Армия

«Делай Дороги»: как группа активистов взяла под контроль ремонт дорог в Кирове


Как 9 лет народного контроля в Кирове изменили состояние местных дорог? Активисты поделились опытом и рассказали, как победить одну из главных бед в России.
Эксперт: Виталий Брамм — Член региональной рабочей группы по общественному контролю за ремонтом и содержанием дорог, создатель движения «Делай Дороги»; Багир Шарифов — Член региональной рабочей группы по общественному контролю за ремонтом и содержанием дорог, создатель движения «Делай Дороги».

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели, это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ. У микрофона Валентина Ивакина. Наш эфир сегодня будет посвящен дорожной теме. Экспертами у нас выступят жители города Кирова Виталий Брамм и Багир Шарифов. И Виталий, и Багир являются создателями движения «Делай Дороги» в Кирове и также представляют региональную рабочую группу по общественному контролю за ремонтом и содержанием дорог. Виталий, Багир, здравствуйте!

Виталий Брамм, Багир Шарифов: Добрый день! Здравствуйте!

В.И.: Мы уже с вами ранее успели обсудить, ваше движение существует почти десять лет, с 2007 года. И все это время вы пытаетесь сделать дороги родного города лучше. Можете вкратце рассказать, в чем заключается суть деятельности вашего движения, и потом уже некоторые вопросы отдельно с вами обсудим.

В.Б.: Я думаю, сейчас Багир расскажет, с чего все начиналось в 2007 году, когда он проявил активную позицию. А потом я продолжу. В этом году была активная фаза, результаты определенные. Про начало Багир расскажет.

В.И.: Давайте, Багир, расскажите про ваше движение, с чего все началось и к чему вы пришли сегодня.

Б.Ш.: Собственно, как и у каждого из вас, из слушателей этого радио, все началось с проблемы с подвеской. Когда я съездил в Москву освежить новый автомобиль, возвращаясь в город Киров, ломал эту гарантийную подвеску, то ужаснулся и подумал, ну как же так? Взял и написал на лобовом стекле белым маркером «Делай Дороги!» Это был крик души. Я не представлял на тот момент, как еще можно выразить свое негодование. Впоследствии проезжающие люди спрашивали, что это такое. Я вот сказал, что я решил для себя так, они сделали так же, и в ближайшее время полгорода ездило с подобными надписями, потому что дороги, действительно, были ужасные. А как-то достучаться было тяжело. И мы предположили, что это увидят и, конечно же, оценят и, как минимум, что-то сделают. Тогда так же были выборы, как и в этом году, как в следующем, и в следующем году. Тогда достаточно было собраться 2−3 тысячам человек на одной из центральных улиц, показать, как их много, и как это их беспокоит, для того, чтобы шаги начинали делаться. Тогда нам дали в первый раз, мягко говоря, денег. Но мы не очень понимали, как их освоить и что с ними нужно делать, мы были очень этому рады, хлопали в ладоши. А в этом году мы еще озадачились с помощью нашей Общественной палаты и самого главного его руководителя, Димы Курдюмова — это человек, который делает дело, предыдущие люди не готовы были отвечать на наши позывы, а Дима просто начал делать. Мы объединили все усилия и, помимо денег, которые мы просили громко и общественно, мы еще получили инструменты, правовые инструменты в руки, поскольку наша Общественная палата имеет право на законодательные инициативы. Объединили общественные усилия и, так сказать, начали выстраивать элементы того самого контроля. Передаю слово Виталию.

В.Б.: Да, я продолжу. Да, были там всплески активности, из года в год что-то происходит. Но, допустим, я в рамках проекта «РосЯма» у Навального, мы пытались как-то влиять, какие-то заявления писали.

Б.Ш.: А я тут не при чем.

В.Б.: Да, в прошлые годы это было, когда я активно взаимодействовали с тем же Навальным по партийному проекту и так далее. Немножко в прошлом все это. Сейчас, если взять этот год, мы, вообще, в городе Кирове, наверное, имеем одни из худших дорог в стране. Есть, конечно, регионы, где еще хуже, но там уже просто ад какой-то, провал в ад. В этом году мы стали думать, что можно сделать, как повлиять какими-то системными шагами, как-то еще, потому что мы понимали, что проблема имеет свой корень в системе, во власти, грубо говоря, в тех организациях, которые выступают в роли заказчиков, исполнители работ и так далее.

Б.Ш.: Короче, пилят все, да?

В.Б.: И как раз про деньги: я когда в этом году увидел строку бюджета города на ремонт в 35 миллионов рублей, я понял, что это 3 километра дорог, в лучшем случае, я подумал: вы что, охренели что ли? Такая была мысль.

В.И.: Это много или мало?

В.Б.: Мало, это очень мало. Это близко к нулю сумма, что она есть, что ее нет, в принципе, особой разницы нет. И соответственно, так как пришла весна, и вместе со снегом сошел весь асфальт окончательно, было очень широкое общественное возмущение. Мы решили, во-первых, собраться у здания Правительства, пришло порядка 700 человек, для Кирова это довольно много. Мало, кто собирается в таком количестве. Мы когда собрали у здания Правительства народный сход, перед этим мы, естественно, подняли эту проблему в поле информационном, и довольно широко и активно. Мы предложили свои пути решения, первые шаги то есть. Было порядка 15 требований на этом народном сходе, причем они довольно были объективные, здравые и выполнимые. Там не было каких-то популистских лозунгов, типа: в отставку этого, того и так далее. Потому что уйдет одни, придет другой. Потому что проблема носит системный характер. Мы предлагали и увеличение бюджета, причем четко говорили, где деньги взять можно, из каких граф бюджета, грубо говоря. Мы предлагали элементы контроля, чтобы было возможно с помощью открытых данных отслеживать что-то, то есть, чтобы все участки были нанесены на карту какую-то интерактивную и прочее. В итоге, естественно, мы были услышаны, потому что довольно трудно не услышать 700 человек, которые стоят у входа в Правительство области и говорят в микрофон. К сожалению, предыдущий губернатор был в отпуске, по горам лазил — как и сейчас, в принципе, — но, тем не менее, мы были услышаны. После этого наша кировская Общественная палата — у нас довольно хорошие с ней отношения сложились, — решила привести нашу инициативу в соответствие с законом, чтоб были инструменты, доступные в рамках общественного контроля, о которых, кстати, очень много кто говорит на разных уровнях, начиная от регионального и муниципального, но мало кто понимает, что такое общественный контроль, что он дает и как им пользоваться. Вот мы попытались изучить, и у нас что-то получилось.

Б.Ш.: В каждом регионе есть лидеры общественного мнения, в каждом регионе есть неравнодушные ребята. И единственное, что им необходимо — это какие-то каналы коммуникации с теми службами, которые организуют эти процессы и выполняют эти работы. Законодатель дает нам единственную сейчас возможность, ведь между обществом и властью существует огромная пропасть, а между ними все-таки меньше, это не везде работает, но все-таки.

В.И.: Правильно я вас понимаю, Виталий и Багир, вы сейчас как соединительный элемент между властью и обществом в решении проблемы плохих дорог в Кирове.

В.Б.: Можно сказать, что так.

Б.Ш.: Мы, может быть, и соединительный элемент. Но я имел в виду Общественную палату, поскольку она наделена какими-то полномочиями. В каждом регионе есть такие же парни, они обеспокоены, это же наши дети, у меня есть родители, у других есть детки маленькие. Если есть такие ребята, то я бы рекомендовал вести работу в рамках Общественной палаты, хотя, на мой взгляд, это отчасти симулятор общественной активности по стране, но в некоторых случаях можно его раскачать. И это такой средний элемент между властью, которая тебя не слышит наглухо и обществом, которое не может, так сказать, проявить свою какую-то инициативу. Причем, как правило, ребята могут только кричать, а делают мало. Вот представьте себе, в этом году клич бросили: самому активному общественнику просто дарят безвозмездно участок земельный размером в 10 соток, — и такого человека не нашлось. То есть в этом есть сложность. Но, если говорить о структуре работы, это анализ и трат государственных, это, в том числе, правовая сторона, техническая часть. Нам очень помогает наш Кировский государственный университет, там есть специалисты-технари, они тоже крайне полезны, потому что нужна компетенция, чтобы беседовать на их языке, с этими парнями. Дальше нужно время и деньги: это тот же бензин, когда ты ездишь, подсматриваешь за дорожниками, это и время, которое ты тратишь, забираешь у семьи, и так далее. Но мы верим в лучшее. Наверное, на таких парнях, собственно, будущее и будет строиться, и на их единомышленниках.

В.И.: На практике как это проявляется? Чего вам удалось добиться? Не буду уже говорить, за те девять лет, в течение которых существует движение «Делай Дороги!», вы вот говорите, в последний год был такой своеобразный всплеск у вас зафиксирован. Чего удалось добиться хотя бы за последний год, и какие шаги вам для этого пришлось предпринять?

В.Б.: Если первая активность была в 2007 году, естественно, она угасла и так далее. А само словосочетание «Делай Дороги!», которое стало уже неким подобием бренда уже, только в этом году оно более оформилось: появился логотип, группа «Вконтакте», появились местные лидеры, таксисты и другие стали подключаться. Сплотила нас беда. Есть продолжение, как это все происходит у нас. Мы заимели такой механизм — закон общественного контроля через Общественную палату, которая наделена такими полномочиями. Мы создали в Общественной палате рабочую группу вместе с членами Общественной палаты, куда вошли специалисты из опорного ВУЗа, Кировского государственного университета, которые могли бы с технической стороны здраво оценить, где будет хорошо, на каком-то технологическом процессе. Туда вошли общественники, «Народный фронт», то есть объединяющий фактор, который объединил людей разных взглядов, тех, кого я призываю обменяться на базе здравого разума в голове. Мы работу по контролю разбили на несколько этапов основных: первый этап — контроль на стадии подготовки технической и аукционной документации, то есть проанализировали более 150 контрактов на ремонт дорог.

В.И.: То есть это такая бумажная работа: вы сидите, находите документы, изучаете. Как это происходит, расскажите поподробнее.

В.Б.: Да, вот у нас в рабочей группе есть 15 членов. Естественно, стараемся каждому какой-то фронт работ делегировать. У кого-то есть ресурсы просмотреть контракты, у кого-то есть компетенция их оценить. Даже на стадии оценки этих контрактов, были выявлены проблемные факторы: будь то увеличение стоимости лота, чрезмерное обеспечение контракта, допустим. Закон о закупках позволяет установить обеспечение от 5% до 30%. Так вот здесь было 30%. То есть это такой фактор, который вроде бы в соответствии с законодательством, но, с другой стороны, он не способствует формированию конкретной среды. То есть мы еще раз поняли, теперь на базе факторов, которые у нас выявились — документальные, грубо говоря, — что все контракты были заточены под одну организацию. Думаю, такое есть в каждом регионе.

В.И.: То есть монополия?

В.Б.: Да, монополия. Была у нас монополия. Она сейчас пока еще присутствует. Мы про монополию, думаю, чуть попозже поговорим. Сейчас у нас есть одна хорошая история про эту монополию. Второй этап этой проверки работ был на стадии выполнения работ. То есть мы полгода, можно сказать, все лето выезжали практически на все ремонты в городе Кирове. Прямо вечером садимся в машину и едем смотреть, как делают ремонт. Естественно, приблизительно, мы изучили саму технологию, ГОСТы, базовые нормативы и все прочее. Это свое, на самом деле, возымело. Где-то, допустим, дорожники не укладывали асфальт в дождь. Если раньше такие случаи были довольно часто, то сейчас довольно редко.

В.И.: Мне кажется, в этом году я видела сообщения из Кирова, что укладывали у вас асфальт и в дождь, и в снег.

В.Б.: Это было осенью уже, в рамках контракта не по ремонту, а в рамках контракта по содержанию дорог. Тут тоже очень интересный факт. Ремонтные работы могут быть включены в контракт по содержанию уличной дорожной сети, куда входит уборка снега, летняя уборка. То есть летние виды работ, зимние виды работ.

Б.Ш.: Но такого быть не должно. Поэтому мы сейчас как раз и подготовили рекомендации, в которых сказано, как должно быть. Эти рекомендации мы положили на стол всем: представителям власти, прокуратуре, Следственному комитету и так далее, и тому подобное. Таких нюансов, когда, скажем, заказчик возлагает ответственность за контроль на подрядчика, то есть ты сам делаешь и сам за это отвечаешь — их присутствовать не должно. Мы это указали, в том числе, в этих выводах Общественной палаты, которые направили в соответствующие органы. Там очень много выводов. Там системный подход к процессу формирования заказов, конкурсной документации, все минусы, недочеты, которые мы нашли в элементах контроля, в элементах приемки актов выполненных работ, в технологии укладки и так далее. Достаточно большая, серьезная работа. Я думаю, что в нашей стране, в каждом регионе ребята могут частично это делать. Но самое главное — мы добьемся максимального успеха, если объединим усилия. Все вместе объединимся. Потому что где-то на Камчатке есть дядя Петя, который является технологом, и где-то в каком-то другом городе есть человек, у которого есть база знаний.

В.И.: То есть нужно объединиться активистам из разных регионов страны, потому что у них одна общая проблема, правильно я поняла?

Б.Ш.: Ну, конечно. Как говорят, две проблемы: дураки и дороги. Ну так пусть будет одна.

В.Б.: У многих есть свои компетенции. Они разные. В разных сферах. У кого-то есть положительный опыт в одном, у кого-то положительный опыт в другом. Соответственно, объединив усилия, можно добиться больших результатов. Мы, проведя самый глубокий анализ со стороны общественников дорожной сети, на мой взгляд, готовы им делиться. Естественно, будем делиться. Даже сейчас знакомые ребята спрашивают из Саратовской области, Свердловской области, там прекрасные ребята, наши друзья.

Б.Ш.: Ижевск, Тверь, везде объединяемся.

В.Б.: Да, давно участвуем. И есть довольно положительный опыт.

В.И.: Виталий, вы начали перечислять стадии вашей работы, которые вы проходите. Сказали: собираете документы, изучаете документы, потом выезжаете на место, где укладывается асфальт, каждый участок контролируете, следите, чтобы работы проходили хорошо. Дальше что?

В.Б.: Если мы выезжаем, видим, что идет какое-то нарушение, мы составляем свой акт по каждому выезду, и он уже уходит во все органы, в том, числе и в ГИБДД, в прокуратуру, заказчику работ. Естественно, уже заказчик может ввести штрафные санкции, еще другие методы. Дальше у нас идет третий этап — на стадии приемки работ. Мы приезжаем, смотрим, как делаются те же керны после уложенного асфальта, когда вынимается асфальт и выемку отдают на экспертизу. К сожалению, у нас в городе всего три лаборатории, которые называются «независимые», но, на самом деле, они слишком сильно зависят от подрядчика и от заказчика. Мы попытаемся с этим что-то делать в следующем сезоне. И последний этап — на стадии гарантийных обязательств. Здесь мы немножко не успели. Ведь работы ведутся. У нас в самом начале была создана экспертизная карта, где нанесены все участки, на которых производился ремонт, которые находятся на гарантии, на которых предполагается ремонт, вся эта информация есть в открытом доступе. По каждой из них есть вся информация по заказчику, гарантия, все данные. И можно довольно хорошо отслеживать всю историю.

Б.Ш.: Мы еще выезжаем на приемку и отслеживаем качество. Там есть очень много элементов, с точки зрения качества, количества, где можно злоупотребить, ну, «попилить», так кажем. Мы их все отследили, смотрим по контракту, по проверкам, по контролю, по объему, по качеству сырья и материалов — щебень, гравий, — по количеству транспортных услуг, то есть это все считается. И как раз выезжаем, когда происходят проверки и приемки дорог, и принимаем совместно. Если видим недочеты или отклонения, то составляем акт и направляем его дальше.

В.Б.: Ну, страшновато это все бездумно делать. У нас получился по факту нашей проверки, которая длилась полгода, официальный акт о результатах общественной проверки ремонта дорог. Соответственно, он носит официальный характер. Он должен быть принят, рассмотрен всеми участниками этих процессов. Должен быть дан ответ по существу. И в данный момент он воспринимается всеми сторонам власти довольно серьезно. Как, допустим, можно рассмотреть восприятие со стороны уже новой власти, врио губернатора после Белых, который ушел. Первым делом, он вступил в нашу рабочую группу. Это интересно, ведь все же понимают, что проблема есть, а в чем она кроется, мы даем конкретный, понятный и обоснованный ответ. И наш основной вывод заключается в том, что система дорожного хозяйства Кировской области и в городе Кирове, соответственно, тоже потеряла свою актуальность и не способна отвечать современным требованиям. Естественно, она нуждается в реформации.

В.И.: А в чем она не отвечает современным требованиям и почему нуждается в реформации? Почему без общественного контроля это все сразу тухнет и выявляются различные нарушения, с которыми никто ничего не может сделать?

В.Б.: На это у Багира есть два волшебных слова, которые он всегда говорит.

В.И.: «Потому что»?

Б.Ш.: На самом деле, это нецензурные немножко слова. Звучат очень просто: саботаж и халатность. Как-то так я оцениваю весь режим взаимодействия с нами органов государственной власти, дорожных служб, всех кто нам в этом «помогает». Создает проблему, которую мы решаем. Но нас это нисколько не смущает. А относительно проблем, почему не делается. Потому что мы живем в России, у нас две беды: дорогами мы занимаемся, но проистекает отсюда вторая. А дальше кадровые вопросы способствуют ее решению. Как вы понимаете, личность играет ключевую роль в истории проекта, города, области и так далее. В это месте было бы неправильно не похвалить нашего нового врио губернатора. Приехал парень такой, посмотрел по сторонам, говорит: «Ну, блин, дороги у вас реально никуда. Минздрав тоже должен быть немножко повеселее, поинтереснее. Благоустройство — ну, как-то грязно здесь. Давайте я вступлю сюда, туда, соберу ваших представителей власти». Это хороший актив, когда первое лицо приезжает и начинает менять реально всю команду, всю верхушку. На стороне общественности проявляет заинтересованность в решении социальных вопросов для того, чтобы эта же социальная напряженность была на должном уровне. Это всех впечатляет. Поэтому это личность: «Находите, парни, у себя рядышком небезразличных, помогайте им, кто чем может». Наверное, таким образом можно что-то изменить. Вопросов в системе, на самом деле, очень много. Например, о паспортизации области. Я более чем уверен, что в тех городах, которые у нас сейчас есть, такого понятия как «паспорт улицы» нет. Понятия «паспорт квартиры», твой личный паспорт — они существует, а улиц нет.

В.И.: Но это сейчас начинают вводить, насколько я понимаю. Это является обязательным требованием. Кто вводит-не вводит — это уже отдельный вопрос.

Б.Ш.: Да, оно не выполняется, конечно.

В.И.: А что дает этот паспорт улицы на практике? Например, как инструмент для контроля за качеством дорог. Почему он необходим?

Б.Ш.: В этом паспорте написано, какой слой, что и где должно лежать, когда очередной ремонт должен производиться, из чего этот ремонт должен делаться, какие существуют коммуникации и т. д. и т. п. Это качество, видимое государственной власти, его можно оценивать. По большому счету, мы пригласили их поуправлять. Ну так должно быть. Мы, собственно говоря, их работодатели. А сейчас что-то меняется? Как сказать им об этом? Вот вы приходите к себе в компанию, ребята работают, работают, работают, монотонно, и они уже немножко зарабатываются. Ты приходишь и говоришь: «Друзья, это, на самом деле, так. Давайте вспомним об этом». И все начинают вспоминать, начинают действовать, работать. Но в начале было Слово. Если есть это желание, если ты реализуешь, что-то делаешь, а не просто говоришь, то у тебя все получится. Мы — реальный пример, в рамках Общественной палаты Кировской области. Как правило, я говорю о том, что эти мысли, они мои личные. Я не соотношу их к группе Общественной палаты, которая нацелена на контроль ремонта дорог и так далее и тому подобное. Но я лично как гражданин могу сказать: действительно, это халатность. Она присутствует в нашем городе, и, я полагаю, во всей стране. И об этом просто нужно заявлять. Тот же самый произвол. Если с ним работать, что-то будет меняться. Дорогу — если мы про дороги, — осилит идущий. Главное, встать, поднять задницу и идти.

В.Б.: Я в продолжение скажу. Если уж заговорили о паспортах дорог, там просто полностью указывается вся информация о состоянии всех слоев, о трафике, о нагрузках и так далее. Сейчас этой информации нет, и даже выбор участка по ремонту дорог происходит непонятным образом. На все наши вопросы, каким образом вы выбрали места ремонта в этом году, было молчание. Один там критерий я, на свой взгляд, увидел. Это присутствие рядом с этой дорогой какого-то административного здания, будь то администрация города, области, или налоговая, или ФСБ. Грубо говоря, такой критерий я увидел. А какие-то здравые критерии я не увидел. Почему это, само по себе, не происходит? Нужно понимать, где мы находимся. А находимся мы в таком нехорошем месте, всей страной или в любом регионе — не хочется говорить, оно не очень цензурное, — так вот из этого места нужно выбираться. Если ничего не делать, то точно отсюда не выбраться. А если что-то пытаться хотя бы сделать, то обязательно что-нибудь получится. Есть одна из любимых моих фраз: «Если очень захотеть, можно в космос полететь». Почему власти это, сами по себе, не делают, не пытаются менять к лучшему? Нужно понять, что есть оформленная монополия. Если мы говорим про город Киров — это муниципальная компания «Гордормостстрой». Она делает все ремонты в городе, и точно так же берет на себя обслуживание дорог: вывозку снега, мусора, уборку и так далее. Если мы говорим про содержание, то после нашего заявления в УФАС, когда снова был выложен один общий контракт на все работы по содержанию дорог: это и зимние, и летние благоустройства, ямочные ремонты и так далее, контракт был снят. Безусловно, здесь повлиял разгон со стороны правительства области, когда министр приехал к подрядчику, посмотреть, как он выполняет работы, и просто увидел какой-то кошмар: стоят машины, машин немало, машины чистые — такое ощущение, что они, вообще, не выезжали на улицы. У нас сложилась такая система последние три года — как нам говорит Контрольно-счетная палата ежегодно в своих отсчет, — что на протяжении трех лет все муниципальные контракты по содержанию улично-дорожной сети города заключались с одним участником этого процесса. То есть одна организация заявлялась и выигрывала. Это «Гордормостстрой». А потом уже она сегментировала на субподряды, отдавала эти работы, 70% этих работ. Сейчас мы пришли к тому, что данная система, в принципе, сломлена, то есть контракты выложены: вместо одного большого, который на 400 миллионов, — 9 отдельно разбитых контрактов. Посмотрим, что из этого получится. Я думаю, что должно стать лучше. По крайне мере, появился доступ к этим контрактам у более маленьких игроков этой сферы. Если раньше его не было, то сейчас он есть.

В.И: То есть в свои заслуги можно уже поставить победу над монополией? Вы можете посмотреть, во что это выльется.

В.Б.: В какой-то степени, да. Посмотрим, что из этого получится. Вот, сейчас мы увидим. Есть прописная истина, что конкуренция — это хорошо, в любой сфере. А наша администрация говорит, что нам нравится монополия. В принципе, практически, цитирую, что «нам удобно так работать по этой системе, нас она устраивает». Я понимаю, почему, но так дальше жить нельзя.

Б.Ш.: Подождите, по заслугам хотелось бы пройтись еще немного. Не знаю, как по всей России, но по сроку гарантии на дорожное полотно мы добились, что у нас он — не менее 4 лет.

В.И.: Это по документам или по практике то, что уложили асфальт, и 4 года он лежит на дороге?

Б.Ш.: Во-первых, по документам. Во-вторых, по практике. То есть в течение 4 лет подрядная организация обязана устранить дефекты, если они возникают на существующей дороге. До нашего обращения внимания было меньше, где-то год, где-то два и так далее. Потом на ямочный ремонт полгода, хотя на него, в принципе, не давали никакой гарантии. Дальше, мы, в том числе, правительство наше, Департамент дорожного хозяйства, сейчас озадачены технологией, какую наиболее эффективную, с более длительным гарантийным периодом, можно использовать в России и в нашей Кировской области. Я считаю, это прогресс. Самое главное, чтобы заинтересованных людей было больше. Есть некая модель понимания. Давайте говорить, что Общественная палата — это полноценный институт. Но если говорить об общественности, о тех принципах, на которых построена Общественная палата, то можно понять, что люди хотят и могут решать свои проблемы. Единственно, что нужно сделать государю — это дать им подобную возможность. И тогда можно спокойно управлять, править или сидеть, как Соломон, поворачивая кольцо вправо или влево: «все пройдет, и это тоже пройдет». Мне кажется, это более безопасная форма правления, чем та, которая существует на сегодняшний день. Это федеральный, вертикальный вид, который ориентирован на олигархические структуры, точнее, на личности, видимо, которые, мягко говоря, попирают закон. И негодование общественности принимают на себя. Но ведь оно тоже имеет свою грань. Вот сидишь на заднем месте и не понимаешь, когда эта грань будет преодолена. А дать возможность обществу решать свои проблемы — я думаю, что это очень мудрый шаг, и вот сейчас мы показали, что это возможно. Поэтому результаты все-таки есть. И если в первый раз выезда на дороги мы увидели, что там даже битумную смесь не укладывают между гравием и асфальтом, то в конце они начинали рисовать уже некие картины. Это раз. Второе — по гарантийному сроку мы с вами прошлись. И по тем актам, и тем выводам, что мы сделали, я думаю, что еще должны отработать органы. То есть побед много.

В.Б.: И самое главное — контроль будет продолжаться. На постоянной основе нужно смотреть. Нельзя думать, что что-то получилось, и сейчас все своим чередом пойдет. Ребята, мы живем в таком мире, что нужно постоянное участие в этом моменте, в нем нужно раскрывать свой потенциал, потенциал своих окружающих по максимуму, в любых действиях. Если мы говорим о том, что мы хотим поменять нашу страну к лучшему, благоустроить нашу территорию, и жить качественно, нам нужно приложить к этому усилия. Если мы не будем прилагать к этому усилия, то ничего не будет. Если мы говорим про контроль, то у нас сейчас есть вся информация по тем, участкам, которые находятся на гарантии. Гарантия стояла больше, чем обычно — там 4 года, хотя я понимаю, что некоторые участки будут уже начинать портиться уже через 2 года, а какие-то уже сейчас. Представьте себе, все подъезды к остановочным павильонам на вновь уложенном асфальте были сделаны без усиления. Там же автобус тяжелый, постоянно останавливается и трогается, там нагрузка, соответственно, выше, чем на общем полотне. А уже осенью этого года мы заметили, что там пошла деформация. Соответственно, уже в следующем году уже начнутся мелкие дефекты. То есть снова потребуется ремонт. Он будет уже не гарантийный, автоматически, потому что подрядчик сделал все в соответствии с техническим заданием. Мы говорим про качество составления документации, даже в этих мелочах. Если люди, которые работают в этих организациях, в Дирекции дорожного хозяйства, в Министерстве транспорта, будут понимать, что с них будут спрашивать, то они будут работать по-другому. Если раньше от меня замглавы города, который как раз отвечал за дорожную сферу, на мой вопрос: был ли там сделан ремонт по гарантии, просто убегал, то сейчас мы имеем всю информацию, где производился ремонт. Мы его догоним очень быстро, он от нас не убежит. Просто напишем заявление, привлечем подрядчика, что бы он это сделал ремонт по гарантии за свой счет, что, в принципе, и должно быть.

В.И.: Теперь видите, в вашей группе находится губернатор, у вас такие сторонники. В принципе, вы себе еще сильных игроков в команду перетянули, поэтому, вроде как, должны они перед вами отвечать.

Б.Ш.: Город Киров, в простонародье, Вятка — это будущее нашей страны. Собирайте чемоданы, приезжайте, у нас здесь очень экологично, просторы, воздух, водичка.

В.Б.: Квас у нас вятский.

В.И.: Понятно, пошла реклама города, видите, над дорогами работаете. Ранее вы сказали, что многое в системе дорожного строительства устарело. И перечислили несколько моментов, почему устарело, и как это себя проявляет. Может, остались еще какие-то нюансы, которые не были озвучены, вот этой устаревшей системы? И что с этим делать?

В.Б.: Остались, наверное, кадры, в первую очередь. Надо понимать, что кадры решают все. И как бы мы не говорили сейчас очень деликатно и мягко, что Общественная палата — это группа, которая выражает свое мнение, негодование, — я избрал свою личную позицию, которая к Общественной палате отношения прямого не имеет. Вот эта халатность, этот саботаж — это все-таки кадровый вопрос. Когда люди меняются, сразу начинается полноценная нормальная работа. Конечно, хотелось бы, чтобы эти люди могли зарабатывать те достойные деньги, которые они отрабатывают. Как в замечательном Сингапуре, например, чиновники получают не меньше, чем те же топы в бизнесе. Но система труда по всей России, наверное, должна быть слегка как-то мотивирована. Сейчас это несколько иной принцип мотивации, стимулирования: ну да, наказания для нерадивых, и поощрения для лучших. Система оплаты труда, во многом, могла бы эффективно влиять на всю отрасль. В том числе, и в отрасли дорожного хозяйства. Но если ты здесь получаешь 10 тысяч, находясь на этой должности в Департаменте дорожного хозяйства, а потом, как в любом бизнесе, прилетает тебе вознаграждение в 50−100 тысяч откуда-то со стороны — в компаниях такое часто используется: вот тебе базовая ставка, и вот тебе от результата твоей деятельности, — тогда ты работаешь не на государство, а на того, кто платит тебе вторую часть. А если тебе платят 3 копейки, то ты за них работать не будешь. Эту проблему, конечно, нужно поднимать, решать в рамках всего государства. Мы пытаемся здесь создать прецедент, и очень надеюсь, что в течение ближайшего времени эти вопросы останутся в поле зрения.

В.И.: А вот вы себе какой срок ставите на достижение этой цели? И что вы ставите себе конечной целью? Как она должна проявить себя в деле?

В.Б.: Смотрите, мы говорим про…

В.И.: Про процесс, который бесконечен, я уже поняла, что вы должны проявлять активность, безостановочно, иначе все остановится.

В.Б.: В то же время, мы уже сейчас видим некие плоды нашей деятельности. Нужно сделать так, чтобы с минимальным воздействием извне, система сама по себе работала. Я думаю, что это возможно при одном условии. Нужна воля сверху и воля снизу. Если есть запрос со стороны общества, если общество готово заявлять, как-то участвовать в процессах изменения, это уже хорошо. Отсюда появляется — если раньше и не было, — воля сверху. Будь то какое-то участие, какое-то сопровождение. Взять того же прежнего губернатора Белых, которые сказал: «Так сделайте им карту». И Министерство связи информации города Кирова и Кировской области делает карту. Делает, конечно, хреновую, но делает. По крайней мере, этим можно пользоваться и работать. Просто нужно влиять, и все. Наша цель такая, что дороги Кировской области стали хорошими.

Б.Ш.: Это не все. Мы будем передавать это по наследству внукам и правнукам, они будут облагораживать свою жизнь, масштабировать. У нас тут, вообще, какая-то аномалия. Вы же знаете, что у нас здесь есть «Ночной патруль». Это парни, которые за свой счет, безвозмездно, даром ездят по ночам и пьяных убийц-водителей притормаживают, слегка упаковывают, отдают в ГАИ. Вот, пожалуйста вам, дорожный контроль, и так далее и тому подобное. Еще раз рекламирую город Киров. У нас здесь благополучно. Приезжайте, с радостью всех примем.

В.Б.: Только немножко прибраться надо. Мы приберемся.

В.И.: Виталий, Багир, еще такой вопрос. А вы производили расчеты, в какие сроки удасться привести дороги в порядок? И сколько денег на это необходимо? Потому что, когда такие вопросы задаешь чиновникам, они сразу глаза закатывают и называют какие-то баснословные суммы денег. И говорят, что, даже если мы эти деньги получим, нам, чтобы отремонтировать все дороги, нужно несколько десятков лет. И пока мы первые будем ремонтировать, другие испортятся.

Б.Ш.: Современным чиновникам, топам, говорить, что мы прошли точку безвозврата — это для тех, кто уже остался за чертой внимания. Во-первых, мы работаем над технологиями, продлеваем длительность жизни этих дорог. Во-вторых, конечно, подобные расчеты у нас есть, времени достаточно, но нас привлекает сам процесс. Мы будем это делать, совершенствовать, потому что в этом сама жизнь.

В.И.: Ну, хотя бы какие-нибудь цифры можете сейчас озвучить?

В.Б.: Если про цифры. В Кировской области 85% ненормативных дорог. Это по официальным данным. Потому что там еще больше — порядка 90−95%. Есть три метода ремонта. Буквально недавно мы обсуждали с министром транспорта новые методы ремонта. Мы смотрим видео на YouTube, как делают дороги, допустим, в Америке или в Китае. Где делают мост за 2−3 дня. Или где-то еще там в Европе. В Сингапуре, если взять, совершенно иной подход ко всем этапам и к технологии. Так вот, есть такой метод, как холодная регенерация, когда на выходе получается монолитная бетонная дорога. Он не намного дороже. Чем те методы, которые используются сейчас. Буквально в 1,5−2-2,5 раза. Но срок жизни этой дороги — от 12 до 25 лет, в зависимости от подхода: глубинного или поверхностного, в 7 слоев. Я думаю, что мы в Кировской области попытаемся внедрить этот метод. Там, безусловно, всеми методами и технологиями ремонта, которые мы имеем на данный момент, проблему особо и не решить. Потому что, пока ты делаешь часть дорог, первая уже будет разрушаться.

Б.Ш.: Тем более, в этом заинтересован министр транспорта и ЖКХ. Он поддержал эту идею. Более того, он ею занимается.

В.И.: Какую идею? Вводить что-то новое? Или поддерживать старое?

Б.Ш.: Именно смотреть более качественные технологии. Тем более, как сказал Виталий, это не намного дороже, 1200, по-моему, стоит асфальт, и 2000−2500 стоит подобный метод. Но там долговечность, представляете себе, в пять раз больше. При этом не нужен качественный битум, которого в нашей стране все равно нет. Потому что он по производственному циклу, по технологии производства, по переработке, по нефтеперерабатывающим заводам — я, к сожалению, или к счастью, работал в этой отрасли, — его нет, и не будет в ближайшее время. А то, что мы называем битумом — это, действительно, припарка, которая долго не продержится.

В.Б.: Просто надо понимать, что есть инновации всегда, они проверяются. Тем более, когда сейчас пришел общемировой технологический процесс. Во всех сферах идет постоянное обновление, можно сказать, ежесекундное. Пока здесь, в России, что-нибудь придумают, в Китае уже будет внедрено, грубо говоря, на следующий день. И использовать методы ремонта, которые были актуальны 10, 20, 30 лет назад — это глупо, на мой взгляд. Есть более эффективные методы, более дешевые. Почему они массово не внедряются по все стране, в каждом регионе? В принципе, у меня есть ответ — потому что есть сложившиеся монополии, либо приближенные организации в каждом регионе.

Б.Ш.: Потому что удобно ежегодно пилить, пилить, пилить.

В.Б.: Это я и хотел сказать. Это удобно для кого-то. У них есть какое-то свое оборудование, которое они не могут заменить, им это невыгодно. Допустим, взять город Киров. Была масса, так называемого, ямочного ремонта, когда просто ямку закапывают, она через пару-тройку месяцев разрушается, и снова на нее тратят деньги. Потому что там нет никакого контроля за гарантией. Хотя даже у ямочного ремонта есть гарантия от полугода — до года. Соответственно, в этом году одним из изначальных требований было отказаться от ямочного ремонта в сторону сплошного ремонта. Хотя бы минимизировать его. Потому что там полностью отказаться от него невозможно, всегда есть аварийный ямы, которые нужно заделывать, где люди просто колеса в ямах оставляют. Но минимизировать этот ремонт нужно. Это произошло. Из порядка полумиллиарда рублей, которые были потрачены на ремонт дорог в городе в этом году, всего 30 или 40 миллионов рублей были потрачены на ямочный ремонт. И даже он был сделан более качественно, потому что, когда мы только-только приезжали на этот ямочный ремонт — это был разыгран один из первых контрактов, там битумом практически не обрабатывали поверхность перед укладкой, — его там стали наносили сеточкой. Это уже хорошо, потому что, вообще, должны лить сплошным слоем все равно.

Б.Ш.: В этой связи, хотелось бы обратиться к дорожникам. В последнее время, много же работников этой сферы знакомых, они жалуются на то, что нога побаливает, дети балуются, какие-то еще вещи: то по здоровью, то что-то странные в жизни проблемы происходят. Я им говорю всегда крылатую фразу: «Друзья, конечно, потому что когда мы едем по этим дорогам, мы же вас вспоминаем. Поэтому, будьте добры, вы позаботьтесь о своем здоровье, о благополучии ваших близких, ваших детях, хотя бы таким образом». То есть вы делаете то, что нужно, но вот я бы лично — это я, конечно, — я бы просто отказался и не стал делать то, что будет стоить тебе потом дороже. Но это с молоком матери уже впитывается. Как сделает иной — не знаю. Конечно, хочется лучше, но так, чтобы потом: ты сегодня покушал, а завтра у тебя спину свернуло, — наверное, тут есть, о чем задуматься. Мы всегда их очень благодарим, всегда им желаем — вот моя мама, обычно, всегда дышит этим воздухом, как только начинает кашлять, всегда их вспоминает. Вот и мы ездим по нашим дорогам, вспоминаем каждую кочечку.

В.И.: Виталий. Багир, у меня к вам еще такой вопрос. Вот вы начали вести речь про новые технологии. Сказали то, что, если будут сохраняться старые технологии, то мы все дороги починить и не сможем. Потому что эти дороги будут разрушаться раньше, чем мы их чиним. А вот если будут новые технологии, то якобы с проблемой справиться будет возможно, если будут вестись работы над другими ошибками. Также прозвучало то, что вы сейчас пробиваете приход этих новых технологий к вам регион. А тут сроки какие, это известно?

В.Б.: Ну, не то, чтобы пробиваем. На мой взгляд, тенденция в этом векторе есть у нового правительства, что мы увидели. Прежде мы пообщались с нашим ВУЗом с технологической стороны, мы с завкафедрой строительной два часа обсуждали этот метод, и он говорит, что этот метод более интересен. Естественно, я буду обеими руками биться, чтобы он был реализован. Потому что это интересно всем. Пока что непонятно, посмотрим, что будет в следующем ремонтном сезоне, который будет уже этой весной-летом. Во-первых, все будет зависеть отчасти от финансирования, отчасти от каких-то других факторов. Посмотрим. Я думаю, что уже в этом годе будут какие-то положительные тенденции, положительные шаги. Пока рано что-то говорить или утверждать.

В.И.: Знаете, такой вопрос. Обычно, у активистов, которые следят за состоянием дорог, фаза активности начинается весной, когда появляется наибольшее число жалоб о том, что асфальт поплыл, его смыло водой, с растаявшим снегом.

В.Б.: Поэтому мы как раз сейчас смотрим, как вывозят снег.

В.И.: А вот тем людям, которые, возможно, послушали эфир с вашим участием, подумали: «А вот я тот самый активный человек, который хочет заняться наведением порядка на дорогах области. Вот им уже сейчас, наверное, нужно браться за какую-то работу? И за что браться, с чего начинать?

В.Б.: Шаг первый — зайти на сайт bramm.ru, мой личный сайт. И там во вкладке «Делай Дороги» есть вся подборка постов про то, что мы делали, там есть цифры, бюджеты и описания, что происходило. Можно зайти на наши группы в социальных сетях: «Вконтакте», Facebook, по ссылке vk.com/delaidorogi — она пока что ведет на группу «Вконтакте».

В.И.: Я думаю, там через поисковики, при желании, всегда можно найти. Но вот вкратце можете озвучить инструкцию?

В.Б.: Вкратце, что можно сделать — сказать себе, что ты сможешь измениться. Вопрос веры, на самом деле: если человек верит, у него все получится, безусловно. Во-вторых, нужно посмотреть на то, где он находится. Нужно четко оценить, посмотреть цифры в бюджетах. Это, на самом деле, важно. Нужно понять, как там происходит трата средств, каких средств.

Б.Ш.: Я думаю, что начать нужно все-таки с поиска группы единомышленников.

В.Б.: Конечно!

Б.Ш.: Прозондировать Общественную палату, сказать, что в Кирове есть такой прецедент, что там ребята качают эту тему, почему бы и не сделать это здесь. Если Общественная палата почему-то откажется то обратиться туда через нашу Палату, через органы власти. Как минимум, нужно найти единомышленников. Во-первых, начинать с себя, как обычно. Второе — это единомышленники. А третье — это системные процессы. У нас на информационных носителях есть методички, что делать в случае, когда попало колесо в яму, куда писать, в какой форме, куда отправлять, потом суд и все прочее. Мы готовы сопровождать. Правда, по Кировской области. Но, почему и нет, рекомендации дадим в любом регионе, как взаимодействовать с органами государственной власти, ГАИ и так далее.

В.Б.: Если брать вопрос взаимодействия, я думаю, что наиболее удобным был бы вариант, если нас бы человек нашел — вот есть Виталий Брам, Багир Шарифов, — банально отправил бы сообщение в соцсети, и мы уже там более смогли бы проговорить. Я думаю, там разговоров не на один час, если говорить про какие-то действия, про сопроводительные какие-то работы и все прочее. В любом случае, скоро весна придет. Дороги, по большей части, по всей стране сойдут вместе со снегом окончательно. Естественно, это будет точка привлечения общественного внимания. То есть многие думают, что общественное мнение мало стоит. На самом деле, оно очень действенная штука. С помощью общественного мнения и его формирования можно влиять на процессы довольно сильно.

Б.Ш.: Давай еще самое главное озвучим. Скоро выборы президента Российской Федерации. Перед этим — городские Думы. Это тот период, когда — исторически так сложилось, — нужно сказать что-то хорошее, плохое слушать не хочется, наобещать, а может быть, частично сделать. Вот этот мотив нудно сейчас использовать. Помимо этого, мы готовы будем поделиться личным опытом в любом режиме: в электронном виде, факсимильным, и планировать движения, чтобы ребята на свои грабли не наступали, а хотя бы понимали, как можно чего-то добиться.

В.Б.: То есть нужно, во-первых, человеку просмотреть, если в регионе есть какие-то контакты с властью, к тому же там знакомые контакты. У власти тоже бывают вменяемые люди. Хочу заметить, что многие думают, что там невменяемые только сидят, но там есть и вменяемые. Есть, конечно, невменяемые, но есть и вменяемые, нормальные, грамотные люди.

Б.Ш.: А может ваше радио сделать таким федеральной сетью. Серьезно, почему нет. В эфир выходит программа, там ребята звонят, спрашивают, мы чего-то говорим. Тут раз — и поехало. И вы стоите у руля решения двух серьезных проблем.

В.И.: Посмотрим, это такая идея для развития. У меня возникает такой вопрос. Вы уже ранее сказали, что к вам уже обращаются представители разных городов.

В.Б.: Там, в основном, знакомые.

В.И.: Уже можно как-то представить, где эта активность проявляется выше? В Кирове у вас есть инициативная группа. А в других городах есть нечто подобное? И можно ли говорить о каких-то успехах?

В.Б.: Я могу ответить. Город Екатеринбург Свердовской области, там наши давние друзья, Катя Петрова, Алексей Беззуб там есть отличный, — вот они довольно давно тоже занимаются этой проблемой, довольно глубоко. Хороший регион, хороший пример. В Ижевске, по-моему, есть неплохие. Надо просмотреть, конечно. Я так прямо сказать не могу, но в основном, там есть какие-то активные ребята, которые пишут заявления на ямы. Благо есть проект «РосЯма», который был довольно хорошо раскручен, в свое время. К сожалению, они немножко затухли, на мой взгляд. Тем не менее, это один из механизмов. На самом деле, про эти же ямы. Я как-то стал думать: «Хорошо, если я напишу заявлением на каждую ямку, потому что есть ГОСТ, есть закон, который обязывает ее заделать, если я завалюсь с заявлениями в ГИБДД. Во-первых, я спрашивал в ГИБДД — есть у меня знакомая, город маленький, — а что будет? Во-первых, я так уже пробовал делать и они там подбешиваются, им трудно обработать такое количество заявлений, потому что там три человека сидит на весь отдел по надзору за состоянии дорог и все прочее. Во-вторых, мне говорят: «Так, слушай, мы каждую весну выезжаем в рейд, сами эти ямы фиксируем и пишем предписания в администрацию». То есть, в принципе, эта работа ведется. Вопрос другой: даже если администрация не заделает по предписанию из ГИБДД эти ямки, на них накладывается штраф, который выходит из городского бюджета в областной бюджет. И персональная ответственность, в принципе, практически нулевая, поэтому работа должна быть более системной. Может, какие-то пожертвования.

Б.Ш.: Знаете, у нас, в принципе, не хватает средств. Я предположил, что интернет-телефон может быть высоко ликвидным, он монетизирует все эти усилия. Если найдутся те люди, которые хотели бы сделать в рамках страны какой-то федеральный ресурс, на который можно было бы привлечь всех, то, поверьте, туда придут и шиномонтажи, все, кто угодно — за деньги, в качестве рекламы, — но, тем не менее, он может выполнять главную цель — отдавать инструкции, технологии в массы. Это могла бы быть очень хорошая идея.

В.И.: Как еще один вариант решения проблемы, или шаг на пути к нему.

В.Б.: Я всегда понимал, что федеральный винт у нас в этом направлении должен быть, потому что есть наработки, но их никто не объединяет. Если нет государственного заинтересованного лица, то, может быть, есть лица иные. Нам было бы полезно.

В.И.: Виталий, Багир, у нас остается буквально 4 минуты. Попрошу вас подвести своеобразный итог нашей беседы. Что должно отложиться в головах радиослушателей, тем более, если они проявляют какую-то жизненную позицию в этом вопросе, и чувствуют в себе силы что-то делать, и как-то идти по пути решения проблемы?

В.Б.: Ну, самое первое. Наш основной лозунг, который был в самом начале, сохраняется до сих пор: «Хороших дорог без вас не будет». Не то, что без вас, без властей, без властьимущих — без вас, без простых людей. Если вы хотите хороших дорог, то вы должны что-то для этого сделать. Потому что мы находимся в заднице.

Б.Ш.: Ну вот, ты сказал это слово.

В.И.: Да, нельзя было этого говорить. Ну, ладно.

В.Б.: Ладно, проехали. Никто не слышал. Соответственно, если вы не хотите, чтобы были хорошие дороги, то я вот в этой заднице оставаться не хочу. Я пытаюсь из нее выбраться. И вам того желаю.

В.И.: Да, пожалуйста, Багир, ваш итог.

Б.Ш.: Дорогу осилит идущий. Это ваша жизнь, второй такой не будет. Если хотите уподобляться тем, чью историю вы знаете, то пожалуйста, это ваш выбор. Хотите сделать какие-то правильные вещи, для стариков, для ваших детей, для вашего будущего, то добро пожаловать. Нам очень полезны единомышленники. Я знаю, что такие ребята бродят по всей стране. Они не понимают, куда приткнуться, потому что везде какая-то искаженная действительность, режим симуляции, манипуляции, извращений, профанаций. А вот здесь просто люди не говорят, что делают. Наверное, таких много. На земном шарике 7 миллиардов человек, и из них тех, кто могли бы делать хорошие вещи — их немного.

В.И.: Придется вас прервать. Спасибо большое, что побеседовали с нами. Радиослушателям еще раз напоминаю, что с нами на связи находились Виталий Брамм и Багир Шарифов, создатели движения «Делай Дороги» в Кирове и члены региональной рабочей группы по общественному контролю за ремонтом и содержанием дорог. Это была программа «Угол зрения». У микрофона Валентина Ивакина. Пока-пока.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Связанные статьи

Фудшеринг и фриганство

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments