Социальные итоги года: образование, медицина, благотворительность и налоги

Подводим итоги года и вспоминаем самые интересные программы радио СОЛЬ.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. В эфире программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ. У микрофонов Александра Хворостова и Сергей Егоров.

Сергей Егоров: Здравствуйте!

А.Х.: Сегодня мы подводим социальные итоги года. Мы вспомним самые интересные программы «Угол зрения» за этот год. Поговорим о программах, связанных с образованием, медициной, благотворительностью, налогами, и многие другие программы.

Наверное, одна из больших категорий в программах «Угол зрения» была связана с образованием. Здесь, конечно, надо сказать о том, что у нас в этом году сменился министр образования, им стала Ольга Васильева. Естественно, с приходом нового министра много чего хотелось бы поменять, пытаются поменять, планируют поменять.

С.Е.: Сегодня, готовясь к эфиру, почитал специально мнения в разных изданиях о том, что изменилось, что предполагается изменить, что изменится и изменится ли вообще, после того, как министром образования стала Ольга Васильева. Предыдущего министра образования Дмитрия Ливанова уволили еще летом. Многие полагают, что да, действительно, что-то изменится. В каком плане? Я нашел и у оппозиционных политологов, и у провластных политологов такое мнение, что Ливанов был поставлен на свое место с одной целью — чтобы отточить систему ЕГЭ, убрать все шероховатости, сгладить, довести до состояния, близкого к идеалу. В общем-то, с этой задачей он не особенно справился. Его даже называют технократом в том плане, что он пытался своими действиями сделать образование конвейером. В этом плане Ольгу Васильеву называют явной противоположностью Ливанову просто потому, что это человек с гуманитарным образованием, сама преподаватель. Гуманитарное образование — это не только начитанность, эрудированность в немногофилософском плане, но и, в первую очередь, склад ума. То есть это совершенно уже другое направление мысли. Поэтому будет упор в образовании не на конвейер, не на делание машины по образованию, а скорее на воспитание человека. Правда, единственное, что — воспитание патриотических, нравственных ценностей, то, что в советское время делали, активно продвигая русскую литературу среди учеников, то сейчас это решили делать вот таким необычным способом, вводя в школах основы православной культуры и патриотическое воспитание. Вот таким образом решила подойти Ольга Васильева к вопросу о воспитании человека.

Где-то также сегодня наталкивался на такую мысль, что в этом плане также противоположна Ольга Васильева и предпредыдущему министру образования Александру Фурсенко, который говорил, что в советское время система образования воспитывала человека-творца, а в наше время задача — воспитать высококвалифицированного потребителя. В этом плане Ольга Васильева тоже идет вразрез.

Лично мое мнение — это не самое значимое событие в сфере образования, само назначение Ольги Васильевой. Это какой-то катализатор, небольшой рычажок в общей системе образования, который должен сделать какие-то подвижки. Хотя, на мой взгляд, безусловно, чтобы действительно в корне изменить и повысить престиж российской системы образования, нужно гораздо больше сил и времени. Со сменой министра по щелчку пальцев это не произойдет.

А.Х.: Естественно, не произойдет. Никто об этом не говорит. Но, несмотря на то, что каких-то радикальных перемен в образовании никто и не ждет, каких-то постепенных преобразований все-таки хотелось бы многим. По этому поводу очень много было всевозможных предложений. Конкретно предложений о том, например, вводить ли в школе предметы сексуального воспитания. Об этом говорили очень много, очень эмоционально. Это не обошло и нашу радиостанцию. Была программа: «Просвещение или растление: нужно ли вводить сексуальное воспитание в школе», где экспертами выступали не только представители «Родительского комитета», но и Анна Котенева, руководитель Центра сексуального здоровья, заместитель заведующего кафедрой сексологии ГЭТИ и соавтор одного из учебников по сексуальному просвещению подростков, который называется «Откровенный разговор про это с подростком». Конечно, все представители «Родительского комитета» были против сексуального воспитания, что это вопрос сугубо внутрисемейный, что надо разговаривать именно девочкам с мамами, мальчикам с отцами и т. д. Но Анна Котенева вот как ответила на вопрос, насколько необходимо поднимать вопрос о сексуальном воспитании: «Два вопроса, проблема серьезная одна. На сегодня вопрос полового воспитания, он, наверное, не для детей, а он для взрослых. И нам с вами нужно образовывать своих взрослых. Родителей, педагогов, психологов, чтобы они имели правильную, грамотную, профессиональную информацию обо всех вопросах, связанных с сексуальным воспитанием ребенка». Анна Котенева говорила, что очень было бы хорошо ввести предмет сексуального воспитания, но проблема в кадрах. Некому просвещать учеников.

Говорилось о том, что сегодня введение такого предмета невозможно по разным причинам, прежде всего, из-за протеста родителей.

С.Е.: Кстати говоря, вот эта позиция, что мальчики должны разговаривать об этом сугубо с отцами, девочки — с матерями, это сугубо семейное дело, и не стоит выносить его на публичное освещение — это консерваторские такие ходы. И в этом плане, кстати, если возвращаться к назначению нового министра образования, то здесь совпало мнение «Родительского комитета». Потому что саму Ольгу Васильеву тоже зачастую называют консерватором в этом плане. Возвращение к воспитанию человека-творца, а не человека потребителя. Поэтому я думаю, что не стоит ждать введения сексуального образования, этих уроков. Хотя, если уж мы смотрим в какой-то степени на западные страны, там это нормально, на уроках совершенно спокойно раздают презервативы. Не так давно блогер Илья Варламов у себя на сайте выкладывал серию роликов, которые демонстрируются по норвежскому ТВ, где ведущая откровенно, с демонстрацией всего происходящего рассказывает о таких явлениях, как роды, месячные у девушек, такие вещи, с которыми люди так или иначе столкнутся. И никто не говорит, что от этого в Норвегии каждый ребенок становится впоследствии сексуальным маньяком и т. д.

А.Х.: Мы, кстати, говорили и об иностранном опыте. Многие говорили, что это все прозападнические какие-то идеи, что не надо их вводить в наши школы. В любом случае, вопрос до сих пор не решен. Видимо, никаких предметов, по крайне мере, в этом и в следующем году не предвидится.

С.Е.: Я думаю, в ближайшие лет 5, наверное, не предвидится. По поводу образования родителей — действительно, сейчас получается, что у нас «Родительский комитет» оставляет все родителям: «Родители, сами рассказывайте». По большому счету, родители также не профессионалы. Что они могут рассказать? Я уже как-то приводил историю, меня ребенок спрашивал: «А что это у меня там под писей?», прошу прощение за слово, имея в виду тестикулы. Как ему объяснить? Я же не профессионал. Возможно, преподаватель как-то и смог бы это ребенку объяснить. Я объяснил ему на примитивных понятиях, начиная с тычинки и пестика. Поэтому, может, было бы и правильно, если бы такие курсы вводили для родителей, чтобы они потом спокойно могли в семье пообщаться и рассказать.

А.Х.: Это наше с тобой мнение таково.

Следующей интересной темой в области образования была программа под названием: «Патриотизм, антикоррупция и эко-мышление: в России вводят новые образовательные стандарты». Здесь тоже разгорелись всевозможные дискуссии по этому поводу. Приведу лишь слова Леонида Звавича, преподавателя математики гимназии № 1567, Народного учителя России. Он сказал о том, что расширение предметов по стандартам — это, конечно, «нужно, полезно, особенно если они хорошо и качественно написаны. Любой стандарт должен быть написан качественно, должен быть прозрачен, точен и так далее. Это то, что касается предметов». Какие предметы будут внесены по новым стандартам, особо не вызывает никаких дискуссий, будет ли это какой-то лишний урок по патриотизму или связанный с борьбой с коррупцией или сейчас такое модное эко-мышление и т. д. Главное здесь, говорят эксперты, качественно прописанные, интересные предметы, методики преподавания.

С.Е.: Здесь возвращаемся опять к словам Анны Котеневой — где взять кадры?

А.Х.: Да. Инклюзивное образование в России мы тоже рассматривали в рамках программы «Угол зрения»: «Инклюзивное образование в России: готовы ли школы принять особенных детей». Этот вопрос также поднимался и в рамках программы «Zoom». Мы связывались со всевозможными людьми, которые занимаются благотворительностью, которые занимаются детьми-инвалидами. И здесь примечательны слова Юрия Михайловича Каца, зам. руководителя Владимирской областной общественной организации «Ассоциация родителей детей-инвалидов „Свет“». Он сказал: «Я считаю, что, первое - все дети должны учиться не в замкнутом каком-то пространстве, а в общем социуме. Это и есть инклюзия — включение всех людей не только в образовательный процесс, а в социальную жизнь. Поэтому я двумя руками за. Только не перегибая палку. Все должно быть осторожно сделано. Мне очень нравятся слова одного человека, который живет в Москве, Юрия Федорова. Это человек, который очень много сделал для детей и молодых людей с тяжелой формой инвалидности. Он сказал такую фразу: „Один ребенок в классе — сын полка, два ребенка в классе — сын полка, три ребенка в классе с инвалидностью — изгои“. Когда один тяжелый, то все ему помогают, когда два, все им помогают. А когда три, они объединяются и становятся отдельной группой. А надо, чтобы они были включены в жизнь». И здесь поднимался вопрос о том, что среда, Россия, общество не готово принять людей, не совсем таких, как большинство. Это не относится только к детям, это относится ко всем людям-инвалидам, к людям с ограниченными возможностями и т. д. К сожалению, исполнение программы, которая закончилась еще в 2015 году, «Доступная среда», не везде происходит, не во всех регионах. Кстати, Владимир — один из примеров городов, где в этом плане, по крайней мере, налажен диалог. Но, к сожалению, такой хорошей статистикой может не каждый город похвастаться.

«Обучение вере» — это еще один краеугольный пласт, огромный вопрос. Говорили об этом долго, много, везде и всюду.

С.Е.: Даже скандал был в одной из московских школ, когда родители возмутились содержанием учебников, где учат христианским ценностям, говорят о непосредственно святых, не то, что подразумевается основами православной культуры, а чуть ли не Евангелие учат.

А.Х.: Да, об этом говорят очень долго. В этом году вообще православные активисты нахрапом взяли…

С.Е.: Это вообще тема для отдельного эфира, если подводить итоги года именно по православным активистам. Тут можно вспомнить и рок-оперу «Иисус Христос — суперзвезда», и всякие отмены монстраций, и прочее.

А.Х.: Запрещение абортов, боксов, выставок. Что только в этом году ни произошло.

С.Е.: Православные активисты были в этом году чрезвычайно активны.

А.Х.: Да. Говорили мы и о гендерном обучении, о том опыте школ, когда вводят отдельное обучение в классах мальчиков и в классах девочек. Даже связывались в рамках программы с директором одной из школ города Благовещенска, которая уже второй год вводит эту систему гендерного обучения, правда, не во всех классах, выборочно. Директор этой школы говорит о том, что вроде бы все довольны, все замечательно, с точки зрения родителей, тут вопросов не возникает. Здесь, опять же, вопрос о воспитанности детей, о скромности девушек, никто никого не задирает, все рады в Благовещенске, что ввели вот это гендерное обучение. Психологи говорили, что здесь не надо перегибать палку, и гендерное обучение — это, прежде всего, вопрос для родителя: хочет родитель отвести ребенка в класс для мальчиков или для девочек — пожалуйста. Как гендерное, так и обычное образование никак не влияет на психику ребенка в каком-то глобальном плане.

С.Е.: Забегая чуть-чуть вперед, подводя итоги в принципе в сфере образования, в сфере всего, что касается детей, — мне кажется, мы настолько стали заботиться о детях, настолько стали думать про их патриотическое, нравственное воспитание, чтобы они были православными, имели ценности, уважали Родину и т. д., что мы совершенно за этим забыли самих детей. Забыли спросить их мнение — а оно им надо? В итоге, может быть, нужно иногда не родителям решать, нужно ребенку в класс только девочек или только мальчиков. Я думаю, в каждом дворе найдется девочка, которая больше любит играть в футбол и войнушку, чем в куклы или в магазин. И также в каждом дворе найдется мальчик, который с удовольствием покатает коляску вместо того, чтобы подраться где-нибудь за гаражами. Поэтому я думаю, в первую очередь стоит спрашивать самих детей иногда, хотя бы просто ради того, чтобы понять, что им интересно. Если ребенок скажет, что ему все равно, то, наверное, да, решение нужно будет принимать родителям. Но если вдруг ребенок скажет: «Зачем мне эти девочки? Я хочу со всеми — с мальчиками и с девочками, у меня там друзья и подруги», тогда стоит прислушиваться. И то же самое касается православной культуры. Я понимаю, что, идя в первый класс, ребенок может даже не знать слово «православие» и не представлять, о чем идет речь. Но могут сделать какое-то факультативное занятие одно, он поймет, понравится ему, не понравится, и дать свободу — ходи, не ходи. Но мы стали настолько заботиться о детях, о моральном облике их и о физическом состоянии, что это попахивает каким-то фанатизмом. Я понимаю, дети — это наше все, и согласен, что за детьми стоит присматривать, но не стоит доводить до такого, что настолько стоит присматривать, при этом забывая про самих детей.

А.Х.: Опять же, о вопросах морали, этики и т. д. — буквально недавний скандал в области образования подтолкнул на еще одну дискуссионную тему: «Границы учительской этики: нужно ли регулировать поведение преподавателей в интернете». Эту программу вел Сергей. Расскажи, каково было мнение экспертов?

С.Е.: Об этом было даже две программы — собственно, о ситуации и с учетом мнения экспертов. В первой программе выступали красноярский педагог из Центра дополнительного образования Мария Шестопалова, которая была уволена после того, как активист из Санкт-Петербурга Тимур Булатов проанализировал ее страницу «Вконтакте». Это, на секундочку, по словам самой Марии, примерно 3000 постов на стене и 800 фотографий. После этого он написал на нее досье, разослал во всевозможные инстанции, после чего девушку уволили. Правда, через какое-то время ей разрешили восстановиться на работе, потому что нашли какие-то технические ошибки в заявлении. Мы пообщались с правозащитниками, с политологами, с психологами, с юристами. В целом, все пришли к выводу, что это незаконно. Если было давление, то это незаконно, и увольнение подобного рода — это нарушение трудового законодательства. Это раз. Во-вторых, психолог Наталья Фельдман привела достаточно простой пример, который отражает суть проблемы, мне хорошо это запомнилось. Представьте себе ситуацию: вы заболели, сфотографировали себя и выложили свою фотографию в соцсеть. А ее увидел какой-нибудь врач и сказал: «Да у вас тут не ОРВИ, у вас малярия и еще 612 патологий, вы скоро умрете». Пример достаточно красноречивый. К сожалению, не довелось мне поговорить с теми, кто за увольнение, кроме самого Тимура Булатова.

Здесь, конечно, тему нужно поднимать более широко, потому что речь идет об учительской этике в принципе — имеет ли право преподаватель, будучи «носителем такого гордого звания», как выражается Тимур Булатов, «преподаватель — это не просто профессия это миссия, и имеет ли право преподаватель вести такой образ жизни или, по крайней мере, выставлять ее напоказ». Обвиняли в гей-пропаганде — сложно сказать по тем постам, действительно ли это гей-пропаганда. Но как только в морально-этические принципы нормального общества не укладывается какой-то нестандартный подход, в данном случае пирсинг, откровенные наряды, даже вызывающие, это сразу начинает осуждаться. Даже не предпринимается попытка осознать, что у человека могут быть свои взгляды и т. д. Поэтому здесь и возникает вопрос, должен ли учитель быть в границах этого нормального общества, имеет ли он право выставлять это, если иногда выходит за рамки. И это касается не только учителей, но и многих других профессий — судьи, политики, врачи. Тема очень широкая, и какого-то однозначного мнения, наверное, в этом плане нет. С одной стороны, да, можно говорить: «Нет, нельзя, а если дети вдруг зайдут». А с другой стороны, социальная сеть не воспринимается как образовательная площадка, пока у нас нет никакого законодательства, что личная страница в соцсети — это какой-то документ, с которого можно брать информацию, которая характеризует человека и т. д. Сейчас работодатели просят указывать ссылки на профили в соцсетях, зачастую смотрят на поведение в соцсетях, анализируют человека. Но пока законом это у нас никак не регулируется, что из-за этого можно уволить или еще что-то. Но, как показывает практика, закон у нас трактуется даже так, и уволить можно как угодно. Поэтому здесь к единому мнению сложно прийти. Здесь должен, наверное, включаться тот самый пресловутый административный ресурс, который должен своей жесткой рукой принять какой-то закон, который и будет регулировать эти рамки.

С другой стороны, лично мне больше близка позиция, что — ну что, учитель — совсем, что ли, не человек? Может, не стоит так широко и массово афишировать, но что ж теперь, не отдыхать ему совсем, вести исключительно целомудренный образ жизни? Учитель — это не монах, в конце концов, он не давал обет безбрачия и т. д.

А.Х.: Тем более, мы не говорим об учителях русского языка и литературы, классических предметов.

С.Е.: Это дополнительное образование, девушка преподавала вокал, даже не совсем у детей, а у подростков. Приводились материалы, где опрашивали учеников Марии Шестопаловой. И там были 16-летние, 17-летние девушки и юноши, возраст, близкий к совершеннолетию.

А.Х.: Тем более, преподаватель эстрадного вокала.

С.Е.: Да. Мы сами же привыкли, что эстрада — это эпатаж, некая развязность. И теперь ругаемся, что такие вот эпатажные, в какой-то степени развязные преподаватели преподают нашим детям. Мы сами творим своих демонов.

А.Х.: Также в этом году была обсуждаема тема животных, убийства животных, сразу несколько громких дел поразили не только общественность нашей страны, но и зарубежные СМИ освещали издевательства над животными, публичные издевательства, когда подростки издевались над животными, выкладывали потом фото- и видеоотчеты в соцсети, забирали лайки и репосты. Об этом мы тоже говорили очень много, и по поводу владимирских живодеров, и по поводу хабаровских живодерок, и целого движения убийства животных напоказ. Естественно, мы говорили не только с зоозащитниками, которые, конечно же, проводили митинги для ужесточения законов. Естественно, зоозащитники все бьют тревогу. Также мы говорили и с психологами. Практикующий психолог Юлия Лезова сказала, какую оценку можно дать психологическому здоровью подростка, который занимается подобными делами: «На самом деле, в каждом конкретном случае, когда подростками или детьми совершается насилие над животными, все-таки важно говорить об индивидуальных предпосылках такого поведения. Но если говорить обще и резюмировать, то важно говорить о том, в какой семье воспитывается ребенок, как в его семье привиты ценности быть бережным, чутким к себе, к другим, к окружающим людям, к окружающим его животным, обращают ли в такой семье на ребенка внимание родители. Из этой предпосылки складывается портрет ребенка, совершающего насилие. Скорее всего, в такой семье ребенка не слышат, с ребенком не считаются, эмоции и переживания не считаются важными, чтобы их обсуждать как-то, выражать». Многие говорят о том, что, однажды совершив преступление против животного, большая вероятность того, что этот же человек совершит преступление против человека.

Также в этом году были всевозможные скандалы, связанные с нарушением прав животных, не только брошенных животных и живущих на улице. Мы все помним нашумевшую историю океанариума в Приморье, во Владивостоке, где также разворачивались всевозможные митинги по закрытию этого океанариума. Закрывались и сами приюты для бездомных животных, об этом мы тоже говорили в эфире. Это всегда достаточно эмоциональная тема, о ней можно говорить много.

Но, пожалуй, перейдем к другим темам. Следующий блок, который можно выделить из всех программ социальных итогов года, — это медицина, здравоохранение. Здесь, прежде всего, мне кажется, следует выделить программы об эпидемии ВИЧ в Екатеринбурге, это для многих жителей России, как снег на голову, только не для екатеринбургских экспертов.

С.Е.: В Екатеринбурге в этом году вообще, надо сказать, с болезнями что-то было.

А.Х.: Да. И эпидемия кори после разразилась в Екатеринбурге. Но проблему эпидемии ВИЧ освещали все федеральные СМИ, об этом говорили региональные СМИ. Мы также об этом говорили, связывались с активистом неформального объединения ВИЧ-положительных активистов «Пациентский контроль» Андреем Скворцовым. Он сказал: «Мы занимаемся проблемой доступа к лечению ВИЧ-инфекции уже 6 лет, для нас это не новость. Екатеринбург — это не единственный регион. Просто у кого-то в Екатеринбурге хватило смелости сказать об этом. Сейчас можно взять любой регион РФ — Урал, всю Сибирь, Поволжье, — в любом регионе такая же ситуация. Причем в одном из изданий уже прошла информация опровержения, что в Свердловской области официально не заявляли об эпидемии». Такая ситуация, по мнению многих экспертов, складывается не только в Екатеринбурге и Свердловской области.

С.Е.: Собственно, благодаря Екатеринбургу мы узнали, что в России, оказывается, есть ВИЧ, что ситуация такая далеко не только в Екатеринбурге. Там приводились цифры, что-то около 26 тысяч человек на 1,5-миллионное население. Есть города с куда меньшим количеством населения, при этом с такими же примерно показателями по ВИЧ. В Екатеринбурге действительно, после того, как заявили об эпидемии, опровергли, что это эпидемия. На самом деле, есть города, в которых ситуация намного хуже. Просто Екатеринбург, и здесь надо отдать должное главе города Евгению Ройзману, который об этом публично заявил, мол, «что вы к нам пристали, это не только у нас, по всей России такая ситуация». Благодаря Екатеринбургу об этом заговорили, появилась новая волна вот этого движения против ВИЧ и т. д. Другое дело, что кроме разговоров, это ни к чему не привело. У нас не стали доступнее лекарства от ВИЧ, не появились новые центры. Об этом просто заговорили. Но и это тоже неплохо.

А.Х.: Это тоже неплохо. И плюс ко всему, люди валом пошли сдавать кровь на определение ВИЧ-инфекции, и хоть какие-то деньги будут выделяться из федерального бюджета на эту проблему в регионах.

Да, Екатеринбург еще был отмечен эпидемией кори в этом году. Также говорили, была интересная программа по поводу импортозамещения лекарств, насколько реально и кому выгодно полностью заменить лекарства. Здесь, конечно, все эксперты сошлись во мнении, что нет, на 100% заменить препараты зарубежные российскими аналогами невозможно. Есть инновационных препараты, которые уже потребляются российскими пациентами. Но это не везде и не повсеместно, к сожалению.

Говорили мы о том, что такое кодекс врачебной этики, где же прописана врачебная этика. К сожалению, такого документа не существует.

С.Е.: Здесь надо сказать, что речь не о том, что в социальных сетях врачи выкладывают свои фотографии с каких-нибудь алковечеринок. Здесь речь о том, что некоторые врачи, медики просто фотографируются на фоне пациентов, когда те лежат в операционной, и т. д. Хотя здесь многие полагают, что имеет место не нарушение врачебной этики, а нарушение врачебной тайны. Ты сфотографировал пациента, который лежит на операционном столе, его видно в кадре. Ну, что это, как это называется? Может быть, по фото не скажешь, чем болеет пациент. Но тем не менее, это происходит исключительно между тобой и пациентом. Может быть, родные, которым иногда позволяют наблюдать за операцией.

А.Х.: Или с образовательной точки зрения, но, опять же, с согласованием пациента. Здесь еще имеют место ситуации, когда всевозможные скандалы между пациентами и врачами, в этом году тоже очень много об этом говорили. Во многих клиниках и медучреждениях нападали как врачи на пациентов, так и пациенты на врачей.

С.Е.: То ли в начале года, то ли в конце прошлого года судили врача, который одним ударом кулака убил пациента.

А.Х.: Подобные случаи и в этом году продолжились.

С.Е.: Обилие историй, связанных со «Скорой помощью». Мы также делали эфир на эту тему - «Будни врача скорой помощи: как система влияет на человека». Уже, к сожалению, стали обыденным явлением, когда «Скорая помощь» приезжает спустя 2, 3, 4 часа после вызова. У меня из личной практики было два примера, когда «Скорая» не ехала по 6 часов. Самое интересное, один раз она так и не приехала, а в другой раз приехала часов через 5, когда уже помощь была и не нужна. К счастью, сами сумели помочь. Эта проблема остается. Но при этом настолько уже это явление стало привычным, что особо и не говорят.

Были, кстати, и забавные истории. Зная о том, что «Скорая» может ехать 2, 3, 5, энное количество часов, молодой человек вызвал «Скорую» своей девушке, у которой поднялась температура, и заодно сказал, что сейчас будет эту девушку убивать. Приехала «Скорая помощь» через 20 минут, правда, вместе с полицией. Парню, конечно, впаяли нарушение. Зато сразу «Скорая» приехала.

Еще читал такую историю, что мужчина вызвал то ли для себя, то ли для пожилого родственника «Скорую», там очень плохое состояние было, чуть ли не предынфарктное. Долго ждали, часа 3−4 не ехала. В итоге дождались, но приехала очень поздно. А через пару дней выходит — лежит на остановке какой-то пьяный, непонятного вида, не то, что ему плохо стало, а действительно пьяный, весь грязный. Этот мужчина позвонил, и «Скорая» приехала буквально минут через 10−15. Эта история, конечно, скорее исключение. Но тоже как-то характеризует состояние не столько всей медицины, сколько конкретной отрасли «Скорая помощь».

А.Х.: Также, если мы говорим о социальной сфере, то в рамках программ «Угол зрения» мы также рассматривали проблемы пенсионеров, всевозможные нововведения. Говорили о вопросе повышения пенсионного возраста в России. Здесь, конечно, все эксперты, с которыми мы связывались, их мнение сводилось к одному: что сейчас Россия не готова к введению повышения среднестатистического возраста пенсионеров. Хотя это неизбежно, к этому мы идем. Но придем чуть позже. Для этого, конечно же, нужно и вопрос трудоустройства пенсионеров, и вопрос переквалификации, возможно, людей пенсионного возраста.

Говорили об индексации пенсии, точнее, об одноразовой выдаче 5 тысяч рублей, кто выиграет и кто потеряет в этой инициативе со стороны правительства. Здесь надо привести слова Руслана Семеновича Гринберга, научного руководителя Института экономики РАН: «Что я могу сказать? Это все показная забота. Во-первых, о честности, что вот мы честные, мы не будем популизмом заниматься. Ну, какой популизм? Здесь люди должны выживать. Я думаю, что, может быть, лучше даже карточки вводить. Вообще говоря, продовольственная инфляция за эти пару лет, по нашим данным, где-то на 25−30% увеличилась. Это очень серьезно. 80% людей весь доход тратят на питание. Я считаю, что это все скандальная история. А вот эти пять тысяч одноразовые — это предвыборная такая мера. Она где-то сработает, где-то нет».

Также мы говорили и о скандальных историях. Мы говорили об интернате для пенсионеров из Якутии, которые даже приглашали Владимира Путина отведать их паек, по-другому не скажешь. Питание тех людей, которые содержатся в этом интернате для пожилых людей, составляет 250 рублей в день. Об этом также писали всевозможные федеральные СМИ и региональные СМИ.

С.Е.: В итоге в этой истории, если не ошибаюсь, журналисты неправильно интерпретировали слова пенсионеров или пенсионеры переволновались сами.

А.Х.: Здесь дело в том, что, действительно, пенсионеры очень долгое время не видели ни мясных, ни рыбных продуктов. Но то ли дело вот этой огласки, то ли дело того, что все-таки все устаканилось, но на столе у пенсионеров после проверки, которую провели по поводу этого письма, появилась и рыба, и сыр, и супы. Опять же, надо потрубить, надо пожаловаться Путину, как мы в этом году убедились. В этом году все креативили, кто как могли. И маршрутками выкладывали «Путин, помоги», и обогревателями.

С.Е.: Скоро впору конкурс объявлять на самую оригинальную просьбу о помощи Путина.

Хотел бы немного вернуться к пенсионному возрасту. Есть замечательный фильм, вышел в 2015 году, с Робертом Де Ниро и Энн Хэтэуэй, называется «Стажер». На мой взгляд, замечательная комедия. Уж не знаю, насколько правда все, что там происходит. Но суть в том, что герой Роберта Де Ниро, вышедший на пенсию, ищет, чем заняться, как ему проводить свободное время, и узнает, что в одной из компаний, которая занимается интернет-продажей одежды, нанимают стажеров. Но именно стажеров-пенсионеров. То есть у них есть некая программа, где с пенсионерами на какой-то срок заключают договор, и они выполняют какую-то несложную работу, просто приобщаются к жизни, чем-то занимаются, получают минимальные деньги, интересно проводят время, а не просто сидя дома и смотря в телевизор.

Вот было бы здорово, у нас достаточно много и молодых пенсионеров, что называется, которые, если остаются на работе, не могут получать пенсию, поэтому вынуждены работать и получать серую зарплату, какие-то пути искать, что, естественно, учитывая курс государства по борьбе с зарплатами в конвертах, не вяжется с этим курсом. Либо получай пенсию, 8 тысяч рублей в месяц, и что ты на эти 8 тысяч будешь делать? Почему бы у нас не организовывать подобные стажировки для пенсионеров, какая-то минимальная занятость — просто открыть для себя новые навыки. Тот же герой Роберта Де Ниро в этом фильме впервые сел, например, за макбук. И ему более молодые ребята показывали, что чтобы его включить, нужно «пробел» нажать. Это же просто социализация — и пенсионер при делах, и какие-то дополнительные доходы. Если здоровье позволяет, почему нет?

А.Х.: Об этом и говорили, что нет подобных программ, нет курсов переквалификации, повышения квалификации.

С.Е.: Вот у нас есть управление по делам молодежи. Почему нет управления по делам пенсионеров?

А.Х.: У нас есть «Партия пенсионеров», а именно комитетов таких нет.

С.Е.: Ты не путай, «Партия пенсионеров» — это просто объединение, в которое входят зачастую не всегда даже пенсионеры. А вот именно управление по делам пенсионеров. Потому что Пенсионный фонд — это просто денежный мешок, грубо говоря, посредник между госбюджетом и пенсионерами. А нужно управление по делам пенсионеров. Потому что пенсионеров в России с каждым годом все меньше и меньше, с одной стороны. А с другой стороны, их все равно становится больше и больше. Естественная прибыль и естественная убыль. А на том, что ты вышел на пенсию, жизнь-то не заканчивается. Почему, если человек пенсионер, он должен сидеть дома в валенках, смотреть телевизор и на лавочке обсуждать, какая Машка наркоманка? Может, ему здоровье не позволяет делать какие-то вещи, которые можно делать в молодом возрасте. Но создавать программы для социализации пенсионеров, я знаю, в некоторых городах открываются замечательные интернет-центры, где с пенсионерами работают, обучают компьютерной грамотности, пользованием интернетом, какими-то элементарными офисными программами и т. д. Почему у нас пенсионеры во многом оказываются за бортом жизни?

А.Х.: Это все зависит и от уровня жизни, в том числе.

С.Е.: Наверное, вместо того, чтобы обсуждать какие-то вещи вроде повышения пенсионного возраста или единовременных выплат 5 тысяч рублей, лучше бы создали отдельное ведомство, которое бы занималось этими вопросами. За счет этого, может быть, снять какую-то напряженность в обществе. Хотя у нас один из региональных чиновников, не буду называть его имя и фамилию, как-то заявил, что пенсионеры у нас люди терпеливые, они все стерпят.

А.Х.: Ну да. Много в этом году также говорилось о всевозможных идеях, законопроектах, налогах, нововведениях. Говорили и о введении налога на тунеядство, что, мол, надо собираться с каждого, так называемого, «тунеядца» по 20 тысяч рублей налога в год. Опять же, все эксперты, с которыми мы разговаривали, говорили о том, что такой метод, как был когда-то в СССР: административные меры, возможно, какие-то еще послабления тунеядцам, — они сейчас совершенно неприемлемы. В том числе, введение налога на тунеядство. Штраф за отказ от вакцинации — это тоже было достаточно серьезной проблемой в этом году. Многих учеников не пускают в школы в течение нескольких месяцев без справки о вакцинации. Это очень сложный вопрос. До сих пор не все родители решают, вакцинировать ли своих детей и, уж тем более, себя. Запрет абортов, запрет бэби-боксов — мы говорили об этом очень много. Опять же, здесь вопрос в том, что инициатором запретов на аборты и бэби-боксы были православные, люди, в том числе, и Патриарх Кирилл был одним из тех людей, которые против абортов, который заявил об этом всей общественности с помощью СМИ. Говорили о том, что надо вводить платный въезд в центр городов. Кстати, по поводу данной инициативы, о том, чтобы вводить платный въезд в центр города, здесь надо сказать о том, что многие города, многие мэры и губернаторы говорят о том, что сейчас регионы не готовы к введению таких инициатив. Буквально на прошлой неделе председатель Заксобрания Ростовской области Александр Ищенко заявил: «Лично я морально не готов принять эту идею. Я очень надеюсь, что введение платного въезда касается только Москвы, и, может, отчасти, Петербурга. Я не думаю, что Ростов, вообще, готов к обсуждению этой идеи». Также об этом говорила и спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко. Она говорила, что до введения платного въезда в Москву, другие регионы Российской федерации, другие города еще очень далеко. И что сначала надо выполнить огромный комплекс мероприятий по развитию общественного транспорта, и созданию комфортной среды для горожан и гостей города.

Очень резкие были высказывания относительно всевозможных праздников, празднеств, гуляний, и в частности, говорили очень резко и очень громко о том, что нужно запретить в России — да, мы очень много запрещали в этом году, — празднование Хеллоуина. Опять же, мы здесь разговаривали не только с активистами и представителями РПЦ. Мы разговаривали с семейным и детским психологом, потому как первой и главной мотивацией, главной мыслью всех активистов было то, что это влияет на психику ребенка. Он сразу становится каким-то черствым.

С.Е.: И что же говорят психологи?

А.Х.: Психологи говорят, что, друзья мои, давайте не будем делать из мухи слона. Здесь, конечно, главное не переборщить. Объясните ребенку, что такое Хеллоуин, сходите с ним, поколядуйте, поиграйте с ним в какие-то игры, наряжайтесь, будьте вместе, проводите свой досуг вместе, и пусть это вас не страшит.

С.Е.: Ну да, собственно, вековые традиции населения почему-то никак особо на детей не влияли, а в России вдруг взяли и стали очень негативно влиять. Прямо попала сейчас Россия в такой период, где любое явление, желательно, пришедшее с Запада, сразу негативно отражается на состоянии, в первую очередь, российских детей.

А.Х.: Ну, и этот год был достаточно разнообразен различными акциями, флешмобами, краудфандингами, экспедициями, всевозможными движениями. С помощью этих движений и флешмобов пытались достучаться до региональных правителей, до региональной администрации, до федеральных чиновников и так далее.

Делали дороги с помощью активистов, которые брали это под свой контроль. Это было в Кирове, было в Крыму, где в ямы в дорожном покрытии вставляли портреты чиновников администрации.

С.Е.: Да, их рисовали с открытыми ртами.

А.Х.: Очень много было всяких благотворительных акций. Мы все с вами помним опыт сбора средств на дом для дяди Миши, футбольного фаната. Таки собрали средства, молодцы.

Мы помним о том, что вводили акцию «Небритябрь».

С.Е.: Я вот не дотерпел. Числа 29-го все-таки сбрил. Моя борода стала настолько неконтролируемой, что ее просто нужно было сбрить, она уже просто лезла в уши.

А.Х.: Такую акцию, с точки зрения, благотворительности провели в Воронеже. Была очень интересная акция у создателей приложения «Антиколлекторы».

С.Е.: Кстати, акция от создателей приложения «Антиколлекторы», которые открыли в Новосибирске детский сад для взрослых — это совершенно прекрасная, чумовая вещь. Представьте себе, уважаемые мамы и папа, родичи, вместо того, чтобы идти на работу, вас ребенок, который, условно, ходит в школу, берет за ручку, отводит в детский сад для взрослых, где вас с утра кормят завтраком, потом вы идете в спортзал, делаете зарядку, потом на урок музыки, потом возвращаетесь, лепите, рисуете, потом обед, потом с вами погуляли, потом днем тихий час. В общем, замечательная же идея. Просто прекрасная, замечательная, красивая, хорошая, добрая идея.

А.Х.: Абсолютно с тобой согласна.

С.Е.: Я бы пару дней там провел, да боюсь, не одобрят этого.

А.Х.: Да, очень хочется вернуться в детство, но почему-то немногим взрослым это под силу. Понятно, по ряду естественных, абсолютно нормальных причин для взрослого человека.

«Халаты» против халатности — об этой группе активистов из Екатеринбурга мы рассказывали в рамках программ на радио СОЛЬ.

Мы говорили о достаточно интересной акции, где жители Самары брали в свои руки инициативу благоустройства города и своими силами, путем создания некой организации и привлечения денежных средств, ремонтировали дома в центре города. Они сказали о том, что вместо заявленных миллиардов, на это было потрачено всего лишь миллион с небольшим рублей, и если не красть, то можно сделать достаточно много всего интересного и хорошего для города.

Говорили о том, что с помощью голодовок и флешмобов привлекали внимание губернаторов к открытию детских поликлиник, детских больниц. Это происходило, например, в городе Сегежа в Карелии.

Говорили об интересной экспедиции «Восход». Ребята собрались проехать от Москвы до Бали на стареньких отремонтированных «Волгах». А это, как минимум, 24 тысячи километров.

Говорили об очень интересной акции «Увы-парад», например, который проходил в Питере, а потом это питерский «Увы-парад» достаточно сильно прогремел на страну. В Москве был «Ах-парад», или что-то в этом духе. Очень много было таких интересных акций. Вспомни, например, преподавателя из Екатеринбурга, который издал учебник по статистике с котиками. Это тоже достаточно интересно же было.

С.Е.: Да, ты привела замечательный пример. Если кто-то представляет себе, что такое математическая статистика.

А.Х.: Говорили об эко-акциях, о велопарадах. Акция «На работу на велосипеде» — акция людей, относящих себя к велолюбителям. Их акция перешла в некую привычку.

Говорили об акции уличных музыкантов против беззакония. Говорили об акциях непрофессиональных режиссеров, чтобы привлечь внимание к каким-либо проблемам.

В этом плане, 2016 год был достаточно разнообразен, достаточно ярок. Говорили много на социальные темы. И те темы, которые не вошли в какие-то узкие рамки, например, очень интересный был эфир программы по теме «Небезоблачное детство: чьи амбиции удовлетворяют дети, выступающие в ТВ-шоу». Мы здесь достаточно интересно общались с психологами. К сожалению, в рамках программы нам так и не удалось связаться ни с одним родителем, который пытается сейчас продвинуть своего ребенка на телевидение. Мы говорили о том, что сейчас популярность всевозможных развлекательных шоу достаточно велика. И прежде всего, они имеют характер развлечения, а не какого-то обучения.

Мы говорили о причинах эмиграции россиян. О том, что в этом году абсолютно расходится статистика центров изучения общественного мнения и статистики Центра Сулакшина, которые говорили о том, что сейчас большой процент эмигрирующих людей, называли причины эмиграции.

А.Х.: Говорили, естественно, на фоне этой ужасной трагедии в Карелии на Сямозере, что сделать, чтобы детский отдых в России был не столь трагичным, и чтобы он приносил детям только радость, эта тема тоже достаточно негативная. С другой стороны, все понимают проблемы детских лагерей, мы помним и волну проверок, и волну закрытия всевозможных детских лагерей.

Говорили о том, что большая половина россиян хочет вернуть Советский Союз. Об этом говорили социологи, говорили политологи, публицисты, журналисты, тоже достаточно интересный был эфир, что больше половины всех россиян до сих пор ностальгируют по советским временам, и такой показатель чуть ли не на несколько десятков процентов превышает показатель того же 2010 года. Очень разнообразные были эфиры. Какой эфир тебе больше всего, Сергей, запомнился в течение этого года?

С.Е.: Я даже не могу сказать. Ты говоришь, мы говорили, мы говорили все время, а здесь, наверное, правильнее все-таки сказать не «мы говорили»

А.Х.: Нам рассказывали.

С.Е.: Нам рассказывали, в том числе, мы как-то пытались это анализировать и обсудить с вами, уважаемые радиослушатели, а на самом деле, по большому счету, все, о чем мы говорили, все это происходило в обычной жизни, ни для кого сейчас секрет не открыл. Обратите внимание: как бы ни говорили о том, что 2016 год весь плохой, високосный, весь такой негативный, действительно, очень много происходило событий, каждый день, так или иначе, что-то происходило, что-то, может, влияло на нашу жизнь, что-то нет, что-то касалось в идеях, в умах, просто в каких-то, может, даже уже и забылись. Сейчас я слушал, как Саша вспоминала, какие эфиры были, о чем мы говорили, собственно, немного сразу вспомнил, пришлось освежать в памяти многое. Все это происходило, это еще раз говорит о том, что наша жизнь весьма разнообразна, и скучать, в общем-то, не приходится, поэтому, может быть, даже не стоит искать во всем негатив, может, просто стоит просто воспринимать с точки зрения того, что происходит что-то новое. Просто каждый день открываешь: о, что-то новое. Я понимаю, что нового, по сути, ничего такого нет, и даже многие известные журналисты по этой причине уходят, если не совсем из профессии, то в некую другую ветвь профессии, которая не подразумевает под собой ежедневное наблюдение за информационным потоком. Ну, а что хотелось бы сказать? В конце завершения программы, как у нас очень часто региональные чиновники и федеральные чиновники — или как мы недавно совсем слышали из уст президента во время федерального послания, — любят говорить о том, что все социальные обязательства выполнены, или практически все социальные обязательства выполнены в этом году, это одна из самых любимых фраз. Но если просто обратить внимание, пробежаться по списку эфиров, посмотреть, сколько проблем у пенсионеров и так далее, у тех же школьников, вы увидите, что социальные обязательства выполнены, социальные обязательства еще далеко не все.

А.Х.: Социальные итоги года для вас сегодня подводили Александра Хворостова и Сергей Егоров. Это была программа «Угол зрения». Мы прощаемся с вами, услышимся.

С.Е.: Хорошего вам Нового года, пока!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Блоги о Крыме

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments