Армия

Вузы пополняют бюджет: преподавателей обязуют зарабатывать на студентах


Эксперты: Юрий Степанов - доцент кафедры социально-правовых и гуманитарно-педагогических наук СГАУ; Ирина Абанкина - директор Института развития образования Высшей школы экономики.

*Техническая расшифровка эфир

Игорь Киценко: Добрый день, уважаемы радиослушатели. У микрофона Игорь Киценко, программа «ZOOM» на радио «Соль». Тема сегодняшней программы будет звучать следующим образом: «ВУЗы пополняют бюджет: преподавателей обязуют зарабатывать на студентах». Буквально недавно в Саратовском государственном аграрном университете произошел некий инцидент: доцент кафедры социально-правовых и гуманитарно-педагогических наук Юрий Геннадьевич Степанов записал видеообращение, адресованное председателю аграрного комитета Госдумы РФ Николаю Панкову и министру сельского хозяйства Александру Ткачеву. В своем видеообращении Юрий Геннадьевич говорит о том, что в договорной системе оплаты труда преподавателей есть несколько пунктов, которые легализуют поборы с преподавателей. Преподаватель должен заработать энную сумму денежных средств для университета, тем самым пополнив его бюджет. С одной стороны, может быть, данная система и правильная, потому что многие университеты у нас страдают от недофинансирования и стараются выкручиваться, как могут, и где-то приходится идти на такие меры, чтобы преподаватели зарабатывали для университета деньги. Имеется ввиду организация платных факультативов, консультаций. Это по идее должно быть добровольным, студент сам должен решать, нужно ему это или нет. Здесь во многом зависит от таланта преподаватели – сможет он заинтересовать или не сможет.

«Буквально год назад в Томском политехническом университете впервые была внедрена инновационная система оплаты труда. Сегодня многие ВУЗы идут по стопам коллег, отказываясь от обычных договоров в пользу эффективных контрактов, когда зарплата доцента или профессора зависит не от научной степени, опыта, наличия положительных характеристик, а от результатов труда. А Томский политехнический университет, в свою очередь, подвел итоги работы первого года новой системы: свыше 60% сотрудников (из двух тысяч человек) выполнили эффективный контракт на 50% и более, за что получили дополнительные премиальные выплаты, в то время как 10% преподавателей не справились, получив вместо премий дисциплинарные взыскания за низкую результативность работы».

Увольнение используется как крайняя мера. В Саратовском аграрном университете это может стать первым случаем среди тех ВУЗов, где внедрена подобная система.

«Подобная система оплаты труда ученых и преподавателей давно уже действует в США, Германии, Великобритании и Китае. В вузах, где она введена, работу каждого сотрудника оценивают по следующим критериям: количество и качество научных публикаций, учебная нагрузка, подготовка кадров высшей квалификации, участие в оргкомитетах международных конференций и конгрессов и т.д. В России о переводе бюджетников на трудовые договоры с четкими критериями эффективности задумались в 2012 году.

Министерство образования и науки рекомендовало вузам в 2015–2016 годах начать переход на новую систему оплаты труда, конечной целью которого является повышение зарплат преподавателей и качества образовательных услуг».

Хочется подчеркнуть, что это была рекомендация. Как я понял из новостных сводок, это не было приказом.

Мы попытались связаться с Ириной Всеволодовной Абанкиной, это директор Института развития образования Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. Она комментировала данную систему, которая была введена. К сожалению, не получилось установить с ней связь.

Сейчас мы свяжемся с доцентом кафедры социально-правовых и гуманитарно-педагогических наук Саратовского государственного аграрного университета Юрием Геннадьевичем Степановым и послушаем его историю. Накануне были опубликованы материалы на портале «Взгляд-инфо» Это саратовское издание. Было опубликовано видео, где Юрий Геннадьевич обращается к господину Панкову и господину Ткачеву с тем, что данная система ставит его на грань увольнения и неполучения средств к существованию.

Также хочется отметить, что накануне был круглый стол, на котором обсуждались разные вопросы. В частности, господин Панков упомянул данное обращение Юрия Геннадьевича. Приведу небольшую цитату: «Это неправильно. Да, ректоры ВУЗов вынуждены искать выход из сложившейся ситуации. Безусловно, учебное заведение не должно провоцировать преподавателей на поборы среди студентов, но и систему финансирования профильных аграрных учебных заведений, считаю, нужно изменить».

Юрий Геннадьевич у нас на связи. Добрый день!

Юрий Степанов: Добрый день!

И.К.: Вы, наверное, слышали, о чем я говорил: ваше обращение пошло дальше. В частности, Панков выразился так, что эта система изменения трудовых взаимоотношений между университетов и преподавателем где-то дала сбой, и вы тому пример. Правильно я понимаю?

Ю.С.: Да, совершенно верно. Это абсолютно неверная постановка вопроса. Надо создавать, наверное, какие-то структуры, которые могли бы помогать в финансировании университета, как это делается на Западе: 5-6 спецкурсов, из которых студент может выбрать один. Но так, чтобы обязывать преподавателя зарабатывать деньги и приносить и, самое главное, чтобы от этого зависела профессиональная пригодность преподавателя… Со мной коллега работал, Артур Иванович Киреев, 16 лет беспорочной службы, одни благодарности, ни единого замечания, похвальные грамоты, но нет 50 тысяч – все, он уволен. Как это понимать? Это такая потеря кадров, совершенно неразумная, непроизводительная, бессмысленная, которая потом обязательно аукнется. И потом, нужно же принимать во внимание и студентов, потому что сколько их может оплатить студент со своей стипендии? А поскольку преподаватели вынуждены, то возникает крайне неприятная ситуация. Администрация сразу говорит: мы не несем никакой ответственности, если студенты будут протестовать. То есть мало того, что преподаватель должен организовать эти группы, он еще и всю ответственность на себя берет. Почему так?

И.К.: То есть нужно заработать определенную сумму, а как вы будете организовывать студентов, как вы будете привлекать их к этим курсам и факультетам, - это ваша головная боль? Никаких инструментов вам не дали?

Ю.С.: Зарабатывать вы их можете на стороне как угодно, но вы должны их принести. Если вы хотите работать и зарабатывать внутри университета, пожалуйста, это официально организовывается. Вам дают все реквизиты, куда студенты должны перечислить деньги. Вы набираете группу. Группа менее 20 человек сформированной не считается, должно быть, минимум, 20 студентов. И все, пожалуйста, работайте как эффективный преподаватель. Но 20 студентов маловато, не хватит для 50 тысяч. Поэтому еще где-то нужно. Я знаю, что некоторые преподаватели от бессилия и беспомощности снимают последние свои накопления и приносят, чтобы сохранить свое рабочее место, потому что на работу устроиться очень тяжело. Крайне нервозная создается ситуация, очень нездоровая. Я считаю, что это очень большая ошибка. Очень большая. Так делать ни в коем случае нельзя, это нужно немедленно прекратить. Сесть, здраво подумать, рассудить и найти другие варианты. Я уверен, они есть, который были бы и легальными, и в помощь преподавателям, и в пользу студентам.

И.К.: Когда была в вашем университете внедрена эта система?

Ю.С.: Она действует уже года три.

И.К.: А почему раньше не обратились в профсоюз, в думские комитеты, к министрам? Почему только сейчас?

Ю.С.: Один из обиженных коллег мне на кафедре вчера так и сказал: «Почему ты только сейчас об этом заговорил? Вот когда тебя коснулось, тогда ты об этом и сказал». Сначала, как и все остальные, я думал, что надо терпеть, потому что где я еще найду какую-то работу. И когда увольняли одного за другим моих коллег, я, скрипя зубами, молчал. Обращаться в профсоюз я не вижу необходимости, потому что он связан с администрацией. Если бы они были против, они бы уже приняли какие-то меры. Но последний случай, когда уволили моего коллегу, у которого и ученая степень, и ученое звание, и множество статей – но денег нет. Тут я уже решил, что молчать не буду.

И.К.: Я общался с вашими коллегами в университете, все нервозно очень переживают этот процесс, связанный с вашим обращением. Коллеги говорят, что проблему можно было бы решить следующим образом: взять кураторство над группой, и тогда обязательства зарабатывания денег снимаются. Почему коллеги, которые потеряли работу, и вы не стали брать шефство над учебными группами?

Ю.С.: Я поясню очень просто. Это, так сказать, небольшая натяжка, кураторство, может быть, дало бы шанс нам, но небольшой, потому что оно требует также быть эффективным в материально отношении преподавателем. Что касается кураторства, то там достаточно много преподавателей и без меня. Мне никто не предлагал стать куратором, я свою кандидатуру не навязывал, со студентами у меня хорошие отношения. Главное же, мы договаривались с заведующим кафедрой в прошлом учебном году, что я организую группу студентов, которая будет заниматься историей аграрного дела. Там хорошие ребята, я уж поговорил, собрал кадры, мы делали выступления на конференциях, готовили публикации в электронные журналы. А чем это хуже кураторства? Это такая же воспитательная работа со студентами, но в другой форме. Я к ней более расположен. Я каждый день вижу этих ребят, мы общаемся. Почему это нельзя было зачислить?

И.К.: У вас работает система эффективных контрактов, западная модель. Правильно ли я понял, что у вас в контракте написано, что если не выполняется этот план в денежном эквиваленте, крайней мерой является расторжение трудового договора или непродление его?

Ю.С.: В университете работают юристы, грамотные люди. Такой ошибки они, конечно, никогда не допустят. В эффективном контракте прописаны основные пункты, например количество статей. И среди прочего стоит пункт «дополнительные средства, привлеченные в университет». Но с этого года на экран выводятся показатели каждого преподавателя. И сразу видно, у кого денег нет, у кого они есть. Видно, у кого наихудшие позиции. Дальше переходим к тайному голосованию. И преподаватели пишут того, кого показала заведующая, чтобы сохранить ней хорошие отношения.

И.К.: Получается, что когда Министерство науки и образования порекомендовало такую систему, все ее восприняли буквально, и началась вот такая неприятная внутренняя кухня?

Ю.С.: Да, конечно. Это порождает ситуацию нервозности. Контракт однолетний. Как в такой ситуации преподаватель может нормально работать, если он все время переживает, сумеет он привлечь деньги или не сумеет, будет работать или не будет, как строить отношения с коллегами, потому что они будут рассматривать тебя как конкурента. Это все просто не продумано, так не делается, это должно быть организовано более разумно. Это люди, из 7 человек, с кем я начинал работать, сейчас нет никого, сократили всех. А это были очень достойные преподаватели, она работали 20, 30, 40 лет на благо университета. Как же можно так расставаться с людьми, даже не сказав спасибо, а только «вы не принесли денег». Что это за аргумент?

И.К.: Как вы думаете, как будет дальше развиваться ситуация? На что вы рассчитываете после вашего видеообращения, после выступления Николая Панкова на круглом столе? Вы на данный момент еще работаете в университете?

Ю.С.: Да, потому что еще сессия не кончилась.

И.К.: Но продление договора под вопросом?

Ю.С.: Нет, вопроса нет, я сокращен. А насчет первого вопроса скажу, что уже раздаются голоса, что я защищаю свои личные интересы. Я никаких личных интересов не защищаю, потому что я сокращен и ни при каких обстоятельствах я в этом университете работать не буду, потому что я обижен. Но я очень опасаюсь, что это система будет распространена на все ВУЗы. Тогда мы придем к настоящей катастрофе. Поэтому я рассчитываю на элементарный здравый смысл людей, которые имеют влияние на ситуацию. Потому что это надо остановить в любом случае. Сказать: стоп, это ошибка! Да, финансирование необходимо, но давайте создавать какие-то структуры, которые не были бы вредны преподавателям и студентам.

И.К.: Подобные случаи в других университетах вам известны?

Ю.С.: Я много раз спрашивал в других саратовских ВУЗах. Она вытаращивали глаза на меня и не верили. Я говорил, что действительно 50 тысяч должен принести. Мне отвечали: что за бред! Уходи оттуда! Там такой системы нет. В Москве кое-где это уже есть. Поэтому у меня такое тревожное ощущение, что еще 1-2 шага – и это станет уже повсеместным.

И.К.: Юрий Геннадьевич, огромное спасибо, что смогли пообщаться с нами в прямом эфире. Будем надеяться, что ситуация разрешится положительно и без излишних конфликтов. Всего вам доброго!

У нас получилось дозвониться до Ирины Всеволодовны Абанкиной, это директор Института развития образования Национального исследовательского университета – Высшей школы экономики. Ирина Всеволодовна, добрый день!

Ирина Абанкина: Добрый день.

И.К.: Вы не могли бы более подробно рассказать вот об этой системе эффективных контрактов?

И.А.: Хотелось бы сразу предупредить, что эта система эффективных контрактов, где заключается срочный трудовой договор, отличает именно систему высшего образования. Для учителей и воспитателей детских садов останется бессрочный трудовой договор и никаких новшеств в увольнении не предусмотрено. Были времена, когда брали по конкурсу на занятие вакантной должности. Последние 20 лет был формальный конкурс, всегда проходили с любыми показателями, те, кто заработал, они автоматически проходили по конкурсу. Сейчас этой системе автоматического прохождения поставлен заслон. На место могут претендовать те, кто пожелает, преподаватели из других ВУЗов, выпускники университета, если вы проходите по квалификационным категориям, если предоставляете свои публикации, тематику, который вы занимаетесь, курсы, которые можете читать. Эти варианты потом выносят на тайное голосование, кого из претендентов берут на должность и с кем заключают срочный контракт. Его срок определяет Ученый совет, на один год, на три или на пять лет. Для каждого преподавателя, доцент это, профессор или старший преподаватель, - все равно это конкурсное замещение вакантных должностей.

И.К.: Эта система была рекомендована, то есть она может применяться, а может остаться и старая. Правильно я понимаю?

И.А.: Старая – это все равно конкурсное замещение. Для доцентов и профессуры только конкурсное замещение вакантных должностей. Другое дело, что сам университет устанавливает критерии. Он может дать преимущество тем, кто уже работал, если у него высокие отзывы от студентов и другие показатели.

И.К.: То есть определенный рейтинг должен быть у преподавателя?

И.А.: Да.

И.К.: Данная система была внедрена в Томский политехнический университет и в Саратовский государственный аграрный университет. И буквально недавно доцент кафедры социально-правовых и гуманитарно-педагогических наук Юрий Геннадьевич Степанов записал видеообращение, адресованное председателю аграрного комитета Госдумы РФ Николаю Панкову и министру сельского хозяйства Александру Ткачеву. В своем видеообращении Юрий Геннадьевич говорит о том, что данная система губит всю систему образования, поскольку преподавателей обязуют зарабатывать по 50 тысяч рублей в год в бюджет университета. Как бы вы прокомментировали это обращение?

И.А.: Я знаю эту ситуацию и тоже считаю, что то, как она там реализована, недопустимо. Потому что там на преподавателей нагружают ответственность за формирование внебюджетных доходов ВУЗа. Это не преподавательская функция, это даже нарушение условий приема на работу. Преподаватель должен справляться с преподавательской работой, но он не обязан быть источником привлечения и платных студентов, и внебюджетных средств. Это просто не те критерии, который были выставлены. Абсолютно правильное обращение. Я считаю, что действительно здесь должны быть приняты меры. Я думаю, что защита в Профессиональном стандарте. Сейчас принят Профессиональный стандарт педагогического работника, и там никаких таких функций по зарабатыванию денег не предусмотрено. Поэтому да, эта ситуация – это нарушение. Трудовые комиссии обязательно должны вынести порицание и заставить изменить эту ситуацию.

И.К.: А как быть, чтобы в дальнейшем такой ситуации не было в других университетах, где работает система эффективных контрактов?

И.А.: Система оплаты труда регулируется внутренним локальным нормативным актом, положение о системе оплаты труда и положение о стимулирующих надбавках. Трудовые комиссии приезжают каждый год с проверками, налагаются штрафы, требования об исправлении. Здесь контроль со стороны трудовой инспекции очень серьезный. Но то, что у ВУЗа у самого полномочия проводить свою кадровую политику и устанавливать критерии для конкурса, - с этим я согласна.

И.К.: Но здесь еще предстоит большая работа, чтобы как-то это все урегулировать в рамках закона.

И.А.: Да, обязательно. Здесь серьезная работа должна быть связано с педагогическим коллективом внутри ВУЗа и, главное, с Ученым советом. Конкурс проходит через тайное голосование Ученого совета. Если Ученый совет считает допустимым такие критерии, то вопросы к нему очень большие.

И.К.: Спасибо большое, что у вас получилось пообщаться с нами в прямом эфире. Всего доброго!

У микрофона был Игорь Киценко, программа «ZOOM». Услышимся в эфире!

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Фудшеринг и фриганство

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments