ITunes

Кто и почему потерял бизнес и собственность после присоединения Крыма к России?

С 2014 года в Крыму сотни предпринимателей лишились бизнеса. Говорят, у бизнесменов забирают все, что приглянулось, и нередко звучат слова о «рейдерских захватах». Эксперт: Сергей Охотин — региональный руководитель отделения Движения «За права человека» (г. Кемерово).

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Zoom» на радио СОЛЬ, у микрофона Валентина Ивакина.

И тема, которую мы будем обсуждать сегодня, звучит так: «Кто и почему потерял бизнес и собственность после присоединения Крыма к России?». Сегодня нашим собеседником будет Сергей Охотин, региональный руководитель отделения Движения «За права человека» (г. Кемерово). Он контактирует с некоторыми бизнесменами и предпринимателями в Крыму, которые обращаются к нему с жалобами, и он ведет их дела, поэтому он в курсе, что происходит на территории полуострова.

Сергей Владимирович, здравствуйте!

Сергей Охотин: Здравствуйте.

В.И.: Можете обрисовать сначала проблему, которая возникла, — почему люди к вам обращаются за помощью, с чем они столкнулись на практике?

С.О.: Много граждан и предприятий, которые находились в Крыму, остались без собственности, без имущества, без средств ведения бизнеса. Такого имущества было отнято на многие, наверное, десятки и сотни миллиардов рублей, без судебных решений, без какой-либо компенсации.

В.И.: Что значит — отнято? Когда я готовилась к эфиру, нашла информацию, что были приняты законы, которые вступили в силу еще в 2014 году, сразу после присоединения Крыма к России. И тогда же многие юристы забили тревогу, что можно ожидать невероятного передела собственности в Крыму. Собственно, теперь некоторые СМИ пишут о том, что передел собственности идет полным ходом, начался с крупного бизнеса и потихонечку в 2015 году, в 2016 году этот передел собственности дошел и до малого и среднего бизнеса.

С.О.: Я бы не употреблял характеристики «передел», потому что просто имущество было взято, все, что представляло ценность, интерес, вне зависимости от формы собственности, было изъято у граждан и организаций и передано в хозяйственные управления созданных Республикой Крым организаций. По законам я могу вам последовательно рассказать, как все это происходило. Это очень интересно в связи с тем, что это происходило в нашей правовой системе. В дальнейшем не исключено, что такой сценарий может быть применен в любом регионе, в отношении любого лица, в отношении любой организации. Тем более, как вы знаете, с 15 июля 2016 года у нас свидетельства о праве собственности не выдают. Единственным органом, подтверждающим то, что вы владеете тем или иным объектом недвижимости, является выписка. Государство вам сегодня может сказать, что да, вы владеете, согласно этой выписке, а завтра оно скажет, что не владеете. В Крыму, хотя под это была подведена изначально достаточно неплохая законодательная база, в итоге это все вылилось в произвол.

3 года назад Республика Крым стала частью РФ, потому что 18 марта 2014 года подписан договор о принятии в РФ, который 19 марта был признан соответствующим Конституции Конституционным судом, и мы стали единым государством. Уже 30 марта был принят первый, который заслуживает внимания, правовой акт 2014 года постановлением Государственного Совета Республики Крым «О вопросах собственности Республики Крым». Было установлено, что не период перехода Республики Крым в состав РФ все имущество государства Украины и бесхозное имущество учитывается как собственность Республики Крым. Обратите внимание на эти два положения — которое принадлежало государству Украине и было бесхозным, на основании этого правового акта было признано собственностью Республики Крым. Но кроме этих двух положений, 30 июля 2014 года было добавлено еще одно положение, которое включает право собственности на имущество, земельные участки, иные объекты недвижимости, которые указываются в перечне, со дня включения в перечень. Вот эти три правовые категории — имущество, которое принадлежало государству Украине, бесхозное имущество, имущество профсоюзных и иных общественных организаций Украины, которые перестали действовать, с этим понятно. Но перечень. Этот перечень был утвержден изначально, включал несколько положений и не имел какого-либо ограничения. Туда включалось все понравившееся имущество, которое неважно кому и как принадлежало.

В.И.: Понравившееся представителям властей?

С.О.: Да. Он включает буквально несколько сотен позиций, причем каждая позиция, большинство позиций имеют еще десятки подпозиций. То есть тысячи объектов, начиная от крупных земельных участков, целых санаториев, киностудий, заканчивая буквально туалетами, лежаками, АЭЗ, магазинами, то есть все-все, что может быть использовано для предпринимательской деятельности, все попадает в этот перечень.

Следующим правовым актом, который был принят даже немножко раньше, перед утверждением перечня, стал закон Республики Крым «Об особенностях выкупа стратегических объектов Республики Крым». Название хорошее. Значит, если стратегические объекты есть, они, вероятно, должны быть выкуплены, это важно для функционирования территории. Но данным законом теоретически был предусмотрен принудительный выкуп стратегических объектов и устанавливался порядок определения. Одновременно с этим законом и в рамках этого закона вводилось такое понятие, как временная администрация. Повсеместно, причем уже приказами министерства, Совета министров Республики Крым, зачастую приказами ДСБ, то есть закрытыми приказами для служебного пользования, которые назывались «О выкупе имущества для нужд Республики Крым», тоже заголовок «О выкупе», но на самом деле о выкупе никто никакой речи не вел.

На основании данных законов в предприятие вступала временная администрация. Реально уже собственниками предприятие, земля, какие-то объекты не контролировались. Люди приходили, выгоняли директоров, выгоняли бухгалтеров, управленцев, всех, кто получал доступ к документации, ко всем возможностям управления. Для тех граждан, которые пытались защищать себя, куда-то жаловаться, на многих были возбуждены уголовные дела, в том числе и по злоупотреблению полномочиями, чтобы им было уже неудобно защищать свою собственность. И вот эта временная администрация устанавливала такой контроль над большинством предприятий.

В.И.: Но там ведь тоже были определенные правила прописаны. Что мне удалось найти — там ведь прописано: «Изымаются объекты, где возникли обстоятельства угрозы жизни и здоровью населения, экономической безопасности государства, нормального функционирования объектов жизнедеятельности».

С.О.: Вы это смотрите законы 1 уровня. На самом деле, все остальные, более нижележащие проекты, которыми непосредственно руководствовались при отъеме, следовало так: допустим, обоснование. Вообще список предприятий очень большой, пострадало несколько сотен, наверное, только в суды обратились порядка полусотни предприятий, которые пытались пройти судебным путем.

В.И.: Журналисты в 2015 году, ссылаясь на министерство юстиции Украины, говорили, что произведен, по неофициальной информации, такой переход в новую форму собственности на 4 тысячах предприятий. А зарубежные СМИ писали о том, что было изъято недвижимости на 1 миллиард долларов. В 2015 году глава Крыма Сергей Аксенов называл другую цифру, говорил о том, что республике было передано около 250 объектов.

С.О.: 250 объектов на 2015 год, 255 — это тот последний список, который у меня был. 255 позиций. Но из этих 255 есть такие позиции, которые включают по 30−50 наименований. Поэтому количество гораздо больше.

Смотрите, как это укладывалось. В проекте постановления Республики Крым «О вопросах управления собственностью Республики Крым» каким образом это все обосновывалось: включение в состав собственности Республики Крым имущества обусловлено необходимостью его дальнейшего использования для нужд Республики Крым. Как вам такое обоснование, достаточное? Дальше указано: осуществление проекта не потребует выделения дополнительных финансовых средств из бюджета Республики Крым. То есть все эти изъятия были, во-первых, не судебные, во-вторых, произвольные, в-третьих, безвозмездные. Они сопровождались ведением временной администрации. А предприятиям, находящимся в Республике Крым, предлагалось перейти в правовое поле РФ. Им говорили: «Идите регистрируйтесь». На самом деле, некоторым предприятиям даже удавалось зарегистрироваться. Но они в правовом поле просуществовали буквально несколько дней. Есть примеры, когда 11 числа компания зарегистрирована, а 15 она признана ошибочно зарегистрированной. Таким образом, многим даже воспрепятствовали и в судебной защите, потому что говорили: «У вас компания не зарегистрирована, вы перестали существовать, ваше имущество мы просто забираем, до свидания».

В.И.: То есть в суд обратиться невозможно, потому что непонятно, что ты защищаешь, по бумажкам ты никто, правильно я понимаю?

С.О.: Тем не менее, таких откровенных отказов не было, все равно суды разбирали эти случаи, но обязательно ссылались на этот факт, что компания не зарегистрирована. Но и указывали, что все по закону. Исключением был момент, когда уже либо чаша терпения была переполнена, либо настолько эти действия, противоречащие Конституции, вообще режиму собственности, когда можно что угодно взять понравившееся и забрать себе и написать, как в пояснительных записках: есть необходимость дальнейшего использования для нужд. Мне нравится вот, мне необходимо использовать, мне хочется, поэтому я у вас это забираю. И такой момент — включение в перечень является основой для регистрации права. Ни договора, ни продажи, ни судебного решения, просто включили в перечень, зарегистрировали право.

В.И.: А можете привести несколько конкретных примеров? Потому что-то, что мне удалось найти на просторах интернета, там часто звучат такие фразы, как «рейдерский захват». Представители тех бизнес-структур, которые были впоследствии национализированы на территории Крыма, говорят о том, что к ним приходили вооруженные люди в масках и говорили, что «мы здесь администрация, теперь это наше предприятие, что хочешь, то и делай». Даже есть нелепые ситуации. На одном из предприятий пришла новая администрация, деньги теперь перечисляются государству, а работу предприятия осуществляет прежнее руководство, но денег они не видят. При этом они действуют на всей территории Крыма и осуществляют такую деятельность, без которой люди жить не могут, оказывают определенные услуги.

С.О.: Таких случаев вполне достаточно. Поскольку уже все, кто пострадал от такой национализации, тоже не совсем точный термин, но примерно близок, «рейдерский захват» тоже не совсем точно, это действия временной администрации. Это вооруженные люди, которые пришли от Совета министров, от власти Республики Крым и просто взяли контроль над предприятием. Там, где это можно было взять без вооруженных людей, они взяли без вооруженных людей. Там, где можно было ожидать сопротивления, наверняка были вооруженные люди.

В.И.: Вы же ведете несколько дел. Можете хотя бы суть пересказать, о чем известно вам, конкретные дела, с которыми вы работаете?

С.О.: Мы работаем с этими делами в Европейском суде. У нас порядка 5 таких случаев, именно по Крыму, которые связаны с такими спорами. И еще пара дел, которые мы отслеживали больше для практики.

Как это происходило? Вот отъем предприятия «Крымавтотранс». 2 сентября министерством транспорта Республики Крым издается приказ о назначении временной администрации. Предприятие дальше захвачено, действующее руководство отстранено, полномочия переданы временной администрации. Дальше временная администрация занимается все, что считает возможным. В том числе подает налоговую отчетность, что противоречит и уставу, и остальным положениям. Эти действия обжалуются. Администрация инициирует в отношении руководства уголовное дело в дальнейшем по искусственным, выдуманным основаниям. А дальше уже идет изъятие автопарка и всего остального. Параллельно предприятие создается с похожим названием, но если это было публичное либо частное общество, то сейчас создается государственное предприятие, которое имеет такое же или почти такое же название. И в дальнейшем на его баланс переводятся все вот эти объекты собственности, недвижимости, другие, представляющие ценность, моменты.

Я хочу дальше рассказать о том, как люди защищали себя. В арбитражных судах понятно, что на территории Республики Крым все проиграли. Но когда пришли уже в центральный административный округ, определенную надежду вызвало постановление, которое вынесла кассационная инстанция арбитражного суда центрального округа 24 ноября 2015 года. Суд действительно признал данные поднормативные правовые акты, по которым изымалась собственность, незаконными. И были надежды, что это будет, может быть, поворотным моментом, что государство все-таки примет разумные меры, возможности договориться, возможности как-то компенсировать либо сделать отъем имущества не столь всеобъемлющим, а хотя бы в тех рамках, которые были приняты изначально, которые действительно были целесообразны для обеспечения безопасности жизнедеятельности, а не просто все подряд. Но, к сожалению, позиция эта не получила своего распространения. Был инициирован пересмотр в Верховном суде. Но до пересмотра 10 марта 2016 года по вот этой позиции высказался Конституционный суд. Можно поблагодарить и приветствовать такой самоотверженный шаг судьи Казанцева Сергея Михайловича, который высказал отдельное мнение. То есть не просто есть постановление Конституционного суда от 10 марта 2016 года, но и с отдельным мнением судьи Казанцева, который действительно указывает, что глобальным образом нарушен режим права собственности. Согласно Конституции, никто не может быть лишен своего имущества иначе как по решению суда. А принудительное отчуждение у нас возможно только при условии предварительного возмещения.

И после уже вот этого решения Конституционного суда 1 июля 2016 года уже Верховный суд отменил ранее существовавшее постановление суда Калуги. Можно сказать, на этом национальные средства правовой защиты, все, чего можно было добиться, были исчерпаны. Правда, после этого, еще в декабре у нас появился закон. Потому что речь шла о возмездном изъятии, о выкупе, хотя нигде это не регулировалось. Был принят закон 28 декабря 2016 года Государственным Советом Республики Крым «Об особенностях регулирования в Республике Крым отдельных имущественных отношений». Этот закон сейчас регулирует вопросы компенсации.

В.И.: То есть появилась надежда, что кому-то что-то выплатят?

С.О.: Скорее всего, нет, потому что формально законы лишь являются таким фиговым листком, который формально что-то прикрывает. Формально закон состоит из исключений. Сразу же в статье 2 закона указывается, что действия настоящего закона не распространяются на имущество, принадлежащее на праве собственности до включения в перечень, и указывается, что организациям, которые оказывали коммунальные услуги, услуги по обеспечению жизнедеятельности, которые имеют значение для транспортного обеспечения, которые обеспечивали достаточность в количественном отношении, безопасность пищи, продовольственной системы, кредитным учреждениям, то есть большинство организаций сразу же этот закон вычеркивает, тех, кто может иметь какую-то компенсацию. Много закон содержит ограничивающих моментов, даже по подаче документов, по срокам. Но компенсацию назначает, оценку делает зависимая оценочная компания, сам Совет министров поручает, кто и как это оценит. Потом из стоимости имущества они вычитают фактические затраты на внешнее управление, на содержание, связанные с сохранением имущества, связанные с задолженностями заявителя. Фактически 2,5−3 года на сегодняшний день уже пользуются имуществом вот эти предприятия. И все их расходы будут повешены на заявителей, это будет посчитано как затраты на хозяйственное ведение, оперативное управление и прочее. За вычетом вот этих затрат. Дальше остается возможность Совету министров принять решение об отказе либо о выплате компенсации. И далее компенсация будет выплачена в срок от 1 до 10 лет. То есть фактически компенсация, не как она у нас законом и международными правилами предусмотрена в случае изъятия, потому что само изъятие — это исключительный момент, когда очень важно и очень обосновано, а не потому что кому-то захотелось. Хорошо, пускай важно, пускай обосновано, пускай имеет общественное значение. Тогда должна быть компенсация. Причем компенсация должны быть предварительная. А не обусловленная кучей исключений, которая через 10 лет состоится.

В.И.: Вы в начале программы сказали, что-то, что сейчас происходит на территории Крыма, может быть применено и на других территориях России. Если говорить о других территориях, то какие есть угрозы?

С.О.: По защите таких положений, таких подзаконных актов, на основании которых произошел отъем, имеется решение Конституционного суда, решения высших судов, которыми данные меры признаны якобы законными и соответствующими Конституции. Пока еще нет у нас решения Европейского суда по этому вопросу. И это может быть применено в отношении буквально любого объекта недвижимости. В один прекрасный момент гражданину или организации скажут, что «ваш объект больше не ваш объект, он кому-то понравился, он включен в какой-то акт, нам нужно что-то оптимизировать. Вопрос компенсации — будет когда-нибудь. Через 10 лет вам выплатят что-то, за вычетом тех расходов, которые мы понесли по изъятию имущества». Причем оценку будет давать заинтересованное лицо, как оценку стоимости имущества, так и оценку понесенных расходов. И не факт, что по результатам этой оценки такой гражданин или организация не останутся должны.

В.И.: Вы сказали, что несколько дел находятся на рассмотрении в Европейском суде. Если там будет принято положительное для бизнесменов решение, то каковы перспективы?

С.О.: Есть стандартный механизм реализации решений Европейского суда. Только бюджетных средств под это изначально же не предусматривалось. Был предусмотрен отъем имущества, и везде писалось, что для нашего законодателя очень важно, чтобы никакой финансовой нагрузки бюджет не нес. Поэтому если это будет крупное решение по деньгам и если государство не предпримет каких-то реальных мер по регулированию этой ситуации, то оно будет сложновыполнимо, но обязательно к выполнению. Потому что в данном случае очень сильно нарушены конституционные права, очень сильно нарушен режим собственности был. Если убрать эмоции, посмотреть, как все было сделано, первые 3 закона в принципе соответствовали Конституции, а дальнейшие поднормативные акты, на основании которых это было реализовано, по мнению одного из судей Конституционного суда, это не конституционные действия были.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами.

С нами на связи был Сергей Охотин, региональный руководитель отделения Движения «За права человека» (г. Кемерово).

Это была программа «Zoom» на радио СОЛЬ, у микрофона была Валентина Ивакина. Прощаюсь с вами.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Теги: Крым, бизнес
Не учи отца!

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments