Армия

Возможный запрет лампочек «Ильича»: за и против


Эксперты: Игорь Башмаков — исполнительный директор Центра по эффективному использованию энергии; Игорь Шкрадюк — координатор программы экологизации промышленности Центра охраны дикой природы.

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте! У микрофона Валентина Ивакина. Это программа «Угол зрения». Тема для обсуждения сегодня — возможный запрет в России на лампы накаливания на 60 и 75 Вт. Причем некоторые СМИ публикуют информацию о том, что в России, возможно, запретят в принципе использование так называемых лампочек «Ильича». Сегодня с нами на связи будет несколько экспертов. Один из них — Игорь Шкрадюк, координатор программы экологизации промышленности Центра охраны дикой природы, эксперт Международного социально-экологического союза и один из авторов прогноза мировой энергетики до 2050 года. Игорь, здравствуйте!

Игорь Шкрадюк: Здравствуйте.

В.И.: И также мы сегодня связывались с Игорем Башмаковым, исполнительным директором Центра по эффективному использованию энергии. Мы будем давать некоторые выдержки из его комментариев.

Первый вопрос нашему эксперту: как вы относитесь к такому возможному запрету на использование в России ламп накаливания на 60 и 75 Вт?

И.Ш.: Если очень кратко, то отношение можно высказать пословицей: «Заставь дурака богу молиться, он и лоб расшибет». Дело в том, что повышение энергоэффективности освещения — задача, безусловно, важная и актуальная. Но это задача еще и технически и организационно масштабная и сложная. Ее надо уметь решать. Мало просто запретить лампочки. Надо сделать приемлемой альтернативу. А какие у нас есть альтернативы? Это всем известные ртутные лампы — как длинные трубки под потолком в общественных учреждениях, так и компактные люминесцентные лампы, вкручиваемые в люстры в квартирах вместо обычных ламп накаливания. Эти рампы имеют ключевой недостаток — ртуть. Если такая лампа разобьется, то нужно очищать помещение от ртути. Кроме того, эти лампы перегорают достаточно часто, а мест, куда их можно безопасно сложить для утилизации, намного меньше, чем нужно. Общественные организации много лет ведут борьбу за расширение сети утилизации этих ламп. Но они сталкиваются с консерватизмом всей государственной муниципальной системы управления.

Другая альтернатива — светодиодные лампы. Более экономичные, более долговечные, не содержат ртути. Но они не являются, как и ртутные, совершенно эквивалентной заменой солнечного освещения и ламп накаливания. Их спектр заметно отличается от спектра солнца. И есть принципиальное неудобство: основная часть света в светодиодной лампе излучается в узкой полосе синего света. Этот синий свет размазывается по всему спектру — и в фиолетовый, и в зеленый, и в желтый, и в красный — с помощью люминофора, химического вещества, нанесенного поверх светодиода, поглощающего синий свет и излучающего другие цвета. Но при этом яркая линия синего света остается, а рядом с ней излучается очень мало света. И тут надо вспомнить о физиологии зрения. Дело в том, что зрачки наших глаз сужаются при ярком свете, расширяются — при слабом, но при этом реагируют только на синий цвет, но не тот, который излучает ртутная лампа. В результате, в помещение, освещаемом только светодиодами, зрачки расширяются, и в них льется потоком яркий свет, который может быть и вреден для детей. Этот недостаток можно устранить, если не жалеть люминофора. Но дело в том, что более 90% светодиодных ламп в наших магазинах китайские. Это бедствие не только России, но и всего мира. В Китае больше 2 тысяч заводов производят светодиодные лампы и продают по всему миру. Причем некоторые из этих заводов не знают, что такое социальная экологическая ответственность, и готовы продавать любое барахло, лишь бы купили. Поэтому чтобы решиться купить светодиодную лампу, надо посмотреть на качество цветораспределения. А как это сделать? Вы не в одном магазине не найдете приборчика, с помощью которого можно посмотреть, насколько свет лампочки близок к солнечному. Я готов поддержать предпринимателя, который сделает это. Но кто бы взялся.

В.И.: Выходит, что человек, который приобретает светодиодную лампу, делает это на свой страх и риск. Всегда есть шанс, что он приобретет одну из тех, что поставлены из Китая. Но если 90% - это некачественный товар из Китая, то остается 10% качественного еще откуда-то, из других источников, правильно? Есть шанс, что ты купишь хорошую лампу?

И.Ш.: Есть шанс получить качественную лампу. Но как вы это проверите? Никак. Для того чтобы массово продавать светодиодные лампы, хотя то же можно было бы сказать и про ртутные, нужно дать возможность населению и директорам различных учреждений проверить, насколько качественный продукт они закупают.

Светодиодная лампа в 7−10 раз меньше тратить электроэнергии на ту же светоотдачу, чем лампа накаливания.

В.И.: И, говорят, в 3 раза меньше, чем люминесцентная.

И.Ш.: Меньше, чем в 3 раза. Разница меньше, чем двукратная. Поэтому замена люминесцентных на светодиодные экономически не такая интересная, как хотелось бы. Но дело в том, что и люминесцентные, и светодиодные лампы имеют неприятную особенность. Они имеют схемы питания, искажающие синусоиду 50 Гц в нашей розетке. И в результате больше электроэнергии потребляют провода, сильнее нагреваясь, трансформаторы и т. д. Часть экономии энергии мы теряем в электросетях. Т. е. нам нужно еще проверять качество источника питания этой лампы, насколько оно вносит искажение в сетевое напряжение. Тоже нужен прибор, позволяющий это сделать, который должен быть в каждом магазине. Кто бы это сделал. Я много чего могу, но не все сразу.

Сетевые организации — и «Россети», и областные энергосбыты — не очень озабочены этой проблемой. Точнее, им совершенно не нужно заменять энергорасточительное оборудование на энергоэффективное. Потому что это уменьшит счета, которые они будут выставлять покупателям.

В.И.: Противостояние такое вырисовывается у нас, да?

И.Ш.: Нет прямого противостояния. Но и нет никакого желания хоть как-то способствовать повышению энергоэффективности страны.

В.И.: Вы сказали, что сами сети не готовы к тому, чтобы в России использовались те же самые светодиодные лампы. Но тем не менее, в отчетах и прогнозах того же Министерства энергетики озвучиваются конкретные цифры: если программа по энергосбережению, в которой, в частности, прописан запрет на лампы накаливания на 60 и 75 Вт, вступит в силу, то удастся сэкономить от 10 до 25 млрд рублей в год. Как они это просчитывают, если есть много сопутствующих факторов, которые, как я понимаю, этой экономии будут противоречить?

И.Ш.: Удастся сэкономить, т. е. на эту сумму они закупят у «Газпрома» меньше газа или у СУЭК меньше угля. Что такое 10−25 млрд рублей по оптовой цене электроэнергии — это 1−3% вырабатываемой электроэнергии.

В.И.: То есть капля в море?

И.Ш.: Да, потому что всего лампочки сжигают 10−20% вырабатываемой электроэнергии, разные данные по разным территориям. Если мы сократим эти цифры в 10 раз, то 10−15% экономии мы получим. А это 150 млрд рублей по оптовым ценам.

В.И.: Значит, экономия все-таки возможна. Я предлагаю вернуться к самой лампе накаливания и заслушать комментарий Игоря Башмакова:

«Лампы накаливания — это очень устаревшая осветительная технология, которую скорее можно отнести к разряду нагревательных приборов, а не осветительных, потому что в лампе накаливания 90−95% электроэнергии уходит не на световое излучение, а на нагрев вольфрамовой проволоки, которая, собственно, и дает вам свет. Т. е. 90−95% - это потеря тепла на нагрев этой проволоки и только 5−10% - это тот поток света, который вы на самом деле получаете. Это очень низкоэффективный прибор с КПД производства световой энергии 5−10%. Если говорить вообще о технологиях освещения с самого начала, когда появились масляные лампы, потом сальные свечи, потом газовые системы освещения, потом лампы накаливания, которые сначала использовали графитовый материал, потом перешли на проволоки, в том числе и на вольфрамовую, то весь процесс этой эволюции сопровождался повышением эффективности использования энергии на единицу светового потока 8 тысяч раз. Если мы сравним сегодняшние технологии, которые еще используются, например, лампу накаливания и светодиодную лампу, то разрыв эффективности у них практически десятикратный на самых лучших образцах светодиодных ламп. Давайте простой пример рассмотрим. У вас есть комната 20 кв. м. Вы ее освещаете с помощью люстры, в которой есть 5 рожков, в каждом стоит лампа накаливания 60 Вт. В сумме вы потребляете 300 Вт. Вместо этого вы можете приобрести светодиодный светильник, который во много раз легче вашей люстры. Чтобы обеспечить такой же световой поток, он будет потреблять 20−22 Вт. В 15 раз меньше. На примере одной комнаты можете всю арифметику посчитать. Если у вас электричество обходится в 4 рубля и 2 тысячи часов в году вы используете свою осветительную систему, а она потребляет 30 Вт каждый час, то 600 кВт/ч вы за год потребите со своей люстрой, если я правильно все посчитал. Умножьте это на 4 рубля и получите сумму, которую вы тратите на освещение своей комнаты.

Что касается запретов по уровню, то мы это все уже проходили. Если вы запрещаете лампы в 100 Вт, начинают производить лампы в 99 Вт, это очень легко сделать, чуть-чуть укоротив вольфрамовую проволоку. И если мы вводим запрет на лампы в 60 и 75 Вт, то начнут производить ламы в 59 Вт, это, скорее всего, так и произойдет. Во всяком случае, лампы с более высокой мощностью с рынка уйдут. Это уже хорошо. Но в принципе экономически целесообразно сегодня заменять лампы накаливания на светодиодные светильники. В том примере, о котором мы говорили, освещение комнаты обходится в 2400 рублей. При использовании светодиодного светильника это обходится в 10 раз дешевле. Вы экономите около 2000 рублей. Сам этот светильник стоит 3000 рублей с небольшим. За год с небольшим вы его окупите. Но прелесть этого светильника в том, что он работает, как говорят производители, 50 тысяч часов, а может быть и 100 тысяч часов, в зависимости от того, какой это светильник. Это значит, что на 25 лет вы забудете о том, что такое замена ламп в вашем осветительном приборе. Приобретя такой светильник, вы экономите 2000 рублей каждый год и забываете о том, что такое — ходить покупать лампочки».

В.И.: Игорь Башмаков довольно положительно относится к тому, что Россию пытаются перевести на светодиодные лампы. Он высказывался, что от ламп накаливания он бы ушел вообще как от неэффективного средства освещения объектов. Игорь Эдуардович, что можете добавить по этому поводу?

И.Ш.: Я поддерживаю коллегу Башмакова в том, что нам надо перейти от ламп накаливания к более экономичным источникам света. Но с другой стороны, он слишком оптимистично на это смотрит. Если светодиодная лампа дает тот же световой поток, измеренный прибором, что и лампа накаливания, то не всегда человек воспринимает его равноценно. Я консультировал фирмы, которые из благих экологических соображений, совершенно правильных, заменили освещение в своих офисах, и столкнулся с тем, что зрение людей имеет сильные индивидуальные особенности. Иногда при замене лампы одни говорят: «Нам слишком ярко», а другие говорят: «Нам слишком темно». Одним лампы нужны более теплого цвета, желтые, другим — более холодного цвета, голубоватые. Когда мы хотим заменить привычный источник света на другой, приходится учитывать гораздо больше нюансов. К сожалению, не только продавцы в магазинах электротоваров, но и специалисты фирм, устанавливающих светодиодное освещение, не со всем этими нюансами знакомы. Их надо этому учить и надо оснастить их приборами, позволяющими лучше адаптировать освещение к особенностям человека. Нет этого. Почему я и высказал столь нелицеприятную оценку мерам госполитики, о которых говорили в начале передачи.

В.И.: А некоторые эксперты говорят, что наоборот, свет голубого спектра, который излучают светодиодные лампы, запускает определенные процессы в организме человека, например, он снижает уровень мелатонина в крови, который способствует тому, что у человека развивается усталость и сонливость. Некоторые проводили эксперименты и говорят, что если использовать обычную лампу накаливания в детском саду, то у 2% детей фиксируются нарушения зрения, в школе этот процент растет, к окончанию школы остается чуть ли не 10% здоровых детей. Якобы это как-то связано с лампами. Такие данные имеют место быть?

И.Ш.: Я уже говорил, что люди разные. У них есть значительные индивидуальные особенности. Москвичам нужны более теплые лампы, им нужно больше желтого цвета. А жителям Дальнего Востока — больше синего цвета. Поэтому говорить обо всех людях вообще, не имея средства проверить чувствительность их зрения к конкретным длинам волн, было бы не совсем правильно. Один лучше светодиодные, другим лучше люминесцентные. Я сталкивался с тем, что сидели два программиста за мониторами. Им заменили мониторы на другую марку. Чуть-чуть изменились цвета, и они говорят: «Мы плохо видим». Индивидуальные особенности зрения, что поделать. Нам надо привыкнуть к тому, что все, что окружает человека, надо подстраивать под его личную конституцию. В том числе и освещение. В таком случае, самое правильное — когда у нас будут светодиодные лампы, изменяющие свой спектр, которые можно будет подстроить под человека. Процесс перехода на экономичные лампы неизбежен. Но хочется, чтобы в нем участвовало больше толковых инженеров и менеджеров и специалистов по физиологии человека, чтобы сделать этот процесс более приятным.

В.И.: Да, было бы неплохо, если бы эти лампы можно было подстраивать под предпочтения людей. Особенно если, как вы говорите, в разных регионах люди хотят видеть свет разного цвета. Еще один вопрос: население ведь отчасти противится этим нововведениям, за эти лампочки «Ильича» многие прям борются. Когда запретили лампы в 100 Вт, появились лампы в 95 Вт, в обход. Некоторые бабушки коробками скупали эти лампочки, и они у них до сих пор лежат, их до сих пор используют, запаслись на много лет вперед. Возможно, сейчас, если будет вводиться запрет на лампы накаливания, мы будем наблюдать что-то аналогичное. Что тормозит введение светодиодных или люминесцентных ламп, чтобы люди их полюбили и поверили, что это действительно энергоэффективность?

И.Ш.: Поясняю. Сопротивление населения в большей степени преувеличено. Больше половины продаваемых ламп сейчас — это лампы экономичные. Доля ламп накаливания неизбежно падает. Уже пять лет назад опрос показал, что значительная часть бабушек, умеющая считать на калькуляторе, вполне оценили экономию на счетах на электроэнергию при замене ламп и стали целенаправленно покупать и использовать экономичные лампочки. Но другое дело, что к экономичности нужно подходить разумно. Представьте себе, что у вас есть погреб или кладовка, куда вы входите раз в неделю на несколько минут. Вы туда поставите самую дешевую лампочку, потому что она будет светить минуту в неделю. А лампочка, которая светит круглые сутки — там мы постараемся, чтобы она была экономичная и долговечная. Надо понимать, что прямой и простой запрет не учитывает множества жизненных ситуаций, в том числе то, что есть лампы в местах, где их используют редко, где замена их на экономичные будет окупаться много лет. Жизнь разнообразнее всех наших схем. Это с одной стороны. С другой стороны, еще 30 лет не прошло с хронических дефицитов перестройки, которую все люди старшего возраста хорошо помнят. И совершенно не удивительно, что на любое нововведение правительства они реагируют так: «А не хотят ли нас обмануть? Не будет ли дефицита?» И скупают все. Значит, надо чтобы правительство не обманывало население в течение всего срока жизни поколения, хотя бы 80 лет.

В.И.: Да, логично. Аналогичный вопрос мы задали и Игорю Башмакову. Слушаем его ответ:

«Ну, во-первых, те расчеты, которые я привел, люди почему-то ленятся делать и делают неохотно. Хотя некоторые делают и покупают у нас все-таки и компактные люминесцентные лампы, которые более эффективны, чем лампы накаливания, и светодиодные лампы и светильники. Они дороже, это правда. Но если сделать такой расчет, мы понимаем, что-то, что сегодня дороже, окупается в течение довольно короткого промежутка времени. Есть русская пословица: „Скупой платит дважды“. Сэкономив на приобретении ламп, купив лампу накаливания, которая стоит дешевле, вы потом тратите очень много денег на то, чтобы платить за электричество, которое потребляет ваша неэффективная система.

Во-вторых, есть люди, в основном женщины, которые очень нежно относятся к лампам накаливания. Говорят, что там свет лучшего качества и т. д. Очень много предрассудков и предубеждений. Сегодня фактически светодиодные лампы могут иметь самую разную цветовую гамму, качество света и т. д.

Например, компактные люминесцентные лампы — там характеристики волновые, цветопередача и т. д. Много было предубеждений и проблем. Но я вам могу сказать на примере собственном. Я живу в однокомнатной квартире и потребляю где-то 46−47 кВт/ч в месяц. Это происходит, потому что в моей квартире только энергоэффективные источники света, и причем использую местное освещение очень много. То есть если я сижу и читаю в конкретном месте, у меня по всей квартире лампы не горят, а только там, где я нахожусь в данное время. Поэтому с помощью таких простых технологий можно очень много экономить не только денег, потому что не все люди только о деньгах думают, но и сокращать негативное воздействие на окружающую среду, если кто-то заботится об экологии. Можно забыть о проблеме замены каких бы то ни было ламп, потому что светодиодные лампы служат очень долго, если она качественно произведена и т. д. Здесь много преимуществ. А почему люди их для себя не оценивают и не принимают решение на основе этих вещей? Я уже сказал, что один из факторов — это первоначальная стоимость. И второй фактор — это стереотипы. Люди очень часто действуют по стереотипам, по каким-то установленным моделям поведения. Почему-то нежно любят лампочки „Ильича“ и с недоверием относятся к некоторым новым технологиям. Эти факторы тоже влияют. Поэтому здесь нужны демонстрация, убеждение, информация, чтобы люди могли такой расчет, который я вам устно произнес, где-то увидеть, сесть самим и проверить и понять, какая там будет экономия».

В.И.: Игорь Эдуардович, следующий вопрос. Вы уже сказали, что многие россияне не верят властям. В Сети нередко можно наткнуться на следующие высказывания, что сейчас вводят светодиодные лампы, отказываются от ламп накаливания, и это 100% лобби чьих-то интересов, кто-то просто хочет на этом заработать. Пишут, что хоть и заявляется, что светодиодные лампы будут служить 15−20 лет, но на самом деле они перегорают куда раньше, и гарантийный срок службы у них до 5 лет, если смотреть на упаковку. Много таких противоречий, которые хочешь-не хочешь вызывают недоверие.

И.Ш.: Я сегодня специально зашел в магазин электротоваров. Продавец подтвердил, что почти все светодиодные лампы и ртутные лампы, которые стоят на витринах, китайские. От это замены выигрывают китайские производители. Получается, что наше правительство лоббирует интересы Китая? Нет, все проще. В правительстве есть люди, которые понимают, что никуда нам от снижения затрат на электричество не деться. С другой стороны, большинство ламп накаливания, которые стояли на витрине, были под маркой OSRAM, т. е. их произвели заводы, принадлежащие немецкой компании Siemens. Таким образом, желание купить лампы накаливания поддержит либо немногие оставшиеся в России заводы, либо заводы Германии. Опять интересы странные. Надо осознать, что далеко не всегда то, что кто-то хочет, в том числе и правительство, вызвано такими простыми шкурными интересами. Надо уходить от теории заговора. Надо понять, что никуда нам не деться, надо снижать затраты электричества в нашем хозяйстве. Это слишком разорительно для страны.

В.И.: А может быть, озвучите какие-нибудь цифры, насколько разорительно для страны использовать лампочки «Ильича» и в целом не экономить энергию? Есть у вас такие цифры?

И.Ш.: Я чуть ранее говорил, что эффективная замена освещения снизит затраты по стране на 100−150 млрд рублей в год, это примерно 1000 рублей в год на каждого жителя страны, включая стариков и младенцев. Это только по лампочкам. Не говоря про электродвигатели, про провода и трансформаторы, про оборудование на заводах и т. д.

В.И.: Внушительные цифры, хочется сказать. Многих пользователей Сети смущает, что сначала была такая массовая замена лампочек «Ильича» на люминесцентные, теперь и их меняют на светодиодные. Получается, что нет определенности, скачем с одного на другое.

И.Ш.: Тридцать лет назад мы покупали пейджеры. А прошло немного времени, пейджеры ушли, появились сотовые телефоны, а потом и смартфоны, большинство из нас бросило сотовые телефоны, купили смартфоны с большим красивым экраном. Технический прогресс не стоит на месте. Где-то люди сами добровольно все заменяют и не обращают внимания на это. У скольких из вас дома остались телевизоры советского производства? Сейчас в большинстве квартир стоят телевизоры с плоским экраном. Это добровольная замена. А бывает замена не совсем добровольная, и тогда люди оказываются недовольны. Почему? Недовольны те, кому трудно менять свои привычки. Такие есть всегда. Просто бывают периоды, когда их голос особенно громко слышен.

В.И.: Предлагаю еще раз заслушать Игоря Башмакова. Мы с ним обсудили, какие шаги предпринимает государство. А точнее, какие шаги оно перестало в последнее время предпринимать с точки зрения развития энергоэффективности в стране. Слушаем:

«Если мы посмотрим статистику, то у нас доля квартир, оснащенных эффективными источниками света, еще далека от 100%, но она устойчиво растет. Она может расти быстрее с помощью этих мер, о которых сегодня правительство говорит, с помощью мер разъяснения. Есть схемы, которые позволяют преодолеть этот порог высокой стоимости. В прошлом году мы пытались в Подмосковье запустить программу, где энергоснабжающие компании могли бы софинансировать приобретение светодиодных ламп. Если она на рынке стоит 250−300 рублей, потребитель мог бы ее приобрести за 100 рублей. А остальную часть они бы оплачивали за счет экономии на счетах за электроэнергию. Такую схему мы пытались запустить, предполагалось, что бюджет выделит некоторые деньги на это дело. Но Минфин эти деньги не выделил. Это очень хорошая схема. Если бы такие можно было по всей России запускать, то этот порог схода на рынок энергоэффективного освещения, который некоторых задерживает, — высокая стоимость изначального приобретения источника света, — этот порог мог бы быть существенно снижет. И тогда распространение этих источников света шло бы гораздо более динамично. У нас есть регионы, например северные регионы, где очень высокая стоимость электричества, где государство в год на компенсацию разницы в тарифах на электрическую и тепловую энергию выплачивает огромные субсидии, примерно 50 млрд рублей в год. В таких регионах я бы просто запретил использование ламп накаливания любого напряжения, потому что там очень дорого обходится производство электроэнергии, и если вы 90% этой энергии пускаете на нагрев этой самой нити, которая вам потом дает свет, то это просто экономическое безумие. Там уже сегодня нужно оснащать эти изолированные системы энергоснабжения эффективными источниками света, чтобы позволить в гораздо меньше степени тратить средства на производство электрической энергии и снизить субсидии государства на эти цели. Здесь много можно находить возможностей запуска этих механизмов. Но это требует некоторых усилий государства. К сожалению, усилия государства в области повышения энергоэффективности последнее время пошли на убыль. В частности, это связано с тем, что объемы государственного финансирования этой сферы деятельности существенно сокращены. Если раньше, например, федеральный бюджет для региональных программ энергосбережения для субъектов РФ каждый год выделял 5,5 млрд рублей, то на 2015, 16 и 17 год эти средства выделяться перестали. Там были условия такие, что если федеральным бюджетом рубль выделается, то регион должен еще рубль доложить, а то и два. И если региональным бюджетом выделяются деньги, то получатель этой субсидии тоже должен был из своего кармана доложить рубль или два. То есть сокращение инвестиций в сферу повышения энергоэффективности происходит примерно на уровне 5−6-7 рублей. Таки образом, забрав 5 млрд рублей, вы существенно сократили инвестиции во весь этот процесс. В год, таким образом, вы недоинвестируете примерно 30 млрд рублей. Вот такая математика».

В.И.: Игорь Эдуардович, вы согласны с Игорем Башмаковым? В регионах чувствуется недостаточное финансирование государством?

И.Ш.: Да. У нас сейчас бюджетный кризис. У государства меньше дохода. Это вызвано падением цен на нефть и общим экономическим кризисом, снижением доходов предприятий и населения. Соответственно, государство сокращает расходы, к сожалению, и на то, что позволило бы сократить расходы еще больше — на энергоэффективность. В стране есть населенные пункты, в которых затраты на производство 1 кВт/ч электроэнергии достигают 100 рублей. Представьте поселок в Якутии, куда по зимнику завозят солярку, там дизельный генератор работает, вырабатывает электричество. А жители платят за это по 7 рублей. Это намного больше, чем в центре России, но намного меньше, чем это стоит. Разницу платит бюджет. И тогда очень выгодно за счет бюджета полностью заменить все электрооборудование на энергоэффективное и уменьшить расход топлива, которое с таким трудом туда доставляют. За Полярным кругом даже солнечная электростанция окупается за одно полярное лето.

В.И.: Но ничего этого нет?

И.Ш.: Одну солнечную электростанцию в Якутии построили год назад. А будут ли деньги на следующую, не знаю.

В.И.: А чем объяснить эту противоречивость ситуации, что с одной стороны нужно один раз потратиться и потом экономить, но предпочитают тратиться, как привыкли, и не запускать эти процессы, которые позволят меньше тратить электроэнергии?

И.Ш.: Все знают, что если заниматься физкультурой, будешь здоровее и проживешь дольше. Но не все занимаются физкультурой, правда? Точно так же в Министерстве финансов все знают, что если потратить на энергоэффективность, то это снизит затраты и окупится в будущем. Но есть сиюминутные траты. И под давлением их инвестиции в будущее откладываются.

В.И.: Есть ли перспектива того, что перестанут откладывать эти долгосрочные проекты на будущее, а начнут их делать сейчас?

И.Ш.: В прошлом году опросили 143 эксперта о том, что стране желательно сделать, и о том, что вероятнее всего будет сделано. Нужнее всего стране вкладываться в образование, здравоохранение, затем уже в повышение энергоэффективности и в целом в модернизацию страны. А наиболее вероятно будут вкладывать в военное производство. Есть прогнозы, которые говорят, что можно сделать так, чтобы вкладывать в будущее. Но шансы, что это будет сделано в ближайшее время, оцениваются пессимистично. Это противоречие нашей жизни. То, что будет дальше, зависит от нас самих, в том числе от того, кого мы выберем в депутаты Госдумы в сентябре.

В.И.: Ваш личный прогноз каков? Что необходимо сделать, чтобы вопрос энергоэффективности сдвинулся с мертвой точки?

И.Ш.: Когда высшее руководство страны, прежде всего, президент, вполне осознает, что это абсолютно необходимо для будущего страны и для ее выживания. В каких-то моментах это уже происходит. Например, этой весной спецслужбы получили команду и дружно занялись «зеленой экономикой». А в каких-то не происходит. Не все так быстро и просто, как нам хотелось бы.

В.И.: Можете назвать какие-то конкретные вещи, которые, по вашему мнению, тормозят решение этого вопроса? Если бы у вас была возможность посоветовать тому же самому президенту, с чего начать, то что бы вы посоветовали?

И.Ш.: Если конкретно президенту, что ему бы посоветовал договориться о нормальных, честных выборах, о том, чтобы в стране могли прийти к власти новые руководители, а он бы тогда мог спокойно уйти, примерно как Ельцин. Среди новых людей было бы гораздо больше тех, кто имеет новые, более отвечающие требованиям жизни взгляды.

А если конкретно, то, к сожалению, в Министерстве финансов, в областных и местных органах власти даже нет методики, которая бы позволяла жестко удерживать хоть какую-то долю инвестиций в будущее. Значительная часть инвестиций в будущее у нас элементарно разворовывается. Это тоже сильно сдерживает тех, кто принимает решение о распределении денег. Если бы эти деньги шли по назначению, их бы не так страшно было потратить.

В.И.: Вы озвучиваете финансовые вопросы, а я скорее имела ввиду какую-то инструкцию, которую можно было бы использовать. Мы часто слышим, что нужно менять лампы накаливания на светодиодные. А может быть, нужно начинать с другого. Я, например, знаю, что во многих городах сейчас идет работа по замене уличного освещения, решили начать с улиц. Может быть, и нужно вообще изменить подход?

И.Ш.: Там, где начинают с замены уличного освещения на энергоэффективное, поступают абсолютно правильно. Кроме экономии электроэнергии, замена уличных светильников повышает их надежность. Меньше будет фонарей, которые не светят, и меньше будет затрат на разъезды вышки с электромонтажниками на замену этих фонарей. Кроме того, есть города, например, Нижний Тагил, которые очень правильно построили конкурс на замену уличного освещения, так, что смогли найти тех, кто им не просто заменит освещение и даст на него 25-летнюю гарантию, но и сделает это без увеличения платежей городского бюджета на освещение улиц. Если к делу подойти с умом, от этого выигрывают все.

В.И.: У нас осталось буквально пара минут. Можете озвучить, через сколько лет, по вашему мнению, Россия перейдет на эту энергосберегающую дорожку, хотя бы в плане освещения?

И.Ш.: Очень трудно в России давать прогнозы на небольшое количество лет вперед. В 21 веке точно перейдет. Приведу такой пример. 15 лет назад я запускал стоящий завод, который год стоял мертвый и четыре года на котором рабочие не получали зарплаты живыми деньгами. Понятно, в каком моральном состоянии были люди. И после того, как после 4-летнего перерыва они получили зарплату в кассе, я устроил небольшую деловую игру о будущем завода на 50 лет вперед. Мне сказали: «Как же так, мы не знаем, что будет завтра». Я сказал: «Я тоже не знаю, что будет завтра. Я не знаю, какой у нас будет президент через пять лет. Но я точно знаю, что через 50 лет будет планета Земля, на ней будут жить люди, эти люди будут есть. Если мы будем производить для них хорошую качественную еду, нашему заводу ничего не угрожает». Так и тут. Если мы будем хорошо делать то, что нужно людям, это будет правильно.

В.И.: На этой замечательной ноте наша программа подошла к концу. Спасибо нашим экспертам! Услышимся на волнах радио «Соль».

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Фудшеринг и фриганство

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments