Армия

С верой по жизни: в Кемерово оштрафовали пастора по «закону Яровой»


В Кемерове по «закону Яровой» оштрафовали пастора незарегистрированной церкви «Новое поколение»
Эксперты: Андрей Матюжов — пастор церкви «Новое поколение» (г. Кемерово); Роман Лункин — руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН; Игорь Иванишко — судебный эксперт-религиовед, член экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ; Олег Владимирцев — координатор Православного правозащитного аналитического центра.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения». У микрофона Александра Хворостова. Поговорим мы сегодня о возможном вероисповедании в нашей стране. Поводом для программы стала статья на newsru.com под названием «В Кемерове по «закону Яровой» оштрафовали пастора незарегистрированной церкви «Новое поколение».

В Кузбассе в Кемерове по «закону Яровой» осудили пастора незарегистрированной церкви «Новое поколение» Андрея Матюжова, оштрафовав на 40 тысяч рублей за незаконную миссионерскую деятельность, сообщает сайт Главного управления МВД России по Кемеровской области.

Такое решение принял Заводской районный суд города в понедельник, 17 октября. Надо сказать, что это не первый случай. Первым, кого попытались привлечь к административной ответственности по «закону Яровой», стал кришнаит из Дзержинска Вадим Сибирев, рассказывавший в городе Черкесске (Карачаево-Черкесия) о своей вере и подаривший религиозную литературу двум прохожим, однако мировой суд Черкесска 15 августа прекратил его дело за отсутствием состава правонарушения.

Ссылаясь на сайт «Славянского правового центра», 14 сентября гражданка Украины Ирина Тищенко, лидер семейного и женского служения выдвижения «Новое поколение», тоже была оштрафована по новому пакету Яровой.

По сообщениям сайта «Евангелие.Ру» 10 сентября 2016 года в Калуге были задержаны двое граждан США Александр Уитни и Давид Козан со своей несовершеннолетней дочерью Катрин. Итогом пятичасового допроса стал протокол, согласно которому за административное правонарушение Уитни и Козан были оштрафованы на 3 тысячи рублей каждый без депортации из России.

Число таких дел растет с каждым днем. О проблеме вероисповедания в современной России и поговорим сегодня. Прежде всего, мы поговорим с пастором церкви «Новое поколение» — Андреем Матюжовым, которого оштрафовали на 40 тысяч рублей. Андрей, здравствуйте!

Андрей Матюжов: Здравствуйте!

А.Х.: Скажите, пожалуйста, по какому поводу вас оштрафовали?

А.М.: На самом деле, повод — закон Яровой, что я делаю миссионерскую деятельность, с чем я, честно говоря, не согласен, потому что я проводил в своем доме богослужение. Согласно Конституции Российской Федерации, каждый человек имеет право проводить в своем доме богослужение, в то же время, у меня есть разрешение на проведение служений в интернете. Они как-то связали эти вещи между собой и, в результате этого, дали штраф. Примерно это выглядит так. Суд был интересный, никого на суде не присутствовало.

А.Х.: В смысле, никого?

А.М.: Просто заказной, и вообще, мне кажется, этот закон абсурдный.

А.Х.: Расскажите про суд, вы говорите, там никого не было, это как?

А.М.: Не было обвинителей, был только судья, был только я, и была какая-то девушка, которая снимала все на камеру. Я, конечно, не юрист, но насколько я знаю, никто не имеет права снимать меня и суд без моего согласия. Даже судья должна спросить моего согласия, чтобы меня снимали. Видно было, что суд был заказной. Я предоставил доводы, что самого нарушения по пакету Яровой не было, миссионерской деятельности не было, потому что служение проводилось в частном доме, и здесь миссионерская деятельность не проводилась.

А.Х.: А, обвинителем кто являлся? Кто подал на вас в суд?

А.М.: Подал на меня в суд, я так понимаю, Отдел по борьбе с экстремизмом. Интересно они говорят, что выявили группу, которая не зарегистрирована. Я с этими людьми общаюсь чуть ли не каждый месяц, поэтому достаточно заглянуть в интернет, чтобы выявить наши с ними отношения. Я уже 17 лет являюсь священником, стал Епископом, и моя деятельность очень хорошо известна в городе Кемерово и его области, и даже в России.

А.Х.: Каковы ваши дальнейшие действия? Вы намерены обжаловать решение суда?

А.М.: Да я пошел на суд без адвоката, потому что считал, что само обвинение абсурдно. Естественно, будем обжаловать, будем идти вплоть до Верховного суда Российской Федерации, потому что, как не мной сказано, «зло процветает тогда, когда хорошие люди молчат». В России 60 вероисповеданий. Нельзя просто людей загнать в одну какую-то веру или в одну какую-то религию, поэтому будем, конечно, отстаивать свои права. Слава Богу, Конституция это нам гарантирует.

А.Х.: И куда вы пойдете с этим обращением?

А.М.: Сначала, как верующие, мы, конечно, будем молиться. Второе, мы будем это делать в судах. Сейчас будем делать апелляцию в областной суд, потом, если дальше, то в Верховный суд. Естественно, мы будем, так или иначе, в интернете сообщество привлекать, потому что сам этот закон абсурдный. Написано, что закон Яровой по борьбе с терроризмом. Извините, я 17 лет священник, если бы у меня была экстремистская или террористическая деятельность, то это бы уже выявилось, логично же ведь? Поэтому видно, что закон не доработан, закон «сырой». Его надо либо убирать, либо видоизменять. Это лично мое мнение.

А.Х.: Скажите, а подобные случаи были в вашей практике до принятия пакета Яровой?

А.М.: Я скажу такой момент, т.к. я уже 17 лет верующий, все, что не находится в списках 4 признанных религий: православие, ислам, индуизм, буддизм, так или иначе, зависит от власти и от активности местных священников. Естественно, присутствует такой момент. Меня, конечно, очень расстраивает, что даже мою жену, которая вышла и 5 минут посвидетельствовала, как она послужила одной девушке, которая была наркоманкой, и сейчас ее жизнь изменилась через 10 лет, привлекают по этой статье. Для меня это просто абсурдно. Я вижу, что не во всех областях так. Например, я не встречал в Красноярском крае, я с пастырем общаюсь, там такого нет, в Новосибирской области, в Томской области такого нет. В Кузбассе присутствует, в том же самом Алтайском крае я не встречался с такими вещами. Это зависит от региона и местных царьков.

А.Х.: Вы утверждаете, что администрации города Кемерово выгодно выявлять, так называемую, экстремистскую деятельность?

А.М.: Я не скажу, что выгодно, а скажу так, чем меньше город, тем больше пытаются смотреть на тех, кто что-то делает. Когда администрация действительно сосредоточена на то, чтобы город процветал, могу сказать про Кемерово, что отсюда и бизнесмены убегают, и налоговая и другие структуры. Кузбасс достаточно жесткий регион, и людям здесь сложновато. Я всегда говорил такую фразу: ребята, вы — слуги народа, давайте создавать круглые столы, давайте общаться, зачем нам волновать общество, зачем нам противостоять в том, в чем мы можем договариваться. Видно, что пока до них это не доходит.

А.Х.: То есть, ответа не последовало на ваше предложение, сесть за круглый стол и обговорить все детали?

А.М.: Абсолютно нет. Это уже постоянное положение. Я же не просто так. У нас есть Совет пасторов, есть регистрированные, есть не регистрированные, у нас очень большое объединение верующих. Они знают эти объединения. Мы приглашали на Совет пасторов органы власти, при всем при этом, они как-то выборочно начинают, так или иначе, «палки в колеса» вставлять, вместо того, чтобы помогать в работе, потому что работа у нас такая: есть семьи, которые восстановились, есть аборты, которые не совершились, есть наркоманы, которые восстановились. Что говорить, церковь всегда работает, в основном, с людьми, которые в обществе не социально благополучны, и за 17 лет у меня сотни таких примеров, кому мы помогли.

А.Х.: Скажите, что вы ждете от обращения в вышестоящие органы судебной власти? Алло, Андрей. Видимо, какие-то проблемы со связью. Попытаемся их сейчас решить. Напомню, что мы общаемся с Андреем Матюжовым — пастором церкви «Новое поколение» г. Кемерово, который буквально несколько дней назад был оштрафован на 40 тысяч рублей по новому пакету Яровой, по закону Яровой. Очень бы хотелось спросить у Андрея, чего он ожидает в дальнейшем от властей, от судебных органов, но, видимо, пока связь не восстановлена. Андрей, восстановили мы связь, пожалуйста, ответьте на вопрос, чего вы ждете от вышестоящих органов судебной власти? Какое его решение вы ждете? Не слышите нас? Не слышит нас Андрей.

Надо сказать, что с церковью «Новое поколение» связано еще одно достаточно громкое дело. Кемеровский суд оштрафовал гражданку Украины Ирину Тищенко по части 5 статьи 26 КоАП «Незаконное миссионерство, совершенное иностранцем» на 30 тысяч рублей. Она приехала в Кузбасс как лидер семейного и женского служения протестантской церкви «Новое поколение», но не решилась выступать на собраниях Кемеровских общин из-за слежки за ней. Андрей, алло, как слышите?

А.М.: Да, слышу вас.

А.Х.: Скажите, пожалуйста, чего вы ждете от обращения в высшие судебные инстанции? Какого итога?

А.М.: Конечно, я жду, что рано или поздно, сделают преамбулу к данному закону, уберут абсурдность. Я согласен, что есть миссионерские движения, направленные на разрушение прав человека, потому что «осколки» летят сегодня в христиан, которые действительно созидают общество. Конечно, хотелось бы, чтобы у нас просто преобладал здравый смысл, чтоб модернизировали закон, либо убрали его вообще. Я не юрист, я не могу четко сказать, но, конечно, мы будем добиваться невиновности, потому что я не вижу здесь виновности. Не хотелось бы доходить до абсурда просто не повиноваться этому закону, потому что я все равно буду проповедовать Евангелие и не важно, сколько мне будут делать штрафов и сколько мне придется отсидеть. Я не хотел бы, чтобы мы вернулись в те моменты, когда верующих гнали и сажали в тюрьмы. Было такое время, и мы тоже готовы через это пройти, но хотелось бы, чтобы Россия «вылезла» из Средневековья и занималась бы, действительно, созиданием общества, возрождением нации. Примерно такие мои мысли.

А.Х.: Я вас поняла. Скажите, как сообщает сайт «Тайга.Инфо» (tayga.info), в сентябре был уже подобный прецедент, когда оштрафовали гражданку Украины Ирину Тищенко, которая тоже была связана с церковью «Новое поколение»?

А.М.: Она была моей гостьей. Было вообще, честно говоря, некрасиво. У моей жены было день рождение, она приехала, так как она с детства верующая, она была в моем доме, делилась с нашими верующими убеждениями, как воспитывать детей, и поздравила жену с днем рождения. Потом, когда ее везли в аэропорт, остановили сотрудники ДПС, держали, увезли в городское РОВД, допрашивали, в результате чего, она опоздала на самолет. Пришлось покупать новый билет. Суд состоялся без ее участия, без тех людей, которые могли бы ее защищать, на что подалась апелляция. Видно, что сотрудники власти, как я читаю, в протоколах начинают говорить «секта», «зомбирование», такие вещи, которые тоже нарушают закон 148. У нас есть три типа мышления: военные, экономические и дипломатические. Видно, когда выступил этот закон, военные смотрят, либо вообще запретить все, что не православие, мусульманство и другие религии, либо разрешать только на территории храма. Это абсурд. Нельзя человека и его убеждения закрыть. Я вижу, что надо дорабатывать этот закон или вообще его убирать.

А.Х.: Я вас поняла. Андрей, огромное спасибо вам, что удалось с нами поговорить.

А.М.: Спасибо большое.

А.Х.: Всего доброго. Я напоминаю нашим радиослушателям, что с нами на связи был Андрей Матюжов — пастор церкви «Новое поколение» г. Кемерово. Мы продолжаем.

Поводом создания программы стало сообщение о том, что в Кемерово по закону Яровой оштрафовали пастора, с которым мы только что говорили. Также мы поговорим о правомерности таких действий, о том, насколько нарушаются другие законы Российской Федерации, и поговорим, естественно, с людьми, больше вхожими в эту проблему. Прежде всего, мы созвонились с Романом Николаевичем Лукиным — религиоведом, руководителем Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН. Роман Николаевич, здравствуйте!

Роман Лукин: Здравствуйте!

А.Х.: Скажите, пожалуйста, слышали ли вы о последнем деле в Кемерово, где был оштрафован пастор церкви «Новое поколение», и как бы вы могли прокомментировать это событие?

Р.Л.: Дело в том, что та информация, которая сейчас распространяется, это окончание целой детективной истории, которая происходила в Кемерово и Кемеровской области вокруг этой церкви. Я эту историю описывал и брал интервью у основных ее фигурантов.

А.Х.: Мы только что поговорили с Андреем Матюжовым. Он нам рассказал суть дела.

Р.Л.: Он вам рассказал, как раз, по поводу того, что с Украины приехала миссионерка, проповедница, за ней следили, и была вообще целая история, как они уходили от слежки. Потом ее фактически задержали на посту ДПС, оштрафовали, а потом уже и пастора. Эта история уже не первая. Уже более десятка таких историй практики применения так называемого закона Яровой. Самое интересное, что в силу в законе Яровой вступили только эти поправки о контроле за миссионерской деятельностью, все остальное еще не вступило. Все обсуждают базы данных, но реально пока применяется только контроль миссионерской деятельности. Все эти поправки носят антирелигиозный характер. В принципе, это привело к тому, что общество спровоцировали на страх перед любой миссией. Общество, чиновники, суды боятся любой власти, все стали боятся религии как таковой. Поэтому закон Яровой носит довольно странный психологический эффект. Если почитать судебное постановление, по которому оштрафовали Андрея Матюжова, то получится, что судьи и представители власти боятся любой незарегистрированной религиозной деятельности, то есть, фактически, принуждают пастора и лидера общины регистрировать свою организацию, свою группу, тогда как по закону, в общем, никто у нас не в праве принудить группу, чтобы она была зарегистрирована или уведомляла о своем существовании. Теперь все чиновники, я разговаривал в администрациях, в один голос говорят, что у нас теперь нельзя просто группой собираться, нужно обязательно либо регистрировать, либо уведомлять, хотя в законе этого нет.

А.Х.: То есть, на лицо нарушение тех же самых прав по Конституции Российской Федерации?

Р.Л.: Сам по себе дух и текст закона Яровой нарушает статью 28 Конституции, которая гарантирует исповедание и свободное распространение своих убеждений. Адвокаты трактуют, что если группа где-то собирается, просто на квартире почитать Библию, и не уведомляла об этом, то для правоохранителей это не религиозная группа, а просто собрание верующих, которые исповедуют свою веру по Конституции. Но у нас это трактуется совершенно по-другому, и, действительно, на лицо нарушение конституционных прав граждан на свободу совести. Это совершенно точно происходит. 28-я статья Конституции гарантирует права исповедания веры и для иностранцев, для всех, кто находится на территории России, а следствием закона Яровой стало то, что, фактически, любая проповедь, любая религиозная деятельность иностранцев оказалась под запретом. Это, скорее, не правовой, а психологический эффект, поскольку проповедь иностранцев не запрещена, а по факту получается, что уже за всеми следят, штрафуют и не допускают даже к участию в богослужениях.

А.Х.: Я знаю, вы еще описывали историю про граждан США, которые также были оштрафованы?

Р.Л.: Я как раз имею в виду этот случай в Калуге, причем там действительно не было никакого публичного мероприятия, и американцы приехали в дружественную протестантскую церковь в Калуге и просто сказали пару слов на богослужении. То есть, богослужение было для членов данной общины, а после службы они вышли на улицу, и их встретила полиция, полковник полиции. Он предъявил им обвинения, продержали в полиции, оштрафовали за нарушение визового режима. Это не применение закона Яровой, потому что им вменили просто нарушение визового режима. Теперь иностранцев обвиняют в нарушении визового режима, как следствие закона Яровой, и подозрения любой проповеднической деятельности. Ты сказал слово о Боге, теперь к тебе действительно придерутся и оштрафуют, особенно, если ты иностранец.

А.Х.: Андрей Матюжов сказал о том, что он будет добиваться корректировки закона Яровой, пакета Яровой. Если же, все-таки, не будет корректировки, к чему может прийти страна?

Р.Л.: Корректировка может действительно занять много времени и не совсем понятно, что корректировать. Скорее, нужно в целом отменять этот закон о контроле за миссионерской деятельностью. Если его начать применять так целенаправленно, то это скорее приведет и к межрелигиозным конфликтам, поскольку православные активисты натравливают правоохранительные органы, полицию на другие церкви. На Ярославском вокзале ловили неизвестно кого, кто раздавал Библии, православные активисты их поймали, назвали их иеговистами, но не факт, что это иеговисты. Понимаете, дело в том, что какого-то массового возмущения граждан по поводу проповеди кого-то у нас в России пока не наблюдается, но одни группы получили инструмент для того, чтобы натравливать полицию на другие церкви. Безусловно, общий вывод, повредить проповеди вообще всех церквей среди населения, поскольку, как следствие того закона, граждане боятся любой веры, любой религии, будь то православная, мусульманская, буддистская, протестантская, католическая. Это новая антирелигиозная компания, несмотря на то, что все это делается под символом, маркой защиты традиционных ценностей религий. Но религии окончательно превратятся в идеологию, и никакой веры не будет.

А.Х.: То есть, по сути придем к опыту Советского Союза?

Р.Л.: Да, скорее, будет новое издание без религиозного советского общества, но, при этом, с формальной идеологией православия. Православные публицисты сейчас все чаще говорят о том, что у нас как бы православие без креста, православие без христианства, как такового. Православие тоже основано на Евангелие, а Евангелие совсем не призывает избивать верующих какого-то другого направления.

А.Х.: Чтобы предотвратить это давление, что нужно делать, как быть, все-таки?

Р.Л.: Нужно безусловно защищать свои права в судах, в общем, это возможно. В Алтайском крае удалось юристам защитить Адвентистскую церковь, которая распространяла свои книги, послала их по почте в районную администрацию. Районная администрация подала на них в суд, что, якобы, юристы и бухгалтеры подверглись таким образом миссии, но суд адвентистов оправдал, то есть, это судебная практика, во-первых, а, во-вторых, постепенно корректировка религиозной политики государства, чтобы закон Яровой просто был спущен «на тормозах», что, я думаю, будет обязательно происходить после президентских выборов. Он фактически не будет применяться.

А.Х.: То есть, еще полтора года нам придется терпеть?

Р.Л.: У нас система долго раскачивается, поэтому, скорее, года 3−4, как минимум, но в России такого рода законы не могут применяться, поскольку у нас многонациональная и многоконфессиональная страна. От власти всегда нужен некий баланс. Сейчас это испробуют, посеют неприятие и раздражение, недоверие к власти среди других конфессий, кроме православия, а потом будут обратно возвращаться, извиняться. Власть у нас всегда так ведет себя.

А.Х.: Скажите, Роман Николаевич, есть ли у вас сведения о подобных пакетах и законах за рубежом? Есть ли такой опыт, или мы единственная такая страна?

Р.Л.: Если говорить о зарубежном опыте, то есть разные примеры, общие для западноевропейского американского опыта, что религиозная община, которая хочет действовать, просто уведомляет о своем существовании и свободно действует. Это обозначает ее регистрацию, как религиозная община. Если кто-то хочет получить освобождение от налогов, то проходит более сложный этап регистрации. Миссионерская деятельность регулируется на общих основаниях с шефствами, демонстрациями и т. д. Самое главное, чтобы никто никому не мешал. Здесь самое главное, как применять. Одним крестный ход разрешают, другим — все запрещается. Россия в данном случае, скорее, идет путем республик центральной Азии, и в Казахстане есть, как раз, закон, принятый в 2011 году, который также жестко регулировал миссионерскую деятельность. В других республиках средней Азии: Узбекистан, Туркменистан — вообще любая незарегистрированная деятельность считается вне закона и карается уголовно. Есть крайние примеры, есть более-менее либеральные западноевропейские, но у России свой путь, потому что Россия свой баланс найдет, но, к сожалению, должны страдать верующие, и община, фактически, ставится на грань банкротства.

А.Х.: Огромное вам спасибо, Роман Николаевич, за ваш интересный комментарий, за то, что вам удалось с нами пообщаться.

Р.Л.: До свидания. Спасибо.

А.Х.: Всего доброго. Я напомню нашим радиослушателям, что на связи был Роман Николаевич Лукин — религиовед, руководитель Центра по изучению проблем религии и общества Института Европы РАН. Мы продолжаем.

Мы говорим о вероисповедании в современной России, о проблемах вероисповедания в стране. Сейчас мы попробуем связаться с представителем Православного правозащитного аналитического центра, и мне подсказывают, что координатор Олег Владимирцев уже с нами на связи. Здравствуйте, Олег!

Олег Владимирцев: Добрый день!

А.Х.: Расскажите нам, пожалуйста, о деятельности вашей организации, как давно она создана, кто является членом организации, и, вообще, для чего создана ваша организация?

О.В.: Действует организация более 2 лет. Одно из основных направлений деятельности правозащитного центра — мониторинг изучения противодействия деструктивным сообществам, занимаемся псевдорелигиозными культами, деструктивными явлениями в культурно-общественной среде, в том числе, в сети интернет.

А.Х.: А, каким образом проходит мониторинг? Вы говорите в сети интернет и не только в интернете.

О.В.: Да, в соцсетях, в частности, работают наши эксперты. Сейчас активизировалось значительное количество сообществ, которые занимаются откровенным культурным и псевдорелигиозным экстремизмом.

А.Х.: Как вы относитесь к таким сообществам?

О.В.: Есть сообщества, которые намеренно дискредитируют льготные российские конфессии, публикуют антихристианские, антимусульманские материалы, в том числе, попадающие под законодательство об экстремизме.

А.Х.: По пакету Яровой?

О.В.: Пакет Яровой появился совершенно недавно, а деятельность этих организаций идет уже давно. Кроме пакета, существует ряд других законодательных норм, которые признают данную деятельность противоправной. На них мы опираемся.

А.Х.: И каким образом вы пытаетесь работать с такими сообществами? Как непосредственно происходит ваша деятельность?

О.В.: Если мы говорим о действиях в Сети, то, как я сказал, работают эксперты, мы мониторим всю информацию, которая выкладывается в Сеть. В частности, совместно с центром «Э» и Роскомнадзором мы участвовали в закрытии сообщества «Бога нет», которое публиковало антихристианские оскорбительные материалы. Организаторы были привлечены к административной ответственности и, по-моему, даже пытались решить по 148 статье «оскорбление чувств верующих». В принципе, по этим направлениям мы работаем давно. Сейчас появились новые рычаги работы с неблагонадежными сообществами и псевдорелигиозными организациями, в частности, те, о которых вы упомянули.

А.Х.: Все-таки, как вы относите эти сообщества к не желаемым? По каким критериям?

О.В.: Смотря, о чем вы говорите. Если вы говорите о псевдорелигиозных сообществах, то, как правило, намеренно публикуют какие-то оскорбительные вещи, в принципе, где преступный элемент прослеживается явно. Если человек просто атеист или исповедует какую-то другую религию, к нему нет претензий. В основном, мы намерены противодействовать группам, которые именно нарушают существующее законодательство в отношении свободы вероисповедания.

А.Х.: То есть, против людей, которые раздают какую-то информацию, литературу? Против них тоже?

О.В.: Мы сейчас говорили о Сети. Если вы говорите о конкретных людях, которые занимаются пропагандой, проповедью каких-то нетрадиционных культов на улице, это совершенно другая история. Тут уже другая методика работы. Здесь, в основном, какие-то псевдорелигиозные культы, секты. Мы тоже не так давно, в принципе, начали по этому направлению работать.

А.Х.: Я знаю, что на базе вашего Православного правозащитного центра был создан молодежный правозащитный клуб. То есть, туда может вступить любой желающий?

О.В.: Да, это люди, которые отстаивают и исповедуют в своей жизни традиционные христианские ценности и готовы об этом как-то активно заявлять, в том числе, в виде уличных акций, также интернет-флешмобы какие-то проводим в рамках этого клуба.

А.Х.: А вы как-то тестируете или проверку проводите новоиспеченным членам клуба, когда мы все знаем о людях, которые буквально ненавистью брызжут и могут какие-то неправомерные действия совершать на сторону других людей?

О.В.: Да, есть люди разные. Безусловно, кто исповедует наши взгляды и идеи, мы с ними сотрудничаем, у нас есть духовник, который беседует с новоиспеченными членами клуба, и, соответственно, это все контролируется, т.к. благонадежность достаточно серьезна. Мы не позволяем себе никаких акций, которые находятся вне правового поля.

А.Х.: Я знаю, что вы также оказываете юридическую помощь. С какими вопросами к вам обращаются?

О.В.: Да, одно из направлений — адресная помощь гражданам. У нас есть несколько проектов в этом направлении. Один — правовая помощь на приходах, где мы помогаем людям социальных категорий приходов. Около 10 храмов, монастырей, общественных православных организаций, которые отправляют к нам с какими-то проблемами своих подопечных. Большую часть помощи мы оказываем бесплатно, особенно людям социальных категорий, многодетным, малообеспеченным семьям. Второе направление — гражданский центр «Наше право». Там мы уже оказываем помощь в рамках общегражданской защиты независимо от религии. Любой гражданин, попавший в беду, может обратиться, и наши юристы помогут им.

А.Х.: Насколько, вообще, актуальна деятельность вашего аналитического центра? Неужели, она настолько необходима, что надо было создать целый центр?

О.В.: Потребности текущего дня, к сожалению, привели к созданию центра, и эти направления, которые мы выбрали, выбрали не случайно, они востребованы сегодня максимально, то есть, это и правовая помощь нуждающимся и гражданская активность молодых людей, которые недовольны массой явлений в нашем обществе. Их тоже необходимо в какое- то правовое русло направлять. Соответственно, противодействие деструктивным сообществам, псевдорелигиозным группам сегодня тоже архиактуально, потому что миссионерская экспансия сегодня идет по многим направлениям, поэтому из текущих потребностей выбрали такие направления.

А.Х.: А, ваша организация сотрудничает с правоохранительными органами?

О.В.: Сотрудничает, как же еще. Мы же не орган исполнительной власти, конечно, мы, прежде всего, обращаемся к правоохранительным органам, когда фиксируем какую-то противоправную деятельность. Естественно, мы обращаемся во все органы, которые контролируют интернет-пространство, которые работают с административными правонарушениями, в том числе, органы, которые занимаются противодействием экстремизму.

А.Х.: Олег, огромное вам спасибо, что удалось с нами пообщаться.

О.В.: Спасибо вам. Обращайтесь.

А.Х.: Всего доброго. Я напомню нашим радиослушателям, что с нами на связи был Олег Владимирцев — координатор, представитель Православного правозащитного аналитического центра г. Москва.

Это «Угол зрения». У микрофона Александра Хворостова. Мы продолжаем говорить по теме нашей программы, поводом для нее, напомню, стала статья о том, что в Кемерово по закону Яровой оштрафовали пастора незарегистрированный церкви «Новое поколение». О том, насколько правомерны действия некоторых правоохранительных органов, насколько правомерен этот новый закон Яровой, мы также говорим в нашей программе, и поговорим мы с Игорем Викторовичем Иванишко — судебным экспертом-религиоведом, членом экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ. Игорь Викторович, здравствуйте!

Игорь Иванишко: Здравствуйте!

А.Х.: Скажите, пожалуйста, слышали ли вы о недавнем штрафе пастора в городе Кемерово?

И.И.: Да, конечно, я в курсе событий. Я в университете правосудия занимаюсь в отделе обобщения судебной практики, являюсь судебным экспертом-религиоведом, поэтому те инциденты, которые происходят у нас в разных субъектах Российской Федерации мне хорошо знакомы, и я слышал комментарий предыдущих коллег и пастора Андрея, но я бы, с вашего разрешения, немного прокомментировал и кое-что пояснил.

А.Х.: Да, конечно.

И.И.: Были документы манипуляции. Я, все-таки, как религиовед и юрист, работающий при Верховном суде Российской Федерации должен прояснить правовую позицию. Во-первых, относительно пастора Андрея, я бы не советовал говорить о том, что он не будет повиноваться законодательству Российской Федерации. У нас сейчас действительно многие религиозные организации по различным классификаторам причисляются к каким-то деструктивным, опасным и т. д. Есть два справочника, которые еще в 2000 году органы прокуратуры порекомендовали своим сотрудникам. «Новое поколение» туда входит, как потенциально опасная организация, и много сейчас организаций, понимая о том, что сейчас надзор и контроль за их деятельностью усиливается, пытаются раскачать конфессиональную ситуацию в России, призывают своих адептов не повиноваться, выходить на забастовки и т. д. «Новое поколение» известно своими акциями, и на Украине они принимали участие в оранжевых революциях. Главный руководитель данной организации Алексей Видяев приезжал на Майдан, поэтому религиоведам и политологам эта организация очень хорошо известна, и ее роль в революционных переворотах относительно того, что нужно подчиняться законодательству. Поэтому здесь осторожными нужно быть плюс надо напомнить, что 7 сотрудников данной организации были привлечены к уголовной ответственности за незаконное лишение свободы, за причинение вреда здоровью в Пермском крае. Следует напомнить, что в Ставрополе коллега пастора Андрея также привлекался к уголовной ответственности за создание религиозного объединения, посягающего на личные права граждан. Против него возбудили уголовное дело по 239 статье, то есть, наши правоохранительные органы считают «Новое поколение» действительно опасной организацией. Пастор говорит, что мы такие же христиане, как и другие, пожалуйста, спрашивайте мнение у профессиональных юристов, у религиоведов, и они вам пояснят, что есть вступившие в законную силу приговоры. Тут выступал молодой человек из православного центра, если бы ко мне, как к судебному эксперту-религиоведу обратились и спросили, можно ли ходить в эту организацию? Я бы попросил этого человека, прежде чем приходить в такие организации, посмотреть информацию, сделать выводы, а потом уже принимать решения. То есть, каждый в праве выбирать свое вероисповедание, религиозную группу, религиозную организацию, но, все-таки, граждане будьте бдительны относительно некоторых религиозных организаций, которые постоянно встречаются в криминальных хрониках, в криминальных скандалах. Это первый момент. Второе, я знаю Романа Николаевича Лукина, мы здесь москвичи-религиоведы друг друга знаем, я бы хотел некоторые моменты прокомментировать, чтобы тоже не ввести в заблуждение слушателей.

А.Х.: Конечно.

И.И.: Роман, все-таки, не юрист, и по некоторым репликам относительно того, что, якобы, сейчас у нас такая антирелигиозная политика, и что, на самом деле, закон Яровой, хотя он ошибся. Это не закон Яровой, а так называемый пакет, потому что там вносились изменения во многие законы, поэтому и называется «пакет», а только закон о свободе совести и религиозных объединений. Вот он указал, что все остальные не действуют, а вот только о миссионерской деятельности действует. Это неправда. Дело в том, что у нас благодаря этому пакету Яровой внесены, и они уже действуют, поправки в Уголовный кодекс, это преступления террористической направленности и экстремистской. И это на самом деле главное ядро этого пакета, не миссионерская деятельность, не какие-то административные правонарушения. И нужно почитать пояснительную записку к этому законопроекту, это можно даже посмотреть на сайте Государственной Думы, какая была главная цель. Поэтому многие, конечно, тянут одеяло на себя, многие религиозные организации говорят, что главное — это запретить нас. На самом деле, нет. Внесли это изменение в закон о противодействии терроризму, они уже действуют, эти изменения, в закон о противодействии экстремистской деятельности, закон о свободе совести и религиозных объединениях, Уголовный и Административный кодекс. Поэтому это все-таки неправда, что действует у нас сейчас из пакета Яровой только вот миссионерская деятельность. Во-вторых, относительно запрета на не регистрацию. Вот Роман Николаевич сказал, что сейчас вынуждены регистрировать. Однако извините, откройте интернет, есть официально опубликованный закон о свободе совести и религиозных объединений. Посмотрите статью 7, где говорится о том, что религиозные группы, в отличие от религиозных организаций, не проходят государственную регистрацию. Однако в разделе о миссионерской деятельности указано, что если религиозная группа планирует распространять свое вероучение, тогда она должна уведомить все-таки органы исполнительной власти. Потому что должны знать все-таки, что за люди там в черных балахонах или с какими-то интересными книжками действуют на территории поселка и т. д. И это в порядке вещей. И то, что мы отсылаем все время к европейскому опыту и к опыту США, у них это давно есть. Поэтому ссылаться на то, что якобы у нас сейчас такая антирелигиозная политика, нам закручивают гайки — нет, мы как раз сейчас начинаем создавать систему безопасности такую же, как и в Европе.

Потом что касается указания на то, что якобы запрет сейчас есть на работу вообще иностранцев у нас в религиозных организациях. Неправда! Можно посмотреть как раз этот закон в действующей редакции, в статье 24.2 о порядке осуществления миссионерской деятельности, где подробно описывается, как приглашать иностранного гражданина, какой документ ему выдавать, и он может совершенно спокойно действовать. Я как человек, который работает в системе Министерства юстиции, могу сказать вам, что сейчас у нас по статистике значительное количество иностранных миссионеров, которые уже в своих организациях получили соответствующие документы и совершенно спокойно в разных субъектах Федерации действуют для того, чтобы не быть привлеченными к административной ответственности. А это совершенно верно. Если государство изменилось, то нужно ему соответствовать. Опорные необходимы документы. Они оформляются достаточно быстро.

Второй момент, что якобы нет возмущения граждан. Вот когда я работал в этой системе, и когда постоянные письма, переадресация из органов прокуратуры, а у нас согласно закону о свободе совести и вероисповедания контроль, надзор за действиями религиозных организаций осуществляют органы государственной регистрации Минюста и органов прокуратуры. Когда из различных правозащитных центров перенаправляются. У нас огромное количество работы. Пожилые люди жалуются, что к ним постоянно… Это неверная информация, что якобы нет возмущения граждан и что якобы это низкие конъюнктурщики пытаются с помощью этого закона вытеснить на якобы религиозном рынке неугодных. Нет, на самом деле огромное количество жалоб, много конфликтов возникает в отдельных населенных пунктах и т. д. Это можно, кстати, посмотреть на различных блогах, форумах. Огромное количество с регионов пишут: «Помогите, что нам делать?». Им пишут, что есть сейчас закон, обращайтесь в местные органы и т. д. Это, конечно, многим организациям, которых многие эксперты называют «с элементами сектантства», они сейчас недовольны этим, что сейчас граждане могут воспользоваться этим законом, и если действительно к ним приходят и постоянно стучат, постоянно кидают свою литературу, навязчиво пристают в общественном транспорте и т. д., они могут сказать: «Знаете, либо вы сейчас от меня отойдете, либо я вызову сотрудников правоохранительных органов, и он зафиксирует, что вы сейчас осуществляете миссионерскую деятельность. Тогда вы должны предъявить им документ». Такие организации, конечно, будут действовать полуподпольно, особенно те, которые уже были на прицеле у правоохранительных органов, они, конечно же, не будут проходить никакую регистрацию, не будут выдавать своим миссионерам соответствующие справки и т. д. Это будет и общественное противодействие им, и со стороны правоохранительных органов и т. д.

Немножко по поводу зарубежных стран. Было сказано, что у них так хорошо, а у нас вот гайки закручивают. Давайте посмотрим на Европейский союз. Финляндия. Еще в 1970 году там было принято законодательство, которое охраняло покой граждан от миссионеров. То есть представляете, если у нас сейчас разрешается с бумагой от религиозного объединения проповедовать в общественных местах и все равно ходит по домам, то там уже в 70-х годах это запретили. Понятно, что там был один судебный процесс, и в некоторые городах особенно «Свидетели Иеговы»* судились, они добились того, что они имеют права звонить в квартиры и предлагать свои услуги. В Финляндии государство заботится о покое и о безопасности своих граждан, ограничивая миссионерскую деятельность, устанавливая определенные жесткие рамки. Возьмем Грецию. Там с 1938 года действует еще законодательство. И можем посмотреть, что с 1938 по 1992 год было только по «Свидетелям Иеговы»* привлечено к ответственности за незаконное, умышленное, грубое нарушение законодательства о миссионерской деятельности 20 тысяч, и общий срок лишения свободы таких миссионеров в стране, которая сейчас в Европейский союз входит, 753 года лишения свободы. У них даже предусмотрена уголовная ответственность за прогрессизм, за такую миссионерскую деятельность. Если возьмем США, Великобританию, Канаду, коллега не уточнил, что в некоторых странах действуют весьма жесткие ограничения для организаций. В некоторых их даже не регистрируют в качестве религиозных. Те же самые «Свидетели Иеговы»* в США зарегистрированы как издательское общество, а не как религиозная организация. Им запрещено, например, в студенческих кампусах, в общественных местах, в транспорте, в школах и т. д. Там достаточно большой перечень, куда им вообще нельзя входить. Не то, что у нас сейчас с бумажкой, что якобы он представитель какой-то организации, ему тогда дают возможность в общественном месте осуществлять деятельность. В США в 1999 году был процесс в штате Огайо, до Верховного Суда дошло, и действительно дали им определенные послабления относительно распространения своего вероучения. Но, тем не менее, когда нас все время либералы отталкивают, показывают, что вот смотрите, как в Европе, как в США, а мы вот такая вот дикая варварская страна — ничего подобного. Если посмотреть на те штрафы и те наказания в виде лишения свободы, которые есть у них, это ни в какое сравнение с нами не идет. У нас для физических лиц до 50 тысяч штраф и не более, никакого лишения свободы не предусмотрено. Мало того, сотрудник полиции может сделать предупреждение, не штрафовать, а просто предупредить.

А.Х.: К сожалению, прервалась связь. Но время нашей передачи заканчивается. Я напоминаю, что с нами на связи был Игорь Викторович Иванишко, судебный эксперт-религиовед, член экспертного совета по проведению государственной религиоведческой экспертизы при Министерстве юстиции РФ. Это была программа «Угол зрения» и Александра Хворостова. Услышимся!

* Организация, запрещенная в России.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Фудшеринг и фриганство

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments