Новости Курска: фильм BBC о допинге, журналист на исправительных работах и конная кавалерия


Новости региона словами местных журналистов. Эксперт: Марина Ризнык — редактор сайта общественно-информационной еженедельной газеты «Курские известия».

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «РегиON-LINE». У микрофона Александра Хворостова. И сегодня мы поговорим о новостях из города Курска, о которых нам расскажет Марина Ризнык, редактор сайта Общественно-информационной еженедельной газеты «Курские известия». Марина, здравствуйте.

Марина Ризнык: Добрый вечер.

А.Х.: Давайте начнем нашу программу с достаточно неприятной новости. Подобные новости очень часто возникают то там, то там, в регионах страны. Но все-таки о них надо говорить. И как-то двигать с мертвой точки подобные плохие известия. Вы и журналисты газеты «Курские известия» освещали тему девушки, молодой мамы двух детей, которая скончалась в палате перинатального центра. Расскажите нам об истории этой девушки, об истории ее семьи.

М.Р.: Это 23-летняя курянка Виктория Пирожкова. Публикацию о ней готовил один из журналистов газеты. Мы разместили ее на нашем сайте. Она получила очень большой отклик среди людей. Очень многие хотят помочь молодому человеку, ведь сейчас у него на руках остались двое детей. Одному едва исполнилось 2 годика, а вторая девочка – новорожденная, она родилась 3 ноября. К сожалению, уже 20 ноября Вики не стало.

А.Х.: Что же произошло? Почему случилась такая трагедия?

М.Р.: Еще хотелось бы добавить, что только-только мы получили информацию о то, что Следственный комитет возбудил уголовное дело по факту. После выхода нашей публикации следователи хотят разобраться в этом происшествии, что же все-таки случилось. По словам родственников, которые с нами беседовали, ситуация такая: 3 ноября девушка родила, ей делали кесарево, как и в первые роды. Поначалу все было нормально, она хорошо себя чувствовала. Ее все-время навещали мать, муж. 13 ноября ей ужи снимают швы, также она подтверждает, что хорошо себя чувствует и все в порядке. На следующий день ее должны были уже выписать. Но потом ей почему-то стало хуже. Она говорит родным, что ее не выписывают и переводят в другое отделение. Буквально через день ее уже отвозят в реанимацию перинатального центра для переливания крови. Врачи также в этот момент не говорили, почему, что, как, где делается, для чего ей переливают эту кровь. На следующий день, без объяснения каких-либо причин, ее отправляют на «скорой» в областную клиническую больницу. 16 ноября новорожденную девочку забирают домой. И к вечеру этого же дня девушку переводят в палату. Там ей опять делают постоянные переливания крови. По словам матери, на ней живого места не было. Тогда ей ставили капельницу в подключичную вену. В очередной раз к ней приехала мама, после всех этих перипетий. И этот же момент в палату заходил заведующий сосудистым отделением, несколько раз говорил, что ничего по своей части он не обнаружил. А сами родственники подтверждают, что у девушки имелись некоторые проблемы с сосудами. И сами они думают, что именно из-за этого все и произошло. Но врач почему-то говорил, что ничего такого не обнаружил и думал на какие-то проблемы по гинекологической части. Поэтому для уточнения диагноза пригласили гинекологов из перинатального центра. 17 ноября они несколько раз делали ей УЗИ. В этот же день делали биопсию. Потому что уже гинекологи говорят, что все дело в сосудах. Как говорят родные, они тоже на это думали. Потом сказали, что Вике необходимо удалить матку, что там уже пошли необратимые процессы, и необходимо только удаление. Врачи успокоили родных и сказали, что все будет хорошо, все будет в порядке. В итоге, ей делают операцию, она три дня лежит в реанимации. Врачи говорят, что состояние тяжелое, но стабильное, что все будет в порядке, что она дышит самостоятельно. А 20 ноября ей делают интубацию, потому что она уже не может самостоятельно дышать. В 9 утра мать звонит, чтобы узнать о ее состоянии, и врачи говорят, что все пока без изменений, но, мол, вы перезванивайте периодически. А в 9:10 она умерла.

А.Х.: К сожалению, скончалась. Я так понимаю, что родственники общались с администрацией. Они давали какие-либо комментарии по этому событию? Может быть, главврач больницы перинатального центра вам или родственникам что-то говорил?

М.Р.: Главврач больницы говорит, что не то, чтобы не видит вины врачей, но не знает ни о каких-то претензиях к врачам перинатального центра, и ничего не собирается отвечать. Так сказала журналистам начальник управления организации службы детства и родовспоможения. По поводу родственников, сами они говорят, что к сосудистым врачам никаких претензий не имеют. Вопрос у них к медикам из перинатального центра. Потому что начались процессы гниения, и их вовремя не заметили. А потом мать говорит о том, что она случайно услышала, что у девушки был еще и сепсис. Произошла такая небольшая заминка: изначально, они с адвокатом писали заявление в областную прокуратуру, хотели разобраться. И поскольку это не очень относящееся к этому ведомству дело, за него взялись уже следователи и хотят возбуждать уголовное дело.

А.Х.: А вот, например, где-нибудь в Управлении или Комитете здравоохранения города как-нибудь комментировали это событие? Насколько я понимаю, это достаточно резонансное событие.

М.Р.: Если в таком контексте рассматривать, то, конечно, резонансное. Но, к сожалению, далеко не первое. И каких-то официальных комментариев или заявлений мы не получали.

А.Х.: То есть даже для Курска это не прецедент, да?

М.Р.: К сожалению, далеко нет.

А.Х.: Здесь же под новостью у вас на сайте смотрю комментарии пользователей. Вот, Елена пишет, что про этот перинатальный центр давно идут не очень хорошие отзывы о специалистах-неучах. Действительно ли у этого перинатального центра такие плохие отзывы, или это только сгущение красок?

М.Р.: Как и у любого учреждения, наверное. Нет такого, у которого были бы только положительные отзывы. Но да, действительно, часто читаем в комментариях и в группе в соцсетях, и к нашим новостям, что люди жалуются на медиков, но каких-либо громких дел, или дел, когда за что-либо были наказаны врачи, тем более, осуждены – такого не было. Все-таки мы голословно стараются не обвинять медиков.

А.Х.: Естественно. Я так понимаю, Следственный комитет устанавливает все обстоятельства произошедшего.

М.Р.: Да, они возбудили дело по подозрению о причинении смерти по неосторожности, вследствие ненадлежащего исполнения обязанностей. И уже будут его рассматривать.

А.Х.: Понятно. Ну, давайте перейдем от этой достаточно неприятной темы к следующей. Опять же, канал BBC снял в Курске новый фильм о допинге. Вообще, что стало поводом для этого фильма?

М.Р.: Как пояснил нам сам журналист Роман Полянский, британская журналистка ВВС Люси Эш приезжала в Курск снимать фильм. Она была здесь 30 ноября и 1 декабря. Они с ним неплохо разговорились, она очень лояльно настроенный человек, и не придерживается такой точки зрения, что исключительно русские спортсмены принимают допинг. Она говорит о том, что это фильм будет подготовлен в связи со вторым докладом Макларена, который был на днях, буквально 9 декабря. Для этого они и приезжали в Курск. Они посетили несколько мест, пообщались с людьми, которые в разные промежутки времени знали Степанову.

А.Х.: Я так понимаю, что главной героиней этого фильма является курская спортсменка?

М.Р.: Да, как и всегда. Как и любой фильм, уже не первый, не второй и не третий, героиней все продолжает оставаться Юлия Степанова. Ее муж часто фигурирует как бывший специалист РУСАДА. Они побывали у нас в спортивной школе «Виктория» и в крытом манеже стадиона «Трудовые резервы». Они очень долго искали встречи с тренером Владимиром Мохневым, но так и не смогли, потому что он, на момент их приезда, находился в Белгородской области. Также они побывали у председателя областного спорткомитета Александра Марковчина. Как она сама призналась в беседе, она свою задачу выполнила. Она услышала разные точки зрения, и готовит к выходу фильм, но его мы пока не увидели. На сайте ВВС появилось только небольшое интервью со Степановой, где опять вся эта история про то, как она тренировалась, о том, как воспринимала допинг как само собой разумеющуюся вещь – ведь все принимают, как она потом боролась, уехала в Америку, и там сейчас скрывается вместе со своим мужем.

А.Х.: Опять же, читая новость на вашем сайте, смотрю, что один из тренеров, Владимир Мохнев, в частности, сказал о том, что новый репортаж о ситуации с допингом будет далек от объективности. Почему он так решил, что он будет далек? Вы-то рассказываете, что британская журналистка спросила всевозможные мнения по этому поводу. Почему же, по мнению тренера, результат будет такой?

М.Р.: Он все-таки имеет в виду ту политику, которая ведется, в целом, в прозападно ориентированных СМИ, и в наших, и в конкретно расположенных на Западе. Это очень строгая политика, когда любые факты, любые вещи подгоняются в рамки того, что Россия равно допинг, прямо на уровне государства, на уровне политики. Хотя сам он отрицает, как вы тоже, наверное, прочитали, факт того, что он когда-либо навязывал ей допинг, и что он говорил только о том, что Юлия у него интересовалась, когда начнут давать стимуляторы, потом самостоятельно их покупала. Никто никогда ей не советовал, не рекомендовал их приобретать. Он придерживается такой позиции и говорит о том, что это не только, конечно же, наша проблема. Он не отрицает ее и не говорит, что так повсеместно происходит, на государственном уровне. В то же время, он пытается донести точку зрения, что это проблема не только российская. А надо ее рассматривать в общемировом масштабе, и тогда уже бороться с этой системой применения и использования допинга, придумывать какие-то новые способы и средства для того, чтобы выявлять, чтобы бороться с этими спортсменами. А так получается игра в одни ворота.

А.Х.: Уже известна дата, когда фильм выйдет в прокат?

М.Р.: Пока нам не удалось каких-то конкретных данных, что он готовится к эфиру.

А.Х.: Опять же, читаю материал с вашего сайта. Здесь сообщается о том, что вышеупомянутая вами британка Люси Эш утверждает, что она достаточно неплохо говорит по-русски. При всем при этом, с ее именем связан достаточно неприятный скандал.

М.Р.: Вы имеете в виду историю о воине-освободителе, да?

А.Х.: Да-да, о памятнике воинам-освободителям, который сама Люси Эш назвала «могилой неизвестного насильника».

М.Р.: Здесь тоже немножко спорный вопрос, потому что она выразила очень субъективную точку зрения, и в этом вопросе, скорее, ориентировалась на некую скандальность, то есть неожиданный взгляд на этот памятник. Как человек, который прожил там три года, когда наши советские войска были в Берлине во времена ФРГ и ГДР, я могу сказать лично, что никто его там не называет. Даже сами местные жители, если спросить, где располагается Трептов-парк, они указывают дорогу к памятнику неизвестному солдату. Они не говорят ни о каком «неизвестном насильнике». Это что-то очень притянутое за уши.

А.Х.: Высосанный из пальца конфликт. Все ясно. Может быть, жители города как-то комментируют этот приезд британки в Курск. Не профессионалы, не спортсмены, - как, вообще, жители региона относятся к такой позиции западных СМИ?

М.Р.: Это, скорее, связано с тем, как это все проводилось. Не конкретно с фактами, что у нас, может быть, действительно спортсмены, употребляющие допинг, а, скорее, с этими методами, с которыми решила работать Степанова, с этой подслушкой, с этими не очень приятными вещами. В этом отношении, да, не очень хорошо воспринимают. Тем более, не понимают ее высказываний, что она не считает себя предательницей. Все же большинство жителей области все-таки считают ее таковой. Есть такая древняя русская пословица «Не выносить сор из избы», мол, надо было эти вопросы решать здесь, на месте, пытаться бороться, а не куда-то убегать, уезжать, и там уже на достаточно безопасном расстоянии начинать что-то говорить. Тем более, что многие говорят об этом еще том ключе, что пострадали не только те люди, которые принимали, у которых причастность к допингу, практически, доказана, но очень многие ни в чем неповинные спортсмены. Что отразилось это и, в целом, на спорте, и что это не очень хорошо.

А.Х.: Ну что ж, давайте закончим с этой темой. Вы знаете, Марина, меня очень заинтересовала недавняя новость о том, что журналист вашей газеты провела 4 часа на обязательных работах. Вы знаете, каково было мое удивление, что я общаюсь именно с этим журналистом, что журналистом, которая пошла на принудительные исправительные работы – это вы. Почему, с какой целью вы пошли на эти исправительные работы? Расскажите нам, пожалуйста.

М.Р.: Это обязательные работы, не исправительные. Как вы знаете, есть исправительные, есть принудительные, а есть обязательные. Нашей целью была все-таки обязательная работа, потому что довольно просто на них попасть, в соотношении с исправительными и принудительными работами, которые у нас, по большей части, назначаются за уголовные преступления. Там и контингент другой, и как-то начать хотелось с чего-то попроще, полегче. Идея возникла в разрезе того, чтобы своими глазами посмотреть, убедиться, чем люди занимаются. Как это все происходит. Потому что очень часто мы сотрудничаем с судебными приставами, с ГИБДД - то есть это неоплаченные штрафы и так далее. Все равно не так представляешь себе, когда читаешь в сводках, отчетах, и когда непосредственно находишься на месте, когда общаешься с этими людьми.

А.Х.: И как это происходит на самом деле?

М.Р.: Ну, начнем сначала, как это все происходит. Получаем штраф за что-либо: неоплаченные парковки, штрафы от ГИБДД, в основном. Это если связываться со службой судебных приставов – мы именно с ними работали, - они занимаются нарушителями, которые не платят алименты, например, и штрафы. Далее, как вы знаете, у нас есть срок, в который человек должен заплатить этот штраф. Если он не выплачивает, то дело доходит до суда, где суд назначает выплатить этот штраф в двойном размере. Если человек опять его не выплачивает, то уже подключаются судебные приставы, которые ведут его в суд, вместе с ним идут в суд, и тогда его уже приговаривают к конкретному сроку каких-либо обязательных работ. При этом он не выбирает ни место, ни вид работ. Он не получает, естественно, никаких денег, потому что отбывает обязательные работы на безвозмездной основе. Он его может отрабатывать и муниципальной организации, и в частной, но не более 4 часов в день. Хотя, по признанию одного из сотрудников управляющей компании, куда мы обратились, иногда отрабатывают и больше, но это уже своя инициатива, когда люди хотят побыстрее отработать эти часы. Изначально, мы связались с судебными приставами. Они объяснили, что, мол, в такой-то день мы сможем с вами, действительно, попасть на работы на 4 часа, пожалуйста, просим. Мы подъехали вместе с ними - как и все остальные, они, изначально, приезжают в организацию, - то есть мы приехали в «Жилкомсервис».

А.Х.: И у вас была какая-то предыстория, почему вы попали на эти работы, я так поняла?

М.Р.: Конечно же, да. В ходе общения, когда люди начинают друг друга узнавать: кто, что, за что, почему, - пришлось придумывать, что такой нерадивый водитель не оплатил штраф. При этом, один из работников с пониманием поинтересовался: «Что, «перегарчиком» несло?» Я говорю: «Нет, я не по этой части немножко». Как-то особо не интересовались. Там попались все очень трудолюбивые. Собственно, после инструктажа они отправляются на ту работу, которую им назначили. Зимой, в основном, они убирают снег, делают что-то внутри. В основном, это подсобные работы, не требующие особой квалификации, потому что это все-таки ответственность. В этот день мы убирали подвал жилого дома. Там, видать, что-то будут делать, или, в принципе, этот подвал хотели очистить. Они разровняли всю эту землю, собрали мусор. И этот мусор, сграбленный в кучу, мы потом выносили в машину. Между делом, естественно, успели пообщаться. Интересные, конечно, люди. Они были удивлены тем, что здесь, вообще, забыла молодая девушка.

А.Х.: То есть там, в основном, мужчины зрелого возраста, прожженные?

М.Р.: Да, но там не совсем зрелые. Их там было четверо, получается: одному было 57 лет, а троим на вид не больше 35. Довольно молоды ребята.

А.Х.: И вы прям все 4 часа отработали? Или все-таки нет?

М.Р.: Получилось немножко быстрее, чем планировали. Как-то это все весело и задорно прошло. Я очень просилась поработать, но буквально немного получилось, потому что все отобрали, сказали, мол, сказки рассказывай, а мы тут все сделаем. Пришлось развлекать, попутно расспрашивая, что, где, как получается. К своему удивлению, они сознают, почему они там оказались. Никто не выражает такого мнения, что «Ой, да это не за что. Я тут, вообще…» Нет, они прекрасно понимают, что, если вождение в нетрезвом виде, то ты эти 40 часов заслужил. Если не платишь алименты, то ты будешь работать на обязательных работах. Мне удалось поработать с «рекордсменом»: без трех лет пенсионер, но у него уже есть спортивная пенсия, член сборной России по спортивному ориентированию, - у него возбуждено 17 производств. В общей сложности, ему отрабатывать 320 часов обязательных работ. И он понимает, что, действительно, заслужено. Но как он говорит – он не стал вдаваться в особые подробности, за что получил, - «получил за все хорошее, вот работаю, а почему бы и нет». В свободное время он, по-моему, подрабатывает таксистом. Очень интересные люди. Это тоже опыт, как мне кажется, пообщаться, посмотреть изнутри. А то как-то это очень отстраненно все воспринимается, когда мы просто об этом читаем. А так и посмотреть, и оценить, и рассказать потом читателям, чтобы они тоже, в свою очередь, представляли, как это все происходит от и до.

А.Х.: Как вам кажется, насколько подобная система, действительно, работает, действительно, хороша по отношению к подобного рода должникам, нарушителям и так далее?

М.Р.: Я думаю, как любая система, наверное, она имеет свои изъяны. Но, как и любая система, она, действительно, применима к тем людям, которые просто встали не на тот путь, или в какой-то момент совершили что-то не то. То есть это не те люди, которым что ни сделай, они все равно не изменятся. Это система применима к тем людям, которые оступились. Она, действительно, может оказать на них влияние. Вот, молодой человек, которые сел нетрезвым за руль, он заработал с этого очень большие проблемы: 30 тысяч штрафа, лишение прав, эти 40 часов. И он уже 20 раз подумает и, я более чем уверена, не сядет нетрезвым за руль, потому что он понял, что это и проблемы на работе, и то, и то, и то. Он специально взял, чтобы отработать эти обязательные часы, пять дней за свой счет на работе, опять же это финансовые потери. Я думаю, это все-таки оказывает какое-то положительное влияние. Это такая трудотерапия.

А.Х.: То есть тех людей, которые повторно отрабатывают обязательные работы, их нет? Или все-таки встречаются?

М.Р.: Процент очень маленький. Как нам потом рассказывал пристав, практически, нет.

А.Х.: Ну что ж, может быть, действительно, хорошая система для того, чтобы как-то наказать, пожурить человека, чтобы он в дальнейшем не предпринимал незаконные какие-то действия.

М.Р.: Статистика, конечно, странная. Потому что в прошлом году у нас все-таки было меньше людей, которые отбывали обязательные работы. В этом почему-то больше в два раза. Тем не менее, среди них очень мало тех, кто отбывает по второму или, тем более, третьему кругу, - таких не бывает.

А.Х.: Понятно. Что ж, давайте перейдем более, может быть, к положительной и интересной новости под конец программы. Поговорим о том, что на улицах Курска появится конная кавалерия. Марина, зачем было принято это решение? Тем более, зимой. Или именно зимой актуально принятие такого решения?

М.Р.: Это далеко не новая вещь. Просто публикация интересна в том ключе, что, обычно, конная полиция – это какие-то массовые мероприятия, какие-то рейды, а здесь они просто вышли на улицы. Все, наверное, объясняется тем, что очень много выпало снега, что надо как-то патрулировать город. И в качестве подкрепления вышла конная кавалерия. Почему бы и нет? Как они сами признаются: «Нам дальше видно, мы выше, быстрее, маневреннее в условиях заснеженной непогоды».

А.Х.: По сути, такой метод патрулирования удобнее.

М.Р.: Всего 22 года, получается, в Курске. На протяжении этого времени они осуществляют патрулирование. Всего 12 лошадей, 12 кавалеристов. Все лошади разного возраста.

А.Х.: Может быть, вы знаете, в патрулировании используются лошади какой-то определенной породы? И вообще, здесь есть какой-то питомник, учреждение, где содержат этих лошадей, или это какие-то привозные лошади? Или это ваши, курские?

М.Р.: Откуда, конкретно, эти – даже без понятия. Но, вообще, под Курском есть ипподром, там выращивают лошадей, занимаются их выездкой. У нас журналистка писала, что две лошади, выращенные на курской земле, участвовали в Олимпийских играх в Рио. Но откуда у нас, конкретно, полицейские лошади – этого сказать не могу. Обязательно поинтересуюсь.

А.Х.: А сами жители как относятся к такой конной кавалерии?

М.Р.: Очень положительно. Как делятся полицейские, очень часто просят их сфотографироваться и покормить, но все-таки стараются этого не делать, потому что это расхолаживает лошадей. Но они ведут себя спокойно, не пугаются людей, как настоящие стражи порядка, соблюдают субординацию.

А.Х.: И вы говорите, 12 лошадей уже сейчас патрулируют город? Разного возраста, разного пола, разной масти.

М.Р.: Да-да-да.

А.Х.: Все ясно. Наверное, в завершении часа, немножко коснемся того, что скоро Новый год. Насколько город Курск готов к празднованию Нового года? Может быть, у вас в городе открыли какие-то интересные арт-объекты, будут проводить какие-то новые интересные программы в преддверии Нового года?

М.Р.: Пока только все в самом разгаре. Довольно давно, по сравнению с прочими мероприятиями, у нас проходит конкурс среди объектов города на лучшее украшение. Каждый год у нас выбирают лучшие украшенные торговые центры: кто ярче, с большей выдумкой, фантазией. Выбирают какие-то городские объекты. Постепенно, город преображается, везде висят гирлянды, какие-то украшения, конструкции, скульптуры. В основном, это, конечно, все во второй половине декабря, когда начнутся более глобальные мероприятия. А о программе городских мероприятий у нас, обычно, становится известно ближе к праздникам.

А.Х.: Обычно, насколько массово идет празднование Нового года? Может быть, появляются какие-то новые формы празднования Нового года? Или все по старинке, как обычно, на площади, огромное количество людей, концертная программа?

М.Р.: Основная часть мероприятий – да, конечно же, на Красной площади. Тут ничего особо не меняется, город старый, со своими устоявшимися и традициями, обычаями, поэтому, конечно, люди все выйдут на центральную площадь. Потому уже, в течение целой недели, будут проходить разные гуляния, мероприятия, утренники, концерты, выставки по всем округам города, по основным объектам: это галереи, библиотеки, музеи, концертные залы, просто на улицах.

А.Х.: Что ж, Марина, огромное вам спасибо за то, что вы смогли с нами пообщаться в прямом эфире нашего радио.

М.Р.: Вам спасибо.

А.Х.: Всего доброго. До свидания.

М.Р.: До свидания.

А.Х.: Я напомню нашим радиослушателям, что о новостях Курска мы узнали от Марины Ризнык, редактор сайта Общественно-информационной еженедельной газеты «Курские известия». На этом программа «РегиON-LINE» заканчивается. Я прощаюсь с вами. До новых встреч в эфире.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments