я купила, он не работает». А она на самом деле очень много денег тогда и выиграла. Вот вы верите в удачу?

А.А.: Я бы на месте мужа сказал: «Ну и чего ты раньше не купила? Столько денег спущено на эту макулатуру». Вообще удача существует. Но просто удача, без какого-то действия вряд ли сработает. Надо сначала подготовить базу, а потом уже применить заклинание удачи. Тогда все получится.

А.Х.: То есть враз, вам кажется, не бывает, надо все-таки поработать, чтобы удача прилетела?

А.А.: Мне кажется, это как с музыкой. Тоже враз ничего не получается. Играть мы учились не сразу, это долгий процесс.

А.Х.: А было такое, что — везет же тебе, Антон! — завидуют люди? Вы удачливый человек?

А.А.: Это надо у людей спросить. Жена говорит, что удачливый. Ну, с женой мне точно повезло, это гарантированный факт. А со всем остальным — да, наверное, везет время от времени. Я стараюсь не налегать.

А.Х.: Правильно. И еще одну новость вам предложу, из области науки. Пятиклассник, учащийся школы № 45 во Владивостоке Марк Диденко создал робота «Степ-1». Он его назвал Степаном. Собрал он его из подручных материалов. Школьника спросили: «Что же умеет делать твой робот?». Школьник сказал: «Он может двигаться, включать вентилятор, подавать конфетку, транслировать музыку».

А.А.: Подавать конфетку — это самый главный его скилл. С вентилятором еще можно разобраться, а за конфетку я бы приобрел такого робота.

Здесь, мне кажется, и нужна поддержка местных властей, дабы направить пытливый ум пятиклассника в правильное русло. Я могу рассказать другую историю — про школьника из Англии, который, из-за того, что родители не очень въезжали в его юношеские проблемы, втайне от них написал одного из самых смертоносных ботов для интернета, с помощью которого очень многие сети были положена.

А.Х.: Отомстить всем решил?

А.А.: Он сделал из этого классный бизнес и заработал за год около 500 тысяч фунтов, столько у него была, когда его осуждали. А родители думали, что он просто играет за компьютером. Нужно не упустить момент и общаться со своими детьми.

А.Х.: А у вас есть дети?

А.А.: Пока нет, но будут.

А.Х.: Вы бы своих детей в каком русле бы развивали — в музыкальном, техническом, математическом?

А.А.: Я буду поддерживать детей во всех их начинаниях, потому что, я считаю, они сами должны выбор свой сделать, попробовать все направления, к которым у них есть интерес. Заставлять заниматься чем-то я бы не хотел их.

А.Х.: То есть нет такой установки, что будет он спортсменом, не дай бог, пойдет в балет? Если у вас родится сын и скажет: «Я хочу, как Николай Цискаридзе, танцевать», не будете против?

А.А.: А почему я должен быть против? Наоборот, я считаю, я должен поддержать его. Потому что все занятия искусством — это очень большой труд. И если он выдержит эти нагрузки… Ведь Цискаридзе не сразу стал танцевать, это же миллионы часов репетиций, сбитые ноги, травмы. Все не так просто. Если он это выдержит, мне кажется, это закалит его характер. Когда ребенок знает, что он хочет от жизни, это, я считаю, круто. Во-первых, родителям уже не надо думать, а нужно просто помочь максимально. Поэтому я будут своих детей поддерживать в их стартапах, скажем так.

А.Х.: А мы будем слушать одну из ваших композиций — «Вулканы». Слушаем.

Антон, я ведь не спросила — а почему «Рейкьявик»?

А.А.: «Дымная бухта» потому что. Музыку нашу не сразу можно понять. С тех пор так и повелось.

Если другая еще история. Все остальные названия, которые были предложены бывшими музыкантами, были не очень приличные. И Антон Луньков решил все взять в свои руки и придумать самому название.

А.Х.: А вы были в Исландии?

А.А.: Не был. Костя, наш бывший бас-гитарист, был. У него даже есть суперфутболка.

А.Х.: Наверное, песня «Вулканы» тоже была навеяна вулканами Исландии?

А.А.: Да. Песню написали в тот момент, когда извергался знаменитый исландский вулкан Эйяфьядлайёкюдль, который прекратил все авиасообщение Европы, половина Европы не летала. Ждали все, пока рассосется этот пепел. И как-то получилось у Антона написать такую очень хорошую песню. А я тогда под впечатлением от концерта «U2» этот риф, который там везде звучит, придумал. Недолго мы над ней думали. Бывает все-таки, когда быстро песня пишется, а когда долго.

А.Х.: Как здорово у вас получается название этого вулкана! Я вот не произнесу. Хорошо, что вы не назвали так песню. Сколько раз вы вообще произносили это слово, чтобы так здорово произнести?

А.А.: Я помню такую историю, мне рассказывала одна журналистка. Она работает на радио. И их главный редактор, когда нужно было освещать новости про вулкан, она собрала всех диджеев и сказала: «Кто первый без ошибок назовет название вулкана, тому я заплачу 500 рублей, прям сходу». Они ходили по редакции, учили. Нам тоже это не сразу удалось. Терпение и труд.

А.Х.: Это точно. Я произносить это название не буду, для меня это очень сложно.

Продолжаем говорить о новостях из регионов. Очень интересная новость пришла из Алтая. Там установили памятник мальчику и суслику. Причем установлен этот монумент был как дань уважения детям войны. Этому зверьку, который действительно помог выжить, в буквально смысле слова, людям. Но самое интересно — то, как выглядит этот памятник. Это босоногий мальчик в алтайской шубе, который держит на руках суслика. Но лицо мальчика не обозначено. По задумке автора, лицо мальчика — это зеркало, в котором каждый может увидеть себя и представить себя в этом образе.

А.А.: А что там делает суслик?

А.Х.: Суслик сидит у него на руках. Сидит мальчик в позе лотоса в местной одежде и держит суслика. Но вместо лица мальчик зеркало якобы. Очень интересный арт-объект. Как вы относитесь к новым арт-объектам? Может, видели где-то интересный памятник, который действительно вас потряс? Чтоб не так впрямую — памятник ложке, и ложка, а что-то интересное.

А.А.: У каждого памятника есть своя история, он же не просто так воздвигнут. Его же поставили для чего-то. И памятник этот, если мне Google не врет, установлен как дань уважения детям войны.

А.Х.: Абсолютно верно, да.

А.А.: Я считаю, такие инициативы вообще не должны обсуждаться нигде. Про эту войну должны помнить, чем больше и дальше, тем лучше. Потому что не дай бог, такой повторится. И спасибо нашим ветеранам за колоссальный подвиг. Что там Европа недовольна, пытается оспорить, а был ли подвиг — пусть идут во всем известном направлении. Я так считаю.

А.Х.: На Эйяфьядлайёкюдль.

А.А.: Лучше в него.

А.Х.: Вы, кстати, принимали участие в шествии 9 мая? Есть «Бессмертный полк».

А.А.: Нет. К сожалению, нет. Не знаю я своих корней, которые принимали участие в боевых действиях.

А.Х.: А парад смотрите?

А.А.: Парад смотрели и на салют мы ездили на Поклонную гору. Очень классно. Я представляю, какая была канонада, когда битва под Москвой была, опять же эти 28 панфиловцев. Если на салюте воздух так в грудь бил, что аж шатало, то что творилось там?

А.Х.: То есть для вас День Победы — это гордость?

А.А.: Да. И напоминание о том, что война — это не есть хорошо.

А.Х.: У нас накануне Дня Победы был достаточно большой эфир, где мы рассуждали, что, возможно, День Победы сейчас пытаются превратить в некий карнавал. Либо формальность, как праздник, либо карнавал, когда люди одеваются в формы, выходят. Это было мнение одной журналистки. Как вы к этому относитесь? Действительно ли сейчас все поставлено на рекламный конвейер, и День Победы в том числе?

А.А.: Я считаю, что люди должны сами для себя понять и осознать, чем для них является этот праздник. И сделать соответствующие выводы. Для кого-то это карнавал — значит, карнавал, видимо. Для меня это совсем не карнавал. Я за других отвечать не хочу.

А.Х.: Если говорить о новостях, они больше не регионального, а федерального масштаба, — у вас нет в семье детей, а вы знаете о том, что один хороший человек предложил ввести новый налог — налог на малодетность? Если у пары сколько-то лет нет детей и не по медицинским показаниям, то собирать с этой пары налог и направлять эти деньги на развитие многодетных семей. Как вам кажется, эта инициатива хороша или плоха?

А.А.: Мне кажется, эта инициатива противоречит самому главному закону нашей страны, Конституции, о правах и свободах каждого человека. Я считаю, что это не очень хорошая инициатива. Так мы рождаемость в стране не поднимем. Нам нужно больше условия создавать для молодых семей, что-то делать с нашим образованием и медициной в более позитивном ключе, чтобы это все было и доступно, и качество было. Когда нет проблем, плодиться и размножаться проще.

А.Х.: А что, по-вашему, поддержало бы многодетные семьи? Если бы вы были умным, богатым и маститым депутатом.

А.А.: Так умным или богатым?

А.Х.: Если бы был такой уникальный человек, который совмещал в себе и ум, и богатство.

А.А.: Первая проблема — это жилье. Вторая — это медицина. Дальше детские сады, образование и т. д. Государству есть над чем работать. Я считаю, они должны этим заниматься. Я тут вообще музыку играю на самом деле.

А.Х.: Ну и правильно. Каждый должен заниматься свои делом. Поэтому мы слушаем очередную композицию группы «Рейкьявик» — «Герда».

Антон, не могу не поделиться замечательным проектом, который называется «Звуки Владивостока». Это некий проект-фильм про Владивосток, в котором главным действующим лицом является сам город. Виды города будут сопровождаться звуками города. Специально приезжал режиссер и по совместительству композитор с Кипра, который придумал вот этот фильм-проект. Как вам кажется, какие звуки характеризуют город?

А.А.: Смотря как рассматривать этот вопрос. С точки зрения индустриальной жизни, это шум города, утреннее метро, ЖД-вокзалы. А если со стороны музыки смотреть, тот тут все сложно. В каждом городе есть масса всевозможных музыкантов.

А.Х.: Если по ассоциациям пойти, Москва с каким музыкальным произведением, с каким звуком ассоциируется?

А.А.: От настроения зависит. Иногда это соль-мажор, иногда это ля-минор. Иногда весело, иногда грустно.

А.Х.: А Муром?

А.А.: В Муроме скоро будет Ночь музеев. К сожалению, в этом году выступить не получится у нас. Обычно мы каждый год там играем. На малой родине сделать большой концерт — это очень приятно. Наверное, это звук веселого концерта.

А.Х.: А какую бы песню вы написали для Мурома? Если бы вам сказали: «Антон, мы хотим сделать визитную карточку для Мурома, напиши нам музыку», какая бы она была? Мажорная, минорная?

А.А.: Естественно, мажорная. Я бы постарался сделать что-то максимально веселое, чтобы было задорно. Муром сейчас стал достаточно цветущим городом. Я надеюсь, что там все хорошо.

А.Х.: А какие бы вы использовали музыкальные инструменты?

А.А.: Сложно сказать. Зависит от музыкальной идеи. Мне пока нечего предложить. Поэтому я бы отталкивался от того, что бы это была за мелодия. А потом делал бы оркестровку для нее.

А.Х.: Под конец программы поделитесь с нами вашими творческими планами.

А.А.: Ближайшие планы — это наш большой электрический концерт в «Китайском летчике JaoDa». 19 мая всех ждем, если кто-то собирается. Если кто-то не собирается, то собирайтесь, пока билеты есть в продаже. Дальше мне вот сейчас пишут насчет концерта, хотят нас позвать во Владимир на 12 июня.

А.Х.: Примите предложение?

А.А.: Нам с ребятами надо посоветоваться, кто там как по возможности. Если сможем, то с удовольствием. Потому что во Владимире мы уже не играли год, а это непростительно. Хочется увидеться с нашей владимирской публикой и порадовать всех большим хорошим концертом.

А.Х.: Антон, спасибо, что вы целый час были с нами, за общение. Мы желаем вам творческих побед, удачи и хорошего настроения.

Заканчиваем мы нашу программу песней «Холода». Всем пока!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Не учи отца!

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments