«От недоумения до усмешки»: узнали мнения экспертов о кандидатах на пост президента РФ

В списке тех, кто намерен баллотироваться на выборах президента, все больше новых имен. Даже прозвучал призыв голосовать за собаку. Кого эксперты считают реальными игроками, и уместно ли сравнивать происходящее с балаганом?
Эксперты: Андрей Миронов — политтехнолог, президент Фонда изучения электоральных процессов и электоральной политики; Александр Горный — общественник, блогер (Республика Крым); Ирина Волынец — председатель «Национального родительского комитета».

*Техническая расшифровка эфира

Валентина Ивакина: Здравствуйте, уважаемые радиослушатели. Это программа «Угол зрения» на радио СОЛЬ. У микрофонов Валентина Ивакина и Мария Цыганова.

Мария Цыганова: Здравствуйте.

В.И.: В рамках этого часа мы будем вести речь про грядущую борьбу за пост президента РФ в 2018 году. Все больше и больше человек заявляют о том, что они намерены в эту борьбу включиться. Будем сегодня пытаться разобраться, с чем это связано. Это желание как-то пропиариться, хайпануть или реальные намерения, люди серьезно настроены, и можно предположить, что все-таки дойдут до того, что станут кандидатами на пост президента. Основная интрига — будет ли Владимир Путин включаться в эту борьбу. Одним из конкурентов представители оппозиции называют Алексея Навального. Но тоже пока определенности нет. На прошло неделе стало известно, что Ксения Собчак намерена выдвинуть свою кандидатуру, и после этого произошел самый настоящий бум.

М.Ц.: Люди стали заявлять, что готовы тоже попробовать себя в этой роли, составить конкуренцию тем кандидатам, которые уже есть.

В.И.: В этом списке после Ксении Собчак засветилась Екатерина Гордон, известная телеведущая и журналист. На днях стало известно, что председатель «Национального родительского комитета» Ирина Волынец тоже заявила о том, что она намерена в эту борьбу включиться. С ней мы в рамках сегодняшней программы пообщаемся.

Также в рамках эфира у нас будут такие спикеры, как Андрей Миронов, политтехнолог, президент Фонда изучения электоральных процессов и электоральной политики и Александр Горный, общественник, блогер (Республика Крым). Он, кстати, необычного кандидата в одном из блогов на днях выдвинул — предложил на роль будущего президента страны свою собачку Мушку.

Социальные сети сейчас с юмором реагируют на то, что происходит. Некоторые известные медийные персоны начинают публиковать свои списки того, как мы выглядела их программа, если бы они выдвигались в роли кандидатов в президенты.

М.Ц.: Встречаются очень забавные и интересные компании, которые, наверное, можно расценивать со стороны просто какой-то шутки.

В.И.: А мы переходим к беседе с нашими спикерами. На связи с нами Андрей Миронов, политтехнолог, президент Фонда изучения электоральных процессов и электоральной политики. Здравствуйте.

Андрей Миронов: Добрый день.

В.И.: Обсуждаем грядущие президентские выборы, а точнее, то, что происходит сейчас. Появляется все больше и больше кандидатов в кандидаты, людей, которые заявляют о своем выдвижении в президенты. Как вы оцениваете те процессы, которые сейчас можно наблюдать? Собственно, что вы видите как специалист?

А.М.: Здесь два момента. Первый момент — это эмоциональное восприятие всего происходящего. А второе — это восприятие как технологического процесса. С точки зрения эмоциональности, у меня это вызывает от недоумения до усмешки. С точки зрения технологического подхода, я считаю, что такой подход имеет место. Основная задача перед администрацией президента на выборах — это обеспечить явку. Поэтому все медийные фигуры, задействованные на электоральном поле, будут привлечены к агитации своего электората к приходу к избирательным урнам. Поэтому мы видим и Собчак, и Гордон, я думаю, там еще выстроится человек 5.

В.И.: Там уже приличный список фамилий. Бывший начальник Лизы Песковой, президент ассоциации бизнес-патриотов «Аванти» Рахман Янсуков заявил, что тоже намерен выдвинуться в президенты. Ирина Волынец, председатель «Национального родительского комитета». И список можно продолжить.

А.М.: Я знаком с теми людьми, которых вы называете. Как специалист, я вам могу сказать — прежде чем они должны пойти на выборы, если они пойдут как независимые кандидаты, встанет вопрос сбора подписей. Процесс сбора подписей очень финансово затратен. Из перечисленных, может быть, 1−2 человеку смогут финансово обеспечить это дело. Но вот история со штабом Собчак уже говорит об этом. Ситников уже ушел от нее, потому что нет финансирования, штаб разбегается, финансирования нет, программы нет. А у остальных, которые вообще в политике не были, — они даже не знают, с чего начать. Любые выборы — это, в первую очередь, финансы и организация. Участие таких медийных фигур, политически не ангажированных в таких процессах, делается с одной только целью — увеличить линейку участников избирательного процесса, с тем чтобы растащить протестный электорат, но при этом обеспечить явку. Например, участие Собчак или Гудкова в выборах президента означает только одно — что электорат Навального в случае его участия будет растащен по разным квартирам. Соответственно, в абсолюте они получат минимальный процент, чем в совокупности. Если бы шел один Навальный, то процент был бы один. Если пойдут Гудков, Собчак и еще кто-то из оппозиции, то процент Навального значительно снижается. Притом что у основного противника Навального процент остается стабильным и единственным. Ведь те, кто заявляет себя как оппозиция, они выставляют несколько кандидатов, которые претендуют на одно и то же электоральное поле.

Поэтому мы с вами и получаем, что основной кандидат получает свой процент, а протестный электорат разбивается на мелкие части. Но при этом обеспечивается явка. Технологический процесс старый, давно известный и прекрасно работающий.

В.И.: Правильно я понимаю, что Собчак таким взрывным моментом послужила — она заявила о себе, и после этого лично в моем кругу знакомых многие задумались — а почему она может, а я не могу? Такая цепная реакция последовала именно после того, как Ксения заявила о себе.

А.М.: Не столько так. Мы все-таки взрослые люди. Нужно понимать одну простую вещь — просто так ничего никто не заявляет. Одно дело заявить — «я пойду в кино», а другое дело — серьезная политическая программа. Любые выборы — это колоссальные финансовые ресурсы. Поэтому просто так сказать — «я иду» — ну, иди, дальше что? И все окончится на сборе подписей, не более того. Просто пропиариться и ничего не сделать — да, это возможно. С точки зрения серьезного рассмотрения как политической фигуры — я далек от таких даже версий.

В.И.: То есть мы можем иметь сейчас список из 50−100 человек, которые говорят о том, что намерены выдвигаться в президенты, но по итогам в этом списке может остаться 1 или 2 человека?

А.С.: 3−5 человек, 1 не останется. Это мы рассматриваем протестный электорат, я имею в виду, не электоральное поле партии власти, а те, кто пытается конкурировать с ней, потому что «оппозиция» — слово в России не очень правильное, я считаю. Конкреция скорее. Я думаю, 2−3, максимум 5 человек, не больше должно в этой линейке остаться, потому что это слишком серьезные процессы, чтобы просто с усмешкой говорить — «а я пойду».

В.И.: Но пока фамилии этих финальных людей, конечно, неизвестны. Или можно какие-то прогнозы делать?

А.М.: Начнем с того, что неглупые ребята сидят в Кремле, которые мониторят ситуацию очень серьезно. Мониториться она будет до самого последнего момента. На сегодняшний момент я бы смело не заявлял, какой у нас основной кандидат, потому что пока не сделаны заявления об участии, говорить об участии, например, Путина в выборах — а он что, сказал, что он идет на выборы? Представьте себе ситуацию, что Путин не идет на президентские выборы. Что тогда? Тогда, значит, пойдет кто-то другой, с которым нужно так же соревноваться, обеспечивать ему легитимность власти. Тут очень много процессов в зависимости от того, идет Владимир Владимирович на выборы или не идет. Отсюда и будет выстраиваться протестная линейка. Потому что на сегодняшний момент рейтингу Путина не угрожает ничто. Он стабилен, высок и недосягаем ни для кого.

В случае преемника нужно будет включать технологические процессы на растаскивание протестного электората и т. д. Об этом можно говорить долго и всегда.

В.И.: После всего вышесказанного те процессы, которые сегодня происходят в связи с выдвижением кандидатур, кажутся бессмысленными.

А.М.: Нет, наоборот. В самый последний момент если возникнет второй вариант, я имею в виду, вариант преемника, то эти кандидатуры игроков в этой линейке очень понадобятся. Поэтому надо быть готовым ко всему, я считаю. Мне многие задают вопросы — 100% Владимир Владимирович идет… Я говорю — пока я сам не услышу, я в это не могу верить. Достаточно серьезная ситуация в мире, во внутренней политике, много чего, что я не исключаю и преемника.

М.Ц.: До выборов достаточно много времени. Много ли еще можно ожидать подобных заявлений о том, что кто-то еще собрался пополнить этот список кандидатов в кандидаты?

А.М.: Во-первых, до выборов осталось совсем чуть-чуть, а не много времени. Не позднее, чем за 90 дней должны быть объявлены выборы. Соответственно, к этому моменту, как правило, игроки уже должны быть определены, кто будет играть. Поэтому у нас осталось 1,5 месяца. А кто будет — я думаю, что все-таки сейчас, после этой чехарды можно этого ожидать от любой медийной фигуры или так называемого ЛОМа — лидера общественного мнения, как из стана власти, так и из стана так называемой оппозиции. Главное, чтобы это были лидеры общественного мнения.

В.И.: Звучат такие предположения, что все происходящее специально доводится до состояния балагана.

А.М.: Не согласен, как специалист, я не согласен. Для человека, который не занимается политическими технологиями, со стороны это выглядит так. С точки зрения политических технологий, я сказал уже, это старый известный прием, который используется именно как политическая технология. И самое интересное, что он работает.

А балаган с точки зрения представления его как балагана для нашего обывателя, для внешнего обывателя, я имею в виду, за границей будет выглядеть как свободная демократия, скажем так.

В.И.: За теми людьми, которые сейчас заявляют о себе и говорят о том, что намерены все-таки выдвигаться в президенты, — вы за ними следите? Кто за ними может стоять?

А.М.: Я слежу только за теми, кто уже произнес эту фразу. Потому что медийных людей в стране очень много. И кто из них в следующий раз, утром проснувшись, решит стать президентом России… Понимаете, это неинтересно.

В.И.: В вашем списке кто? За кем вы следите?

А.М.: Я отслеживаю Собчак, Гудкова, Навального, возможно, Евгения Ройзмана как кандидатуру, которая тоже может заявить о себе. Их я вижу как игроков. Все остальное… Гордон — это вообще несерьезно.

В.И.: Про Собчак уже кто что только ни говорил. А про других людей, вошедших в ваш список, Гудков, Ройзман — про них что можно сказать?

А.М.: Это политики. С ними можно будет играть. При достаточном финансировании эти люди способны забирать на себя часть электорального поля. Это однозначно, потому что люди имеют опыт политической жизни, политической работы. Они обладают тем политическим весом, пусть минимальным, но достаточным для участия в политических процессах.

В.И.: Вы в их поведении уже отмечаете какие-то линии? Про Собчак некоторые говорят — за ней стоит Кремль. А про Ройзмана, про Гудкова что можно сказать в этом смысле?

А.М.: Про Гудкова я могу сказать, что пока это только заявления, декларации. Про Ройзмана — Евгений сейчас ведет себя очень осторожно и в открытую свою позицию не озвучивает, что, кстати, может свидетельствовать о том, что какие-то переговоры на эту тему идут. Что касается Собчак, я повторюсь — зря очень многие смеются над этим. Собчак может при правильном подходе, при правильной работе ее штаба забрать от 3 д 5%, при правильном финансировании. А это очень много на президентских выборах.

В.И.: Вопрос, который не могу не задать, — кого бы вы хотели видеть в этом списке, но пока не видите? Есть такие кандидатуры?

А.М.: Вообще я на такие вопросы не отвечаю, потому что они бессмысленны. Но скажем так, повторение 2004 года мне бы понравилось. Я имею в виду Хакамаду и Глазьева.

В.И.: Почему?

А.М.: Достаточно яркая была кампания у Хакамады и достаточно привлекательная — у Глазьева. Несмотря на то, что они значительно проиграли. Я был просто в теме, я изнутри видел эти кампании.

В.И.: У них сейчас есть какие-то шансы? 2017 год, много лет прошло.

А.М.: На фоне того писка, который сейчас заявляется, — о чем говорить? Конечно, вес, например, Хакамады политический и вес Гордон — это совершенно разные вещи. Вес Хакамады и Собчак — тоже Хакамада выигрывает. С экономической точки зрения, во время кризиса, например, программы Глазьева очень актуальны. Если о нем опять напомнить населению, его же очень здорово тогда поддерживали, в 2004 году. И этот электорат еще жив, который соберется и пойдет и за Хакамаду, и за Глазьева. Но это мое субъективное мнение, я никому его не навязываю.

В.И.: Вы в начале беседы сказали о том, что разделяете по разным составляющим. Если, например, эмоциональная. И с эмоциональной точки зрения все происходящее вызывает у вас эмоции от недоумения до усмешки. Почему?

А.М.: Потому что есть вещи, которые делать нельзя. Участие Гордон и озвучивание Гордон я считают насмешкой над избирательным процессом. Это мое личное мнение, я не хочу Катю обидеть. Она прекрасный журналист. Но она не политический деятель. Чего не могу сказать о Собчак. Собчак как раз может играть в политике. Острый ум, хороший журналист, плюс эпатаж — и часть какого-то электората она на себя может перетянуть. Гордон этого не сможет.

В.И.: Стоит ли ожидать в ближайшие несколько месяцев каких-то сюрпризов? Помимо того, что вы уже сказали, что выдвигается Путин или не выдвигается, это совершенно разные сценарии. Сюрпризы могут быть? Если могут быть, то какие?

А.М.: Если иметь в виду выдвижение лидеров общественного мнения как сюрприз — это можно ожидать. Но я солидарен с вами — это не называется сюрпризом. Сюрприз у нас может быть только один, это заявление Владимира Владимировича Путина о его участии или неучастии в выборах в марте 2018 года.

В.И.: То есть такой определяющий, от которого все будет складываться.

А.М.: Да, это единственный. Все технологические процессы будут выстроены именно от этого.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами.

А.М.: Пожалуйста.

В.И.: На связи с нами Александр Горный, общественник, блогер (Республика Крым). Здравствуйте.

Александр Горный: Здравствуйте.

В.И.: Обсуждаем сегодня грядущую президентскую кампанию. С каждым днем всплывают все новые фамилии тех людей, которые заявляют о своем выдвижении в президенты. Первый вопрос — как вы воспринимаете происходящее?

А.Г.: Я вам встречный задам вопрос — а вы лично сами видите вот эту президентскую кампании и все эти процессы, которые должны происходить совместно с процессом выдвижения кандидатов, битвы, дискуссии, все остальное? Вы это видите или нет?

В.И.: Это те вещи, которые обязательно должны присутствовать, если человек заявляет о своем выдвижении в президенты?

А.Г.: Конечно. Когда мы смотрим выборы в США, за которыми мы внимательно все наблюдали, и по российским каналам все это показывали, мы видели выдвижение кандидатов, мы видели праймериз, вы видели дискуссию. Это громаднейшее шоу. Не клоунада, это не тот цирк, который нам пытаются сейчас представить. Это определенный политический процесс, обернутый в некоторые элементы шоу, где вот эти кандидаты, которые смогли зарегистрироваться в качестве кандидатов, начинают дискуссию, битву за наши голоса, поездки, штабы. А что у нас получается?

Если взять по-крупному сейчас, кто-то к Навальному лучше относится, кто-то хуже, кто-то вообще плохо. Но это единственный человек, который сейчас готовится к президентским выборам. Больше я никого не вижу.

В.И.: А как же Владимир Путин, возможно?

А.Г.: Вы сами ответили на свой вопрос, немного засмеявшись. Он у нас такой лидер, жесткий, харизматичный, мудрый, непоколебимый. И знаете, как из той серии, «пацаны не танцуют». У нас Владимир Путин, при всем моем уважении, я могу сказать, что, скорее всего, я буду голосовать за него в данной ситуации. Но он, к сожалению, полностью игнорирует этот предвыборный процесс. Хотя, с одной стороны, говорят, что он уже давно его начал — своими поездками, своими высказываниями. Как глава государства, понятно, что он находится немножко в другом статусе. Но мы, конечно, от Владимира Путина не увидим ни дискуссий, ни драк за наши голоса. А как бы этого хотелось! К сожалению, мы этого не увидим. А избирателю хотя бы раз за эти 6 лет теперь хочется вот этой битвы — за нас, за наш голос, чтобы нам показывали свои программы, доказывали, что это нужно, показывали, как мы будем лучше жить, и страна будет меняться. Но этого не происходит. Драки нет и не будет.

Есть так называемый силикон, который нам сейчас пытаются представить под видом президентской кампании. Безусловно, каждый, кому исполняется 36 лет, согласно закону РФ о выборах президента, имеет право идти на эти выборы, имеет право выдвигать свою кандидатуру. А что дальше?

Вот Алексей Навальный — он формирует штабы. Потом пошла Собчак. Конечно, она имеет право выдвигать свою кандидатуру. Давайте не будем обсуждать ее какие-то личные качества, которые мне не очень симпатичный, вот этот шлейф «Дом 2», ее образа жизни, ее очень нехороших видеороликов, которые можно спокойно сейчас наблюдать в YouTube — конечно, этот шлейф идет. С одной стороны, это никак не влияет на ту предвыборную программу, которую она хотела бы предложить, наверное. Но мы же избираем президента не просто как человека, который, как робот, придет, пробубнит какую-то программу, скажет — «я такой хороший, я такой известный». Мы выбираем человека, которого мы полюбим, которому мы будем доверять свое будущее, своих детей. Вы бы доверили Ксении Собчак воспитание своего ребенка? Я бы нет.

В.И.: Она своего воспитывает, тем не менее. Вроде справляется.

А.Г.: А мне кажется, что ее ребенку, наверное, будет немножко стыдно за маму. Да и за папу, который взял и послал Евгения Чичваркина на три буквы в таком невменяемом виде. Мне кажется, что-то в той семье не так. А в лице президента мы хотим видеть, что действительно — как Трамп идет, показывает свою супругу, своих детей, что он такой замечательный семьянин. А этого нет. Есть какой-то искусственный силикон, который мы увидели на камере, когда Ксения Собчак типа ее установила, хотя в очках мелькали вот эти экраны с подсказками, как мне показалось, что типа на кухне стоят досочки разделочные, бананы, яблочки лежат, она вся такая замечательная, в рубашке. Я не верю. Не верю и все этому человеку. Я понимаю, что все в этих предвыборных кампаниях идет постановочное. Но ощущение какого-то силикона на зубах — оно как-то давит, если честно. Вот это очень страшно.

Мы все прекрасно понимаем, что у нас есть партия власти, которая сложилась. Я ничего лично против «Единой России» как изначально проекта не имел. Но видя то, что происходит сейчас, я понимаю, что, к сожалению, и для Владимира Путина, это я знаю практически на 100% из своих источников, в Кремле очень озадачены будущим «Единой России». Для Владимира Путина это проблема, потому что он прекрасно понимает, что действующая система сложившейся вертикали в каких-то моментах нужна, но в какой-то момент она парализует работу страны, потому что вот эта тотальная «Единая Россия», которая пронизала все институты власти, исполнительной власти на местах, — это залог неразвития страны. И сейчас будет ключевой вопрос — он пойдет от партии власти на выборы или самоходом так называемым.

И вот в этой истории история с Собчак приобретает некоторый вопрос, связанный с оппозицией. Оппозиция должна быть. Если оппозиции нет, если не будет вот этой альтернативы, я не беру сейчас КПРФ, «Яблоко» или «Справедливую Россию» или ЛДПР, мы берем так называемую несистемную оппозицию, которой сейчас тычут, что они несистемные, — она должна быть, она должна расти, она должна развиваться. Собчак, выдвинув свою кандидатуру, изначально снизила шанс — это мое личное мнение — Алексея Навального. Если раньше Кремль еще, может быть, колебался, пускать или не пускать Навального, то сейчас — слушайте, какой Навальный? У нас есть Собчак. Вот давайте Ксения Собчак пойдет, она же тоже на митингах была, она и Путина критикует, да и по Крыму какая у нее позиция, ох какая нехорошая. На фоне ее позиции позиция Навального по Крыму кажется более мягкой. А тут Собчак же так жестко сказала.

И я считаю, что Собчак в данной ситуации, хоть и говорит, что она снимет свою кандидатуру в пользу Навального, если его зарегистрируют, — она сделала медвежью услугу всей вот этой либеральной оппозиционной тусовке. У нас слова «либеральный» и «оппозиционный», к сожалению, стали синонимами какого-то нехорошего слова, ругательного. Я считаю, что это очень неправильно. И при этом я уверен, что Собчак, на 200% я уверен в этом, идет на эти выборы по согласованию с Кремлем, что большинство экспертов уже признает. Без пинка из Кремля ни один федеральный канал не будет никого показывать на центральных телеканалах. Это один из признаков того, что это определенная компанейщина, которая идет со стороны политтехнологов, которые хотят оживить выборы, то есть создать какое-то шоу.

В.И.: Про Собчак уже очень многое было сказано. Но согласитесь, изначально в этом поле были Путин и Навальный, такое противостояние. Многие их ставили друг против друга, что вот, сможет ли Навальный пройти, утвердить свою кандидатуру, сможет ли выступить конкурентом. Потом появилась Собчак. После Собчак пошла взрывная волна. Екатерина Гордон заявила, что намерена выдвигать свою кандидатуру. Сегодня стало известно, что Ирина Волынец, председатель «Национального родительского комитета» тоже о таких желаниях заявляет. Бывший начальник Лизы Песковой Рахман Янсуков. Целая волна пошла.

А.Г.: Я в данной волне вижу исключительно пиар. Если Собчак шла с какими-то определенными политтехнологическими установками, ну и, безусловно, она решала дополнительно вопросы своего пиара, это же четкая монетизация, мы знаем, сколько стоит ее блог в Instagram, она не скрывает, что этим зарабатывает. Сейчас ее ставки уже как кандидата или выступления на всяких корпоративах вырастают в 3−4 раза. Это деньги.

Екатерина Гордон — тоже красивая девушка. Если бы она шла с такой программой на депутатские выборы в Госдуму, наверное, стоило бы обратить внимание. Но сейчас это, к сожалению, получается цирк, где люди хотят заявить о себе и попиариться. Я думаю, что если это действительно была идея Кремля с Ксенией Собчак, то они не учли вот этот момент, что на этом фоне выползут все желающие попиариться, и может быть крайне негативный эффект, и в принципе, это может быть достигнуто. Одно дело — взбодрить выборы, другое дело — когда оно превращается в прямом смысле в балаган. Я по-другому это никак не назову.

Я вчера в своем посте — я удивился, что у него довольно-таки мало было просмотров, тысяч под 40 всего лишь, и я даже удивился, что «Эхо Москвы» согласилось этот пост опубликовать, потому что очень анекдотично все получилось. Рассказывая про выборы, я предложил, а не выдвинуться ли моей собачке Мушке, разместил ее фотографию на фоне Кремля, я был недавно дома, в Москве. И я сфотографировал ее, на столбике она сидит, на фоне Кремля. Она там получилась такая замечательная, сзади размытый фон.

В.И.: Да, она там симпатичная довольно-таки.

А.Г.: В отличие от меня, Мушка — обаяшка. Она пользуется очень большим успехом, и ее любят. Когда я в Москве бываю, я встречаюсь с очень разными людьми, и левого, и правого толка. Она пользуется колоссальным успехом у всех.

Когда я писал этот пост, я предложил рассмотреть кандидатуру моей собаки на пост президента. Мушке больше 8 лет, по человеческим меркам это уже за 50. Она не москвичка, родилась в Пензе. То есть она из глубинки. Спокойная, зрелая, умудренная опытом. Биография ее действительно заслуживает внимания, потому что у Мушки очень активная, насыщенная жизнь. Она побывала два раза на Донбассе, участвовала в гуманитарных миссиях, была под обстрелами. Имеет боевые награды и признание местных командиров. Я без шутки, действительно, есть определенные награды. Мушка была на Майдане, точнее, на Антимайдане, мы вели оттуда репортажи. Мушка активно приветствовала возвращение Крыма домой. Поэтому я считаю, что с точки зрения правильности биографии у нее есть замечательные базовые моменты. Она сейчас помогает мне заниматься много общественной работой, активно борется с перекрасившимся крымским жульем. Они имеет очень неплохие связи и отношения в Москве и в Крыму с различными чиновниками. То есть сплошные плюсы.

В.И.: Правильно я понимаю, что вы фактически представляете себя через своего любимца?

А.Г.: Когда Путин говорит, что он — раб на галерах, я ему верю. Я верю, что это не такое сладкое место. Я бы лично там бы не хотел быть.

В.И.: А Мушку готовы туда?

М.Ц.: Не по-дружески.

А.Г.: У Мушки, похоже, карма такая, что ей приходится быть на острие вот этого всего процесса. Кстати, что интересно, — вчера пообщались со Станиславом Белковским, у нас с ним сложились хорошие отношения. Я вчера назвал свой пост «ВПрезидентоход». Это когда народ так массово идет в президенты. А Станислав предложил слоган, он попросил меня по-дружески обязательно цитировать со ссылкой на автора, — «Возьмем Россию на мушку». Жестко так, конечно. Я уже представляю, какие плакаты нарисовать. Но вот у Станислава родилась такая мысль. Он же теперь главный политтехнолог у Ксении Собчак. Я ему говорю: «Станислав, давай, может, и нами займемся?». И он пишет: «Слушай, Александр, известная фраза — чем больше узнаю людей, тем больше я люблю собак — полностью поддерживаю».

В.И.: Александр, получается, вы сами делаете вклад в то, чтобы вот эта предвыборная кампания превращалась отчасти в балаган. Правильно я понимаю?

А.Г.: Здесь не совсем так. Когда ты видишь, что происходит балаган, то ситуацию можно либо действительно поддерживать, либо довести ее до абсурда. Если бы я свою кандидатуру обозначил, что я, Александр Горный, решил идти на выборы, потому что у меня биография такая замечательная, все у меня есть, и хорошее образование, и «Майдан», и Донбасс, и Крым, тоже смог бы создать замечательный образ — тогда бы да. Но в данной ситуации, когда я показываю свою собаку Мушку, я пытаюсь это довести именно до абсурда. Надо, чтобы нарыв лопнул. Я считаю, что в данной ситуации мы должны довести это до абсурда. Потому что выборы президента должны быть президентскими выборами, когда есть определенные политические партии, которые борются за голоса. Я понимаю, что есть всегда компромиссы. Но мы не видим программы.

Главный претендент на пост и человек, который победит, Владимир Путин. Я понимаю, что он постоянно декларирует свои мысли, идеи. Но я хочу увидеть программу, с которой пойдет президент, не за последние 2 месяца, а сейчас, чтобы подумать. То же самое Навальный. К Навальному у меня очень серьезный вопрос — его отношение к Крыму. Я, к сожалению, окончательного ответа не вижу.

М.Ц.: В связи с таким балаганом, выражаясь вашими же словами, как вам кажется, не произойдет ли такого, что люди просто перестанут серьезно относиться к выборам? Может быть, даже снизится явка на те же выборы?

В.И.: Да, каких последствий можно ожидать? И к тому же, насколько велика вероятность, что взрыв произойдет?

А.Г.: А вы считаете, что сейчас люди к выборам серьезно относятся? Как я написал в посте целом, что я человек 20 в Крыму опросил, а Крым — это все-таки та территория, где победа Путина не просто гарантирована, она на 200% гарантирована. Пойдут ли люди на выборы? Люди не пойдут. И ключевой вопрос будет на этих выборах, и в Кремле это прекрасно понимают, Кириенко очень умный человек, и, конечно, с его приходом там произошли очень интересные изменения. Я его считаю очень эффективным менеджером и человеком, который может работать системно. У них ключевой вопрос — сколько людей придет на выборы, точнее, перевыборы Владимира Путина, потому что все прекрасно понимают, что победа будет за ним. В Крыму, боюсь, этот процент явки может быть даже ниже, чем по России. Потому что люди уверены — и так Путин победит, я не приду.

Когда были выборы в муниципалитеты в Москве, там явка была низкая. Ее пытались как-то оживить. Вот это, кстати, может быть, шанс для кандидатов «не Владимир Путин», как я называю, набрать большее количество голосов, потому что сторонники Путина могут просто не прийти, потому что и так уверены, что Путин победит.

И вот это очень страшно. Когда нет этого баланса сил кандидатов, как в Штатах — там республиканцы и демократы, очень часто там несколько тысяч голосов решает. У нас этого нет. Отрыв кандидата Путина от ближайших в 10 раз. И это страшно для президента. Ему нужно быть не просто президентом, а максимально легализоваться за счет явки. Вот этого, к сожалению, не происходит, вот это страшно, и все в Кремле это понимают. Но это как раз тот результат, который мы имеем, «Единой России».

В.И.: Вы сказали, что сейчас ситуация развивается по сценарию балаганному. Может более или менее все нормализоваться, если будет доведен до абсурда. Если будет доведено до абсурда, произойдет небольшой социальный взрыв — что тогда? Как это должно выглядеть потом?

А.Г.: Я этого, честно говоря, и боюсь. Если это дойдет до абсурда, в принципе еще есть шансы ситуацию исправить. Я считаю, что на выборы надо допустить Навального. Я в каких-то моментах симпатизирую ему, в каких-то моментах мне лично он не нравится как человек. Я с Алексеем знаком лично. Есть какие-то моменты, по которым мне кажется, что Навальный будет гораздо жестче, чем вся нынешняя действующая вертикаль. Но должны быть силы, которые равны, может быть, не по админресурсу, хотя бы по силе движения равны. Навальный сейчас демонстрирует это. Ксения Собчак — это тот силикон, который нам предложили, который мы должны жевать. Произошло, конечно, очень серьезное оживление в этой московской тусовке, которая застоялась, которой нужна свежая кровь. Они сейчас там ожили. Но все прекрасно понимают, что они непроходные. Даже близко. Все эти опросы говорят, что Собчак наберет 9%. Это несерьезно.

Поэтому очень бы хотелось, чтобы этот балаган как можно раньше лопнул, дойдя до абсурда. Чтобы мы увидели хотя бы часть этой предвыборной истории более или менее правильно. Вот этого бы очень хотелось. Но я боюсь, что это не произойдет, и мы просто увидим банальные перевыборы с натянутой явкой. Вот это огромнейшая проблема и для Кремля, и для России.

Для меня лично в чем интрига этих выборов? Пойдет Путин от «Единой России» или нет. Если он пойдет от «Единой России», то это, наверное, не очень хорошо. Если он пойдет не от «Единой России», а самоходом, то есть шанс, что у нас будут происходить политические серьезные изменения на нашей политической карте, что «Единую Россию» будут сливать, об этом уже давно идет речь. Потому что все прекрасно понимают, что закостенелая структура, которую изменить невозможно. Туда пришли все люди — хорошие, нехорошие, грамотные, неграмотные, потому что так надо. Должна возникнуть еще сила, какая-то еще политическая партия после этого, которая позволит уже через 6 лет, и я думаю, что Путин это прекрасно понимает, он будет вести Россию по довольно-таки жесткому сценарию политических изменений, экономических изменений. И я думаю, что шанс есть. Но ключевой вопрос — от кого он пойдет. Все остальное — Собчак, Гордон или моя Мушка будет выдвигаться — это 25-й фактор.

Я скажу без всяких шуток, что мне люди писали, которые имеют отношение к довольно высоким нашим эшелонам. «Понимаешь, старик, — говорит, — если бы твою собаку Мушку можно было внести в список, поверь, она бы набрала голосов процентов 40, это точно». И я с этим абсолютно согласен. Настолько положительный, мягкий и добрый образ и необычный, что все остальные кандидаты просто меркнут на этом фоне. И вот это действительно была бы битва, молчаливая битва двух серьезных кандидатов.

В.И.: Александр, ну, кто знает, может, и появится имя Мушки в бюллетенях когда-нибудь. Спасибо большое, что нашли время с нами побеседовать.

А.Г.: Пожалуйста.

В.И.: Еще один спикер, с которым мы побеседуем в рамках эфира, — это Ирина Волынец, председатель «Национального родительского комитета». Здравствуйте.

Ирина Волынец: Здравствуйте.

В.И.: Сегодня обсуждаем списки, изо дня в день растущие, тех людей, которые заявляют о том, что намерены выдвигаться в президенты. И вы тоже в этом списке есть. Более того, ваша фамилия звучала в некоторых СМИ, в сообщениях о том, что в Кремле хотели бы видеть женщину в соперниках Владимира Путина на выборах. Что можете рассказать про свои намерения? Почему в принципе решили выдвигаться в президенты?

И.В.: Да, были такие интересные заголовки, что Путину нужна женщина, и даже был такой заголовок «Маму привлекут». Как раз учитывая, что я являюсь председателем «Национального родительского комитета», особенно звучало экстравагантно.

Вообще будущее выдвижение — мы можем говорить об этом в будущем времени, потому что выборы еще не объявлены, — это логическое продолжение той многолетней работы, которую я провожу. Решение было принято задолго до объявления списка кремлевского федеральными СМИ. Наши активисты, члены нашей организации выступили с инициативой, что нам нужно участвовать в этих выборах. Я эту инициативу поддержала как основатель, как лидер «Национального родительского комитета». Мы считаем, что в нашей стране достаточно вопросов, которые нуждаются в оперативном решении. Эти вопросы касаются внутренней политики. Мы знакомы с повесткой. Более того, мы являемся активными участниками формирования этой повестки. Мы выступаем с законодательными инициативами, часть из которых уже реализована. Например, наша организация предложила расширить спектр деятельности материнского капитала. В итоге теперь материнский капитал можно расходовать гораздо шире, чем изначально было заложено. Мы выступили с инициативой, например, о введении материнских зарплат в марте этого года. Новость, по данным «Медиалогии», стала самой цитируемой новостью среди политических событий России. Все федеральные и региональные СМИ об этом написали, прокомментировали инициативу разные должностные лица, начиная от премьер-министра нашей страны и заканчивая министром труда, депутаты Госдумы, сенаторы Совета Федерации. Никто не остался равнодушен.

И после того, как мы выступили с этой инициативой, другие политические деятели нашей страны стали говорить о расширении мер государственной поддержки в отношении семей, в отношении социально незащищенных категорий граждан. Но первой ласточкой был именно «Национальный родительский комитет», мы это озвучили, и я считаю, что этим можно гордиться, несмотря на то, что у нас достаточно сложная экономическая ситуация, несмотря на то, что внешние силы подталкивают Россию, санкции и то, что нефть стала дешевле. Но мы верим в то, что Россия — великая страна, что у нас достаточно ресурсов для того, чтобы те наши граждане, которые, к сожалению, оказались в бедственной финансовой ситуации, которые еле-еле сводят концы с концами, чтобы они жили сегодня, потому что если ребенку нужно купить форму школьную, если мама при этом думает, как же ей потратить ее маленькую зарплату, что купить ребенку, поесть или учебники, то это недопустимая ситуация. Когда пенсионер, страдающий заболеванием, которое требует ежедневного приема дорогостоящих лекарств, отказывает себе в этих лекарствах и в чем-то еще необходимом для сегодняшней его жизни и выживания, мы считаем, что это недопустимо. Потому что согласно нашей Конституции, все граждане имеют право на равные возможности, на равные условия, однако, на деле получается, что этот главный документ нашей страны не всегда соблюдается.

В.И.: Вы ведете к тому, что уже сталкивались с решением проблем и знаете, что с этим делать?

И.В.: Конечно. Мы знакомы с повесткой не понаслышке, потому что наша всероссийская организация есть во многих регионах, и мы знаем о том, что происходит в регионах России. Причем мы общаемся с разной возрастной категорией, с представителями разных социальных слоев, то есть у нас не только малоимущие граждане, у нас есть люди, которые занимают просто активную гражданскую позицию. Организация и создана была для формирования такого социального запроса для освещения той повестки, которая волнует рядовых граждан нашей страны. И как раз формирование диалоговой площадки общества и власти — это то, что было изначально прописано как миссия нашей организации. И мы в меру возможностей, наших сил и, слава богу, что наших единомышленников все больше становится, и мы стараемся с этими проблемами справляться. Но просто того уровня влияния явно недостаточно для того, чтобы решать эти проблемы на государственном уровне, то есть нужно переходить на качественно новый уровень. И президентские выборы — это закономерный и логичный шаг, который нам сейчас предстоит сделать.

В.И.: А есть у вас план, как будет это проходить? Вот сейчас вы заявили о выдвижении в президенты, но ведь еще огромный и сложный путь придется пройти, это и сбор подписей, и так далее. К этому тоже подготовились уже?

И.В.: Конечно, технологически это все реализуемо. И в данный момент идет формирование штаба. Есть команда, которая уже много лет работает, в нашу команду входят профессионалы абсолютно из всех областей, то есть из совершенно разных сфер деятельности. Это эксперты, это представители научного сообщества, это представители реального сектора экономики. Нам даже не нужно составлять какую-то предвыборную программу, потому что концепция нашей организации вполне соответствует всем вызовам сегодняшнего дня. Просто нам нужно сейчас ее привести в вид тезисов, всю нашу программу, по которой мы работали и раньше.

И самое главное, что у меня за спиной миллионы рядовых российских граждан, которые абсолютно согласны с тем, что я делаю, что я говорю, они знают, что слова не расходятся с делом. И те кандидаты, которые дают пустые обещания, наверное, будут иметь успех на краткосрочном отрезке, а на долгосрочной перспективе они не добьются никакого результата. Поэтому я выступаю за стратегию маленьких шагов против ложных обещаний, против популизма и выступаю в интересах рядового россиянина. Не чиновника, не бизнесмена, который там обладает каким-то многомиллионным состоянием, а человека, который живет от зарплаты до зарплаты, который погряз в кредитах, который смотрит в будущее не с надеждой, а со страхом. Поэтому я знаю, что у нас для этого есть структура, команда, есть понимание того, что нужно делать, как это делать. И самое главное, зачем все это нужно.

М.Ц.: А вы сами, как оцениваете свои шансы и кого вы видите сильным соперником?

И.В.: Я оцениваю свои шансы реально, то есть я прекрасно понимаю, что победителем этих выборов будет Владимир Владимирович. И заслуженно победит, потому что он пользуется непоколебимым авторитетом у нашего народа. Я думаю, что вполне можно войти в тройку лидеров, учитывая наш опыт и наши серьезные намерения. И сейчас у нас в процессе создания политическая партия, о программе которой мы заявим ближе к окончанию политической кампании. И политическая партия будет как раз той реальной политической силой, которая будет формировать новую политику РФ.

В.И.: Даже если с выдвижением в президенты все сложится не очень успешно, то вы продолжите существовать в другом формате?

И.В.: Знаете, я считаю, что войти в тройку лидеров — это уже достаточно успешно, потому что это моя первая президентская кампания. И при любом раскладе наша работа будет продолжаться, потому что я всегда работала на благо людей, мне всегда было не все равно, что происходит вокруг. Поэтому слоган нашей кампании — «Если вам не все равно». Я знаю, если ты чувствуешь, знаешь и веришь, что нужен людям, то будешь продолжать помогать им, несмотря ни на что. И несмотря на то, что закончились выборы, являешься ли ты президентом или просто общественным деятелем. Иногда удар не попадает в цель, но намерение не может промахнуться. Поэтому наш вектор не изменится. И хотелось бы, чтобы как можно больше россиян узнали о том, что есть такая структура.

В.И.: Мы поняли, что вы серьезно настроены, то есть это серьезная команда, которая работает в направлении выдвижения в президенты вашей кандидатуры. Смотрите, такой вопрос. Вот в представлении общественности, если наблюдать со стороны, что происходит — вот был Путин, был Навальный, потом появилась Собчак, после нее пошла волна. Вот ваша фамилия всплыла уже после того, как в медийном поле появилась Собчак. И некоторые воспринимают это уже как такой мейнстрим. Что все, кто появился после, хотят пропиариться.

И.В.: Вы знаете, мы не можем запретить кому-то давать какие угодно комментарии, у нас это законом не запрещено. Еще в начале сентября федеральные СМИ писали о том, что по информации, которая имеется у них, согласно каким-то кремлевским спискам, я являюсь одним из потенциальных кандидатов в президенты. И тут совершенно нет никакого желания кого-то удивить, шокировать, словить хайп. Я четко структурирую отличия шоу-бизнеса, то есть представителей шоу-бизнеса от представителей профессиональной политики. Поэтому с юмором, с иронией, с каким-то даже пониманием отношусь к выдвижению представительниц шоу-бизнеса, потому что им это позволит повысить свою стоимость на рынке услуг, позволит повысить им свой прайс для выступлений на корпоративах, либо при участии в качестве ведущих на телевидении. Я верю и знаю, что у нас очень мудрый народ, и он прекрасно отличает, кто тут ловит хайп, а кто действительно работает.

Невозможно из шоу-вумен стать политиком в рамках президентской кампании. И учитывая, что у Собчак, по данным «Левада-центр», у нее самый высокий антирейтинг из тех, кто заявил себя в качестве кандидата, и это тоже неслучайно. У нее высокая узнаваемость, да. Но на голосование влияет такое понятие, как рейтинг. И высокая узнаваемость при самом высоком антирейтинге — это то, что подходит для той программы, которую она выбрала, то есть против всех. Поэтому в этом плане она попала в точку. Я опять подчеркиваю, что мы не можем сейчас предсказать, какие будут результаты выборов. Все будет зависеть от малейших деталей, потому что все состоит из этих деталей. Мне так же, как и все остальным, очень интересно, что вообще из этого всего выйдет. И подчеркиваю, что я рассматриваю президентскую кампанию как логичный шаг на своем политическом пути в деятельности нашей организации. И знаю о том, что наша работа продолжится после выборов вне зависимости от результатов.

В.И.: На Собчак за последнюю неделю был в буквальном смысле со стороны многих экспертов вылит ушат неприятного. И понятно, что в любом человеке, в котором видят сильного конкурента, сразу начинают искать изъяны, какие-то грешки.

И.В.: Я совершенно не ищу у Ксении Анатольевны каких-то грехов, изъянов, это совершенно не входит в мои задачи. Мы не являемся конкурентами, я хочу донести до нашей аудитории эту мысль, что мы не являемся конкурентами, потому что неправильно по гендерному признаку конкурировать. Я считаю, что, как и в любой другой профессии, ты либо профессионал, либо нет. Я, например, смотрю на эти качества. И только уже в третью очередь на его гендерную принадлежность. Поэтому, когда спрашивают о конкурентах, я не имею в виду только конкуренток. Я прекрасно знаю, что у нас еще идут старейшины на эти выборы, которые являются лидерами парламентских партий, то есть можно о них поговорить. Но просто, когда мы концентрируемся на каких-то определенных персоналиях, то мне это как-то странно, потому что я начинаю подозревать СМИ, что их кто-то как-то очень сильно заинтересовал. И вообще непонятно, почему это их так интересует.

В.И.: Я не договорила свой вопрос. Не боитесь ли вы, что в вашу сторону тоже такой ушат может быть вылит? Потому что мы, в частности, уже смогли обнаружить некоторые публикации, что, грубо говоря, из биографии человека как кандидата в президенты, что не всем это понравится, что в некоторых шоу вы принимали участие. Вот вы готовы как-то на это реагировать?

И.В.: Конечно, готова. Я, слава богу, в твердом уме и прекрасной памяти, я прекрасно помню все свои шаги. И нет ни одного поступка, за который мне было бы стыдно. Я считаю, что когда человек ошибается, то свойственно испытывать какое-то неудобство в этой связи. И доносить извинения тем, кто пострадал в результате каких-то неправильных действий. Я понимаю, что будет негатив, и это неизбежно, потому что есть такая хорошая поговорка: «Собака лает, караван идет». Но опять, я подчеркиваю, что наши люди не только чувствуют, но и прекрасно понимают, кто и что из себя представляет. Поэтому тут можно только пожелать себе хладнокровия, пожелать себе мудрости, терпения, выдержки, потому что это все предсказуемо, что по тому пути, по которому я иду, возможны такие проявления. В этом нет ничего страшного. Это, кстати, может свидетельствовать об определенном росте, об определенном рейтинге медийности. Будем смотреть.

В.И.: Спасибо большое, что побеседовали с нами. До свидания.

И.В.: До свидания.

В.И.: Это была программа «Угол зрения». У микрофонов для вас работали Валентина Ивакина и Мария Цыганова. До новых встреч.

Мнение участников программы может не совпадать с мнением редакции.
Научный четверг

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments