ITunes

Книжный кризис: нужны ли библиотеки современной России

Эксперты прогнозируют закрытие в ближайшее время свыше 100 библиотек в Алтайском крае. Какое будущее ждет российские библиотеки? Проиграют ли они войну за читателя электронным книгам? Эксперты: Максим Мошков — основатель электронной библиотеки Lib.ru; Николай Солодников — замдиректора библиотеки им.Маяковского (г.Санкт-Петербург), идеолог проекта «Открытая библиотека»; Татьяна Петрова — директор государственной детской библиотеки им.Лиханова (г.Белгород).

*Техническая расшифровка эфира

Сергей Егоров: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ, у микрофона Сергей Егоров.

«После пересмотра нормативов по обеспеченности населения культурными объектами в Алтайском крае может начаться массовое закрытие библиотек. Больше сотни библиотек, в первую очередь сельских, могут ликвидировать в Алтайском крае. К такому выводу пришли эксперты после введения российским правительством нового норматива по обеспеченности культурными учреждениями. Он определяет только их минимальное количество, а значит, в условиях дефицита бюджета власти в городах и районах могут экономить на „лишних“ музеях и библиотеках.

За последние 10 лет в регионе ликвидировали уже больше сотни библиотек. В селах их сливают с другими культурными учреждениями и дополнительно нагружают сотрудников. „Мы наблюдаем сокращение уже тысяч работников, в том числе и работников библиотечной системы. Их переводят на 0,5, на 0,25, на 0,75 ставки. При этом положительного выхлопа в результате оптимизации не наблюдается“, -- заявляет председатель алтайского отделения российского профсоюза работников культуры Лариса Зорина».

Еще одна новость, которая послужила поводом для нашей программы, это слухи о возможном объединении двух крупных библиотек — Российской национальной библиотеки в Петербурге и Российской государственной библиотеки в Москве. Сегодня поговорим о вечной теме в условиях интернета — а нужны ли современной России библиотеки, каково их будущее, тех самых классических библиотек, к которым мы привыкли.

Сейчас на связи со студией радио СОЛЬ Максим Мошков, основатель электронной библиотеки Lib.ru. Максим Евгеньевич, здравствуйте!

Максим Мошков: Добрый день.

С.Е.: Насколько сейчас электронные библиотеки заменили классические библиотеки, и какое будущее, на ваш взгляд, у этих классических библиотек?

М.М.: Надо по людям смотреть. Есть люди, которые до сих пор ходят в бумажные библиотеки, ходили и будут ходить. Для них ничего не изменилось. Есть люди, которые, наоборот, с бумажными библиотеками и с бумажными книжками больше дела не имеют. Они ходят в интернет за книжками, берут их в библиотеках или покупают и читают на электронных устройствах. Если мы поделим людей на два эти класса, то они довольно слабо пересекаются. Те, кто попробовал удобство электронной книжки, им бумажные книжки как-то не очень уже интересны. Многие наоборот. Те, кто не могут себя заставить пользоваться компьютером или мобильником для чтения, им это бестолку. Для каждых надо говорить и смотреть отдельно.

С.Е.: По вашим наблюдениям, как изменяются пропорции? 50/50 или одних больше, других меньше? И за последнее время как это меняется?

М.М.: Зайдите в любой вагон метро или электрички вечером, когда люди домой возвращаются. У скольких из них в руках газета или книжка бумажная и у скольких — мобильник? Вот прикиньте. По моим ощущениям, бумажные книжки читают, но 1:3, по крайней мере, в Москве. Это с одной стороны. А с другой стороны, те, кто сидят с мобильными, 80% в этих мобильниках чатятся или играют, а не книжки читают. Так что их тоже поделите, и останется сухой выхлоп. Так что надо бороться не с теми, кого больше или меньше, бумажных или электронных, а с тем, что и то, и другое количество читателей у нас уменьшается. Читателей бумажных книг становится меньше, потому что старички умирают, а электронных не становится больше, потому что дети наши читают достаточно мало, не все и редко кто. Так что количество читателей уменьшается, вот и все.

С.Е.: А сколько людей, которые сидят в метро с книжками, взяли эти книги в библиотеке, а не купили на вокзале и т. д.

М.М.: Поделите еще в несколько раз. Количество потребителей бумажной классической библиотеки, безусловно, сокращается. Число читателей сократилось. Часть активных читателей перешла в электронную форму. А те, кто остались, в эти бумажные библиотеки ходят до сих пор. Но я вот на своей памяти в детстве, в школе и университете в библиотеку ходил минимум 5 раз в неделю, буквально каждый день заглядывал. А сейчас, наверное, трижды за десятилетие или там 1,5 раза в год могу зайти. Но не для того, чтобы там книжку взять, это мне в голову уже не приходит, а чтобы с людьми пообщаться, которые в этих библиотеках работают. Только ради этого.

С.Е.: В итоге можно сказать, что электронные книги, интернет вытеснили библиотеки, и библиотеки — это старая культура, они постепенно отмирают как явление?

М.М.: Может быть, вы хотите услышать от меня индульгенцию, что бумажные библиотеки не нужны, устарели, их надо закрыть к чертовой бабушке. И этим я тоже не могу согласиться. С одной стороны, туда народу почти не ходит, и от этого страдают как раз мелкие библиотеки, районные какие-нибудь, поселковые. Раньше туда заходило 15 человек в день, а сейчас полтора. В них действительно сидят библиотекари с зарплатой 4 тысячи рублей в месяц, на нищенские деньги живут, туда не ходят читатели. Вот эти библиотеки, никуда не денешься, они просто отмирают по факту, если библиотека во что-нибудь умное не переквалифицируется хоть как-нибудь. Там и работать некому, и обслуживать некого.

С другой стороны, электронная книжка, конечно, хороша. Но пока с бумаги у нас 50 млн книг, а в электронной форме 100 тысяч книг, нельзя отказываться от бумажной библиотеки. Иначе мы просто эти книги сожжем, как сожгли при пожаре, если помните, нашу библиотеку на Профсоюзной, и останемся вообще без культуры. Поэтому библиотеки нужны. А вообще, конечно, надо озадачиваться и переводить бумажные фонды в электронную форму. Но с этой возможностью у нас очень активно борется наше любимое государство и наши думаки, которые принимают законодательство, которые блокируют и делают невозможной эту оцифровку. Об этом надо думать в одной из первых голов. Как-то видоизменить законодательство, чтобы оцифровка книг все-таки для нашего государства и для наших жителей была возможна, не являлась нарушением законодательства.

С.Е.: А какими нормами она сейчас регулируется так, что она практически сейчас невозможна?

М.М.: Она регулируется нашими довольно идиотскими нормами закона об авторском праве или нынешних его реинкарнациях. По этим нормам технически невозможно без нарушения прав, по-честному, нормально оцифровать практически ничего. Практически ничего и не оцифровывается.

С.Е.: У меня перед глазами результаты некоторых опросов, которые я нашел в интернете. Показывается, что аудитории библиотек сегодня на долю Москвы и Петербурга приходится 11%, других больших городов 17%, средних городов 18%, наибольшая доля — это как раз малые города 30% и села 24%. Если брать в пример Алтайский край, получается, с одной стороны, для малых городов и сел библиотеки остаются актуальным явлением. Но при этом власти в первую очередь экономят именно на сельских библиотеках. Может быть, стоит как-то по-другому к этому вопросу подходить? Если для села и малых городов это актуально, зачем там закрывать?

М.М.: Я не знаю, чем руководствуются руководители. Но я так понимаю, что существуют какие-то норма/часы или норма/состояния. В учреждении должно быть какое-то количество людей, которые туда ходят. Если в учреждение приходят 1,5 человека в день, это учреждение поддерживать глупо, невыгодно и вообще расточительно, с точки зрения государства. Если бы ходило человек 20 хотя бы, был бы другой разговор. Возможно, что они ссылаются на эти вещи. А насчет цифр 30%, 17% и 18% потребителей библиотек — в них какое-то лукавство я улавливают. Что-то я не верю. У нас людей, которые просто читают книжки хоть в какой-то форме в несколько раз меньше. По крайней мере, по моим ощущениям. В общем, я не знаю, что тут делать. Но факт остается фактом — чтение скукоживается, и учреждения культуры, которые его обслуживают, теряя посетителей, тоже закрываются. А дальше возникает замкнутый круг: меньше библиотек — меньше читателей — меньше библиотек. И все это стагнирует и замирает. И только интернет немного помогает нам. Да и тот душат и давят. Так что живем тяжело и в интересное время.

С.Е.: Вы наверняка общаетесь с писателями, как они реагируют? Они, наверное, тоже привыкли издавать свои книги в бумажном формате. Но в то же время существует огромное количество сайтов, где книги продаются именно в электронном формате, то есть изначально электронная книга. Как с пониманием такого явления, как электронная книга, в писательской среде? И как бы вы оценили культуру электронной книги в России, насколько люди ее воспринимают?

М.М.: Сейчас у нас интересный период, когда писательство как класс разочаровалось, разуверилось в бумажной книге. Потому что книгу, которая сейчас печатается на бумаге, печатают средним тиражом 1,5−3 тысяч экземпляров. Это абсолютно никакой тираж. Ни заработать на нем, ни славы добиться невозможно. Любой начинающий писатель написал книгу, а дальше ее издадут тиражом 3 тысячи, заплатят за нее ему 10 тысяч рублей, которые можно заработать за один рабочий день просто, а не занимаясь писанием книги в течение месяца. Получается, что бумага не кормит почти никого. Так что ощущение, что молодой начинающий писатель, которому может быть от 16 до 60 лет, сейчас в бумаге разуверен почти полностью, за исключением нескольких мэтров, у которых до сих пор неплохие тиражи. И все с надеждой смотрят на интернет. В принципе, в интернете сейчас торговля книжками затеплилась, и в общем даже каким-то образом живет. Я знаю несколько десятков человек, которые, торгуя своими книжками в электронной форме, зарабатывают, например, 1,5 зарплаты сельского библиотекаря, а может быть, даже три, если особенно бойкий, продвинутый писатель. Жить на эти деньги я бы не смог, но не все живут, как я, с 4 детьми. Кому-то хватит и существенно меньшей суммы. Так что электронная торговля — часть нашего электронного будущего, с этим надо смириться, готовиться и переходить прямо сейчас. А лучше еще года три назад.

С.Е.: А как библиотекам тогда быть? Им тоже нужно как-то осваивать эти электронные книги? Предлагать посетителям тоже такие варианты?

М.М.: Свежих книг, условно говоря, 10 тысяч в год пишется. Они продаются и вполне покупаются. В бумажной или электронной форме, это разговор отдельный. Но у нас есть огромные пласты изданной невостребованной литературы, миллионы томов, миллионы наименований. Эти книги уже никто не читает, в электронной форме их нет, в магазинах их нет, в библиотеках они лежат только в крупных, их просто не существует. Библиотеки могли бы заняться оцифровкой вот этого огромного нашего культурного достоинства, начиная с 19 века, начала 20 века и современности тоже. Огромные массивы, надо брать, поднимать и цифровать. Этим вполне могли бы заняться те же самые библиотекари, им же все равно делать нечего, сидят там, обслуживают 1,5 читателя в день. Остальное время могли бы книжки цифровать, мне так кажется.

С.Е.: В итоге какое будущее вы видите для классических библиотек? Скажем, 2050 год — как будет выглядеть библиотека в России или к тому времени их вообще уже не будет?

М.М.: Начнем с 1 пункта. Будущее бумажной книги предрешено. Ее в будущем не существует. Она может быть где-то в музее, на полках, в каких-то коллекциях и т. д. Но как массовое явление культуры, она прекращает существование прямо у нас на глазах. Собственно, единственный шанс у этой бумажной книжки, которая сейчас существует у нас, — это быть оцифрованной и сохраниться для дальнейших поколений хотя бы в электронной форме. Если мы их не будет цифровать, то все равно книжка будет электронная. Но вот в будущем будут книжки, которые написаны сейчас в электронной форме, а те, которые были написаны раньше, просто от нас отрежутся, станут недоступны совсем. А бумажным библиотекам места не остается в любом случае. Но у них есть хотя бы возможность сберечь нашу старую культуру, оцифровать то, что было. Библиотеки все равно исчезнут, их все равно не станет. Но перед смертью им надо сделать хоть что-то полезное для наших потомков — оцифровать нашу старую литературу.

С.Е.: Немного пессимистичное будущее.

М.М.: А чего тут пессимистичного? Все будем жить, все будет хорошо и замечательно. Но бумажной книги в этой жизни уже не будет.

С.Е.: Это немного грустно, потому что даже сейчас ощущение от того, что ты листаешь бумажную книгу, от перелистывания страниц просто хотя бы иногда хочется получать.

М.М.: Возьмите с полки томик, пошелестите страницами, понюхайте эту бумагу. Это же никто не мешает, даже читая электронную книжку.

С.Е.: Максим Евгеньевич, спасибо большое, что ответили на мои вопросы и высказали свое мнение.

На связи со студией радио СОЛЬ был Максим Мошков, основатель электронной библиотеки Lib.ru. Немного пессимистическое будущее он предрек российским библиотекам и печатным книгам. А сейчас мы попробуем, собственно, у работников библиотечной сферы узнать о том, как они сами видят будущее библиотек. На связи со студией Николай Солодников, бывший замдиректора библиотеки им. Маяковского (г.Санкт-Петербург), идеолог проекта «Открытая библиотека».

Николай Солодников: Добрый день.

С.Е.: Каким вы видите будущее библиотек? Предыдущий спикер Максим Мошков говорил о том, что в ближайшем будущем библиотеки просто исчезнут, и перед своей смертью им бы неплохо заняться оцифровкой бумажных книг.

Н.С.: Я думаю, что не исчезнут. Если внимательно посмотреть на то, что сейчас происходит в книжном деле, в книжном мире, то это тренд восходящий. Издательская деятельность, деятельность книжных магазинов обрела новое дыхание. То, что происходит в детской литературе, в нон-фикшн-литературе, в разных других жанрах — это настоящий бум, это новая жизнь. Каждый день тиражи, качество изданий растут. Поэтому говорить о том, что история бумаги, бумажных книг закончилась, — это опрометчиво, на мой взгляд, и недальновидно. Я думаю, что в связи с этим, если делать простые выводы, то говорить о том, что библиотеки в старом виде, в котором мы к ним привыкли, себя изжили, пережили, и они умрут, тоже недальновидно. Потому что библиотечное дело, библиотечная жизнь не заканчивается в Москве или Петербурге или в городах-миллионниках. Россия — это огромная страна, в которой работают десятки тысяч библиотек, и по-прежнему в маленьких поселках, деревнях, селах, районах детская библиотека, юношеская, взрослая, в том числе, зачастую являются единственными каналами связи с внешним миром, с миром, который недоступен для жителей этих местечек.

С.Е.: Тем не менее, есть пример, Алтайский край. За последние 10 лет в регионе ликвидировали уже больше сотни библиотек, будут еще закрываться, в ближайший год по прогнозам еще сотня закроется.

Н.С.: Я думаю, что это связано с преступной какой-то деятельностью, халатностью чиновников, которые отвечают за культуру на Алтае. Потому что допустить процесс закрытия библиотек, особенно в маленьких городах — это абсолютно преступная деятельность перед собственным народом. Я думаю, такие вещи должны очень жестко наказываться, и инициироваться эти наказания должны федеральными властями, без сомнения, потому что, так или иначе, за все, что связано с культурой в стране, отвечает Министерство культуры. Оно должно резко и четко реагировать на подобные вещи.

С.Е.: Как правило, ликвидация и сокращение библиотек происходит за счет так называемой реорганизации. Буквально накануне в ТАСС была пресс-конференция, где обсуждался, в том числе, вопрос о слиянии Ленинской библиотеки и «Публички» в Санкт-Петербурге.

Н.С.: Слияние в данном случае — это не уничтожение, конечно. Здесь не надо ничего преувеличивать, физически не исчезнет ни одна, ни другая библиотека. Все здания, которые сегодня используются библиотеками, останутся библиотечными, там везде будет идти библиотечная работа. Я так понимаю, речь все-таки идет об объединении усилий в некоторых направлениях, связанных, в том числе, с общедоступностью бумажного фонда и электронного фонда, в первую очередь, с тем, чтобы у людей была возможность по одному читательскому билету посещать и одну, и вторую библиотеку, хотя во всех главных европейских столицах посещение главных библиотек страны общедоступное. Например, в Хельсинки никто от вас не потребует никакого читательского билета, вы можете просто с улицы зайти и воспользоваться всем, чем хотите. То же самое в какой-то степени происходит в Латвийской национальной библиотеке. Там разная степень открытости. С этой точки зрения наши главные библиотеки сегодня закрыты, если сравнивать с европейскими. Но если объединение усилий для того, чтобы приоткрыться для жителей страны, то почему бы это и не сделать. Уничтожаться ни одна, ни другая точно не будут. Вопрос, связанный с бумажными книгами в одной и другой библиотеке, о том, что не надо дублировать одно издание в национальную и государственную библиотеку — это надо обсуждать, потому что, действительно, фонды огромные и место они занимают гигантское, количество изданий с каждым днем растет. Это точно вопрос для обсуждения профессионального библиотечного сообщества и вообще культурного сообщества. Надо говорить, надо обсуждать.

С.Е.: По личным наблюдениям — в последнее время аудитория библиотек стала меньше, как-то изменилась?

Н.С.: Да, без сомнения, она стала меньше в крупных городах. Я все-таки утверждаю, что для маленьких районных центров, для деревень библиотека — это единственный источник культурной жизни зачастую, и люди туда как ходили, так и ходят. А то, что меньше стали ходить в Москве, в Питере, в Екатеринбурге и молодежи стало меньше — без сомнения. Но еще раз повторяю, книжный тренд — тренд восходящий. Люди вернутся. Другое дело, что библиотекам, конечно, необходимо извлечь какие-то выводы и как-то все-таки ориентироваться на сегодняшний день. Я имею в виду, с точки зрения того, как сами библиотекари ощущают библиотечное пространство — как они выглядят, как они говорят, как они работают с читателем. Потому что сегодня работать хуже, чем работают профессиональные консультанты в книжном магазине каком-то хорошем, нельзя. Потому что человек предпочтет пойти в следующий раз в книжных магазин, а не в библиотеку, если его встретят не с улыбкой, если его встретит неквалифицированный человек, если вообще сама атмосфера библиотеки отталкивает. Сегодня, когда ты в Петербурге видишь городскую библиотеку, окна которой заклеены листочками А4, которые рассказывают о тех мероприятиях, которые там будут происходить, это отталкивает, это антикоммуникация. С этого момента начинается уже история противостояния горожанина и библиотеки, потому что неохота идти в учреждение, которое рекламирует собственные мероприятия, заклеивая окна у себя же. Это преступно перед внешним видом хотя бы города. Поэтому в этом направлении надо работать. Инициатива, конечно, тоже должна исходить из главных библиотек страны, из РНБ и РГБ, они тут должны объединить свои усилия, чтобы выработать какую-то общую методику, общий свод правил того, как должны библиотеки выглядеть и вести себя сегодня.

С.Е.: Готовясь к эфиру, на «Литературной газете» видел такое мнение, что сейчас библиотеки в какой-то степени стали нужны только самим библиотекарям. Получается, в какой-то момент это сообщество библиотекарей стало закрываться. Они сами по себе, им интересно что-то читать, какие-то книги, данные. Согласитесь с таким мнением?

Н.С.: Без сомнения, есть такие моменты, есть такие библиотеки, особенно в крупных городах. Потому что давайте разделять региональную историю — города с населением 10−15 тысяч человек, там значение библиотек другое. В крупных городах, областных центрах, конечно, масса библиотек есть, где коллективы воспринимают их как свою собственность. Для них идеально было бы, чтобы вообще никто в эту библиотеку не ходил, они бы спокойно занимались своими делами. Это неправильно, с этим тоже надо работать. Сюда бы надо было Министерству культуры или областным департаментам культуры обратить свое внимание. Не закрывать библиотеки в деревнях и в маленьких районных центрах, тем самым как-то экономя бюджетные средства, а работая с коллективом и увеличивая КПД в универсальных областных библиотеках. Потому что там уже есть бюджеты, есть пространство, есть возможности, чтобы что-то делать хорошо. Вот эту коммуникационную связь, этот мостик между издательствами, книжными магазинами и библиотеками — это то, что сегодня необходимо очень четко выстроить, потому что магазины работают оперативно, издательства работают очень оперативно, я уже молчу про сетевые какие-то вещи и т. д. Все моментально реагируют на какие-то новинки, тренды и т. д. И библиотека должна быть каким-то равноправным партнером во всей этой истории. Это длительный путь, который, конечно, занимает не недели, не месяцы, а годы. Но понимание того, что с этим надо работать, и библиотеки ни в коем случае нельзя сегодня закрывать, а нужно наоборот подталкивать их к движению вперед — это должно исходить из Москвы, из Питера, импульс этот должен идти в регионы.

С.Е.: Не секрет, что библиотеки спонсируются из государственного бюджета. Понятно, что за государственные деньги обновляются фонды и т. д. Но, по большому счету, в тех же маленьких библиотеках нельзя заработать столько денег, чтобы им самим за свой счет выживать. Как библиотекам зарабатывать, могут ли они зарабатывать?

Н.С.: Библиотеки в маленьких городах и селах, конечно, ничего не должны зарабатывать. То есть они должны зарабатывать, если они это могут делать. Но бюджетное финансирование должно быть достаточным для того, чтобы библиотека работала абсолютно спокойно, и новые поступления приходили туда оперативно. Это ответственность государства перед собственным народом. Никакой другой ответственности, кроме такой, культурно поддерживающей, у государства нет. Это одна из самых первоочередных задач, как пенсия, как поддержка армии, ОМС. Библиотека — это обязательное культурное страхование, если угодно. А уже в больших городах — да, это опять-таки ложится в ту историю о том, что библиотека должна сегодня соответствовать уровню того, что происходит в остальном книжном мире, в издательствах, магазинах, в интернете и т. д. Надо думать. И средств в больших городах точно больше, чем в деревнях. Конечно, это не крупные олигархические компании, которые могут себе много чего позволить. Но от голода никто не умирает, я вас уверяю, в Петербурге в библиотечном мире. То, что зарплаты небольшие — да, небольшие, это точно. И тоже можно было бы задуматься государству. Но государство же должно быть уверено в том, что если оно повышает зарплаты, значит, повысится качество работы. Это все — очень больные, сложные вопросы, которые требуют какого-то оперативного и в то же время очень детального обсуждения в рамках каких-то специальных комиссий. В частности, одна была создана в Министерстве культуры, комиссия, которая будет заниматься вопросом объединения усилий в рамках каких-то направлений между РГБ и РНБ. Эти вопросы должны обсуждаться там, в том числе.

С.Е.: Такие акции, как «Открытая библиотека», «Библионочь», Год литературы в России, который был в 2015 году — они как-то способствовали повышению интереса к библиотекам? Или на новенькое люди идут, а потом постепенно интерес стихает?

Н.С.: Если вы посмотрите архивы «Открытой библиотеки» на сайте, то вы увидите, что мы делали мероприятия в течение 3 лет каждый месяц, и к нам приходили каждый месяц порядка 1000 человек, для которых библиотека Маяковского, может быть, в принципе не существовала. Есть цифры, видео, количество ссылок на наши мероприятия, они просто говорят сами за себя. Про «Библионочь» и про все остальное я говорить не могу. Я думаю, что да, где-то это с успехом проходит, где-то с меньшим успехом. Самое главное, чтобы это не превращалось в мероприятие для галочки.

С.Е.: Как бы вы оценили современную молодежь? Наверное, по возрасту библиотеки больше посещают люди более старшего поколения. Как обстоят дела именно с молодежью? Как ее привлечь, если все не так хорошо, как хотелось бы?

Н.С.: Привлечь в том числе такими мероприятиями, без сомнения. На мероприятия «Открытой библиотеки» приходит гигантское количество молодежи, студентов, мальчиков и девочек. Я чрезвычайно этому рад. Библиотека — это же не проклятое место, куда ни при каких обстоятельствах не готов прийти человек. Все готовы туда ходить. Но вы дайте оперативную линейку новинок, вы представьте себя как-то так, чтобы захотелось туда пойти, найдите место, где можно выпить вкусный кофе, съесть свежий круассан, чтобы там вкусно пахло. Потому что зачем идти в библиотеку, в которой тоскливо, если можно пойти в книжное место, подчеркиваю, не в развлекательное, а в книжное место, в котором ярко, светло и комфортно. Много чего менять надо, от поведения библиотекарей, от запаха, от внешнего вида, от оперативности поступлений новинок до времени работы. Масса причин, сейчас все не перечислить.

С.Е.: Николай, спасибо, что нашли время и ответили на вопросы.

На связи со студией радио СОЛЬ был Николай Солодников, бывший замдиректора библиотеки им. Маяковского (г.Санкт-Петербург), идеолог проекта «Открытая библиотека». А сейчас мы узнаем, как обстоят дела именно с молодежью, потому что с нами на связи Татьяна Петрова, директор государственной детской библиотеки им. Лиханова (г.Белгород). Татьяна Владимировна, здравствуйте!

Татьяна Петров: Здравствуйте!

С.Е.: В каком состоянии сейчас находится государственная детская библиотека? В каком, хотелось бы, чтобы находилась по количеству читателей, целевой аудитории, детей? Что изменилось за последние годы?

Т.П.: Я думаю, что детям в Белгородской области очень повезло в плане библиотек, потому что у нас, мне кажется, самые лучшие. По крайней мере, одни из лучших библиотек, особенно детские. Наша библиотека находится на площади в 787 кв.м. Это весь первый этаж жилого дома. Большая библиотека, самая крупная в области. Читателей у нас 13000, и каждый приходит не меньше 10 раз в году. То есть среднедневная посещаемость у нас 300 человек. Я думаю, что это достаточно значительный показатель.

С.Е.: То есть нельзя говорить о каком-то библиотечном кризисе, во всяком случае, на примере ваше библиотеки, что юное поколение стало меньше читать и вообще не интересуется библиотеками?

Т.П.: Ни в коем случае. Я думаю, что эти разговоры, если сейчас они еще продолжаются, то они очень опоздали. Потому что, может быть, было меньше читателей в 2000-е годы, когда выросли родители маленьких детей, которые сами мало читали в 90-е. Но сейчас те родители, которые выросли в последние годы, уже понимают, что дети не смогут стать успешными, вырасти хорошими людьми, душевными людьми, если они не будут читать.

С.Е.: Одна из главных проблем библиотек — это недостаток финансирования. Я думаю, каждый бы хотел, чтобы его учреждение финансировалось чуть больше, чтобы он смог пополнять книжные фонды и обновлять. Но несмотря на такие проблемы, вы говорите, что у вас в библиотеке все нормально с читателями, но все-таки есть такие проблемы? И плюс, конечно, больная тема — это зарплата библиотекарей.

Т.П.: Ну конечно, нам хотелось бы, чтобы книг было больше, гораздо больше новых, потому что дети интересуются, и именно новыми книгами. А ведь для чего нужна библиотека? В первую очередь, чтобы библиотекарь рассказал ребенку о книге. Да, он может прочитать, наверное, это в интернете. Может быть, даже с кем-то пообщается. Но все равно это не то общение, в котором дети сейчас нуждаются. И я думаю, что очень ошибаются люди, которые считают, что дети читают только в интернете.

Но вообще библиотеки, особенно детские, сейчас очень современные. Мы пытаемся предоставлять услуги и печатной книги, и через интернет.

С.Е.: Предыдущий мой собеседник говорил, что люди зачастую предпочитают библиотекам те же книжные магазины. Сейчас модно — открываются так называемые свободные пространства, арт-кафе, где можно посидеть и почитать в комфортной обстановке, попить кофе, съесть булочку. Именно из-за этого и предпочитают библиотекам. И можно пройти мимо библиотеки, а на ней не красочные яркие плакаты висят, а распечатанные на листе А4. Была обозначена одна из проблем, что библиотека несколько поотстала от современных технологий. Книжные магазины и антикафе как-то быстрее реагируют на обновления книжного рынка и быстрее предоставляют своим потенциальным посетителям возможность ознакомиться с новинками, которых они так долго ждут.

Т.П.: Я с вами не соглашусь, конечно, потому что в библиотеки ходят для общения. Вы не напрасно, мне кажется, сказали, что придут, чтобы посидеть, попить кофе, что-то прочитать индивидуально. А вот с кем они там пообщаются? А в библиотеке есть с кем. Там нет кофе, но для этого есть кафетерий. А у нас есть книга. Вы даже не представляете, как дети радуются книге в руках. Маленькие, конечно, дети. Когда они вырастают, конечно, у них уже интерес такой, как у младших школьников, пропадает. Но все равно они приходят, все равно это им необходимо — деловое чтение, необходимо общаться. В библиотеках сейчас очень много клубов различных по интересам, театральные студии. И у нас, в том числе, есть они. Приходят дети, которые сами пишут стихи, прозу, общаются с поэтами, писателями, и множество других возможностей. И конечно же, в первую очередь, отталкивается все от книги.

С.Е.: То есть библиотеки уже стали не столько в классическом понимании библиотеками, сколько комплексными досуговыми центрами?

Т.П.: Да, досуговые центры. Совершенно правильно сказали.

С.Е.: А вам каким видится будущее библиотек? Потому что наши гости говорили совершенно противоположные мнения. Говорили, что библиотек в будущем уже не будет в их классическом варианте, бумажных библиотек. Другие считают, что наоборот, будут, будут развиваться.

Т.П.: Я думаю, так говорили еще тогда, когда пропала Александрийская библиотека. Ее нет, а другие есть.

С.Е.: То есть библиотека будет всегда?

Т.П.: Обязательно будет.

С.Е.: А все-таки по поводу зарплат. Сейчас деятели культуры, библиотекари получают не очень большие деньги, можно сказать, работают на энтузиазме. Можно ли тогда говорить о развитии?

Т.П.: В библиотеках всегда люди работали на энтузиазме, я вам скажу. В 90-е годы, можно сказать, вообще зарплат не платили. И все равно люди работали. Работают и сейчас. Резюме присылают очень много людей, желающих работать в библиотеке, но, к сожалению, мы не всех можем взять.

С.Е.: Даже так! Хорошо. В итоге, если подводить черту, — нельзя, говоря о библиотеках, не упоминать электронные библиотеки. За ними какое будущее? 2050 год в России как будет выглядеть, что из себя будет представлять библиотека?

Т.П.: Я думаю, что библиотека обязательно будет и с печатной книгой, и с электронной.

С.Е.: То есть некий симбиоз, человек сможет взять и обычную книгу, и почитать ее в электронном виде?

Т.П.: Обязательно, да. Потому что это будет не место, где можно будет прийти и только в планшете, или вообще не приходить. Люди все равно нуждаются в общении. Как бы ни была сейчас молодежь индивидуальна, все равно они нуждаются в общении.

С.Е.: Вы говорили, что дети испытывают колоссальную радость, когда держат в руках книгу. Я просто помню из своего детства, у нас рядом с домом была такая старенькая библиотека, небольшая комнатка, детский отдел. Я, естественно, брал книги, ходил, потому что покупать не всегда была возможность. Но меня дико расстраивало то, что все книги уже довольно старые и довольно потрепанные, а всегда хотелось подержать новую.

Т.П.: Вот вы сами и ответили на вопрос, зачем деньги библиотекам. Конечно, кажется, что книг в библиотеке очень много. Но они изнашиваются от эксплуатации. Хочется, чтобы ребенок пришел и взял в руки новую книгу.

С.Е.: У нас не так давно были популярны видеопрокаты, где можно было взять видеокассету, посмотреть дома и вернуть. Затем, когда видеокассеты стали отходить на второй план, появлялись DVD-прокаты. Сейчас уже и их нет, потому что есть интернет. Если проводить аналогию с библиотекой, человек в ней берет книгу напрокат, грубо говоря. Не может ли быть такого, что такая же судьба постигнет и библиотеки?

Т.П.: Я, честно сказать, не знаю, может быть, в силу своего возраста, я не могу представить, как я могу прочитать книгу в триста страниц на компьютере.

С.Е.: Есть сейчас специальные электронные «читалки».

Т.П.: Все равно, я не могу себе этого представить. Конечно, может быть, как вы сказали, к 2050 году будет все по-другому.

С.Е.: Ну что ж, большое спасибо, что нашли время и рассказали о библиотеке.

На связи со студией радио СОЛЬ была Татьяна Петрова, директор государственной детской библиотеки им. Лиханова (г.Белгород). Мнения о том, какие будут библиотеки, разные. А это была программа «Угол зрения», у микрофона был Сергей Егоров. Всем пока!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments