Премия «Блогер года. Регионы»: как это было

В минувшую среду состоялась шестая по счету церемония вручения премии «Блогер года. Регионы». Подводим итоги премии вместе с одним из ее лауреатов — ярославцем Евгением Ивановым.
Гости программы: Артем Александров — депутат Тамбовской городской думы; Евгений Иванов — блогер (г. Ярославль).

*Техническая расшифровка эфира

Сергей Егоров: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Среда блогера» на радио СОЛЬ, у микрофона Сергей Егоров.

Сегодня темой нашей программы будет прошедшая на прошлой неделе церемония вручения премии «Блогер года. Регионы». Мы сегодня поговорим с героями этой премии, в частности, с одним из призеров. А пока начнем с новостей.

«Газета.ru» пишет о том, как смерть одного из пользователей социальной сети влияет на взаимодействие его друзей. На примере социальной сети Facebook и 15 тысяч групп френдов, в которых умер их центральный участник, специалисты провели соответствующие исследования. «В общей сложности они проанализировали аккаунты более 770 тыс. человек и сравнили полученные результаты с данными, полученными от 30 тыс. групп (более 2 млн человек), в которых никто не умер. Выяснилось, что взаимодействие между людьми, потерявшими общего френда, резко возросло сразу после его смерти, а в последующие месяцы постепенно шло на спад, приближаясь к тому уровню, который был отмечен за два года до смерти. Люди компенсировали утраченные отношения с умершим общением друг с другом». Это краткое содержание исследования.

Еще одна любопытная публикация. Ее в Facebook опубликовал накануне глава предвыборного штаба Алексея Навального Леонид Волков. Самого Алексея Навального тоже можно назвать блогером. Сейчас он ездит по России, открывает штабы в городах. Любопытная статистика от Леонида Волкова: «Открыли 25 штабов.

В среднем на открытие приходит 200−250 волонтеров, так что суммарно лично пообщались уже примерно с 6000 наших активистов. (А Алексей еще и каждому руку пожал и с каждым сфотографировался).

Главная часть каждого открытия — ответы на вопросы.

Из 25 открытий только один вопрос звучал ровно 25 раз, и вы, я уверен, ни за что не угадаете, что это за вопрос.

Но я сохраню интригу:

Больше 10 раз спрашивали:

„Что делать с Крымом?“

„Что делать с Госдумой, как президент Навальный сможет работать с Госдумой, в которой одни единороссы?“.

Больше 15 раз:

„Что делать с Чечней, как справимся с Рамзаном Кадыровым?“

„Не боитесь ли вы, что вас убьют?“

Больше 20 раз:

„Контрактная армия или призывная?“

„Что делать с ЕГЭ, хорошая это идея или плохая?“

„Что будем делать, если не допустят/не зарегистируют, какой у нас план Б?“

„Где взять столько хороших чиновников на замену нынешним/как будем побеждать коррупцию?“.

И единственный вопрос, который задавали ровно 25 раз:

„Что президент Навальный будет делать с РПЦ, ростом ее влияния и вмешательством во все сферы общественной жизни?“.

Даже не знаю, какие из этого можно сделать выводы, но вот такая вот занимательная статистика».

Статистика действительно занимательная. Получается, что в каждом городе Алексея Навального спрашивали о том, что делать с РПЦ.

Кроме того, буквально накануне в сети пользователи Twitter устроили небольшой флешмоб. «Пользователи интернета подняли старый вопрос: возьмут ли человека с татуировками на работу в серьёзную организацию. Дискуссия началась ещё 16 апреля с объявления „Рокетбанка“ в Twitter о собеседовании людей в отдел техподдержки. В ответах один из пользователей поинтересовался, возьмут ли его на работу с пирсингом и татуировками, на что представители банка ответили, что такие украшения будут только плюсом».

Вот такой диалог:

Миша @WinnieTheFuuu: «Жаль, что никаких требований не указано. А если у меня татуировки, лицо в пирсинге и волосы всех цветов радуги?».

Рокетбанк: «Очевидно, что это только плюсы».

«Историю с татуировками у работников банка продолжила одна из сотрудниц „Рокета“, показав рисунки сотрудников отдела маркетинга. Вскоре к флешмобу подключились и другие крупные бренды, показывая татуировки своих сотрудников. Среди них оказались не только банки». Все публиковали фотографии на фоне логотипов этих брендов, фотографии с татуировками и такими комментариями: «Чооо? Кто это не возьмет? Кого это не возьмут???».

«Тема взаимоотношений работодателей и кандидатов с татуировками стала поводом для шуток. В вымышленных диалогах пользователи Twitter снова обыгрывали ситуацию с наймом в банк.

RIP Новости @riarip:

— Вы не берёте меня на работу в банк, потому что у меня татуировки?

— Ну смотрите, что тут у вас написано?

— СЛОН

— Шеф не любит слонов

Сергей Д @sd0107:

— Вы не берёте меня на работу в банк, потому что у меня татуировки?

— Просто не всем клиентам нравятся купола и свастоны.

Сергей Д @sd0107:

— Вы не берёте меня на работу в банк, потому что у меня татуировки?

— А где у вас татуировки?

[Раздевается, показывает свою бабочку на ж*пе]

Brady’s target @pashka_korolev:

Вы не берёте меня на работу в банк, потому что у меня татуировки? Но, зачем же я тогда это?[показывает тату «ВТБ 24 рулит, Сбербанк СОСЁТ"]

министр лени @verschroben_:

— Вы не берёте меня на работу в банк, потому что у меня татуировки?

— У вас не татуировки, а позорные партаки».

В общем, вот такая история, поводы для шуток. Думаю, они будут продолжаться и дальше.

«Вопрос: возьмут ли человека с татуировками на работу в банк или другую серьёзную организацию часто встаёт перед людьми, которые собираются сделать себе татуировки. Этот же аргумент нередко используется для того, чтобы отговорить человека от разукрашивания тела, мол, дорога в солидные компании будет закрыта.

Согласно российскому трудовому кодексу, отказывать в приёме на работу по причинам, не связанным с трудовыми качествами кандидата — нельзя. Однако организации могут самостоятельно вводить дресс-код, из-за нарушения которого можно не допустить к работе человека с пирсингом или тату». Так что если вам отказывают в приеме на работу по причине наличия татуировки, это решение, пожалуй, можно оспаривать в трудовой инспекции.

«Если в России можно из-за татуировки столкнуться с проблемами на работе, то в некоторых странах обладателей рисунков на теле ждут более серьёзные ограничения. Например, в Японии проведённое в 2015 году исследование показало, что обладателям татуировок в большинстве случаев откажут в посещении общественной бани или бассейна, посещать общественные бассейны и сауны, поскольку в стране человек с татуировками однозначно воспринимается как член мафии Якудза». Это уже специфика отдельно взятой страны.

И еще одна новость, которую многие СМИ опубликовали со ссылкой на крымского блогера Александра Горного, который не так давно был у нас в эфире, в регион в этом году приедет на 15−20% меньше туристов, чем в прошлом сезоне. «Горный считает, что россияне откажутся от поездки в Крым из-за падения доходов и решения провести отпуск на даче, укрепления курса рубля и повышения доступности зарубежных курортов, высоких цен на внутреннем рынке и открытия Турции. Для кого-то препятствием станут высокие цены на билеты в Крым, а также сложная навигация по сравнению с Краснодарским краем.

Кроме того, блогер рассказывает о том, что местные власти не проявляют заинтересованности в привлечении туристов. В качестве примера он приводит Коктебель, где местные чиновники игнорируют «разбитые дороги, неосвещенные улицы, разрушающуюся на глазах набережную». Из-за проблем с канализацией новым «символом» поселка блогер называет «какающего мальчика», граффити которого появились на зданиях, тротуарах, заборах и даже центральной площади».

А сейчас предлагаю послушать наш разговор с Артемом Александровым, депутатом Тамбовской городской Думы, который за неделю написал два любопытных и развернутых блога на историческую тему.

С.Е.: Вы написали два больших блога по поводу купеческой династии Асеевых, про ее историю. Для тех, кто не ознакомился, вкратце расскажите, о чем писали.

Артем Александров: В последние годы, особенно в Тамбовской области, активно обсуждается судьба купеческой династии Асеевых. И это не местечковый вопрос, характерный для нашего региона. В принципе Асеевы имели определенное влияние и в других губерниях Российской империи. И здесь мы их рассматриваем как некую лакмусовую бумажку. Пристальный интерес к этой семье был относительно недавно. И в своей статье я рассматриваю не только те хвалебные оды, которые публикуются, проходят некие научные конференции, встречи, говорят, что Асеевы были ярким примером предпринимательства, а Октябрьская революция прервала их успех, они были вынуждены бежать из России, и мы потеряли таких главных сынов Отечества. А я рассмотрел биографию Асеевых, основателей купеческой династии, как во времена царской России, в частности, они сколотили многомиллионное состояние, в том числе на эксплуатации рабочих. Я привожу в своих публикациях архивные документы о том, что работники суконных фабрик работали в начале 20 века до 18 часов в день, какие ужасные штрафные санкции, что заработной платы не хватало, чтобы прокормить семьи, и многие другие моменты. В ответ на это работники предприятия поднимали стачки, забастовки, в течение всего периода это фиксируется именно в царских документах. Это не большевистская пропаганда или советская пропаганда, это факт, который фиксировался на тот момент полицейскими.

Во второй части я рассматриваю судьбу потомков Асеевых в эмиграции. В частности, рассматриваю достаточно нелицеприятную страницу, про которую в нашей области принято замалчивать, об участии Асеевых на стороне коллаборационистов, в том числе так называемого Русского охранного корпуса, где привожу воспоминания самих Асеевых, привожу некоторые документы, связанные с данной темой. Конечно же, были и потомки Асеевых, которые служили советской власти, в годы Великой Отечественной войны защищали нашу страну. Но и Асеевы участвовали против советской власти на стороне фашистской Германии.

Эта дискуссия очень активно сейчас обсуждается в Тамбовской области. В этой связи у меня была первая статья, потом вторая статья в ответ на позицию отдельных историков, так называемых асееведов, которые считают, что это все выдумки, вымысел и притянуто за уши.

С.Е.: Давайте по порядку, начнем с первой публикации, «Обратная сторона жизни семьи Асеевых». Вы пишете, что «Сейчас дворец является одним из культурных центров города, а семья Асеевых преподносится как эталон трудолюбия, предприимчивости и благотворительности. Проходят конференции, встречи, культурные мероприятия, восхваляющие род Асеевых». А чем вызвана такая волна? Я так понимаю, это возникло буквально несколько лет назад. Почему?

А.А.: Это связано, во-первых, с судьбой дворца Асеевых. Несколько лет назад и в федеральных СМИ рассматривался вопрос о дальнейшем использовании данной усадьбы. Были варианты открыть там ресторан, создать музей или отдать под кардиологический санаторий. В конечном итоге решили открыть музей. И уже в дальнейшем отдельные наши политики, историки, они начали детально разбираться именно в судьбе хозяев данной усадьбы, потихонечку разматывать по ниточке их биографию. И это преподносится с той точки зрения, что они такие хорошие, благотворители, а советская власть, которая пришла в 1917 году, виновата в том, что загубила данную династию, они были вынуждены эмигрировать. Это таким образом преподносится. Это не только связано с Асеевыми. Это также связано с Антоновским восстанием, что антоновцы молодцы, что восстали против большевиков. Фактически идет накачивание общественного мнения однобоко.

С.Е.: То есть все это на волне пропагандистской риторики?

А.А.: Во многом да, на волне пропагандистской риторики. Есть определенные последователи, назовем их антисоветчики, и среди исторического сообщества, но есть и те историки, которые объективно рассматривают историю. Почему я занялся этой темой — потому что я общался с историками, которые возмущены такими наглыми фактами попрания биографии — на самом деле они же не были такими белыми и пушистыми. Почему мы ставим их в пример для подражания жителям нашего города и области, будущему поколению? Хотя они не были такими однозначными идеалами.

С.Е.: Вы говорили, что приводите данные архивных документов. Но в то же время, нет конкретных ссылок, что так говорится в книге и т. д. Конкретнее хотелось бы.

А.А.: Это не научная статья, это статья публицистического характера. Все ссылки есть в открытых источниках, в библиотеках. Я привожу отрывок из заявления рабочих фабрики братьев Асеевых губернатору, это, в частности, было взято из книги про первую русскую революцию, которая вышла еще в советское время, в 20−30 годы. Фактически тот архив, который существовал, они перенесли на бумагу и выпустили данный сборник. Если рассматривать другие моменты, допустим, ссылку на позицию о том, что в среде рабочих намечается недовольство из-за низкой заработной платы — этот момент был взят из научной публикации, которая посвящена промышленности начала 20 века в царской России.

Я не стал загружать свою публикацию ссылками. Но у нас уже были некоторые дебаты с моими оппонентами, и по каждому пункту я им привел ссылку, где я взял материал, то есть это не выдумки или мои фантазии.

С.Е.: А оппоненты? Они могут как-то свою позицию доказать?

А.А.: Они приводят с другой стороны. Можно посмотреть и публикации на наших тамбовских сайтах. Они считаю, что, в частности, по эксплуатации — это было характерно в целом для царской России, трудовой день, по заработной плате, что не только Асеевы так себя вели и даже, можно сказать, это оправдывали. Как бы они занимались частично благотворительностью, не все доходы использовались для личного обогащения. А в целом они, конечно же, не могут опровергнуть данный факт. Они пытаются перевести немного в другую плоскость, говорят о том, там было все время, это характерно и для других предпринимателей, Асеевы были ни лучше, ни хуже.

С.Е.: А по какой причины нужно возвращать на землю? Ну восхваляют их, ну и хорошо. Зачем такую работу проводить?

А.А.: Были тоже мне вопросы, зачем ворошить историю. Это связано и с позицией наших тамбовских историков. Мы неоднократно встречались по поводу этой темы, что необходимо провести исследования, подготовить публикацию. Определенные источники они мне тоже посоветовали, где посмотреть. Здесь идет информационная война, можно так ее назвать. Если говорят одну точку зрения, которая не совсем правильная, нас коробит, что история преподносится достаточно однобоко. В этой связи мы предоставляем не альтернативную точку зрения, а другие факты из биографии, в частности, данной семьи. И считаем, что мы на это имеем полное право, потому что мы обязаны объективно рассматривать историю. С ошибками, с недочетами, с успехами. Если мы это делать не будем, то у нас получится, что Асеевы, отдельные их потомки, которые сотрудничали с Русским охранным корпусом, это карательный отряд на территории Югославии, были коллаборационистами, а они у нас становятся героями в РФ, где мы всегда любим говорить о том, что мы против фашизма в любом проявлении. Получается некий диссонанс.

С.Е.: А с точки зрения современных реалий зачем эта историческая дискуссия? Потомки Асеевых сейчас остались? Они как-то участвуют в этом?

А.А.: Потомки Асеевых есть, они проживают преимущественно в Латинской Америке. Они уехали после Второй мировой войны по понятным причинам. Многие коллаборационисты и пособники нацистского режима оказались в Латинской Америке, но это отдельная история. Здесь повторюсь: если одна сторона пытается заниматься накачиванием общественного мнения неправильным образом, проводит научные конференции под определенным углом, восхваляет Антонова, других антисоветчиков, то почему мы должны смотреть на это нейтрально? Лично даже меня это коробит. Я считаю, что необходимо предоставить жителям города и области альтернативную точку зрения, чтобы они посмотрели и сравнили, что было хорошо, а что было плохо. Мы обязаны объективно рассматривать историю. А если мы не знаем своей истории, через некоторое время у нас, может быть, не будет и будущего. Либо мы наступим на те же грабли, которые были. И здесь я также рассматриваю такую актуальную проблему, как русский коллаборационизм во Второй мировой войне. Никто про это особо сейчас не говорит. Говорят о том, что мы победители, мы завоевали победу, хотя больше миллиона советских граждан и эмигрантов служили и были пособниками нашего противник, фашистской Германии. Это исторический факт. И кто знает, как история повернется в будущем, не возникнут ли у нас такие же предательские течения, не произойдет ли искажение восприятия мира. Это я считаю очень важным.

С.Е.: В таком случае, может быть, даже изменится будущее.

А.А.: Изменится восприятие истории и изменится отношение к будущему. Сейчас проходят мероприятия и в образовательных учреждениях, про Асеевых, в частности. А тут есть реальные факты, что они были, во-первых, эксплуататорами, они не брезговали сотрудничать с нашими противниками. То есть мы формируем определенное мнение, что те, которые были нечистоплотными людьми в свое время, не все Асеевы, определенные представители ветви, они сейчас герои. Но это одно и то же, что восхвалять, допустим, русскую освободительную армию Власова. У нас есть такие отдельные представители, которые считают, что они воевали против большевиков, что в этом плохого? Пытаются поставить им памятники. Помните, история в прошлом году, памятная доска Маннергейму в Санкт-Петербурге? По всем данным фактам нужно давать объективную оценку и определенный ответ. Если мы промолчим, то те силы, которые пытаются сформировать искаженную точку зрения, они будут формировать это общественное мнение в свою угоду. И куда они потом повернут это общественное мнение, сложно сказать. Возьмите сейчас Украину. Там есть элемент неофашизма, национализма. И это тоже, в том числе, связано с подготовкой кадров. Я общаюсь с нашими историками, учителями, преподавателями. Они говорят, что основная сейчас проблема — это фактически уничтожение нашего отечественного образования. Это введение, в том числе, ЕГЭ, когда не развивается творческое мышление, а лишь зазубривание. Это сокращение программ по истории, по отечественной истории, в частности. И выходит непонятно что. Следовательно, из тех лиц, которые плохо разбираются в своей истории, ими очень легко манипулировать. А если легко манипулировать, то кто знает, каким образом через некоторое время повернется российская политическая жизнь.

С.Е.: Послушал вас, и возникла мысль о параллельной линии — по поводу личности Иосифа Сталина. Кто-то его оправдывает, кто-то не оправдывает. Что-то есть здесь похожее на историю про династию Асеевых, не находите?

А.А.: В принципе, я отчасти с вами соглашусь. И здесь актуально не только для Иосифа Виссарионовича Сталина как исторического деятеля, государственного деятеля, руководителя страны, но также для Владимира Ильича Ленина. Некоторые считают его кровавым тираном, другие — основателем первого государства рабочих и крестьян. Здесь, повторюсь, хорошо, когда есть несколько точек зрения. Я не против того, чтобы существовала иная точка зрения. Но мы должны в ходе дискуссии, в ходе споров приходить, может быть, не к общему знаменателю, а к объективному рассмотрению исторических процессов. Более того, данная история публикациями не закончится. Я сейчас планирую совместно с историками и совместно с моими оппонентами-асееведами провести некий круглый стол на территории города Тамбова по данному вопросу, по данным историческим фактам, скажем так, чтобы они высказали свою точку зрения, а я выскажу нашу точку зрения. Это будет продолжением некой научной дискуссии, а не накачивание определенной позиции.

С.Е.: Если возвращаться к истории Асеевых, можно ли провести с ней параллели именно в современном мире? Нечто похожее сейчас есть или нет?

А.А.: В принципе, определенные параллели провести можно. Если рассматривать Асеевых как крупных владельцев средств производства, как они относятся к рабочему классу, может быть, не в такой степени, как это было в начале 20 века, когда по 18 часов трудились, но даже у нас в городе Тамбове не редкость пример, когда люди работают 12−14 часов, а получают 15−18 тысяч. Нет социальных гарантий, нет социальных льгот, так называемая серая занятость. Вот откуда складываются данные сверхдоходы, сверхбогатства. Несправедливая шкала налогообложения. Это если в части эксплуатации параллели проводить. А если рассматривать в части отношения к таким понятиям, как Родина, патриотизм, то что тут греха таить, у нас и в политике очень много людей с так называемым двойным дном. Не обязательно сражаться с оружием против своего отечества. Вредительство — это в том числе и коррупция, которая отравила все органы власти, это является вредительством. Это выкачивание ресурсов из нашей страны и т. д. История повторяется. Здесь сложно о конкретных примерах говорить, но в принципе определенные параллели существуют и сейчас.

С.Е.: Артем, спасибо большое, что нашли время, ответили на мои вопросы. Пишите нам еще. До свидания.

А.А.: До свидания.

С.Е.: Идем дальше, еще немного новостей. Итак, «Брянский блогер примерил розги унтер-офицерской вдовы. Критикуя наружную рекламу в городе, Коломейцев сам уродует его неприглядными баннерами». Здесь больше разгромная статья в адрес блогера. «Брянский блогер и предприниматель Александр Коломейцев, в одном из своих интернет-фрик-видео затронул тему обилия в Брянске наружной рекламы, портящей вид многих зданий.

Забота имеющего квартиру в Испании видеоблогера красотами Брянска впечатляет. Конечно, после европейских красот депутату Брянского райсовета неприятны брянские пасторали, изуродованные не самыми высокохудожественными рекламными творениями.

Однако, обличая тех, кто портит визуальную экологию города такими шедеврами, Александр Коломейцев фактически высек и сам себя, прямо как пресловутая унтер-офицерская вдова из русской классики.

Основа бизнеса Александра Коломейцева — несколько торговых центров, которые названы толи в честь детей блогера, толи дети названы в честь торговых центров (сопоставление дат заставляет задуматься над философской дилеммой «курица/яйцо»)». Далее журналисты и критикуют эту самую рекламу, говоря о том, что вроде бы сам критикуешь, но сам и портишь вид. Это, наверное, вечное противостояние, которого в регионах много. Когда я стал заниматься программой «Среда блогера», читать публикации местных СМИ, я сталкивался со множеством подобных публикаций в адрес блогеров. Чем они вызваны, зачастую непонятно.

А сейчас переходим к основной теме нашего эфира. В прошлую среду, 19 апреля в 19:00 были подведены итоги 6 премии «Блогер года. Регионы». Начнем с отдельных номинаций.

  • Новость Года — «Задержание и освобождение главного редактора ТРК «Барс» (Ивановская область).
  • Facebook Года — Роман Ефремов и Алексей Машкевич (Ивановская область).
  • Блог Года — Никитинский Василий (Владимирская область).
  • Микроблог Года — Евгений Рехтер (Ивановская область).
  • Открытие Года — URBAN44 — Индустриальный туризм (Костромская область).
  • Видеоблог Года — Алексей Гареев (Ивановская область).
  • Видеоблог Года — Анна Чайковская (Костромская область).
  • Бизнес-блог Года — Кулинарная студия «Кухня» (Ивановская область).
  • Фитнес-блог Года — Анастасия Бакунина (Ивановская область).
  • Instagram-блог Года — Прохорова Мария (Ивановская область).
  • ТыжМать Года — Марина Смирнова (Ивановская область).
  • Политик Года — Владимир Шарыпов (Ивановская область).
  • Голос гражданского общества — Ирина Мальцева (Ивановская область).
  • Тематический Блог Года — Евгений Иванов (Ярославская область).
  • Вкусный Блог Года — Пронина Марина (Владимирская область).
  • Блогиня Года — Карина Журавлева (Ивановская область).

Среди победителей много известных блогеров, которые входят в топ «Живого журнала». Всего 4 региона были представлены: Иваново, Владимир, Кострома и Ярославль. В следующем году, может быть, расширят организаторы географию. А сейчас предлагаю послушать небольшое интервью. Мы поговорили с одним из победителей премии в номинации «Тематический блог года», с Евгением Ивановым, блогером из Ярославля. Слушаем.

Итак, Евгений, вы стали одним из призеров премии «Блогер года. Регионы» 2016 года. Расскажите нам, тем, кто не был на вручении этой премии, что там происходило, кого награждали, кто все эти люди, знакомы ли они вам и т. д.

Евгений Иванов: Собрались блогеры и не только блогеры, но и люди, которые пришли в «ДудкиБар» отдохнуть, это одно из заведений Иваново, довольно крупный бар. Приехали блогеры и люди, которые просто хотели посмотреть, как это выглядит, премия, потому что в прошлом году и в позапрошлом году это было чисто Иваново, а в этом году они сделали — Кострома, Ярославль и Владимир. Кого-то я знал. Там были представители «Ростелекома», в прошлом где-то сталкивались. Были, конечно, люди, которые мне незнакомы. Но хоть и было очень много номинантов из Ярославской области, что-то из этих премий взял только я один из Ярославля. Остальные — либо Иваново, либо Кострома, либо Владимир. Для меня было неожиданностью.

Атмосфера праздника, приехали люди пообщаться в основном. Я даже для сюжета не особо много смог себе на видео поснимать, фото, конечно, поснимал хорошо, а на видео не особо много, потому что со всеми нужно поговорить, кого-то давно не видел, какие-то обсудить проекты, еще что-то. Довольно крупных блогеров было очень много, за которыми ты следишь, они за тобой смотрят, что у тебя в городе происходит.

Я не ходил, не брал интервью. Но я видел другие сюжеты, что были люди, которые просто пришли посмотреть, кто такие блогеры, кого номинируют. Понятно, что ивановцы по большей части знали ивановских блогеров. Меня, думаю, вряд ли кто-то из рядовых ивановцев знает, я не настолько популярный в Иваново, в Ярославле более популярен. Пришли люди посмотреть, отдохнуть, послушать хорошую музыку.

В прошлом году я собирался поехать, но у меня не получилось. Поэтому я был в первый раз.

С.Е.: А в других каких-то премиях для блогеров вы номинировались, побеждали до этого?

Е.И.: Какие-то крупные премии я сейчас не вспомню, какие-то более мелкие были. Там обычно награждали сертификатами за какие-то конкурсы от «Ростелекома» или от «Дом.ру», от других провайдеров. У нас в Ярославле есть две такие небольшие тусовки, премии, называется «100сорок» одна, а другая — у нас есть книжный магазин «Грифель», и он тоже учреждает свои премии. Ни там, ни там, к сожалению, я ничего не получил. В Иваново меня признали как блогера. Есть, видимо, на то причины, потому что «100сорок» у нас тоже довольно долго проходит, меня там сняли с номинации, потому что люди посчитали, что я уже давно получил «100сорок», потому что я там часто очень бываю. Есть такие заморочки. Но это неважно. Главное, что в Иваново дали премию, все хорошо, куча подарков, очень много книг, около 8 штук подарили, причем все нужные. Там есть и топового ЖЖ-шного блогера книжка, и по маркетингу книжки, и развивающие.

С.Е.: Если верить местным СМИ, вы получили от Фонда развития культуры в Ярославле официальное удостоверение блогера. Это как? В привычном понимании блогер — это неофициальное лицо, просто активный в социальных сетях житель. Что это за официальное удостоверение блогера, какие преимущества оно дает?

Е.И.: По идее блогер — это гражданский журналист. Когда говоришь людям за 50, что ты блогер, они не понимают, кто это такой. А когда ты говоришь, что ты гражданский журналист, у них есть какое-то осознание. По поводу корочек — просто я очень много поддерживаю Фонд развития культуры в плане хождения по мероприятиям, освещения выставок. Я вообще очень много хожу по выставкам, показываю выставки в городе Ярославле. Они сказали: «Давай мы тебе сделаем корочки журналиста?». Я говорю: «Я не журналист, я блогер. Это и фотограф, и видеограф, и редактор, и немножко пишет, это человек, соединяющий в себе много профессий. Хотите мне сделать корочки — напишите «блогер»». Причем это было в качестве шутки. И мы сделали эти корочки в качестве шутки. Почему-то очень многие восприняли это серьезно, хотя, по сути, эти корочки ничего не дают, как журналистские. У нас законы хоть и есть для блогеров, но корочки не работают. Но я никогда на самом деле это не проверял. У меня люди многие спрашивают, видели новости на «Эхо Москвы», в «Комсомольской правде» про эти корочки, спрашивают: «Покажи», чисто показать, повертеть и все. Но как журналист использовать эти корочки — я не использовал. Наверное, и не будут, потому что они просто есть и есть, просто лежат. Нас таких два блогера в Ярославле. И директор ярославского Фонда развития культуры сказал, что эти корочки особо не дают ничего человеку, просто фонд ручается за то, что человек адекватный, пишет адекватные вещи.

С.Е.: Представьтесь тогда нашим радиослушателям именно с точки зрения того, о чем вы пишете. Кроме культурной жизни в городе Ярославле, вы пишете, есть взгляд в историю на ваше странице, например, что на стрелке в Ярославле когда-то стоял самолет. Коротко расскажите, о чем вы пишете, почему «Тематический блог года» — это ваша номинация.

Е.И.: Мне кажется, номинация «Тематический блог года» — это такое обширное понятие, потому что, так как блогеры нужны всем, но их мало, мне приходится заниматься всеми мероприятиями, которые есть. Но я себя позиционирую именно как событийный блогер. Что-то где-то в городе происходит — я стараюсь там быть. Есть люди, которым я заменяю телевизор. Если я где-то был на мероприятии, и там появились фотографии, видеотрансляции, какой-то ролик, то это некая замена телевизора без рекламы. Ко мне подходили, сказали, что «мы не смотрим телевизор, газеты не читаем, мы смотрим только то, что происходит в городе Ярославле и других городах, с твоей страницы». Люди в офлайн подходили, это не придуманная история.

С.Е.: У меня открыто ваше интервью для газеты «Аргументы и факты. Ярославль». Первый вопрос — основные проблемы города и области. И вы перечисляете и малая активность горожан, и дороги, и застройка исторического центра, платные парковки. Многие блогеры решают проблемы с помощью своего блога. Они пишут о проблемах, направляют письма в инстанции, в какой-то момент оно раскручивается, и уже просто на их блоги обращают внимание, власти реагируют на их публикации. Достаточно яркий пример — это Илья Варламов, на чьи публикации по городам очень часто реагируют местные власти. Вы сами занимаетесь подобными вещами? Никогда не хотели о чем-то таком писать?

Е.И.: Это работа через негатив. Я немного по-другому все-таки работаю. Я стараюсь показывать все, что происходит в городе в культурном плане, в плане событий, причем стараюсь абстрагироваться от своего мнения, показывать процесс как он есть. Если ты включил онлайн-трансляцию, она показывает как есть. Если что-то ляпнул, она уже отталкивает, или во «ВКонтакте» написал. Когда я человеку говорю, что я делаю онлайн-трансляцию, он должен понимать, что это увидит много людей, и с этим ему надо будет как-то жить. Я прихожу куда-то на мероприятие, быстро выдаю контент. Журналист пишет текст, а я пишу буквально абзаца два о том, что за событие. И если люди дают добро на онлайн-трансляцию, потому что не все события можно, на какие-то понятно, что люди пришли за деньги, и в качестве раскачки аудитории можно сделать трансляцию 10−15 минут. С приходом онлайн-трансляций во «ВКонтакте», в Facebook и в Instagram подача контента стала для меня проще как для блогера. Мы вчера встречались с американским журналистом, и он сказал, что «вы журналисты». У них немного другой подход, они именно фактами дают информацию. А мне кажется, что журналист у нас должен переваривать информацию, подавать из одного источника, из другого и иногда может выдавать свое мнение. А у нас журналисты обычно пишут только одно мнение с одной стороны. А блогер — довольно свободный человек. Он может идти по дороге, сфотографировать яму и опубликовать ее. А журналист должен узнать, кто отвечает, кто делал, почему не доделал, в каком году дорога ремонтировалась. Мне кажется, вот это журналистика.

С.Е.: Я с вами отчасти соглашусь. Идеально, когда несколько точек зрения, даже про ту же яму можно было бы спросить мнение депутата, мнение обслуживающей компании, показать с разных точек зрения. Действительно, журналистика — это именно факты.

Е.И.: А у нас журналисты обычно берут какую-то одну точку зрения и ее приводят.

С.Е.: А еще иногда журналисты выдают свою точку зрения за единственно верную, и тогда совсем плохо.

Е.И.: У нас в Ярославле иногда бывает как — они берут мою фотографию с мероприятия, переписывают пресс-релиз и выдают информацию. Не знаю, как у вас во Владимире, делают так или нет, я с Василием Никитинским не разговаривал. Но у нас иногда информацию выдают таким образом. Либо они приходят на пресс-конференцию на 10−20 минут, потом досматривают мою трансляцию, сидя дома, попивая чай 1,5−2 часа, а потом выдают информацию. Я не говорю, плохо это или хорошо. Просто есть такой факт. Если Жена пришел, значит, будет трансляция, можно диктофон не включать, все хорошо. Не знаю, как у вас во Владимире.

С.Е.: По секрету скажу, бывает и такое. Ваш последний пост, что вы в «Живом журнале» уже 13,5 лет.

Е.И.: Я сам в шоке, да.

С.Е.: С чего начинался ваш путь как блогера?

Е.И.: Я «Живой журнал» зарегистрировал, потому что мне друг сказал, типа вот, попробуй зарегистрироваться. Он у меня какое-то время лежал в никаком состоянии. Я работал инженером, как блогер, я не представлял себя. Блогер — это хобби, увлечение, потому что работа — это надо ходить, что-то делать и какой-то отчет отдавать. Это все-таки хобби, приносящее удовольствие, иногда денежное, иногда моральное.

Естественно, все начал ЖЖ, потому что платформа была самая первая. 13 лет назад ничего не было. Сейчас если из всех платформ выбирать, самая активная у меня Facebook. «ВКонтакте» и Instagram на втором и третьем. Есть еще «Одноклассники», хорошая платформа. На каждой платформе аудитория ведет себя немного по-разному. Где-то посты пересекаются, где-то не пересекаются. В ЖЖ я довольно редко пишу, у меня там аудитории довольно мало. Есть еще всякие группы, которые помогают именно собирать, какие мероприятия проходят, публиковать фото- и видеоотчеты. У нас есть «Как дела, Ярославль?», это афиша событий. Есть глобальные, большие проекты, которые приносят удовольствие и денежное, и моральное.

С.Е.: А что с проектом «Академия блогеров», о котором вы тоже рассказывали в интервью?

Е.И.: Есть у меня коллега Данила Грибов. Это его идея сделать «Академию блогеров». Он попросил меня быть его помощником, грубо говоря, его партнером. Пока у нас не получается. Мы искали финансирование, подавали на грант, Данила занимается этим. Суть в том, что он меня привлек именно как специалиста, чтобы я людям рассказал, на какие грабли им не наступать, когда они только-только встают на путь блогера. Что им нужно сделать, куда нужно соваться, что не нужно делать, куда можно развиваться. Мы периодически где-то рассказываем о нем. Если бы этот проект удался, я бы мог выбрать какое-то одно направление, допустим, ходить только по выставкам, а не ходить на открытие магазинов и еще что-то. Меня зовут везде, потому что если я пришел, то будет и видео, и аудио, и фото, и все что угодно. Другие блогеры делают либо текст, либо фоточки. В Instagram понятно, что мало кто пишет большие тексты. У нас нет такого человека, который бы делал хорошие фотографии, и у него бы был продвинутый, серьезный, большой блог. Есть фотографы отдельно, они фотографируют. Есть журналисты, которые пишут. И есть 5 человек блогеров. Понятно, что есть люди, которые занимаются чисто дорогами. Не знаю, можно ли назвать их блогерами. Они контролируют именно качество дорог и пишут отчеты, что на какой-то дороге асфальт положили в лужу. Вот это сообщество крутится вокруг дорог, много человек этим занимаются. Они могут куда-то сходить, в правительство, в мэрию. Но в плане того, чтобы что-то обширное захватить… Нет блогера, который бы телекоммуникации освещал, работал с провайдерами. Есть люди, которые где-то иногда тыкаются, потому что их кто-то куда-то прислал или позвал. Но вот направления, чтобы выбрали и шли, такого нет. «Академия блогеров» должна бы помочь создать людей, которые видели бы одно направление, с нашим кураторством, мы бы их подталкивали, показывали, как делать, что нужно и где и как. Иногда просто не хватает рук. Ты снял видео, фото, тебе все надо обработать, ролики сделать. Вы наверняка знаете, что это занимает много времени. Тебе нужно все залить в программу, обработать и загрузить на YouTube. Я в последнее время пытаюсь развить вот эту платформу, она очень тяжелая. Если брать из всех социальных сетей, YouTube тяжелее всего продвигать, потому что другие социальные сети можно более-менее бесплатно сделать, а на YouTube очень сложные требования со звуком, с видео, с монтажом, с аудиторией, со всем.

С.Е.: Вас же никто не обучал блогингу. Зачем рассказывать? Пусть сами учатся. Нет такого?

Е.И.: Вы намекаете, нет ли у меня зависти?

С.Е.: В какой-то степени. И плюс конкуренция, куда без нее.

Е.И.: Если это грамотно выстроить, то нет. Я сотрудничаю с ярославскими блогерами. Когда есть какие-то мероприятия, и меня просят собрать блогеров, я даю контакты. Понятно, что чем популярнее человек становится, есть некий пунктик — а почему меня не позвали? Почему тебя позвали, а ты меня не позвал? Почему ты мне не сказал, что где-то проходит что-то? Есть такие моменты. Многим людям проще сообщать о мероприятии, но они не понимают, что у меня очень большой объем информации, и если я буду всем рассылать… Был момент, я пытался каждую неделю писать, на какие мероприятия буду ходить. Через 2 или 3 раза я понял, что я не могу это делать, потому что есть закрытые мероприятия, которые сказали: «Мы тебя зовем, приходи, но нам нужно постфактум, не надо анонсировать». И таких много очень ситуаций, когда анонсируешь, начинается гундеж, начинается «почему его позвали, а меня не позвали».

А если вернуться к «Академии блогеров», то есть очень много направлений, очень много людей просят как-то помочь. Но в связи с тем, что 24 часа в сутках, и я там один или нас 2−3 человека, мы все не можем все направления закрыть. «Академия блогеров» помогла бы нам развязать руки. Надо отправить три блогера в какое-нибудь путешествие по Ярославской области — мы их отправляем. Если надо наше присутствие, мы можем съездить. Если не надо, они там справятся. «Академия» должна поднять привлекательность Ярославской области, чтобы люди рассказывали о многих мероприятиях, которые проходят, кто-то рассказал о них, а кто-то не рассказал, показать туристическую привлекательность. Можно много всего придумать, если закопаться, было бы желание.

С.Е.: Вы считаете себя конкурентами журналистов?

Е.И.: Это надо спросить у журналистов. Я себя не считаю конкурентом. Я не знаю, как они. Но многим журналистам я помогаю онлайн-трансляциями. Они уходят в редакцию, у них освобождается большое количество времени. Я также не считаю себя конкурентом фотографам, потому что я фотографирую так, как умею, но если брать что-то особо хорошего качества, то понятно, что-то получается, что-то не получается. Но фотографам я тоже не конкурент. У меня своя стезя, своя ниша. Если кто-то хочет в нее зайти, он может попытаться, но это очень тяжело. Со стороны это кажется легко — почему ему все дают, его зовут, он ездит в поездки. Но на самом деле это тяжело очень. Много разговоров. Плюс у меня семья есть, которая говорит: «Ты туда сходил, сюда сходил, а с нами не погулял». Как обычно. Есть люди, которые ходят на работу. И они там расслабляются. А я в выходной стараюсь сидеть дома, потому что-то, что они в выходные ходят на какие-то развлечения, у меня так каждый день проходит. Журналисты-то ходят на работу, их заставили, пошли. А я хожу с энтузиазмом, стараюсь найти что-то интересное. Чем больше ходишь, тем больше тебя замечают. Там и чиновники, и мэрия, и правительство, и обычные люди, и бизнес-сообщество, все там замечают тебя и стараются как-то тебя пригласить. Очень много спрашивают в плане туристических маршрутов. Грубо говоря, иногда я выступаю справочником. Есть «Яндекс», Google, а есть Женя Иванов, который может что-то посоветовать. Логика людей такая: он популярный блогер, он много кого знает, копирайтер нужен, программист, человек, который занимается каким-нибудь узким направлением, или нужно вытащить какого-то директора завода, а он у меня в друзьях, и мы с ним лично знакомы.

С.Е.: Евгений, большое вам спасибо, что нашли время, ответили на мои вопросы. Удачи вам.

Это была программа «Среда блогера» на радио СОЛЬ, у микрофона был Сергей Егоров. Пишите в интернете. Всем пока.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments