Страсти вокруг табака: курилки в аэропортах, «страшилки» на пачках и рост контрабанды

Эксперты: Сергей Боярский, депутат Госдумы от «Единой России»; Михаил Боярский — актер театра и кино; Вадим Строкин — адвокат, член общественной организации «Защита прав курильщиков»; Вера Колупаева — руководитель московского отделения Общественного Совета по проблеме подросткового курения; Ирина Панкратова — обозреватель газеты «Деловой Петербург».

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. У микрофона Валентина Ивакина и Игорь Киценко. Это программа «Угол зрения». Тема нашего сегодняшнего эфира: «Страсти вокруг табака: курилки в аэропортах, „страшилки“ на пачках и рост контрабанды». Завтра во всем мире будет праздноваться День отказа от курения. Это праздник, который проводится под эгидой Всемирной организации здравоохранения. Если вкратце, то смысл праздника в том, что распространяется информация о вреде курения, о способствовании снижению популяризации сигарет, вовлечение людей в разные просветительские акции и прочее-прочее. Все это будет происходить 16 ноября.

А сегодня в российских СМИ появился ряд публикаций, которые касаются курильщиков. В частности, СМИ сообщают о том, что в России появятся сигаретные пачки нового типа, что теперь они будут выглядеть несколько иначе. 50% площади пачки будет занимать устрашающая картинка, то есть если раньше картинка была только с одной стороны, теперь это будет с обеих сторон. Еще нововведения будут касаться надписей, нельзя будет употреблять такие фразы: «С низким содержанием смол», «Легкие», «Мягкие» и прочее. И с боку пачки будет размещена надпись, которая занимает примерно 17% от площади боковой стороны со словами: «Содержит системные яды, канцерогенные и мутагенные вещества». Еще в Госдуму внесен законопроект о возвращении курилок в аэропорты. Инициатива исходит от депутата «Единой России» Сергея Боярского.

На связи с нами Сергей Боярский, депутат Госдумы от «Единой России». Сергей Михайлович, здравствуйте.

Сергей Боярский: Здравствуйте.

В.И.: СМИ сегодня сообщили о том, что в Госдуму был внесен законопроект о возвращении курилок в аэропорты, и именно вы выступили инициатором. Что это за законопроект такой?

С.Б.: На мой взгляд, это устранение перегиба и устранение недочета законопроекта, который был принят 4 года назад, который в целом я поддерживаю, он о запрете курения в общественных местах, кафе, ресторанах, это все очень правильно. Здорово, что мы перестали дышать табачным дымом, что им перестали дышать наши дети. Но есть такое место, как стерильная зона аэропорта, попав в которую, человек уже, не нарушая закон, не может реализовать свою потребность в курении табака. Поскольку выйти на улицу он может, только аннулировав посадочный талон. А в случае, если он летит с пересадкой и является транзитным пассажиром, то вообще не имеет права покидать транзитную зону.

Не все могут справиться со своей тягой к курению. И поэтому, по сути, мы загнали курильщиков в туалеты, в женские, в мужские, в туалеты для инвалидов, в комнаты матери и ребенка. Я как человек, который достаточно часто летаю, на своем личном опыте могу подтвердить, что в туалетах накурено. Это категорически неприемлемо с точки зрения реализации концепции ограждать граждан от вдыхания продуктов горения табака. Я достаточно серьезно проработал эту инициативу, прежде чем внести ее в парламент. Я общался и писал письма в крупнейшие авиакомпании, в авиаузлы, собрал статистику. Нарушений очень много, жалоб очень много, все они поддерживают идею вернуть специализированные курительные кабинки в зоны после досмотра.

И.К.: Почему именно сейчас?

С.Б.: Не нужно привязываться ко времени. Инициатива появилась сейчас, потому что я был избран депутатом Госдумы всего год назад. И где-то с февраля месяца начал заниматься этой историей. Наверняка это сделал бы и кто-нибудь другой. Я знаю, что было много попыток комплексно подойти к смягчению этих карательных мер в отношении курильщиков, но я их не поддерживаю. Я считаю, что мы не должны делать шаг назад в борьбе с табакокурением в стране, мы должны помогать людям, которые хотят избавиться от зависимости, мы должны вести пропаганду среди тех, кто не курит, среди молодежи за здоровый образ жизни и за неприятие табакокурения.

Однако, этот казус, когда мы, по сути, людям не оставляем выбора, а зависимость порой берет свое, — мы этим запретом сделали только хуже. Мы ухудшили положение некурящих в этих зонах, потому что один человек, нарушивший запрет в туалете, отравил это помещение на долгие часы. Как вы сами понимаете, это не один человек, это всегда несколько человек. Там статистика только составленных административных протоколов исчисляется сотнями за период полугодия. Вы же понимаете, что ловят не всех. Ловить может только полиция, у полиции есть в первую очередь обязанности по обеспечению правопорядка и безопасности на транспорте. Они не могут быть приставлены к каждой кабинке в туалете, это глупо и совершенно невозможно. Поэтому мы заходим и чувствуем все время, что там накурено. Вентиляции не хватает, чтобы очищать помещение, поэтому мы навредили сами себе.

Практика применения этого закона насчитывает уже 4 года. И видимо, проанализировав статистику, пообщавшись с экспертами, сейчас настало время исправить этот недочет. Надо сказать, что мы как страна, поддержавшая международную конвенцию по борьбе с табаком, практические единственные, кто пошли на запрет курения в стерильных зонах авиаузлов. Все те страны, которые борются с табакокурением достаточно жесткими мерами, с гораздо более серьезными штрафами, некоторые даже есть с уголовной ответственностью, они имеют в своих транзитных зонах эти курительные кабины. Это и ОАЭ, и Израиль, и Германия, там почти все страны Евросоюза, у меня огромный список. Я достаточно подробно изучил этот вопрос, прежде чем вносить его в Думу.

И.В.: Но речь идет именно про аэропорты? Не идет речь о том, чтобы в электричках появились какие-то курительные комнаты?

С.Б.: Нет, только аэропорты и только зоны после досмотра. Не просто аэропорты, а именно зоны после досмотра, где вы, получив посадочный талон и пройдя необходимый контроль безопасности, можете попасть в ситуацию, когда у нас задержали рейс, и вы должны 2 часа находиться в помещении и не можете выйти на улицу. И чтобы вам выйти покурить, вам нужно аннулировать посадочный и пройти эту огромную очередь еще раз, что не представляется возможным, это опасно, вы можете опоздать на рейс. Если вы транзитный пассажир и летите с пересадкой, к примеру, с Востока в Европу, у нас вот Китай летает через нас, а в Китае больше половины курящих по статистике. Вот у них пересадка, к примеру, в каком-нибудь московском аэропорту.

И велика вероятность того, что человек не выдержит, закроется в кабинке, где никто не имеет право его потревожить, камеры устанавливать там нельзя, датчики, если повесить, они будут пищать перманентно, потому что там накурено всегда. Поэтому ловят за руку только тех, кто уже покурил в зоне, где раковины и зеркала стоят, там везде эти окурки, пепел. А так мы цивилизованным способом, со специальным оборудованием, с вытяжками, как это сделано во всех странах мира, мы сделаем такие зоны, где люди смогут реализовать свою потребность, удовлетворить свою зависимость, не отравляя чистый воздух для окружающих в общественных местах.

В.И.: Правильно я поняла, что представители аэропортов выступают на вашей стороне, а все дело только за одобрением законодательной инициативы остается?

С.Б.: Да, у меня есть письма поддержки от аэропортов. Конечно же, прежде чем законопроект поступит на рассмотрение, нужен будет и орган строительства, и рассмотрение в комитетах Государственной Думы. Очень надеюсь на то, что мои аргументы будут услышаны, и этот законопроект не будет воспринят как шаг назад в борьбе с курением, о чем несколько раз и много раз говорило министерство здравоохранения. Они такие непоколебимые борцы с курильщиками, но с курильщиками не надо бороться, нужно с курением бороться. Внося мою поправку и разрешив курение исключительно в тех местах, о которых я сказал, мы не сделаем шаг назад, мы сделаем шаг вперед.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами, рассказали о своей инициативе. До свидания.

С.Б.: До свидания.

В.И.: «Коммерсант» приводит такие цифры, что только в прошлом году курильщики нарушили закон минимум 400 тысяч раз, ну и за что заплатили более 200 миллионов рублей административных штрафов.

И.К.: Я думаю, что это достаточно небольшая цифра. Я думаю, около 80% нарушений было не зафиксировано. Представитель закона относится к этому по-человечески и просто закрывает глаза. Но сама идея того, чтобы вернуть, это здраво. Я за инициативу.

В.И.: У нас на связи Вадим Строкин, адвокат, член общественной организации «Защита прав курильщиков». Вадим Аркадьевич, здравствуйте.

Вадим Строкин: Здравствуйте.

В.И.: Обсуждаем сегодня шквал инициатив, которые будут реализованы в ближайшем будущем в отношении курильщиков, а может быть, и не реализованы. Что думаете о будущем дизайне сигаретных пачек? Предлагается с обеих сторон размещать жуткие картинки, и говорят о том, что якобы эффект должен быть внушительный. Есть ли какой-то вообще эффект от этих картинок?

В.С.: Смотрите. У нас есть одна страна, это Австралия, которая уже ввела обезличенные пачки. И есть страна Америка, у которых нет этих картинок по одной простой причине. Вообще парадоксальная ситуация, Америка — та страна, которая в новейшее время развязала эту кампанию, это страна, которая провела исследование о вреде пассивного курения и запугала весь мир. Спустя 20−30 лет с начала этой борьбы она же через суд доказала, что эти исследования — полное вранье и были созданы на деньги фармацевтических компаний. И у себя удалила это исследование со всех официальных сайтов, которые дают информацию о вреде пассивного курения. И она же на пачках не размещает такие страшные картинки по одной простой причине — потому что нет доказательств связи этих картинок и курения. И люди могут просто засудить этих производителей, даже не производителей, а правительство. Если у них правительство врет тебе о чем-то, то ты можешь с него деньги взыскать. Если бы у нас такая система существовала, то я думаю, что никто бы эти страшилки на сигаретах не размещал, это первое.

Теперь насчет того, повлияет или нет. Дело в том, что вот эти картинки есть, я вот сейчас достаю из кармана пачку сигарет, у меня там написано, что курение приводит к раку.

В.И.: Да, но теперь же говорят о том, что будет не менее 50% от площади пачки картинка, надпись, которая занимает 17%.

В.С.: Как вам сказать, вообще, по статистике у нас там сколько-то процентов бросило курить. В принципе, я даже поверю этой статистике, что кто-то, увидев эти картинки, увидев эту борьбу, ощутив на себе негативные моменты, что негде курить, и, самое главное, цена на сигареты, то, наверное, бросил. Но обратите внимание, ведь картинки — это на самом деле ерунда, особенно для взрослых. Вот у меня хорошая память, я хорошо помню себя в детстве, и вот этот анекдот — как русского заставить прыгнуть с моста? Надо сказать, что с него прыгать нельзя. Все у детей от обратного. Вот я буду показывать эту пачку своим сверстникам, я себя представляю в детском возрасте. Буду говорить, что какой я крутой, тут пугают, а мне можно, как-то так.

Если они хотели добиться этим результата, то скорее всего, они добьются противоположного. Для взрослых эти картинки бесполезны, честное слово. У нас бизнесмены не дремлют, сначала где-то в Европе человек начал производить эти наклейки на пачки, где наоборот заклеивать нужно страшное и что-нибудь хорошее. И более того, у нас в стране был человек, который высылал, и кто-то даже покупал первое время, но бизнес загнулся. Это говорит о том, что никому это не нужно, это не влияет. Поймите, я один раз увидел, второй раз увидел и все, забыл и не обращаю на это внимание.

В.И.: Порой это вообще перерастает в разряд шутки, что можно мне не «импотенцию», а что-нибудь другое.

В.С.: Я хотел этот анекдот рассказать вам. Дело в том, что этому анекдоту лет 6 точно. Говорят, что этот анекдот зародился в Италии, которые первые ввели такие картинки.

В.И.: Правильно я вас понимаю, что если сменить дизайн пачки, то это мало на что повлияет, особенно на взрослых курильщиков?

В.С.: Я думаю, что на взрослых совсем не повлияет, поверьте мне.

В.И.: Зачем тогда это все делать? Это же целая гигантская промышленность, которая сейчас будет перестраиваться. Поменяется формат пачки и как-то поменяется сама цена упаковки.

В.С.: Смотрите, у нас сейчас порядка 2/3 цены — это акциз стоимости пачки, а все остальное ерунда. Себестоимость пачки сигарет около 10 рублей, любой.

И.К.: А там точно табак?

В.С.: А вот не знаю, скажу вам честно. То, что продают на Кубе, это точно табак. А вот теперь давайте вернемся к вашему вопросу, что возможно удорожание. С римского права этот вопрос существует — кому выгодно? Вообще, этот вопрос, кому выгодно и зачем делается, — он самый важный. А вот зачем борются с курением? Кто может объяснить? Вот скажите своим друзьям, что государство заботится о нашем здоровье, о работе и хочет, чтобы мы дольше жили и получали пенсии, притом что люди старше 60 лет потребляют не меньше 50, а то и больше процентов всех медицинских услуг, включая скорую помощь, больничные места и так далее. С точки зрения экономики, вот отбросим мораль, которой у власти нет, это 100%. Я просто пытаюсь мыслить, как власть. Им выгодно, чтобы люди работали до 60 лет и на следующий день умирали, вот это государству выгодно, как бы это ни звучало. Пенсию платить не надо, они там все платят, заботиться о них не надо, медицина только для рабочих, для тех, кто производит.

Государство по своей сути не может существовать, если оно не будет циничным. Нет социальных государств, может быть, в большей или меньшей степени какие-то социальные инициативы минимальные, но это все ерунда. Это может быть только тогда, когда очень много лишних денег, а иначе вы просто проиграете и откатитесь в экономическом соревновании стран. И вы будете какой-нибудь Гватемалой. Вы знаете, что, например, в Китае вообще пенсий нет. Вот развитая страна. А теперь возьмем количество заболевших от работоспособных, а я вам скажу, что это не больше, а даже меньше тех, которые работают и курят, меньше больных, чем людей, которые работают, но не курят. Вы просто с рабочими поговорите. Это можно, конечно, объяснить тем, что люди, которые курят, меньше работают, так как ходят на перекур. И за счет этого дольше живут и меньше болеют, тут соглашусь.

Но с другой стороны, сейчас курилки все на улицах, на морозах. И еще смотрите, какая интересная вещь — никто не приводит доказательств, я еще раз говорю, я судебник, я провожу большую часть своей жизни именно в судах. У меня рабочий день, и я больше половины в суде нахожусь. Для меня это — сказал — докажи, нет доказательств — все, тебя никто слушать не будет. И тем более решать по тем вопросам, которые ты сказал. Нет доказательств — все. Люди говорят во всем мире, но доказательств не приводят. А вот те, которые они приводили, оказалось, что они еще фальсифицированы были, но при этом все молчат. Недавно начал читать пост, и оказывается, что на 70% ВОЗ финансируется не государствами, как это было вначале, членами ООН, а фармацевтическими компаниями.

В.И.: Лоббирование чьих-то интересов возможно?

В.С.: Я считаю, что это однозначно, но я не понимаю, почему. Есть у меня такая теория — дело в том, что курящие люди, с моей точки зрения, менее внушаемые.

В.И.: Это любопытно, а почему?

В.С.: Во-первых, они встречаются и что-то обсуждают бесконтрольно, причем во всем мире. А во-вторых, мне кажется, что какие-то рецепторы в головном мозге, на которые они действуют, они действуют на внушаемость. Но это пока поверхностный анализ. Надеюсь как-то провести его и организовать, может быть, кто-нибудь поможет или сам проведет, мне неважно, кто это сделает. Мне лидерство неважно, у меня профессия другая, я этим занимаюсь в свободное время, как хобби.

В.И.: Это пока теория без доказательств? Посмотрим, удастся ли вам доказать это. Давайте перейдем к другой новости. В Госдуму внесен законопроект о возвращении курилок в аэропорты.

И.К.: Я приведу небольшую цитату: «Исходя из… анализа и сложившейся за четыре года практики, предлагаемая мера по созданию специальных мест для курения в настоящее время представляется более эффективной в отношении защиты некурящих посетителей и работников аэропорта, чем существующий малоэффективный запрет». Это пояснительная записка к законопроекту. Вот к этой инициативе как относитесь?

В.С.: Как я могу относиться, если то, что он говорит, я еще 5 лет назад этим ребятишкам на пальцах рассказывал. Я говорил, что — слетайте в Европу, когда в Шарль де Голль, кстати, там курилки были, просто не во всех терминалах, когда реально в туалет зайти невозможно. Когда там бычки валяются за аппаратами по выдаче денег, ну, там вообще цирк был. Я говорил: «Поймите, что если вы курильщика лишаете возможностей, он будет курить там, где вы его маловероятно поймаете». Вы как представляете в туалете ловить курильщика? Надо туалеты тогда закрывать, пусть они будут без него.

И.К.: Почему данная инициатива появилась только сейчас, когда вы говорите, что 5 лет назад вы об этом говорили?

В.С.: Она появилась именно у депутатов Госдумы, понимаете. Дело в том, что на комиссию ходили наши представители и так далее, вплоть до того, что нас приглашали первое время, но не давали высказаться. То есть сначала слушали, потом приглашали, но не давали высказаться, а потом просто перестали приглашать. То, что мы дошли до края, это я вам точно говорю. Вот край прямо рядом — цена безумная, контрабанда уже в полный рост идет, я об этом не знал. Еще год, и я думаю, что процентов 90 будет контрабанды. Понимаете, в чем дело, — вот я человек законопослушный, абсолютно. И более того, я закон должен защищать сам. Но если будут торговать контрафактными сигаретами, я их буду брать, а людей никому не сдам. Почему? Потому что настолько большая несправедливость, что люди, которые будут продавать контрафактные сигареты, они будут поступать более справедливо, чем этот закон. И я вам скажу, что можете провести среди курильщиков опрос, и я вам скажу, что более 90% скажут то же самое. Ребят, 100 с лишним рублей за пачку при зарплате, ну ладно, я в Москве работаю, это даже для меня напряжено, но я не представляю людей, которые там 30 тысяч получают, как они вообще живут. И это при себестоимости 20 рублей этих сигарет. И когда контрафакт будут по 30−40 продавать, то вообще не вариант, поверьте мне. Вот в законопослушной Европе, там до 50% находят контрафакт, потому что там они уже на 5 лет раньше начали борьбу с этим, чем мы.

И.К.: Но там не запрещают курить нигде. В каких странах я ни был, я сначала с опаской стоял и курил на улице, но потом я понимаю, что полицейские проходят мимо, и дела им до меня нет.

В.С.: Насколько я знаю, в Скандинавских странах примерно так же, как у нас, если не хуже, то есть Финляндия, это то, что я знаю.

И.К.: Ну, на улицах там вроде бы курят, по крайне мере, когда я там был.

В.С.: На улицах курят, но в кафе вообще нельзя. В кафе за столиками в Европе можно курить, а у нас же довели до маразма. Я вам честно скажу, я знаю многих людей, которые перестали ходить в рестораны и кафе. Кстати, о том, о чем Игорь Буханов, президент гильдии рестораторов и отельеров предупреждал. Он сказал, что будет примерно -30% от потока. Я думаю, что так оно и есть. Я тоже, кстати, не хожу, потому что какое мне удовольствие сидеть там, если я не могу покурить, и я должен выходить. Я хожу только если встретиться с друзьями, и то, стараемся где-то на природе или за городом, там, где курить можно.

У нас все знают, что у нас куча мест, где этот закон грубо нарушается, но никто об этом вам не скажет. Понимаете, психология несоблюдения закона, она очень опасна, любого историка, философа, психиатра спросите. Если человек понимает, что закон может быть справедливым или несправедливым, это уже опасно.

В.И.: Насколько велика вероятность, что в аэропортах все-таки появятся курилки?

В.С.: Я думаю, что здравый смысл должен победить, честное слово.

В.И.: Учитывая тенденции, вы как адвокат знаете судебную практику и прочее.

В.С.: Понимаете, дело в том, что логики во многих законах нет, то есть не просчитываются риски. Ну 2+2 все знают, что 4. Это может посчитать ребенок, начиная с 5 лет. 2 факториал знают уже поменьше, но тоже знают, что это два. И так далее. А логика — это такая вещь, которая просчитывает определенные действия, а Госдума, к сожалению, принимает очень многие законы, и такое ощущение, что они не задумываются о последствиях. Я не верю, что люди не понимают этого. То, что такое будет, это точно. Займитесь приложением, где будут показаны курилки во всех аэропортах мира, чтобы было показано, где можно курить, а где нет.

В.И.: Правильно я понимаю, что перспектива того, что курение в специальных помещениях при аэропортах разрешат, — шанс этого очень маленький?

В.С.: Я думаю, что это будет какая-то лакмусовая бумажка. Для Госдумы, это будет момент истины. Ну, зачем злить народ, зачем лишний раз перед предстоящими событиями злить народ? Причем в больших количествах. А самое смешное заключается в том, что злятся и курящие, и некурящие, понимаете? Ну и зачем это делать? И все понимают, что это именно из-за закона. Будем надеяться на лучшее.

В.И.: Спасибо большое, что нашли время с нами побеседовать. До свидания.

В.С.: До свидания.

И.К.: Следующий наш собеседник — Михаил Боярский, актер театра и кино. Михаил Сергеевич, как относитесь к инициативе о возвращении курилок в аэропортах?

Михаил Боярский: Я полагаю, что лучше иметь курилки, чем гонять людей по туалетам.

И.К.: В целом вы положительно к этому относитесь?

М.Б.: Конечно. Я не только в аэропортах, я считаю, что вагоны должны быть курящими в поездах дальнего следования, и в гостиницах должны быть номера для курящих, потому что все равно курить будут. Поэтому лучше их оградить от некурящих, чем приобщать к курению.

И.К.: А как же закон об охране здоровья граждан от воздействия?

М.Б.: А кто этим занимается? Кого интересует здоровье граждан? Их интересуют только деньги, здоровье граждан никого не интересует. Это просто способ опять наполнить свои кошельки, это просто бабло и все. Никого это вообще не интересует, как землетрясения, как наводнения, на эту борьбу люди не способны. Как есть, так и есть.

И.К.: Закон не исполняется?

М.Б.: И не будет исполняться, со стихией бороться бессмысленно.

И.К.: Огромное вам спасибо за уделенное время. До свидания.

М.Б.: До свидания.

В.И.: Еще один эксперт, с которым мы побеседуем, — это Вера Колупаева, руководитель московского отделения Общественного Совета по проблеме подросткового курения. Вера Ивановна, здравствуйте.

Вера Колупаева: Здравствуйте.

В.И.: Мы обсуждаем сегодня ряд инициатив, которые, возможно, будут реализованы в отношении курильщиков и отрасли в целом. В частности, должен измениться дизайн сигаретных пачек. Что думаете по поводу приведения сигаретных пачек к новому дизайну, в соответствии с требованиями Таможенного союза, что картинок станет больше, надписи станут крупнее?

В.К.: Я так думаю, что в принципе все меры действенные должны работать. Мы уже проходили разные предложения по поводу изменения пачек, появления надписей. Я так полагаю, что все это вещи не плохи в самой ситуации. Во-первых, сами картинки привлекают внимание детей и подростков, потому что мы занимаемся именно проблемой детского и подросткового курения. Поэтому все эти предупредительные надписи и картинки — я считаю, что они имеют место. Потому что та же обезличенная пачка, с одной стороны, все равно будет вызывать интерес как таковой. Поэтому я считаю, что может быть именно в таком виде, с картинками и с надписями.

В.И.: Изначально была внедрена картинка с одной стороны, сейчас предлагается с двух сторон. Как-то на практике ощущается уже, даже среди подростков, как реагируют?

В.К.: Подростки по-разному реагируют. Мы говорим, что сами страшилки на детей не действуют, потому что в этом возрасте для них проблемы со здоровьем — это какое-то невероятно далекое будущее. Для них привлекательнее сам продукт и сам процесс курения. Но с другой стороны, обезличенная пачка или пачка с такими картинками, все равно визуально она воспринимается, где-то в сознании она откладывается. А что работает больше — наверное, вот это должны смотреть психологи. Но в принципе, надписи могут быть и картинки могут быть, потому что в любом случае, это предупредительные знаки.

В.И.: Еще одна инициатива сегодняшнего дня, что в Госдуму был внесен законопроект о возвращении курилок в аэропорты. Как относитесь к подобного рода инициативам?

В.К.: Мое личное субъективное мнение, и исходит это мнение из такой ситуации личного опыта, в которой я оказалась. Я была в группе людей, которые совершали длительный перелет. И была задержка рейса в аэропорту. И у нас в группе был человек с ограниченными возможностями. Понятно, что это состояние требует более комфортного местонахождения. Человек был курящий, задержка рейса была порядка 3 часов, понимаете, насколько было ему дискомфортно. Поэтому, исходя из чисто человеческой позиции, я думаю, что в аэропорту должны быть такие места, изолированные, скрытые от глаз детей и подростков. Я видела, как этот человек мучился, как это было тяжело. Сопровождающему нужно было куда-то его отводить и т. д. Это имело свои сложности. Поэтому здравый смысл, наверное, все-таки говорит о том, что ситуация бывает непредвиденной, непредсказуемой, с задержками рейсов на много часов. И люди очень разные. Мы тоже понимаем, что это та зависимость, при которой ограничение будет приносить человеку дискомфорт. И поэтому стоит задуматься. Если у человека есть какие-то такие показатели, мы понимаем, что люди по состоянию здоровья бывают очень разные, то, наверное, здравый смысл говорит о том, что должны такие места в аэропортах быть.

И.К.: Если в аэропортах появятся курилки, то не лучше ли было бы сделать курящие вагоны?

В.И.: Все равно же многие курят в тамбуре, их не ловят, все страдают.

И.К.: Конечно. И все прекрасно понимают и по-человечески начинают относиться, потому что тот же проводник сам курит. Номера в гостинице для курящих людей. Хочется — пусть он курит в номере.

В.К.: Да, я, наверное, бы поддержала. Моя деятельность связана с множеством командировок, мы бываем в разных регионах. С ситуацией номеров в гостиницах, курящих и некурящих, конечно, стало комфортнее. Если я попадаю в номер для курящего, то нет остаточного запаха, я чувствую себя комфортно, я человек не курящий. Поэтому, наверное, да, это смысл имеет. Но здесь опять-таки вопрос будет уже следующий, экономический, по занятости мест в таких вагонах. Тем не менее, я считаю, да, потому что люди страдают, нарушают закон, курят и в тамбурах, и если собирается какая-то компания, то бывают ситуации, что и в самом купе. С этим я сама на практике сталкивалась, что после кого-то этот запах чувствуется.

Здесь нужно исходить из соображения человечности, практики и здравого смысла. Мы понимаем, что пока явление существует, то да, наверное, надо соблюдать здесь интересы всех людей, людей разных категорий. И опять-таки, когда мы говорим именно о детях и подростках, то понимаем, что семья, которая едет с детьми, в курящий вагон это должен быть запрет, провоз детей в таком вагоне должен быть запрещен. Здесь есть тоже нюансы.

И.К.: Что касается именно профилактики курения среди подростков, мне кажется, очень действенная мера — это запрет на продажу лицам, не достигшим совершеннолетнего возраста.

В.К.: Да, и она работает. Мы с «Алет» проводим, это, пожалуй, единственная такая организация, которая проводит семинары-тренинги для работников торговых предприятий. С ужесточением закона уменьшилось, во-первых, количество самих продаж, статистика показывает. И в принципе за последние годы снижение идет и подросткового курения. И если говорить о торговых предприятиях, то повысилась и ответственность продавцов. Они не просто знают, что запрещено продавать. Они знают, что сейчас запрещено и курить до 18 лет, понимают и меры наказания. То есть повышается и правовая культура, и культура примера социализации. То, как ведет себя продавец в ситуации попытки купить табачное изделие несовершеннолетними, — это тоже показатель. Закон работает, продавцы отказывают, отказывают уже более грамотно, более четко, понимая свою меру ответственности.

В.И.: Но при этом ведь огромное количество примеров, когда продают, и даже фиксируется это на камеру, можно видео найти в интернете. То есть, по-вашему, закон все-таки работает скорее, чем не работает?

В.К.: Есть социологические исследования. Я скажу примерно, что до вступления нового законодательства, до 2013 года уровень продажи, были проведены в разных регионах такие социологические исследования и среди мелкой розницы, и среди крупных торговых сетей, продажи составляли порядка 50%. Понятно, что в разных регионах очень идет по-разному. И вот исследования предыдущих лет, это прошлый год, позапрошлый год — снижение уровня произошло до 20−25%. Это хороший показатель.

Сейчас нашу озабоченность вызывает нелегальная торговля и контрафактная продукция. Понятно, что меняется жизнь, меняются условия. Но то, что в очень многих регионах продают такую, именно контрафактную продукцию с бортов машин, разные какие-то лотки, — вот это нас, конечно, очень беспокоит, потому что понятно, что там и цена ниже, и там не будет спрашивать документы, определять возраст покупателя. Вот такая нелегальная торговля стала таким показателем, потому что мы понимаем — там они покупают дешевле табачные изделия на порядок. Вот это скорее как новая возникшая угроза, именно появление вот такой нелегальной торговли.

И.К.: А не лучше ли тогда снизить официальную цену? Тогда не будет контрафакта, государство будет получать те же деньги от акцизов на табачные изделия.

В.К.: Это очень большая проблема. Мы ее поднимали, в разных регионах разговаривали. Здесь должна быть позиция государства. Опять то, о чем мы говорим, — это должно быть из соображений здравого смысла. Ни в коей меры, ни под каким видом табачные изделия в руках детей и подростков не должны быть. Достигнуты были хорошие показатели и по уровню снижения подросткового курения, когда мы стали понимать, что да, закон работает, что стали вести себя ответственно и продавцы. Это же буквально за последние годы появился этот нелегальный рынок. То есть в ситуации мы достигли определенных результатов. Мы, собственно говоря, и на улицах это видим. В разных регионах по-разному, но как таковая вот эта мода на курение у детей и подростков стала уходить. Но появились сейчас электронные носители, вейперы. И опять новый вызов. Поэтому сейчас на законодательном уровне должны принять закон о том, чтобы это рассматривалось точно так же, как табачные изделия. Кстати говоря, те же продавцы торговых предприятий обращают на это внимание и, спрашивая, как быть, они как бы сами принимают решение, что если есть содержание никотина, они отказывают детям и подросткам в корректной форме. Поэтому на законодательном уровне вот-вот закон заработает.

А вот по поводу нелегальной торговли — это большая очень проблема. Потому что это идет поток из приграничных других стран, это и Белоруссия, и Казахстан. И там да, действительно, идет продажа с открытых бортов автомобилей, в больших количествах, блоками, это ценовая категория совершенно другая. Поэтому здесь нужно рассматривать плюс еще политику и ценовую.

В.И.: Большое спасибо, что побеседовали с нами.

В.К.: Пожалуйста.

В.И.: Следующий наш спикер — это Ирина Панкратова, обозреватель газеты «Деловой Петербург». Здравствуйте.

Ирина Панкратова: Здравствуйте.

В.И.: Многие спикеры заявляют о том, что ужесточение законов и затягивание ремня приведет к глобальному росту контрафактной табачной продукции. Насколько я знаю, вы и ваши коллеги в сентябре проводили расследование, в результате которого выяснили, что оборот нелегальной торговли сигаретами в Петербурге и области составляет 5 миллиардов рублей. Это огромная сумма денег. О каком расследовании идет речь? И что в целом удалось выяснить?

И.П.: Да, мы заметили, что у нас активизировалась торговля с лотков, прилавков блоками сигарет, на которых нет акцизных марок. Было очевидно, что это нелегальная продукция. И мы стали разбираться, как на попадает в Петербург, почему ею торгуют, почему никто никак это не пресекает. И выявили список точек, где идет эта торговля. Выяснили, что есть 2 основных склада в Петербурге — на улице Салова и рынок Апраксин Двор, куда поступает изначально вся эта продукция и оттуда расходится по всему городу. Мы в роли бизнесменов, которые якобы хотят тоже торговать такой продукцией, прошли всю эту цепочку, поняли, что полиция прекрасно осведомлена о том, что идет такая торговля, и благополучно закрывает на это глаза. Все это мы проверили на себе.

И.К.: А сколько стоит контрафактная пачка сигарет?

И.П.: Их обычно продают блоками упакованными. Блок стоит 300−400 рублей где-то. В блоке около 10 пачек.

И.К.: 30−40 рублей за пачку сигарет.

И.П.: Где-то да. Это в несколько раз меньше, чем официальная, с акцизной маркой пачка. Поэтому, конечно, это пользуется популярностью.

В.И.: Говорите, полиция в курсе. Откуда основания так считать?

И.П.: Торговцы, которые нам предлагали с ними сотрудничать, объясняли, что в каждом районе есть свой отдел полиции и определенные сотрудники, которые отвечают за контроль этой торговли. Такса составляет где-то 30 тысяч в месяц. Это цена их закрытых глаз на то, что ведется такая торговля.

Это несложно заметить, что они действительно на это закрывают глаза, потому что мы несколько месяцев наблюдали за тем, как идет торговля. Полиция регулярно курсировала около этих точек и ничего не делала.

В.И.: Откуда взялась цифра в 5 миллиардов рублей?

И.П.: Мы посчитали это, исходя из того, что на каждую пачку есть наценка, акциз + НДС, и он составляет минимум около 50 рублей. Мы посчитали, сколько поступает в город блоков сигарет, это несложно отследить. Сами торговцы эти цифры называют. И вот минимальная цифра этого налога в 51 рубль с пачки, умноженная на количество коробок, которые поступают, она выдает такую цифру. И производители легальных сигарет эти цифры тоже подтверждают. Есть даже исследование такой компании, ТНС, там речь идет о десятках миллиардов, которые по всей России не поступают в виде налогов из-за вот этой вот торговли.

И.К.: 5 миллиардов рублей — это за какое время?

И.П.: За год.

И.К.: То есть бюджет Петербурга и Ленобласти недополучил эти деньги.

В.И.: И еще непонятно, что курят те люди, которые покупают такие сигареты. Ирина, расследование было опубликовано в конце сентября. 2 месяца прошло. Какие-то подвижки со стороны правоохранительных органов, со стороны властей последовали?

И.П.: Пока никаких серьезных подвижек нет. Более того, мы потом проводили еще круглый стол, куда мы приглашали не только табачников, но и полицейских, общественников, Роспотребнадзор. Пришли все, кроме полиции. Полиция не пришла ни в каком виде, как-то вот не смогли они, не нашли такой возможности.

В.И.: А представители тех инстанций, которые пришли, — они какие-то шаги предпринимают?

И.П.: Они объяснили, что основные шаги должна предпринимать полиция, потому что только она может задерживать, вообще что-то делать в отношении людей, у которых нет юрлица. А большинство торговцев — это просто физические лица, и другие инстанции ничего предпринять не могут. Они могут что-то предпринять, если хотя бы есть какое-то ООО, ИП, какая-то форма собственности. А в большинстве случаев нужна полиция. Но полиция ничего пока не делает.

В.И.: А по-прежнему можно на улицах Петербурга такую вот раскладочку из сигарет найти?

И.П.: Да. Вообще без проблем. Особенно в Апраксином Дворе, рынок, который у нас в центре города находится, туда приходишь — и прямо на каждом углу стоят эти лотки с блоками без акцизов, пожалуйста, приходите, покупайте.

И.К.: Ну, хотя бы должна отреагировать на бездействие полиции прокуратура.

И.П.: На нашем круглом столе участники говорили прямым текстом, что понятно, что, скорее всего, для полиции это такой источник доходов, от которого они отказываться совсем не захотят.

В.И.: Ирина, большое спасибо, что рассказали о проведенной вами работе.

И.П.: Вам спасибо.

В.И.: Это была программа «Угол зрения». У микрофонов были Валентина Ивакина и Игорь Киценко. До свидания.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments