Рэп и духовные скрепы: есть ли цензура в России и почему государство давит на творческих людей


Сравнили скандал с запретом концертов рэперов с методами давления на артистов в Советском Союзе

«Советский Союз пал под песни Цоя и группы „Аквариум“» — есть ли повод думать, что современное искусство несет в себе опасности для государственного строя страны, как в свое время рок? Попросили политолога и автора диссертации о цензуре в СССР сравнить события настоящих дней с методами притеснения художников во времена «совка». Вспомнили, кто, кроме рэперов, уже успел попасть в «жернова» запретов за последние годы. Также обсудили в рамках подкаста, почему современное искусство часто маркируется как западное и запрещенное, а артистов запугивают и вынуждают уехать из страны?

Эксперт:

  • Илья Гращенков — политолог, директор Центра развития региональной политики.

Слушать в iTunes.

Илья Гращенков — политолог, директор Центра развития региональной политики:

У власти находятся группы людей, которые связаны между собой некими понятиями и мироощущением. В их политике нет места явлениям, которые кажутся им оскорбительными. У нас признак авторитаризма — некоторые люди ровнее, чем остальные. В их руках есть такие институты, как силовые ведомства. Я думаю, ни для кого не секрет, что если губернатору или федеральному министру что-то не понравится, он может снять трубку, позвонить знакомому главе МВД или ФСБ-шнику и сказать — посмотри, что это за ребята такие. И у этих ребят могут возникнуть проблемы.

В прошлом веке говорили — рок-н-ролл представляет опасность для государства. В конечном итоге Советский Союз пал под песни Цоя и группы «Аквариум». А те горкомычи, которые яростно запрещали рок-н-ролл и видели в нем опасность, наверное, оказались правы.

История всегда повторяется дважды, но второй раз — в виде фарса. Очевидно, что сейчас не идет речи о возрождении какой-то империи, по примеру сталинской, но реставрируется псевдоимперия, мини-СССР с элементами псевдосоветского контроля. Не всех проверять и цензурировать, а тех, кто вызывает некоторое раздражение. Институт цензуры возрождается уже не в виде понятной системы правил, которая подкреплена главенствующей государственной идеологией, направленной на сохранение единого культурного пространства и духовных скреп, а для точечного удара по стендап-комикам и рэперам.

Например, комик Данила Поперечный — в Петербурге пытались запретить его концерт из-за мата. Но он сам же сказал — после меня будет выступать Шнур, и вот где будет мат, но его не запрещают. Это яркий пример двойного прочтения закона, когда Шнура воспринимают за своего, а Поперечного, который ругает Путина, пытаются запретить. Возвращаемся к тому виду цензуры, с помощью которого что при царе, что при Сталине закрывали рты ярким представителям творческой интеллигенции. Они оказывали влияние на умы соотечественников, а в глазах официальной власти являлись опасными пропагандистами какого-то иного и опасного образа жизни.

Те, кто сегодня попадает в жернова запретов, это не только рэперы, но и деятели современного искусства и театра, альтернативного кино. Всего того, что как дискурс формируется на Западе и видится нашим охранителям как тлетворное западное влияние, направленное на деконструкцию наших духовных скреп.

Поскольку большая часть современных художников — люди беззащитные, первое, что с ними пытаются сделать — запугать и вытеснить за пределы страны. Сделать их проживание здесь не комфортным: это уголовное преследование, общественное порицание, могут казаки у подъезда встретить. И, как правило, люди ломаются, лучшие из них уезжают. Если вы вспомните современных перфоманистов, начиная от Саши Бренера и Олега Кулика — в какой-то момент все уезжали. Когда разобрались с перфоманистами — взялись за художников. Также их заставили уехать за рубеж. Напоследок остался театр. Серебренников со своим театром продержался дольше всех. После Серебренникова их [независимых театров] осталось не так уж много, и я думаю, они задумались о репертуарах и подходах. Это не значит, что все теперь будут ставить только классику, но, наверное, будут стараться избегать острых углов, на которые им раньше намекали кураторы из органов и культурных институций.

Вообще, я думаю, вся эта ситуация должна привести людей к самоцензуре, ее больше всего любит государство. Когда достаточно запугаете, он [художник] в какой-то момент будет сам отсекать какие-то острые углы, что-то сглаживать, не лезть на рожон.

То, что государство сегодня озабочено мелочами вроде рэперов, говорит о том, что оно не способно контролировать главное. Эти несчастные рэперы ведь смеются не над каким-то мощным и сильным государством, они высмеивают номенклатурное бессилие этой крупной, но довольно бестолковой машины. Поэтому смешно говорить, что будет какая-то централизованная система по отлову реперов во всех подвалах страны. Скорее, мы переживаем эпоху турбулентности, когда они действительно находятся в опасности. Гораздо легче схватить и посадить на 15 суток какого-то конкретного чтеца стихов, чем заняться проблемой в целом, чтобы ее прекратили выстебывать.

Надо пережить пик конфронтации между государством и художником, и в ближайшие два года, я думаю, эта система серьезно поменяется. Для творцов во всех сферах появится новое поле для творчества, в их критическом взгляде будет потребность. Сейчас многие люди потеряли какие-то идеологические и нравственные ориентиры и появится запрос на творцов новых смыслов. Я бы всем сегодняшним гонимым предсказал достаточно светлое будущее. Вопрос в том, что до него надо дожить с незамутненным разумом и без попытки внедрения самоцензуры.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments