Бэби-боксы: шанс на жизнь или культивация безответственности?

Эксперт: Елена Котова — руководитель фонда «Колыбель надежды».

*Техническая расшифровка эфира

Игорь Киценко: Добрый день, уважаемые радиослушатели! У микрофона Игорь Киценко, это программа «Zoom», на радио «Соль».

Тема программы сегодня — Бэби — боксы и заявление Мизулиной по поводу того, что хотят их запретить, она хочет запретить бэби — боксы. Бэби — боксы — это, условно говоря, такое место, куда мамы могут принести анонимно и оставить нежелательного ребенка. Печальная тематика, очень сложная, очень грустная, но, тем не менее, мимо нее невозможно пройти.

Депутат считает, что возможность сдать ребенка не влияет на число убийств новорожденных. Именно с этим было связанно появление бэби — боксов. В государственной думе внесен на рассмотрение законопроект с административной ответственностью за создание бэби — боксов. То есть, если закон примут, и после принятия этого закона будут создаваться бэби-боксы, то будет административная ответственность ложиться на юридические лица, которые создают эти бэби-боксы. Не смотря на то, что есть мнение, что бэби-боксы помогают уменьшить число убийств новорожденных детей, депутаты считают, что эти факторы не связанны между собой, а сами бэби-боксы лишь освобождают от ответственности родителей. За организацию бэби-боксов предлагают штрафовать до пяти миллионов рублей. Создание юридическим лицом условий для анонимного оставления детей после их рождения, выразившееся в организации специализированных мест для анонимного оставления ребенка после его рождения, содержании таких мест или в предоставлении помещений для указанных целей влечет наложение административного штрафа на юридические лица в размере от 1 миллиона до 5 миллионов рублей. Альтернативным наказанием может стать административное приостановление деятельности юридического лица на срок до 90 суток. Также вчера на радиостанции «Эхо Москвы» был гость — депутат государственной думы Дмитрий Гудков. Мы взяли небольшой синхрон из этой придачи, посвященной этой теме.

Дмитрий Гудков: Честно говоря, вообще не понимаю, что происходит с Еленой Мизулиной. Я ее знаю давно, если мне не изменяет память, когда-то наоборот была за. Так же как она помню на фракции «Справедливой России», когда первые полгода работал в этой фракции, она выступала против закона Димы Яковлева. На фракции. А потом как-то все поменялось. Почему я за эти бэби-боксы, потому что я просто хорошо знаю статистику, и аналитику читал и делал депутатские запросы. И просто сами знаете, сколько случаев, когда детей просто малолетних убивали. Кого-то в морозильную камеру, кого-то утопили. То есть таких огромное количество случаев. И мне кажется, что система бэби-боксов хотя бы позволяет спасти. Да, наверное, не всех. Но хоть кого-то. Поэтому пусть они лучше будут, но при этом я согласен и с критиками этой системы, не в плане того, что их нужно убрать, нет, они говорят, что это не является решением проблемы. А решением проблемы является поддержка института семьи, разные программы, поддержка молодых семей и прочее. Это надо тоже делать. Но когда у нас такая страшная статистика по детям, нам нужно просто оставить возможность мамам хотя бы не убивать детей, не оставлять на морозе, в сугробах находят зимой. Замерзших детей. Кого-то там собаки извините, раздирают на части. Мне кажется, если у нас есть возможность спасти хоть кого-то, то надо спасать.

И.К.: Это было мнение Дмитрия Гудкова, российского политика и общественного деятеля, независимого депутата государственной думы. Нельзя не согласиться с его мнением, что бэби-боксы не решают данную проблему, тут нужно больше акцентировать внимание на социальных программах, которые связаны с проблематикой оставления новорожденных детей.

Также еще в 2015 году публиковался материал в одном из владимирских изданий ПроВладимир, где депутат государственной думы Виталий Золочевский от ЛДПР тоже высказывался против бэби-боксов. Цитата: «Каждый ребёнок имеет право знать о своей матери и своём отце, и это должно быть оформлено юридически». В качестве меры наказания за оставление ребенка в «бэби-боксе» депутат предлагает ввести ограничение свободы на срок до 4 лет со штрафом на сумму до 200 тысяч рублей. Правда, кого именно штрафовать и заключать под стражу собрался Золочевский, непонятно, поскольку «бэби-бокс» задуман как анонимный инкубатор, где родители, в силу личных причин, могут оставить нежеланных новорожденных.

На эту тему с нами пообщается руководитель фонда «Колыбель Надежды» Котова Елена Юрьевна. Елена Юрьевна, добрый день.

Котова Елена Юрьевна: Здравствуйте.

И.К.: Елена Юрьевна, как бы вы прокомментировали заявление Мизулиной о том, чтобы запретить бэби-боксы вообще?

К.Е.: Я думаю, что, конечно, есть право вносить законопроект и, соответственно, депутаты их вносят, но я очень надеюсь на государственную думу, которая будет выбрана, которая сможет подойти более детально, более глубоко изучить эту проблему и уже правильно отреагировать. Внесение законопроекта — это еще не его принятие.

И.К.: Бэби-боксы действительно помогают снизить число убийств новорожденных детей в России?

К.Е.: По тем регионам, где были установлены окна жизни, в части регионов были еще открыты кризисные центры, снизилось количество преступлений до ноля. Если было 1,3,7 случаев, то в частности в Пермском крае это быль ноль.

И.К.: Получается, что депутаты не хотят считаться с этой положительной динамикой, они говорят, что убийство новорожденных детей и открытие бэби-боксов — это не связанные между собой факты?

К.Е.: Они не хотят прислушиваться к следственному комитету, который на сегодняшний день единственный владеет полностью информацией по преступлениям, совершенным по отношению к таким детям. Мы должны рассматривать два момента: Когда мать целенаправленно убивает ребенка и когда мать оставляет ребенка, например, в сумке у медицинского учреждения, и к утру, ребенок замерзает. Это тоже, по сути, оставление в опасности, просто которое привело к смерти. Она же не хотела его убивать, а пыталась привлечь внимание, но никто внимание не обратил, соответственно, ребенок погиб. Я считаю, что на эту проблему надо смотреть глазами этого младенца. Представить себе на секунду, убрать все эмоции к женщине, да, действительно оставлять, бросать детей плохо. Нужно заниматься профилактикой, одно другого не исключает. Нужно создавать кризисные центры, чтобы независимо от нахождения женщины в той или иной территории она могла обратиться в любом городе за помощью. Это то, чем мы сейчас занимаемся. Сейчас мы занимаемся такой женщиной, которая на 9-м месяце скрывает свою беременность, мы вместе с кризисным центром, специалистами психологами устраиваем ее в роддом, работаем с ней, оказываем помощь.

И.К.: Вчера на «Эхо Москвы» был гость, независимый депутат государственной думы Дмитрий Гудков. Он высказал свою позицию, в принципе, он положительно относится к бэби-боксам. Он сказал, что если есть возможность спасти ребенка, то нужно пользоваться всеми инструментами, которые помогают спасти жизнь человека. Но также он сказал, что эту проблему бэби-боксы не решают. В каких направлениях нужно двигаться государству, какие социальные программы нужно развивать, чтобы молодые матери не отказывались от детей, какими бы они не были — желательными или нежелательными?

К.Е.: Из тех женщин, которые вернулись, мы можем проанализировать по их ситуации, это женщины, имеющие от 1 до 2 детей, молодые девушки или иностранные граждане. Самая большая проблема — это конфликты в семье, когда близкие родственники отказывают в помощи своей родственнице или не замечают её интересного положения. Действительно, когда женщина доходит до бэби-бокса и оставляет ребенка, значит, она перепробовала все возможные способы.

И.К.: То есть, это крайняя мера?

К.Е.: К нам обратилась женщина, которая находится на 9-м месяце беременности и скрывает это от близких родственников. Девушка с высшим образованием, но она в очень тяжелой ситуации. Понятно, что ей нужно оказать помощь, но сейчас кризисных центров единицы. Лучше бы Елене Мизулиной внести законопроект о создании кризисных центров. Кризисные центры, которые могли бы предоставить жильё. Из роддома мы получили информацию о том, что женщина проживала в гараже, потом она прошла рожать в роддом и наблюдалась у врачей. Потому что у нас, не имея регистрации по месту жительства, ты не можешь обратиться в суд для защиты своих прав, ты не можешь обратиться в государственное учреждение, потому что они все завязаны на территориальном признаке. Но ведь в жизни бывают разные ситуации.

И.К.: Получается, что бэби-боксы крайняя черта?

К.Е.: Конечно. Бэби-боксы не надо делать парадными. По сути, противники сейчас занимаются рекламой этих бэби-боксов. Кому они нужны, их найдут. Нам надо понять, как протянуть женщине руку помощи и дать ей возможность обратиться без каких-то карательных мер по отношению к ней. За 2,5 года в Пермском крае было открыто три кризисных центра. Вот такой комплексный подход, о котором никто не хочет слушать. Мы снизили количество оставленных детей в бэби-боксах, мы вернули 8 детей биологическим родителям и мы помогаем женщинам. 192 ребенка, которые проживали в кризисном центре в городе Перми, и у нас нет ни одного отказа от детей. То есть 100% работа по профилактики. Поэтому все нужно смотреть в комплексе. Не надо искать универсальную таблетку. Отрицать эту проблему тоже не надо. Да, есть убийство детей, бросают детей, но давайте с этим работать.

8 детей по всей России было возвращено биологически родителям. Кстати, 1 июня было судебное заседание, когда мы установили родство между мамой и ребенком, оставленном в бэби-боксе. Это не конечная точка. Эта женщина может прийти, написать заявление в органы опеки, и это все регламентировано действующим законодательством.

И.К.: Кроме Пермского края, в каких еще регионах находятся такие кризисные центры, окна помощи, бэби-боксы? Я знаю, во Владимирской области есть бэби-боксы.

К.Е.: Во Владимире закрыли бэби-бокс, потому что замучили проверками. Есть в Московской области в Люберцах. Есть бэби-бокс в Курске, в Ставропольском крае, в Тюмени.

И.К.: Правильно я понимаю, что те регионы, где находились бэби-боксы, были самыми проблемными регионами?

К.Е.: Нет, не обязательно.

И.К.: Или это регионы, где была возможность открыть бэби-бокс?

К.Е.: Нет. Это была инициатива регионов. Вы должны понимать, что врач принимает на себя ответственность. Если он понимает, что жизнь ребенка и младенца ему близка, то тогда они устанавливают такое окно жизни у себя в территории. Тут есть разница. Если женщина оставляет в гипермаркете ребенка, она не хотела его убивать, но она его там оставила. Есть заключение прокуратуры о том, что если женщина знала, что ребенку будут оказаны медицинская помощь и сделало все, чтобы сохранить его жизнь и здоровье, то в этом случае она к уголовной ответственности не привлекается. Когда женщина оставляет детей в публичных местах, то возможности вернуться у нее, нет.

И.К.: То есть, бэби-бокс дает возможность осознать о совершенной ошибке?

К.Е.: Конечно.

И.К.: Почему не получилось в других регионах провести подобную инициативу по открытию бэби-боксов?

К.Е.: У нас не было задачи открыть во всех регионах. Например, Краснодарский край сделали это по собственной инициативе. Московская область по инициативе главного врача медицинского учреждения. Мы работали с другими общественниками. Мы работали с общественниками-практиками, которые знают эту проблему, но 2011 года эта проблема не поднималась. То есть три трупа для региона — не страшно. Если мы ужесточим наказание для женщины, они будут дальше прятать. Если мы дадим ей возможность прийти к государству, и государство скажет, что будет помогать, то тогда и бэби-боксы будут пустые, и дети будут воспитываться в семьях.

И.К.: Ваша организации «Колыбель Надежды» проводит совместные действия, работы с органами гос. опеки, социальными службами по регионам и какая работа проводится?

К.Е.: Мы проводим совместную работу почти со всем религиозными учреждениями, потому что у нас девушки с разным вероисповеданием. Мы работаем с органами опеки. Тоже случай, женщина родила ребенка в домашних условиях, ребенку уже 7 лет и на него нет никаких документов. Соответственно, они не знают, как сделать ДНК экспертизу. Мы сейчас нашли организацию, которая готова бесплатно сделать ДНК экспертизу для нее. Мы выявляем такие случаи, которые самые тяжелые. В разных случаях отталкиваемся от ситуации. Сегодня я звонила в кризисный центр в Орловской области, потому что есть проблема, которую мы совместно решаем. Были истории в Брянске, когда подключались просто физические лица, которые включались в организацию помощи. Бывает, что девочки звонят из роддома, только родила и не знает, что делать. Для нас непринципиально местонахождение этой девочки. Например, девочка оставила в бэби-боксе ребенка в Москве и ей родители не дают регистрацию, она не может обратиться в суд. Это достаточно большая проблема. У нас регистрация по месту жительства выше, чем конституция Российской Федерации. Пришлось привезти девочку в Пермь, поселить в кризисный центр, зарегистрировать, подать в суд, но это потеря времени, сил. Мы обеспечили ее транспортом и всем. У нас есть истории, когда и мама с папой обращались за восстановлением своих прав и бабушка и дедушкой.

И.К.: Вы упомянули, что подключаются физические лица к помощи. Какие еще активности проводит ваша организация и много ли простых граждан подключается к работе вашей организации или к вашим инициативам?

К.Е.: Очень много людей подключается. Наши самые первые помощники это СМИ. Много журналистов, которые ездили, встречали девушек беременных с поезда. Кто-то ездил продукты отвозил. Мы помогаем не только тем, кто живет у нас в кризисном центре, но и тем, кто находится у себя дома, в своем социальном кругу. Например, беременная девушка сидит дома голодает, она обратилась за помощью, мы организовали процесс поставки продуктов, контроля постановки на учет, восстановления документов. Это такой кропотливый труд, поэтому в каждой ситуации у нас подключаются люди, живущие в этой территории или другие. Также мы оказываем гуманитарную помощь, продуктовую. Порядка 10 миллионов в этом году мы раздали благотворительной помощи по разным категориям. У нас очень широкий спектр работы он не сужается только бэби-боксами. С этого все начиналось, но мы расширили свою деятельность.

И.К.: То есть, работа проводится в очень большом спектре, по многим вопросам, не только с новорожденными детьми, от которых отказываются матери?

К.Е.: Мы вообще за то, чтобы дети находились в семье, по максимуму в своей родной семье. Но если женщина жила в гараже до беременности и после беременности ей некуда идти, хорошо, что они обратились. Мы её сможем обеспечить жильем, и она сможет воспитывать своих детей.

И.К.: Елена Юрьевна, к сожалению, время нашей программы подошло к концу. Спасибо, что нашли время и пообщались с нами в прямом эфире.

К.Е.: Спасибо вам. Всего доброго.

И.К.: Уважаемые радиослушатели, напомню, что на прямой телефонной связи с нашей студией была руководитель фонда «Колыбель Надежды» Котова Елена Юрьевна. Этот фонд занимается помощью не только детям, которых оставляют мамы, но и большим перечнем социальных вопросов помощи тем людям, которые оказались в тяжелой жизненной ситуации. Если вы хотите помочь или видите, что какай-то близкий человек, находится в беде и ему нужна помощь, вы можете найти «Колыбель Надежны» в интернете, там есть все контакты, можно позвонить и проконсультироваться.

Проблема очень сложная, проблема не понятная. Непонятно, почему госпожа Мизулина пытается провести такую инициативу, как запрет бэби-боксов. Почему депутаты не хотят видеть статистику следственного комитета. Будем надеяться, что придут к какому-то общему решению, чтобы все оставались живы и здоровы, особенно дети. У микрофона был Игорь Киценко, это была программа «Zoom», на радио «Соль».




Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments