Перевод бюджетников на карту «Мир»: мнения и прогнозы экспертов


Эксперты: Елизавета Белугина — руководитель аналитического отдела FBS; Алексей Шляпужников — шеф-редактор медиапроекта СОЛЬ.

*Техническая расшифровка эфира

Александра Хворостова: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. У микрофона Александра Хворостова. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ. Сегодня в программе мы поговорим о новой российской платежной системе «Мир», на карты которой Центробанк планирует перечислять зарплаты бюджетникам в недалеком будущем. Тема передачи так и звучит: «Перевод бюджетников на карту «Мир»: мнения и прогнозы экспертов».

Как сообщает информационное агентство «Regnum», «комментируя предложение Банка России, Набиуллина пояснила, что использование карт «Мир» в национальной сети очень важно. «И когда бюджетники тоже должны будут перейти на то, чтобы зарплаты бюджетников перечисляются на карты не международных платежных систем, а российские платежные карты», — отметила она.

Глава Банка России уточнила, что действие карт «Мир» планируется распространить на территории за пределы России — на Евразийский экономический союз. В России в настоящее время осуществляется переход к массовому выпуску карт «Мир»». Вот об этом переводе на новые платежные системы карты «Мир» мы и поговорим с нашими экспертами. И, прежде всего, с Елизаветой Романовной Белугиной, руководителем аналитического отдела FBS. Здравствуйте!

Елизавета Белугина: Добрый день.

А.Х.: Как вы прокомментируете это событие в скором времени, а именно последняя дата перехода бюджетной сферы на карты «Мир» 1 января 2018 года?

Е.Б.: Вообще, можно сказать, что в начале сама идея национальной платежной системы и карт «Мир» не пользовалась особой популярностью. И, конечно, подключить бюджетников к этому – это значит обеспечить эту систему клиентами, причем достаточно большая клиентская база. По данным Росстата последним доступным, те, кто получает бюджетные платежи, это примерно 44% населения России, то есть достаточно большая аудитория. Мы видим, что государство использует достаточно эффективно законодательно-административный рычаг для внедрения платежных карт. Сейчас главный вопрос в том заключается, могут ли обеспечить соответствующую инфраструктуру для того, чтобы население могло без проблем пользоваться картами «Мир». Это важно, поскольку сейчас на сайте платежной системы и ее оператора, национальной системы платежных карт, пока нет списка торговых точек, где принимают карты «Мир» для оплаты, что является, конечно, важным вопросом. Так что будем следить за тем, действительно ли к апрелю 2017 года удастся организовать эквайринг этих карт и действительно широкое использование по всей России. Потому что бюджетники – аудитория большая, нужно будет обеспечить всю необходимую инфраструктуру для них.

А.Х.: Я почитала комментарии в интернете, наткнулась на наиболее распространенный страх пользователей об использовании этих карт «Мир» только в России, т.к. за рубежом карты Visa и MasterCard. Все боятся, что карту «Мир» негде будет активировать, негде ею будет воспользоваться. Как вы это прокомментируете?

Е.Б.: Сейчас уже у карт «Мир» существуют так называемые кобейджинговые карты. Это когда карта совместно двух платежных систем. Например, уже реализован «Мир-Maestro». Это значит, что в России человек, используя эту карту, использует систему «Мир». А когда он находится за рубежом, систему Maestro. Но, конечно, это требует того, что у пользователя именно вот эта кобейджинговая карта. Непосредственно с картами «Мир», конечно, пока вопрос их выхода на международное использование является достаточно сложным. Даже если мы посмотрим проект по Евразийскому союзу, который вы упомянули, предполагается, что держатели карты смогут именно расплачиваться картами «Мир». Самая, наверное, большая трудность – это согласовать общие тарифы между платежными системами вот этих стран Евразийского союза для того, чтобы действительно эти карты принимались к оплате во всех странах. Достаточно большая еще должна быть проделана работа по переговорам со всеми платежными системами этих государств. И мы видим, что это вот в Евразийском союзе. В мировых масштабах, конечно, пока такой открытый вопрос. Думаю, что достаточно сложно будет продвигаться развитие этой системы.

А.Х.: Как вам кажется, как скоро реально перейти на всемирное использование карты «Мир» в условиях сегодняшних? И успеется ли к 1 января 2018 года это?

Е.Б.: Всемирное использование – это, я думаю, вопрос не одного года. В этот срок, думаю, точно будет не уложиться. Евразийский союз, как мне кажется, это реальная перспектива. Если платежная система «Мир» выйдет на эту территорию, она номинально уже будет считаться международной. Какой-то больший охват – на текущих этапах совсем рано говорить. И система сама молодая. И много тому как политических, так и экономических препятствий.

А.Х.: Поясните нам, пожалуйста, я имею в виду людей, не обладающих таким багажом специальных слов, как вы, что нужно вообще, какие меры для того, чтобы карта все-таки встала именно на мировой рынок, так скажем? Вы говорите, это очень долгосрочное, несколько лет для этого надо. А что конкретно нужно сделать?

Е.Б.: Это, прежде всего, договоренности, опыт созданий расчетных систем, подключения других платежных систем, других стран к нашей российской платежной системе. Это соглашение именно на уровне платежных систем о том, какие будут тарифы, чтобы мы в банкоматах другой страны могли вставить эту карту «Мир», и там прошел обмен между платежными системами, между банками, и можно было осуществить снятие или перечисление средств.

А.Х.: А у вас нет данных, те же самые Visa и MasterCard, как долго они добивались вот этого всемирного распространения?

Е.Б.: К сожалению, такой статистики нет. Но про эти компании могу сказать, что процесс занят намного больше времени. В целом, даже текущая динамика, которую демонстрирует система «Мир», это на 1 июля 172 тысячи карт, мне кажется, она уже впечатляет. Обозначена цель до конца 2016 года выпустить 16 млн карт, достаточно амбициозная цель. Но, как мне кажется, идея подключить бюджетников – это достаточно мощный двигатель для развития национальной платежной системы.

А.Х.: Правильно ли я поняла, бюджетников, особо не спрашивая, больше в принудительном характере переводят на новую систему оплаты, на карты «Мир». А обеспечить выезд за границу пока не могут. Так ли это? Может быть, в какие-то европейские страны да. Но если, допустим, тот же учитель или врач накопил и поехал куда-нибудь в Марокко или в Рио-де-Жанейро решил сгонять, то там уже он не сможет воспользоваться пока вот этой картой «Мир».

Е.Б.: Да, совершенно верно, воспользоваться не сможет. Придется либо наличные деньги с нее снимать, либо другими платежными системами пользоваться, общемировыми.

А.Х.: Насколько реальна мысль о том, чтобы перейти не бюджетным организациям на новую платежную систему? Или это нереально, и не надо об этом даже говорить?

Е.Б.: Мне кажется, в принципе, в перспективе это вполне реально. Но пока мы видим, что немного сыровата сама система, по картам нет каких-то таких опций, к которым пользователи привыкли у Visa и MasterCard, - программа лояльности, кешбэк, начисление процентов на остаток средств. С развитием платежной системы, с развитием карт «Мир», когда она станут предлагать пользователям больший спектр услуг, то, я думаю, вполне могут заинтересоваться и другие организации.

А.Х.: Кстати, об этих программах лояльности, о начислениях бонусов «Спасибо» и т.д. – как долго нужно, чтобы новая карта «Мир» перешла тоже на эти бонусы, на эти программы?

Е.Б.: Честно говоря, в технической составляющей здесь я не эксперт. Но с моей точки зрения, сейчас основные усилия разработчиков и тех, кто занимается внедрением карты «Мир», все-таки будут направлены на более базовую инфраструктуру, как банкоматы, платежные терминалы, терминалы для оплаты с помощью карт в торговых точках. Достаточно колоссальный объем работы по обеспечению вот этих технических средств. Мне кажется, что это уже второй этап, который сдвинется на какие-то сроки после 1 января 2018 года, реализация каких-то дополнительных вещей.

А.Х.: В завершение всего вышесказанного, если ли всемирное будущее у карты «Мир» и как скоро?

Е.Б.: В целом, конечно, национальная платежная система и карты свои – мне кажется, это неплохая идея для повышения конкурентоспособности страны, для того, чтобы ее финансовая система чувствовала себя комфортно. Считаю это позитивным веянием в российской финансовой системе. Какие-то сроки по завоеванию мира, по тому, как мы сможем конкурировать с такими крупными игроками, которые уже на этом рынке давно находятся, как Visa и MasterCard, говорить достаточно сложно, назвать плюс-минус 10 лет. Будем смотреть, как развивается эта система и удастся ли набрать такую вот движущую силу, подключив для начала все-таки Россию к ней, а затем и другие страны. Пока от прогнозов долгосрочных, наверное, воздержусь.

А.Х.: Я вас поняла. Огромное вам спасибо, Елизавета Романовна!

Что же такое новая платежная система «Мир»? Как сказано на сайте «НСПК.ру», национальная система платежных карт призвана обеспечить надежность, удобство и доступность национальных платежных карт и электронных средств платежа для всего населения России. Здесь уместен небольшой экскурс в историю. Началось все в 2014 году, когда против России были введены санкции, и международные платежные системы Visa и MasterCard второй раз в истории остановили обслуживание карт нескольких российских банков в торговых точках и банкоматах международной сети. Была начата подготовка поправок в федеральный закон о национальной платежной системе. И в октябре 2015 года на сайте НСПК были опубликованы правила и тарифы новой платежной системы «Мир». Многие банки, такие, как «Газпром», банк «МДМ», банк «РНКБ», «Минбанк» и другие уже в декабре 2015 года стали так называемыми эмитентами, то есть в этих банках впервые была введена в обращение карта «Мир». Поговорив с Елизаветой Белугиной, мы узнали о том, что в принципе переход на, так скажем, мировое господство карты «Мир» пока еще не предвидится в ближайшем будущем. А о полном переводе бюджетной сферы на новые системы платежа мы поговорим с шеф-редактором медиапроекта «Соль» Алексеем Шляпужниковым, который находится у нас в студии. Здравствуйте, Алексей!

Алексей Шляпужников: Привет.

А.Х.: Скажите ваш комментарий по поводу того, что Центробанк решил к 1 января 2018 года всех бюджетников перевести на эту карту «Мир».

А.Ш.: Это же не первая уже история, когда Россия пытается выпустить что-то свое, большое, глобальное, электронное. Я напомню, что пару лет назад мы также говорили о том, что наконец-то в России появятся электронные паспорта, которые объединят в себе все документы на карточке. И также говорилось о том, что эта карточка будет привязана к банковскому счету и будет платежной единицей. Но в итоге от этого проекта, вложив в него безумное количество денег, правительство отказалось, как мы сейчас видим. И мы видим очередную реинкарнацию просто обычной платежной карты, которая была бы заведена на российский процессинг. Оно понятно, с одной стороны. Были уже система, которую создал «Сбербанк» в свое время, «ПРО100», платежная система именно сбербанковская, к которой тоже пытались подключаться. Но заставить людей вдруг пользоваться картами не международной платежной системы очень сложно. Сейчас есть три крупных игрока на этом рынке. Первый крупный игрок, конечно, по объемам – это Visa, во всем мире доступна. Второй крупный игрок – это MasterCard. И третий – забыл, как называется, два года назад запущенная китайская платежная система, которая тоже является международной, но за счет того, что китайцы очень активно участвуют в мировой экономике, гораздо активнее, чем Российская Федерация, к сожалению. Поэтому перспективы у карты «Мир» стать международным платежным средством, я думаю, отсутствуют. Поскольку не замотивировать людей пользоваться карточкой, с которой они не смогут выехать за рубеж, не смогут получить средства в большинстве банкоматов на территории страны. Значит, надо каким-то образом сделать это добровольно-принудительно. И они нашли, кого на эту карточку подсадить. Кто такие бюджетники? Это все служащие, все чиновники, это пенсионеры, это получатели всех бюджетных выплат, то есть девочки в декрете – это тоже бюджетники, и т.д. Таким образом можно обеспечить эмиссию большого количества карт и заставить людей их держать, платить за их обслуживание. Но не факт, что при этом получится заставить их ими пользоваться. Именно как платежным средством. Потому что международные системы гораздо удобнее. Очень здорово, что мы сегодня начали говорить об этой теме, потому что именно сегодня в России такое эпохальное событие – несколько дней назад Samsung запустил в России совместно со «Сбербанком» и другими банками свою платежную систему «Samsung Pay». И сегодня «Apple Pay», это система, которая позволяет оплачивать, не доставая карточку, просто прикладывая свой телефон к платежному устройству, тоже запустил с сегодняшнего дня в России для «Сбербанка», для владельцев MasterCard. Позже это будет доступно и для Visa, и для всех остальных. Вот я сегодня покупал кофе – это очень удобно. Проблема в том, что никогда карта «Мир» или любая другая национальная платежная система не сможет быть привязана к таким сервисам. А эти сервисы нарастают и становятся массово используемыми. В любом «Макдональдсе» можно ими расплатиться, практически в любом магазине на кассе. Это происходит, я недавно был в Европе, там люди просто не достают эти карточки, они платят телефонами. Но до этого нам очень далеко. И когда мы говорим о 2018 годе, мы должны понимать, что люди, оплачивая эти карты вынуждено, потому что они бюджетники, то есть это новый налог такой, а они будут их использовать просто как инструмент для снятия наличных и зачисления на другую карту. Либо это через транзакцию, через банк. Но скорее всего, просто снятие наличных. Если тариф на снятие не будет слишком высок. Соответственно, ограничить себя, ограничить систему платежную от того, чтобы из нее постоянно выдергивались средства, НСПК сможет, только введя очень большой процент за снятие наличных, процент удержания. Это сделает еще дороже использование заработанных средств населения. Население, клиентов, по большому счету, ограничивают в выборе платежного средства, это очень плохо, это плохо для банков. Потому что банки, которые станут эмитентами карт «Мир», особенно вот тех принудительных карт для бюджетников… Как мы обычно – получаем деньги на карточку и потихонечку расплачиваемся. Все это время наши деньги, остаток нашего счета находится в обороте банка. И для банка это отлично, потому что для банка это инструмент, которым он кредитует потребителей, занимается инвестиционными программами, в бизнесы, в пакеты и т.д. То есть использует финансы как инструмент, что, в принципе, и должен делать банк. Теперь представляем себе картину, когда человек не может использовать эту карточку везде, не имеет к ней достаточного доверия, она не заводится в системы электронного платежа, они не принимается интернет-магазинами и т.д. Что он делает? Он снимает наличные средства. Мы привыкли терять – в увеличении налогов, мы потеряем процент, да, ничего страшного. Но он будет вынимать эти деньги из оборота банка. И для банков это грозит очень серьезным дисбалансом платежного состояния своего. И вообще, финансового состояния банковской сферы тех, которые будут этим заниматься. Я боюсь, что это не очень хорошая идея, но я могу понять, почему и какая настоящая цель введения этой системы.

А.Х.: Почему же и какова же?

А.Ш.: Мы как страна, как Россия в очередной раз вступили в жестокую схватку со всем миром. Осажденная крепость, кругом враги. На самом деле, наша позиция по многим международным вопросам вызывает во всем мире серьезное недовольство, опасения в отношении страны и санкции, санкции, санкции. Мы помним, что один из первых банков, «Банк России», был отключен от системы по-моему Visa, если мне память не изменяет, после аннексии Крыма. И тогда многие поняли, что есть чего опасаться. Потому что «Банк России» - это банк, безумно близкий к друзьям президента Путина. Это банк, где он сам держит, как он говорит, свою зарплату и т.д. Этот банк находится в санкционном списке, как и многие другие уже, и в любую секунду, как мы понимаем, они могут быть отключены от этих платежных систем. Соответственно, они выпадут из рынка вот этих перечислений для физических лиц, в первую очередь, карточки используются физическими лицами, хотя сейчас уже многие организации тоже заводят карты на свои счета, чтобы оплачивать какие-то услуги в интернете. И необходимо удержать их на этом рынке. Соответственно, вот эти лояльные банки, которые попали под санкции по причине того, что они связаны с политическими фигурами, их необходимо спасти, удержать на рынке.

Вторая история заключается в том, что любая крупная страна, особенно страна с крупнейшей национальной паранойей, боится и не хочет передавать информацию о финансовых операциях своих граждан куда-то за рубеж. Надо понимать, что данные по зарплатам, которая перечисляется на Visa, на MasterCard, данные по тому, как что расходуется, на какие продукты, услуги, т.д. – это все поступает в процессинговый центр MasterCard и Visa. В России других систем как таковых не существует. Эти финансовые данные – это очень чувствительная история, особенно данные о зарплатах бюджетников. Сколько получают военные, сколько этих военных в той или иной части – это же на самом деле чувствительная информация для государства, особенно для государства, которое в очередной раз поругалось со всем миром. И это разведывательные данные фактически, это данные для финансовой разведки, которые могут быть использованы для обычной разведки. Естественно, как минимум от бюджетников, наше государство хочет отключить их от процессинговых центров, чтобы ограничить передачу финансовых данных за рубеж. Это понятно. Вот это настоящая цель. То есть, во-первых, обеспечить банкам лояльным, попавшим в санкционные списки, безопасность и присутствие на рынке. Во-вторых, обеспечить безопасность данных по бюджетным платежам. Я не исключаю, что в любую секунду может быть принят закон, ближе, конечно, к массовой эмиссии карт «Мир», к 2018 году, а может быть, и раньше, о том, что вообще запрещается оплачивать работу по-другому, только картой «Мир». У нас же так принято – сначала говорим про хорошее, а потом запрет, запрет, запрет, обложили со всех сторон флажками, и мы идем в единственном заданном направлении. Я не исключаю, что может быть ограничено хождение или оплата картами международных платежных систем на территории России. Госуслуги, возможно, нельзя будет оплачивать через MasterCard, Visa и т.д. Поскольку они не могут создать реальных конкурентов MasterCard и Visa, они, как всегда, это будут делать запретительными мерами для конкурентов, тем самым создавая себе искусственное конкурентное преимущество, вернее конкурентную возможность для карт национальной платежной системы. Это тоже ни к чему хорошему для национальной экономики не ведет. Мы же прекрасно понимаем, что проблема санкций сохраняется, и в любую секунду банки могут быть отключены от международного свифта, от международной банковской системы. Аналог российского свифта тоже пока еще в разработке, Центробанк им занимается, это параллельная история. А когда вот эта система придет к логическому оформлению, когда это все будет работать, не исключено, что Россия может спровоцировать, российское руководство, западные страны, да и восточные тоже на то, чтобы полностью отключить российскую экономику от мировой, а это точно приведет нас либо к краху, либо к какой-то непродолжительной, но весьма неинтересной Северной Корее.

А.Х.: Получается, может, тогда и хорошо, что мы переходим на карту «Мир». Ну да, поедем мы, допустим, за рубеж. Ну, сняли мы денежки у себя дома, за рубеж поехали, купили там, что надо. Может быть, действительно тогда НСПК, как говорится на сайте, это удобство и доступность национальных платежных карт?

А.Ш.: А в чем их удобство? Удобство и доступность – это MasterCard и Visa. Когда в кармане лежит универсальное платежное средство, с которым я сегодня нахожусь в России, завтра я оказался в Чехии, после завтра я перелетел в Африку, везде я понимаю, что мои деньги со мной, мои деньги в достаточной безопасности. Эти карты заводятся на устройство. Даже в случае, если я забыл карточку дома, я оплачу с телефона, и я вообще не обязан ее с собой постоянно носить, меньше риска ее потерять, запер дома в сейф и радуйся жизни. Вот это удобство и простота. В чем простота и удобство искусственных ограничений по использованию того, чем пользуется весь цивилизованный мир, я не могу понять.

А.Х.: Вы же сами сказал о данных, которые могут те же самые западные страны…

А.Ш.: А меня не беспокоят эти данные как гражданина, который получает зарплату «белую», платит налоги.

А.Х.: То есть, по сути, бюджетникам-то и не надо по этому поводу париться, так скажем?

А.Ш.: Да, париться им не имеет смысла. Но я уверен на 99.9%, что карта «Мир» будет не универсальное платежное средство. Просто исходя из того, о каких технологиях говорят коллеги из банковского сектора, с каким выражением лица они это говорят и т.д. Я не уверен, что это будет универсальное платежное средство. А когда меня как человека, честно зарабатывающего свои деньги, свою зарплату, и который хочет сам выбирать, какие платежные средства использовать, ограничивают в этом выборе, мягко говоря, мне это не нравится, потому что государство снова лезет в мой карман. Причем не просто лезет за налогами, а оно уже говорит, как мне этим карманом пользоваться, что мне в этом кармане держать и т.д. Кроме того, учитывая, что у нас регулярно утекает огромное количество государственной информации из разных реестров, из ГИБДД и т.д., эта информация продается на черном рынке, информационном рынке, я меньше испытываю доверия к любым национальным системам, чем к тем системам, которые во всем мире зарекомендовали себя уже многолетне и обладают достаточной степенью защищенности, потому что на этом рынке только одна крупная утечка – и все, до свидания, ты выпал из бизнеса, ты потерял деньги, людей, люди убежали от тебя в другую платежную систему, благо их много сейчас.

А.Х.: Вспоминается фраза из отечественного фильма: «Распространить среди жильцов ЖЭКа, если не будут брать, отключим газ».

А.Ш.: Да-да.

А.Х.: Тогда, может быть, и черт с ними, с этими картами? Давайте вернемся лет на 20 назад и будем выдавать зарплату деньгами реальными?

А.Ш.: Самое интересное, что с увеличением налогового бремени на малый и средний бизнес сейчас на самом деле, я боюсь, что будет доля наличных денег именно в расчетах с сотрудниками увеличиваться. Но самая большая проблема, что она будет уходить в тень. Вообще, конечно, любое современное здравомыслящее государство ограничивает хождение национальной валюты. И это нормально, потому что электронные средства платежей – эти средства невозможно спрятать. Эти средства не участвуют в теневом обороте. Это белые деньги, который в белую поступают на карточку, у каждого перевода есть назначение, источник и т.д. Все это можно посмотреть, промониторить. В случае, если есть подозрения, что человек что-то там получает незаконно, всегда можно эти источники вычислить. И каким бы сторонником свободы я ни был и противником ограничений, но когда ты работаешь в белую, прозрачно, тебе бояться нечего, если все твои доходы идут нормально. Если мы переходим опять на наличку, мы неизбежно дойдем до зарплаты в конвертах и т.д. Зачем? То, что мы перешли на оплату на карты платежные, на пластиковые карты банков, это очень здорово, это очень большое достижение. И просто так взять и расстаться с этим достижением, я думаю, это будет очень плохой удар по экономике. Потому что сейчас все привыкли, что мы платим деньги сотрудникам на карту, автоматически уходят данные в налоговую, мы платим эти налоги. А когда это будет наличный расчет, некоторые, особо ушлые предприниматели подумают-подумают, да и не будут в налоговую сообщать о факте оплаты. Условно говоря, в магазине пришла выручка, он из кассы достал, отдал продавцу, все. Государство в этой схеме не участвует, оно о ней не знает.

А.Х.: С переходом бюджетных организаций, конечно, вопросов много, но их волей-неволей могут перевести, приказали – «отключим газ» за невыполнение приказа. А не бюджетные организации, как вы думаете, будут вообще рассматривать вопрос о переходе на эту новую систему?

А.Ш.: Я же говорю, самостоятельно, добровольно – нет. Есть такой анекдот, еще советских времен. Микоян выезжает за границу, и кто-то из журналистов у него спрашивает: -Анастас, скажите, у вас граждане покупают облигации займа Госбанка СССР. Но они же убыточные. Почему они это делают? Он говорит: -У нас собаки сами горчицу едят. –Да ладно? –Ведите собаку, несите горчицу. Приводят собаку. Приносят банку горчицы. Анастас Микоян берет ложку, под хвост собаке, в задницу ей горчицу – хлоп! Собака вынуждена вылизываться, поэтому горчицу есть. Примерно так же будет и с системой «Мир». Нам просто ложкой в то место карту эту засунут, что мы будем вынуждены ею пользоваться.

А.Х.: Жестко. Ну, хорошо. Предыдущий спикер, Елизавета Белугина, говорила о том, что в принципе можно перейти в общем и целом на карту «Мир», но для этого, конечно, надо больше времени, чем оставшиеся чуть меньше полутора лет. Как вам кажется, сможем ли мы реально перейти на карты «Мир» на свои и сколько лет это займет?

А.Ш.: Я думаю, тут надо вести разговор не о годах, а о деньгах, потому что создание платежной системы, эмиссия карт, организация сети терминалов банковских и т.д. – это все очень большие вложения. Надо просто понимать, кто будет оплачивать все это счастье. Я смотрел разные документы об этом. И насколько я понимаю, вся нагрузка легла на банковский сектор, который в добровольно-принудительном порядке эту карту, потому что все-таки ЦБ-шная карта, они эту карту эмитируют, выпускают и привязывают к своим платежным системам. По моим ощущениям, банки успеют справиться за полтора-два года вполне с этой историей. Но смотрите, понятно, что есть бенефициар, держатель этой платежной системы, как и MasterCard, Visa, они получают некоторый процент от операций. Ну, 2-3%, даже 1%. Сколько у нас бюджетников сейчас?

А.Х.: Много, наверное.

А.Ш.: Если вместе с пенсионерами, со всеми прочими, там за 60 млн. Берем цифру 60 млн. Средний месячный оборот по этим картам пускай будет 15 тысяч. Ну ладно, 10 тысяч. Получаем уже миллиарды. И с этих миллиардов идет процент. Сейчас он идет MasterCard и Visa, потом кому-то он будет капать. Видимо, национальной платежной системе и тому, кто ее будет держать. Если мы внимательно посмотрим на опыт последних лет по созданию государственно-частных партнерств, мы видим, что основную выгоду и прибыль получают именно держатели, то есть операторы вот этих сервисов. Например, от «Платона» получают прибыль Ротенберги. Кто будет получать от национальной платежной системы, посмотрим.

А.Х.: Я вас поняла.

О возможности перевода бюджетников на новую платежную систему карт мы также поговорим с независимым экономическим экспертом Антоном Шабаном. Антон Николаевич, здравствуйте! Алло!

Пока мы набираем Антону Николаевичу, надо сказать о том, что в интервью телеканалу «Россия-1» генеральный директор АО «НСПК» Владимир Комлев сказал о том, что карта «Мир» обладает всеми привычными для россиян свойствами пластиковых карт, ей можно расплачиваться в магазинах, терминалах и банкоматах, производить также операции в интернете. Вскоре планируется введение социальных программ и тех самых программ лояльности, начисление бонусов. Также Комлев заявил, что карта уже встроена в международную систему и, мол, он сам лично уже расплачивался ей за рубежом.

А.Ш.: Тут очень интересный момент. Я тоже посмотрел, каким образом они за рубежом работают и как они воспринимаются международными платежными системами. А воспринимаются они как карты Visa.

А.Х.: То есть без нее никуда.

А.Ш.: Все равно национальная-то она, национальная, но как только мы пытаемся что-то купить в интернете или заплатить какой-то зарубежной компании, эта карта моментально из «Мир» превращается в Visa.

А.Х.: Получается порочный такой круг – вроде бы вышли…

А.Ш.: Все внутренние расчеты проходят через НСПК, а внешние все равно это Visa. Но, опять же, это убирает огромное количество преимуществ для этой карты, о которых мы говорили несколько минут назад. Она все равно не автономная.

А.Х.: У меня как у обывателя вопрос – зачем же это, друзья? Те самые бюджетники, ведь это и офицеры-срочники, и, вы говорили, девушки в декретах, это и учителя, и пенсионеры, которым в принципе деваться-то некуда. Если еще те же учителя могут повякать, то пенсионеры в принципе…

А.Ш.: Да никто не будет вякать. Мы привыкли отдавать деньги государству. И когда государству нужно больше, оно всегда научится и поймет, как это делать.

А.Х.: Хорошо. Есть ли такие пути, чтобы предотвратить вот это, не знаю, как сказать, провокацию что ли или как русским языком назвать вот этот интересный переход? Могу процитировать Эльвиру Набиуллину, которая накануне сказала о том, что «мы уже созрели для того, чтобы в законодательстве уточнить сроки, когда эти карты обязаны будут приниматься всеми торговыми точками. Это очень важно, чтобы наши карты применялись в нашей национальной сети. И когда бюджетники тоже должны будут перейти на то, чтобы зарплаты бюджетников перечисляются на карты не международных платежных систем, а российские платежные карты». Как вот это назвать? Профанацией?

А.Ш.: Глаголы, которые называет госпожа Набиуллина: обязать торговые точки принимать карты «Мир», будут вынуждены. Обязать, вынуждены – это не признаки свободного рынка. Банковский сектор – это тоже участник рыночной системы. Если мы говорим, что мы пока еще в рамках рыночной экономики работаем, давайте работать в рамках ее. А когда это происходит через искусственные ограничения, через вынужденность, ни к чему хорошему это не приведет, кроме того, что кто-то получит от 60 млн россиян 600 рублей в год за обслуживание карты, процент за снятие наличных средств, процент за какие-то операции и т.д. Вот и вся любовь, собственно говоря. Здесь создается преференция для какого-то национального оператора. Но создается она не тем, что карта могла бы быть удобнее, лучше, круче, выглядеть замечательно, петь, плясать и давать взаймы в случае, если у тебя кончились деньги до получки. Но эта карта всего этого делать не будет. Она не будет иметь никаких преимуществ перед другими картами, а вот недостатки будет иметь. Поэтому они будут заставлять и вынуждать ею пользоваться. Но какая модель использования будет, опять же, возвращаясь к началу нашего разговора, непонятно. Я все-таки предполагаю, что люди будут с этой карточки все деньги сразу же вынимать. Мне бы очень хотелось поговорить с кем-то из банкиров по этому поводу, я не думаю, что они очень довольны этой историей. Чтобы не вынимать деньги, надо ограничивать сценарий ее использования, что еще сильнее ухудшит этот национальный продукт. Я не очень понимаю спешки и гонки, которая сейчас происходит. Это либо кто-то хочет отъесть хороший кусок на создании системы, на ее запуске, либо мы готовимся к превращению во внутреннюю Монголию и Северную Корею, закрытию всех наших границ, в том числе и финансовых. Как вы понимаете, любого здравомыслящего человека этот сценарий тоже не может радовать.

А.Х.: Может быть, тогда наши умы, так скажем, экономические умы нашей страны подумали – чем же мы хуже Китая, вы говорили о национальной платежной системе, называется она Union Pay, в Китае учреждена в 2002 году как ассоциация банков КНР. Инициатором создания выступил Госсовет и Народный банк Китая. Ее акционерами являются более 200 финансовых учреждений. И надо сказать, что на август 2016 года платежная карта Union принимает уже в 157 странах мира, в частности, более чем в одном миллионе банкоматов.

А.Ш.: Да. И самое интересное, что эмитентами Union Pay являются не только китайские банки, но и такие крупные банки, как «Сити» и т.д. Чем мы хуже Китая? Мы хуже Китая тем, что у нас денег гораздо меньше, экономика гораздо менее стабильная, менее наполненная реальными предприятиями, реальным производством. И активность наших жителей за рубежом не такая уж высокая, особенно вот с этими карточками. Нам нет необходимости создавать какую-то свою платежную систему. Да, китайцев огромное количество, больше миллиарда. В Индии есть своя платежная система, там тоже очень много людей, и там понятно, что большое количество транзакций и т.д. Для национальной экономики неплохо. Но это, опять же, международная система, и вложились они в нее очень круто. Им есть что предложить миру.

А.Х.: А что такого им есть предложить, что нам нечего?

А.Ш.: Большой объем финансовых операций. Банкам во всем мире интересен большой объем финансовых операций, проводимых по платежным системам.

А.Х.: И в Индии тоже?

А.Ш.: Конечно. И для британской карточки есть, потому что экономики этих стран несоизмеримы с размерами экономики России. К сожалению. Я патриот, естественно, я очень люблю свою страну. Но, к сожалению, наше государство не делает ничего для того, чтобы наша экономика росла и была бы конкурентоспособной и интересной для всемирного банковского сектора. А экономика Китая интересна, потому что эти деньги поступают в большой международный оборот, их можно использовать как инструмент. Деньги – это не то, что мы храним под матрасом. Это финансовый инструмент в современном мире. Никому рубль как финансовый инструмент, кроме как спекулянтам на валютной бирже, сегодня неинтересен. Потому что он не является по-настоящему свободно конвертируемой валютой во всех странах мира. Никому за пределами России, ну, может быть, какой-нибудь Белоруссии, вот этот рубль как таковой и его электронное выражение в виде карт «Мир» не очень нужен. Поэтому перспектив, что карта «Мир» или любая другая карта повторит успех Union Pay, - нет таких перспектив на сегодняшний день, если завтра вдруг не случится чудо, и российская экономика за ночь не вырастет до размеров хотя бы половины китайской.

А.Х.: Этого, к сожалению, не произойдет. Какие можно сделать выводы по всему вышесказанному? Все-таки карта «Мир» - это что? Почему те же самые Набиуллина или Комлев говорят об одном, мы с вами видим совершенно другие реалии? К чему мы придем? И реально ли это – переходить к 2018 году или не надо?

А.Ш.: С одной стороны, декларация того, что карта «Мир» - это национальная система, защищенность, это конкурентоспособный продукт по отношению к большим международным платежным системам. Это все отличные декларации. Если бы мы, Россия, выводили эту карту, это платежное средство именно в поле конкуренции и конкурировали бы по общепризнанным правилам, а не применяли бы административный ресурс для создания искусственных конкурентных преимуществ, это все было бы здорово. Я с большим вниманием тогда бы наблюдал за этой картой и, скорее всего, в свой пакет платежных средств обязательно бы ее добавил. Просто для того, чтобы иметь опыт использования, опыт сравнения конкурентных преимуществ и недостатков с другими системами. Но когда я вижу слова «заставить», «буту вынуждены» и вижу, что они делают через законодательство, через ограничения, через принуждение, я ни в коем случае не изберу для себя эту платежную систему, если только, и многие другие люди так сделают, мне не запретят пользоваться другими платежными системами. К сожалению, очень хорошо понимая механизмы работы государственных органов и государственных программ, проектов и т.д. в России, я не могу исключать такого развития событий, что когда карточка наберет не то чтобы обороты, но станет стабильной, обкатают ее на бюджетниках, заставят, хотите-не хотите, принимать те карточки везде, я не исключаю, что тогда зона принуждения может быть увеличена в сторону того, что, во-первых, частные компании обяжут выплачивать зарплату через эти карты. И второе – что каким-то образом будет создано ограничение для других платежных систем на российском рынке. Только тогда наша собака будет лизать горчицу.

А.Х.: Как-то совсем невесело.

А.Ш.: На самом деле, за два года может многое произойти. Банки могут не справиться с эмиссией. Технология может не пройти проверку на безопасность, потому что технология эта хоть и куплена за рубежом, кстати, но она по своему производству 1989 или 1991 года. Ей за 20 лет. То есть это старая технология. Не факт, что она покажет хорошие тесты по безопасности. Кроме того, надо будет смотреть, насколько хорошо защищены процессинговые центры. Я уверен, что как только они появятся в публичном и в демо доступе, именно собственные процессинговые центры, они будут подвергнуты тесту со стороны хакеров. Выдержат ли эти системы эту историю? Потом, не изменится ли власть в стране к 2018 году?

А.Х.: Вопрос хороший, в 2018 году выборы.

А.Ш.: Вопрос отличный. А может быть и в 2017 году.

А.Х.: Как сто лет назад, например.

А.Ш.: Поэтому сейчас мы видим, что тратятся большие государственные и частные средства на создание этой системы. Эмиссия пошла. На самом деле, написано «Мир», но внутри чип от Visa, поэтому мы можем ей расплачиваться за рубежом. Смысл в редизайне своей Visa, которая у меня в кошельке, я пока не вижу. Но разговоры идут о том, что через ограничения мы проложим дорогу к звездам. Посмотрим. Я думаю, что надо будет смотреть, но нашим радиослушателям я бы советовал не бежать, не покупать карту «Мир», а пользоваться проверенными способами платежей, не хранить деньги на платежных устройствах, а только перечислять их туда для осуществления платежей, пользоваться, пока это еще возможно, Apple Pay, Google Pay и другими платежными средствами, использовать все достоинства современных технологий и присматриваться к национальной платежной системе, но пока издалека, не трогая ее своими руками.

А.Х.: Завершающий вопрос: я так понимаю, вы не можете отойти от мысли, что все вот эти предложения Apple Pay, Google Pay тоже будут под запретом?

А.Ш.: А как еще создать конкурентное преимущество карточки, которую туда не завести? Чтобы люди начали ею пользоваться, перестали пользоваться MasterCard, это надо ограничить возможность применения этих технологий в России, вот и все. А завести свою карточку в Apple, я думаю, у них не выйдет. Если только они ее не оставят фактически Visa. Но тогда весь смысл теряется, потому что это не национальная платежная система. Это Visa, только покрашенная в другие цвета и создающая какую-то прибыль оператору. Но Visa при этом свое тоже снимет.

А.Х.: Я вас поняла.

Уважаемые друзья, в студии был Алексей Шляпужников, шеф-редактор медиапроекта «Соль». Огромное вам спасибо, Алексей.

Тема-то ого-го какая интересная. Больше, наверное, в ней осталось вопросов, чем ответов: зачем переводить бюджетников, как будет действовать новая платежная система в недалеком будущем в мире, насколько она различна с теми же картами Visa. Все эти вопросы пока остаются без ответов. Остается только ждать 1 января 2018 года, когда мы сможем поговорить об итогах перевода бюджетной сферы на новую платежную систему «Мир». Это была программа «Угол зрения», у микрофона Александра Хворостова. Услышимся в эфире!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments