Армия

«Левада-центр» признали иностранным агентом: зачем и почему


Эксперты: Лев Гудков — директор Аналитического центра «Левада-центр»; Евгений Митрофанов — юрист, член Общественной палаты Новосибирской области.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. У микрофона Валентина Ивакина. Это программа «Zоом» на радио «Соль». И сегодня мы обсудим следующую тему: «Левада-центр» был включен в список НКО иностранных агентов. Информация об этом появилась накануне. Для тех, кто не знает, что такое «Левада-центр» — это автономная некоммерческая организация «Аналитический центр Юрия Левады». Организация проводит различные социологические исследования и довольно интересные исследования, сама очень люблю их работы и ту информацию, которую они публикуют. Но теперь эта организация попала в разряд иностранных агентов.

Об этом пишут, что включили «Левада-Центр» в реестры НКО, которые выполняют функции иностранного агента. В сообщении Министерства юстиции дословно говорится следующее: «Факт соответствия организации признакам некоммерческой организации, выполняющей функции иностранного агента, установлен в ходе проведения Главным управлением Минюста России по Москве внеплановой документарной проверки».

Сейчас с нами на связи находится Лев Гудков, директор «Аналитического центра Юрия Левады». Лев Дмитриевич, здравствуйте!

Лев Гудков: Здравствуйте.

В.И.: Расскажите о последних новостях к данному моменту. И потом еще пару вопросов дополнительно зададим.

Л.Г.: Мы получили акт этой проверки. Готовим сейчас свои возражения. Попробуем опротестовать это, поскольку проверка была проведена крайне неряшливо, небрежно, с множеством натяжек и ошибок. Явно это было выполнения политического заказа. Очень тенденциозно составлен этот акт. Но поскольку это ситуация явно не правовая, точнее не определенно правовая, потому что закон об НКО и политической деятельности написан так, что туда можно включить все, что хотите, абсолютно все. Это дает произвол для заинтересованных групп или ведомств, что избавиться от этого крайне трудно.

В.И.: Вы говорите, что это, скорее всего, заказ. Что вы имеете в виду?

Л.Г.: Я думаю, что это непосредственно со стороны определенной части «Единой России», поскольку наши данные показывают систематическое снижение популярности и поддержки «Единой России» в условиях кризиса и роста недовольства населения. А в более широком смысле это давление партии консерваторов, силовых структур, которые действительно ведут сегодня очень жесткую усиливающуюся репрессивную линию в отношении независимых организаций общественных, будь то исследовательские, благотворительные и прочие организации гражданского общества. Это реакция на массовые протесты 2012 года и попытка ужесточить контроль над обществом. Паранойя руководства перед «цветными революциями», если хотите.

В.И.: Некоторые связывают это с тем, что скоро выборы, и как раз в канун этого всего такие действия были ожидаемы. Вы это как-то связываете между собой?

Л.Г.: Я бы сказал, что это только ускорило принятие акта. Непосредственной связи, я думаю, нет. Наверное, давление резко усилилось, поскольку в сам момент проведения проверки, действительно, наши данные показали заметное снижение готовности голосовать за «Единую Россию». Но в целом, думаю, это давно ожидаемые действия. Поскольку закон об НКО принят весной этого года, и он построен именно таким образом, чтобы можно было навесить клеймо или ярлык иностранного агента на любую организацию. Там просто прописано, что проведение опросов общественного мнения и иностранное финансирование вне зависимости от характера этого финансирования недопустимо. Это ведет к признанию организации иностранным агентом. А это коммерческие наши заказы, благодаря которым мы собственно получали средства для проведения собственных исследований.

В.И.: Ваш заместитель, Алексей Гражданкин, в интервью «Интерфаксу» заявил: «Мы ориентированы в первую очередь на внутрироссийского клиента, сокращаем число договоров с иностранными клиентами и надеемся, что этот статус с нас снимут». Что дальше будет?

Л.Г.: Алексей Иванович Гражданкин ведь у нас маркетинговый исследователь. Действительно, здесь, я думаю, неприятности в наименьшей степени затронут нас. Если заказчики не испугаются иметь дело с организацией с такой репутацией, то возможность проведения коммерческих исследований, исследований рынка, брендов и прочего будет сохраняться, здесь ничего не угрожает. Другое дело, что все общественно значимые исследования, будь то исследование информационного поведения, спроса на интернет-издания, электорального поведения, отношения к политическим партиям или к руководству страны, разного рода властным институтам и т. д., то, что составляет нашу основную программу, которую мы ведем с 1988 года, эти исследования становятся невозможны.

В.И.: То есть не идет речь о полном прекращении деятельности, но будет нанесен сильный удар.

Л.Г.: Это фактически ликвидация научной деятельности. По существу это ликвидация аналитического центра.

В.И.: Какие варианты вы рассматриваете, чтобы решить эту проблему, которая перед вами возникла?

Л.Г.: Мы консультируемся сейчас с юристами, как можно опротестовать этот акт. Попробуем оспорить это в суде. Но в условиях нашего правосудия, заведомо зависимого от власти, тут особых иллюзий не надо иметь. Проблематично это.

В.И.: В этот период, пока вы будете опротестовывать это решение, в каком формате будет существовать «Левада-Центр»?

Л.Г.: В обычном. В рабочем.

В.И.: То есть пока вы работаете, как работали?

Л.Г.: Если не возникнет каких-то проблем, люди не будут шарахаться, узнав о том, что на нас навесили такой ярлык, то в обычном. Пока сейчас ничего не могу сказать. Это только вчера, собственно, стало известно.

В.И.: Правильно я понимаю, если ваши специалисты будут кому-либо звонить, чтобы задать вопросы, надо будет представляться: «Здравствуйте, мы — иностранный агент, можете ли ответить на ряд вопросов?»?

Л.Г.: Не исключено. Это абсурдная ситуация. Не могу вам сказать, как это будет.

В.И.: В интервью, которые уже появились в ряде СМИ, говорят о том, что вы откровенно негодовали, и это понятно. Но насколько все-таки для вас это было неожиданностью?

Л.Г.: Я надеялся на то, что некий здравый смысл здесь все же будет присутствовать, и действительно проверяющие рассмотрят внимательно все документы. Нет, этого не произошло. Но в целом я понимал ход событий и предупреждал об усилении такого репрессивного характера внутренней политики.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами. Желаю вам удачи в вашей борьбе. Надеюсь, удастся решить эту проблему.

С нами на связи еще один эксперт, Евгений Митрофанов, юрист, член Общественной палаты Новосибирской области. Евгений, здравствуйте!

Евгений Митрофанов: Здравствуйте!

В.И.: Можете для начала рассказать, как вы восприняли новость о том, что «Левада-Центр» признали иностранным агентом?

Е.М.: Противоречивые чувства, потому что, с одной стороны, понятно было, что их признают, я читал их отчеты, читал те данные, которые они дают, о том, что у Путина все падает, у «Единой России» все падает. Поэтому это был вопрос времени. С другой стороны, конечно, жаль, что у нас в государстве это происходит, именно таким образом выстраивается политика с НКО. Я сам через это проходил. Мой фонд тоже был признан год назад иностранным агентом. Поэтому этого следовало ожидать. Могу сказать, что они оказались в хорошей компании, имеется в виду, что и *** там же был, и ***, насколько помню, комитет против пыток. Уважаемые, достойные люди.

В.И.: Какие вы можете сделать прогнозы как человек, который тоже проходил через нечто похожее?

Е.М.: Это возможность оказания давления, скажем так, на НКО, признание иностранным агентом. Как бы такая открытая дверца, через которую сейчас к ним будут заходить, пользуясь этим статусом, всякие разные, например, прокуратура, в первую очередь, которая у нас все на свете проверяет, иные инстанции, которых будут использовать в политических целях, чтобы оказать влияние на эту НКО. Я с этой проблемой справился простым способом. Я просто эту НКО ликвидировал, создал другую.

В.И.: Что может быть применимо из вашего опыта сейчас сотрудниками «Левада-Центра»? Какой бы вы им совет дали?

Е.М.: Если на этом лице много каких активов не завязано, которые сложно перемещаемы, я бы им рекомендовал быстрее ликвидироваться, создать иное юридическое лицо. Практика показывает, что это гораздо проще, чем вот эта борьба с ветряными мельницами. Это просто очень затратно по времени, по деньгам. Просто даже предоставлять документы проверяющим, предоставлять офис, потом оспаривать все эти результаты проверок. Для чего все это?

В.И.: Лев Гудков высказал такое предположение, что-то, что их признали иностранным агентом, — это, скорее всего, чей-то заказ.

Е.М.: Конечно, это заказ. Это большой политической заказ. Я приводил такие аналогии, когда меня спрашивали, что вы по этому поводу думаете, в 30-е годы, когда евреев заставляли носить желтые звезды. Да, чей-то заказ, политическая воля государства, которая выражает мнение большинства населения. Гигантский политический заказ, большой тренд. Поэтому в этом смысле для меня нет здесь ничего удивительного. Нет повода для возмущения, так происходит. Ничего другого я и не ожидал.

В.И.: Как думаете, кто может стать следующим?

Е.М.: Я думаю, следующими станут все приличные НКО. Те, которые еще не стали.

В.И.: Например?

Е.М.: Я просто не помню, честно говоря, какие из них уже, а какие — нет. Я сейчас вспоминал — «Мемориал» был признан? Вроде как был признан. Если не был признан, значит, его признают. Все приличные НКО станут иностранными агентами. Это как бы знак качества.

В.И.: Если признали иностранным агентом, то качественная.

Е.М.: Качественная, да, нормальная. Если не признали, то под подозрением еще.

В.И.: Представители НКО говорят, что будут, возможно, избавляться тогда от иностранных контрактов, чтобы не было иностранного финансирования. Вот это может быть решением проблемы?

Е.М.: В принципе, это может быть решением, да.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами.

Журналисты «Коммерсанта» напоминают, что «в июле член Совета Федерации, сопредседатель движения „Антимайдан“ Дмитрий Саблин попросил Минюст признать „Левада-центр“ иностранным агентом. „Как признался директор исследовательской организации Лев Гудков, компания получает деньги из-за рубежа на проведение „коммерческих проектов“. По его словам, исследовательский центр сотрудничает с американскими университетами и получает от них заказы, — рассказал сенатор.— Неважно при этом, кто является донором научных институтов, которые перечисляют деньги российской компании, даже если среди них Пентагон“. Господин Саблин назвал такую ситуацию „недопустимой“

Ранее движение „Антимайдан“ просило Минюст проверить информацию о получении „Левада-центром“ иностранных грантов. Представители „Антимайдана“ ссылаются на данные сайта правительства США Usaspending.gov, согласно которым „Левада-центр“ получал средства от Висконсинского университета. „Антимайдан“ считает, что университет был посредником между „Левада-центром“ и Министерством обороны США. Гендиректор „Левада-центра“ Лев Гудков назвал обвинения „Антимайдана“ в ведении агентурной деятельности клеветой, пояснив, что военное ведомство указано в американском отчете лишь потому, что оно финансировало университет».

Многие эксперты уже высказались по этому поводу. Звучат разные слова и в адрес «Левада-Центра», и в адрес тех организаций, которые признали это НКО иностранным агентом. Лев Гудков «Газете.ру» говорил следующее: «Конечно, мы проводим такие исследования, в том числе и для иностранных компаний, это одна из составляющих нашего бюджета». «Сопредседатель движения „Голос“ Григорий Мельконьянц, чья организация в недавнем прошлом тоже стала жертвой закона об инагентах, предполагает, что „Леваде“ досталась за их предвыборные опросы. „Недовольство накапливалось. Они публиковали результаты исследований, которые кому-то не нравились“. Эксперт напоминает, что в 2014 году в законодательство были внесены изменения, согласно которым иностранным агентам запрещается участие в избирательных кампаниях в каких-либо формах. Это может означать и запрет на проведение предвыборных опросов».

Кстати, буквально сегодня или вчера многие СМИ растиражировали результаты опроса, который был проведен сотрудниками «Левада-Центра», по поводу того, что большинство россиян совершенно равнодушны к дебатам.

Также Мельконьянц говорит: «В законе формулировки довольно расплывчатые. Возможно, кто-то захочет использовать эту норму как инструмент давления на „Леваду“. Сразу могут и не применять, а напоминать как об угрозе».

Мы будем следить за развитием событий. На данный момент «Левада-Центр» функционирует так же, как и прежде. Посмотрим, как будут развиваться события. Я же с вами прощаюсь. Услышимся!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Фудшеринг и фриганство

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments