Спасти город: как жители Самары взяли инициативу в свои руки

Привести в порядок фасады старых домов силами волонтёров и на средства спонсоров — за два года жители Самары облагородили 7 зданий в центре города. Их инициативу уже подхватили в Казани. Какие города на очереди?
Эксперт: Андрей Кочетков — главный редактор журнала «Другой город», арт-директор фестиваля «Метафест», идеолог фестиваля «Том Сойер Фест».

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. У микрофона Валентина Ивакина. Это программа «Zоом» на радио «Соль». Сегодня у нас на связи будет эксперт из Самары. Обсудим инициативы, которые были выдвинуты группой активистов, и к чему эти инициативы привели. Тема эфира звучит так: «Спасти город: как жители Самары взяли инициативу в свои руки». Экспертом выступит Андрей Кочетков, главный редактор журнала «Другой город», арт-директор фестиваля «Метафест», идеолог фестиваля «Том Сойер Фест». Андрей, здравствуйте!

Андрей Кочетков: Да, здравствуйте.

В.И.: Начать бы хотелось вот с чего: на прошлой неделе вы и еще несколько человек стали авторами материала, который облетел чуть ли не все федеральные СМИ, и не только федеральные, но и многие иностранные. Вы задались вопросом, как бы выглядели иностранные улицы европейских городов, если бы к ним относились так же, как к домам относятся в Самаре. И посредством фотошопа преобразили эти центральные улицы. Многим это понравилось, десятки тысяч репостов, упоминаний. Вот про этот проект можете рассказать подробнее? А потом уже перейдем к конкретным делам, которые были проделаны в Самаре.

А.К.: Дело в том, что наш журнал drugoigorod.ru вообще очень много пишет о проблемах исторический среды, о том, что с ней происходит в Самаре и во многих других городах. Конечно, зачастую это печальная история очень. Мы решили попробовать рассказать это все в новом формате, чтобы об этом задумалась и услышала какая-то новая аудитория, которая не включена в эту повестку. И получилось сделать такую вот вирусную бомбу.

В.И.: Правильно я понимаю, что идея взята не из воздуха, что ранее вы в Самаре проводили определенную работу по реставрации фасадов домов. В частности, такая работа проводилась в рамках фестиваля «Том Сойер Фест». Вот об этом можете рассказать? О предыстории всего?

А.К.: Дело в том, что наше медиа, в первую очередь, для активных горожан, которые немножко выходят из такого состояния, когда они курсируют между работой, телевизором дома и торговым центром. Такое вот печальное очень состояние исторической среды в Самаре, которое очень много обсуждалось в соцсетях, в том числе, благодаря нам, оно привело к каким-то новым мыслям, что, наверное, нужно брать это все в свои руки, если ничего не происходит без нас. Люди просто стали ко мне даже на улицах подходить, спрашивать: «А что делать-то?». А у меня не было для них рецептов. И мы решили сами заняться восстановлением домов в городе вместе с нашими читателями.

В.И.: Уточню — с читателями журнала «Другой город». Как вы эту систему выстроили и что в результате удалось уже сделать?

А.К.: В прошлом году мы восстановили три дома на улице Льва Толстого, это в центре, буквально в трех минутах ходьбы от мэрии. Они крайне печальный вид имели. Но при этом, как показывают наши работы, многие эти здания еще простоят спокойно по 200 лет без каких-то капитальных вмешательств. Просто поскольку они имеют такой вот крайне запущенный вид, они не оцениваются как некие достопримечательности городские самими горожанами. Нам очень хотелось показать, во-первых, как это все может выглядеть, как это на самом деле красиво и что это можно сделать, в общем-то, достаточно малыми средствами. Потому что когда нам говорят, что там нужно 40 млрд рублей, 60 млрд рублей на реставрацию исторического центра — мы показали в прошлом году, что вот эти три здания с помощью волонтеров можно, если не воровать, в общем-то, за миллион 140 тысяч рублей мы их восстановили.

В.И.: Правильно я понимаю, что тремя домами вы ограничиваться не намерены?

А.К.: Нет. Это было в 2015 году. В 2016 году мы сделали еще 4 дома. Сам фестиваль пошел в рост. И, кроме того, мы начали серьезно задумываться о проблемах взаимодействия с жителями. Потому что фасады — это не все далеко. Исторический центр имеет много проблем разных. Нам бы очень хотелось вовлекать именно жителей во все эти истории, чтобы они начинали ценить свои дома, и мы в этом году пошли дальше. В частности, мы устраивали разные культурные мероприятия во дворах. Самара — один из немногих миллионников, где сохранилась вот эта культура двориков, парцеллы, то, что во многих крупных городах сейчас утрачено, снесено, здесь эта жизнь еще существует. И мы проводили там и культурные мероприятия, и благоустройством территории занимались, и, в общем-то, нам удалось жителей вовлечь в эту историю.

В.И.: Про планы на будущее. Вы говорите, вовлекаете жителей. А на практике как это будет проявляться?

А.К.: На практике оно уже проявляется. У нас был пример, когда такая Инесса Михайловна Негина в одном из домов жила, мы этим домом вообще не планировали заниматься, но она посмотрела на то, что происходит через дорогу от ее дома, как волонтеры работают. Она вышла и начала шкурить фасад своего дома. Мы поняли, что вот оно, и срочно начали ей помогать, довели до конца эти работы. Еще был такой показательный момент, когда человек, прямо скажем, не особо красивое граффити сделавший на стене рядом с домом, который мы восстанавливали, сам же его и счистил в результате, без всякого давления. Просто когда приходит какой-то порядок и благоустройство на территорию, теория разбитых окон — это не пустые слова, люди начинают вовлекаться во все это.

В.И.: Я уверена, что у многих радиослушателей возникнет вопрос, как такую деятельность вообще можно организовать у себя. Возможно, есть такие же инициативные люди и в других городах. Что им нужно предпринять, чтобы сделать нечто подобное в своем городе, в своем регионе? Через какие препятствия им предстоит пройти, с какими сложностями столкнуться? Может быть, необходимо проходить какого-либо рода согласование, собирать документы? Где искать деньги? Есть какая-то инструкция?

А.К.: Что касается «Том Сойер Феста», нужно сказать, что он в этом году был успешно тиражирован в Казани и в Бузулуке, небольшом городе Оренбургской области. Мы с удовольствием делились опытом с активистами в этих городах, чтобы они не наступали на те же грабли, что и мы. И, в общем-то, они успешно сделали три дома в Казани в этом году, один дома в Бузулуке. За Бузулук мы особо волновались, потому что Самара миллионник, Казань миллионник, у нас ситуации достаточно похожи. А вот в таком небольшом городке что это успешно произошло — это для нас, конечно, большой радостью было. Что эта история может не только в мегаполисах существовать, но и имеет право на жизнь в небольших городах.

Да, конечно, с бюрократическими какими-то мы сталкиваемся моментами. Но в Самаре в этом плане нам очень повезло. Мы до этого делали ряд городских проектов, конечно, нам очень сложно было через всю эту волокиту проходить. Конечно, мы проходили согласования по колористике. Во-первых, мы получали согласие жильцов этих домов. Во-вторых, мы ходили в Управление главного архитектора и получали согласование. Колористические какие-то решения. Нам повезло, у нас вот ребята молодые, реставраторы тоже на волонтерских началах делали эти вещи. Поэтому все на достаточно высоком уровне было. В общем, мы готовы легко делиться технологией, будем очень рады, если в каких-то других городах это все запустится. Нас можно очень легко найти в соцсетях, написать нам, и мы будем очень рады.

В.И.: Порошу вас все-таки маленькую инструкцию озвучить и в рамках эфира. Может, для кого-то это станет первым шагом на пути подобного рода деятельности. Я уверена, что многие сидят и хотят что-то такое делать, но боятся, что будут проблемы. Вы сами озвучиваете, что есть определенные проблемы бюрократического характера. Что делать этим людям? Куда им обращаться, если они не хотят сразу вам писать, а хотят сначала проверить свои силы?

А.К.: Если говорить именно о каком-то восстановлении деревянных домов, то, во-первых, нужно как-то взвесить свои силы, потому что это небыстрая история, это гораздо более сложная вещь, чем, например, провести единоразовый субботник, выехать куда-то, убрать мусор или какую-то еще единоразовую акцию. В прошлом году у нас работы 3 месяца велись, в этом году 4. Нужно понимать, что, включаясь в этот процесс, нужно свое время оценивать трезво и свои возможности.

Какая там последовательность действий может быть? Во-первых, нужно встретиться с собственниками и разобраться, собственно говоря, кому принадлежит это жилье. У нас были разные случаи. И приватизированное было жилье, и муниципальное. Потом мы проводили собрание, составляли протокол и отправляли главному архитектору. Что касается Казани и Бузулука, наш пример самарский очень пошел на пользу, потому что они уже шли и показывали наши результаты и говорили о том, что это возможно сделать. Нам, конечно, в первый год было достаточно сложно доказать, что мы способны на такие капитального характера преобразования. Сейчас в руках у желающих, у активистов есть уже успешный пример трех городов, и я думаю, что администрации пойдут навстречу.

В.И.: Есть уже какие-то наработки на будущее, что подобную инициативу подхватят не только Казань и те населенные пункты, которые вы озвучивали, а что нечто подобное будет происходить и в других городах страны?

А.К.: Да, мы очень надеемся, что мы как минимум 5 городов еще запустим следующим летом. Мы готовы активно помогать. Очень много нам пишут, интересуются. На достаточно высоких стадиях переговоров у нас сейчас находится Нижний Новгород, Вологда, пишет Петрозаводск. Пишут и из городов меньше. Вообще, там, наверное, уже около 20 городов писали. Но пока о конкретике говорить рано.

В.И.: Я уверена, что большинство наших радиослушателей не видели фотографий и не представляют, какого рода работы были проделаны. Можете объяснить на словах, что было с домом до того, как вы им занялись, и что стало после?

А.К.: Каждый объект, конечно, уникален и индивидуален. Там разные виды работ. Во-первых, если это чисто деревянный дом или каменно-деревянный, тут просто покрасить его не составляет труда, и мы в том числе и в Самаре видим вещи, когда выходят какие-то службы, устраивают покраску деревянного дома просто поверх старой краски. И все это заканчивается плачевно уже на следующий год. Деревянную поверхность нужно подготовить, ошкурить ее, потом прогрунтовать и потом уже красить. Большую часть времени занимает вот эта подготовка деревянной поверхности. В некоторых случаях мы изготавливали новые наличники, например, где они были уж совсем в плохом состоянии. Да, и тут, кстати, важно отметить, что начинать нужно, конечно, не с домов, которые являются объектами культурного наследия официальными. С ними все, конечно, гораздо сложнее. Нужно проходить другие согласования и совершенно другие процедуры. Но дело в том, что практически в каждом российском городе, который появился не позднее начала 20 века, есть достаточное количество деревянных домов, которые не являются объектами культурного наследия, но при этом имеют потенциал очень ценный культурный, несмотря на то, что у них отсутствует какой-то официальный статус. Потому что вот эта деревянная и деревянно-каменная Россия — это наша фишка наряду с конструктивизмом, это то, чего нигде больше в мире нет практически. Поэтому мы считаем, что именно это важно сохранять. И не только сохранять, а вот этим примером показывать большему количеству людей, что не только классицизм или модерн заслуживают внимания, потому что классицизм и модерн вообще-то не уникальны, а вот эта среда тоже очень важна.

В.И.: Сколько времени занимает сама работа по реставрации дома? И какие силы к этому приходится привлекать? Вы уже говорили, что восстанавливать дома помогали волонтеры. Сколько волонтеров? И, опять же, остается открытым вопрос, откуда взять на это деньги?

А.К.: По сути, мы сейчас можем оперировать опытом двухлетним нашим. На 7 домов у нас ушло 7 месяцев, то есть, грубо говоря, 1 дом — это 1 месяц. Волонтеров у нас через фестиваль прошло около 250 человек в общей сложности за 2 года. Но это считая людей, которые приходили на час поработать, например. Мы против этого ничего не имеем, потому что мы считаем, что каждый человек, приложивший руку к городу, — это уже более качественный и ответственный горожанин. Костяк у нас составляет в районе 20 человек. Это люди, которые практически все лето проводят на фестивале. У нас такой график работ, мы сделали специально удобный для людей, которые работают. То есть мы работаем вечерами, это не 8-часовой рабочий день, вечерами, в выходные, то есть стараемся подстроиться под удобный для горожан график. Если у вас есть пара десяток активистов и месяц времени, то один дом, в общем-то, вполне реально восстановить.

Что касается ресурсов, то у нас очень много спонсоров. Вот это меня радует, что у нас нет ключевой компании, которая все это оплачивает. Потому что у нас очень много спонсоров, которые дают помалу денег, если кто-то отваливается, это не значит, что фестиваль тут же закрывается. У нас совершенно разные спонсоры, начиная от сотовых компаний и заканчивая производителем краски, стройматериалов, инструментов. Большая часть ресурсов, о которых я говорил, вот на 3 дома миллион 140 тысяч потратили, это было получено непосредственно материалами — древесиной, красками, другими какими-то вещами, которые нам понадобились для дела. В принципе, я думаю, когда у этой истории уже есть такое имя, и о ней знают достаточно много, в том числе, федеральных компаний, я думаю, спонсоров будет искать проще.

В.И.: Ну да. Некоторые выдвигают предположение, что стоит только начать, и потом появляются сами и спонсоры, и волонтеры, и приходят люди, которые просят, чтобы им помогли отреставрировать их здание. То есть у вас такой процесс, насколько я понимаю, уже запущен?

А.К.: Да. У нас было, кстати, несколько случаев таких, например, шел человек по улице, увидел, что что-то происходит с домами, подошел, поинтересовался. Ему рассказали, он был приятно очень удивлен. Оказалось, что это владелец кафе, который потом начал кормить волонтеров наших. Или, например, вот «Tikkurila» как спонсор появилась в общем-то сама. Они увидели анонс фестиваля в прошлом году и сами с нами связались, за что мы очень благодарны, и предоставили нам краску. То есть во многом эта история может быть собрана уже в процессе, не обязательно, чтобы у вас все было сразу.

В.И.: Правильно я понимаю, что вы занимаетесь сейчас теми домами, до которых власти, в частности, не добрались бы, наверное, никогда?

А.К.: Да.

В.И.: То есть ответственность по уходу за этими домами лежит на местных жителях? Или все-таки власти должны за них отвечать? И, может быть, представители властей как-то реагируют на вашу деятельность и как-то по этому поводу высказываются или хотят помочь?

А.К.: Власти нам, слава богу, не мешают, и на этом спасибо. Бюрократические какие-то проволочки нам удается избегать сейчас. Если на примере Самары говорить, ситуация на самом деле катастрофическая вот с этой деревянной исторической средой. К сожалению, она никоим образом не признана вообще какой-либо ценностью на уровне властей. Какая-то есть прослойка в обществе, она не такая маленькая, которая понимает ценность этого всего. Но, по сути дела, никоим образом на уровне властей она не признана. У нас сейчас идет подготовка к Чемпионату мира по футболу, у нас матчи пройдут. Соответственно, в историческом центре ведется ремонт фасадов только на маршрутах гостевых официальных, которые определены. Все остальное остается за бортом такого рода работ. Конечно, можно сидеть и дальше ждать еще 50−70 лет, когда руки дойдут, а скорее всего, это все уже сгорит и будет уничтожено к этому времени, и для властей не будет это представлять никакой головной боли. Но поскольку нам важно это сохранить, мы считаем, что мы должны сами нести какую-то ответственность за это, если мы действительно это провозглашаем ценностью какой-то. Глядишь, и власти, увидев эту инициативу, как-то поймут, что это действительно какая-то ценность, тут есть какая-то сила за этим, это тоже нужно беречь.

В.И.: Я уверена, что вы не ограничиваетесь только реставрацией фасадов и вынашиваете большое количество идей на будущее. Можете поделиться этими идеями, проектами, что еще вы хотели бы реализовать в Самаре, чтобы сделать жизнь в городе лучше?

А.К.: Идей-то огромное количество. Просто «Том Сойер Фест» сейчас очень много у нас отнимает времени, особенно учитывая, что в следующем году достаточно активно, мы надеемся, будем участвовать в запуске в разных городах России. Поэтому мы сейчас так все отложили в долгий ящик какие-то остальные вещи. Не следующим лето точно будем это делать.

Могу рассказать, какие мы еще проекты делали. С чего началась наша история с городскими проектами — у нас знаменитый голод в Поволжье 1921−22 годов, о нем никакой памяти вообще не осталось в городе в какой-то официальной плоскости, несмотря на то, что в 30-х годах в городе был музей голода, например. Это действительно была серьезнейшая гуманитарная катастрофа. Многие жители вообще сейчас существуют, только благодаря гуманитарной помощи, которая оказывалась здесь. Одним из таких вот главных инициаторов всего этого был Фритьоф Нансен, известный норвежский полярник. И мы поняли, что невозможно дальше не помнить об этом человеке. Краудфандинговую компанию устроили, сделали дешевый проект достаточно, из стекла. Мы оценили свои возможности, что мы сможем собрать краудфандингом около 100 тысяч рублей. Мы быстро достаточно собрали эту сумму и достаточно быстро эту историю реализовали. К нам приезжал посол Норвегии с частным визитом на открытие этой композиции. И власти были очень удивлены, как так получилось вообще, что посол Норвегии приезжает к каким-то людям непонятным, что вообще происходит. На самом деле, можно сделать очень много. Главное, чтобы была идея, за которой пойдут люди.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами. Желаю вам удачи в вашей деятельности. Может быть, после этого эфира представители еще большего количества городов обратятся к вам за помощью с целью проведения аналогичных мероприятий у себя.

На связи с нами был Андрей Кочетков, главный редактор журнала «Другой город», арт-директор фестиваля «Метафест», идеолог фестиваля «Том Сойер Фест» из Самары. Я же прощаюсь с вами. Пока-пока!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments