«И чего вы в этих обезьянках нашли? Чем эти тайки лучше нас?!»

Я побывала в 2550 году. В монаршем Таиланде в 2007-ом протекает именно это время. Оно прищемлено на лобовое стекло местных автомобилей, прошедших техосмотр. Мы вылетали из морозной Москвы в полночь 24 -го февраля. «Да там двух туристок застрелили, но нас это как-то не очень напрягает», — отзванивался мой сосед в салоне Боинга.

Развлекаемые двухразовым питанием (9 часов полета) и мониторами с программами (мультики, кино и всяческий музыкальный релакс) установленными перед каждым сиденьем и очень порадовавшим меня запретом на курение (тележек с алкоголем тоже не катали) — долетели комфортно. Спасибо «Трансаэро» (не считать за рекламу, совершенно искренне). В памяти остались цифры — на высоте 10 тысяч метров пролетаем почти по 900 км. в час, прочертив тень над Узбекистаном, Афганистаном, Пакистаном и Индией.

В Домодедово нас провожала снежная метель. Но пассажиры нетерпеливо успевали облачаться где-то в пляжные тапки, шорты и майки, выдавая тайные комплексы людей, все время живущих в цейтноте. Тело еще здесь и уже мерзнет, а мысли уже там, беспокойное озирание, перетряхивание чемоданов, судорожные окрики. На обратном пути переодеваться никто не спешит, пройтись перед паспортным контролем в шлепках и с обгорелыми плечами, а потом прошествовать с ленцой мимо таксистов, демонстрируя свою ВОМОЖНОСТЬ ОТДОХНУТЬ - видимо, ни с чем не сравнимое наслаждение.

Россияне толпятся в направлении четырех сторон света: один хвост идущих на посадку змеится в Гоа, другой в Куала-Лумпур, третий — мы, успеваю попутно поругаться с подвыпившей группой, надо не только самим сесть, а еще занять остальные места чемоданами. Везде одинаковая картина: сидит одна тетка, а рядом на пяти — разложены вещи. «Я тоже пассажир и имею право на сиденье!» рявкаю я на очередное «сорри, занято» и сажусь. Соотечественники начинают говорить обо мне в третьем лице, изрыгаю еще один рявк про «снимите свои чемоданы и сядьте, кто вам не дает» и достаю «Новую», снимаю ботинки, шевелю пальцами и грущу. Осуждаю себя за несдержанность. «Пусть ездят почаще, пусть ведут себя, как привыкли дома, и там, не моим рявканьем, а собственными наблюдениями немного пообтешутся, пожелай ты им удачи и перемен».

Заглядываю в ежедневник, куда набросала первые десять прилагательных по приезде в Бангкок. «Здесь мягко, здесь естественно все и без сопротивления, хотя здоровье нужно отменное». Таиланд оказался в одном часовом поясе с Тувой, организм радостно впадает в привычный ритм. Двухчасовой автобусный переезд до Паттайи переносится во сне. Первое, что тебе предлагают в отеле — бокал ледяного сока, пока оформляешься в номер. Очень приятно. Не припомню такого внимания в трех * ни в Египте, ни в Турции. Первое же что тебя встречает во дворе — большой буддистский алтарь. Вдоль автострады с аэропорта через каждый километр золотятся изваяния. На любой новостройке первым делом возводят во дворе алтарь, только потом начинается собственно стройка.

Гид разъясняет мне (Воронежский университет, потом 15 лет на Украине — приличный русский язык), что тайский буддизм учит о перерождении человеком только через 500 лет после очередной смерти. Пройдешь всю цепь рождений в низших мирах, от насекомого до собаки, пока не обретешь снова драгоценную возможность быть человеком. Большой грех — убивать живое существо. Мужчины не имеют права прикасаться даже пальцем к незнакомой женщине, ждет уголовное наказание. А что касается занимающихся проституцией — на них никто не женится. Женятся тут с большим калымом, деньги копят долго, свадьбы пышные, а детей должно быть не меньше трех.

Утром включаю телевизор, чтобы узнать, как готовят здесь новости, что скажут буддисты в связи с убийством. Нахожу русский рекламный канал, вижу Би-Би-Си, смотрю на местные новости. Чириканье двух ведущих (лет под тридцать, мужчина и женщина) немного о политике, визиты государственных деятелей, новости культуры, утренний гость — что-то готовит на кухне, все ярко, легко и весело, а вот и криминал. Место убийства показывают, но без трупов, фотографии девушек (в обнимку с какими- то характерными парнями, плотными, бритоголовыми и с золотыми цепями), мелькают интервью полицейских, официальных лиц, слышится «рашн леди», «Кемерово».

На второй день Би-Би-Си показывает (на мгновенье и только негатив кадра), где убитые сидят в пляжных шезлонгах, снова отчет полицейских. Смакования обстоятельств и давления на психику зрителя нет. За столиком в ночь убийства было не меньше 6 человек, судья по количеству сдвинутых стульев. Девушки одеты. Остались сидеть в той же свободной позе, в какой и общались. Тайский текст, кроме «рашн леди», пополняется словами «рашн мафия» и черно-белыми кадрами с камер слежения, где видно, как рослый, длинноногий человек (явно не таец) возвращается с пляжа, бросает в контейнер что-то и уезжает на нанятом мопеде, пересаживаясь затем в автомобиль.

Произошедшее не обсуждает никто из наших туристов, народ занят шоппингом, купанием и перемыванием косточек ближних. В море, невольно наматываю на память погонные метры ненужных мне историй про больных детей, домашних собак, коварных подруг, тупых начальников и стараюсь отплывать к иностранцам, тоже болтающим, но хотя бы непонятно о чем. Мы не умеем отдыхать. Если заняты руки и ноги, приходит черед работать языку. А иначе есть ощущение напрасно проживаемой жизни. Поэтому, болтаясь в воде, на другом конце света, надо непременно сгрузить друг другу весь мусор, который ты завез в такую даль. На пляже рядом располагается шумная семья. Невольно включаюсь в их бурную жизнедеятельность, обсуждения и окрики, что делать мужу, детям, когда и что есть, когда купаться, когда не купаться, сколько загорать, чего мазать, чего не мазать, дальше начинается освоение дальнего пространства, обсуждение проходящих, облаивание погоды, моря, цен, тайцев. Чтобы не вышло конфликта с обсуждением моей персоны (а меня даже сами тайцы принимают за местную) для ясности кто я и откуда, водружаю на голову старый дагомысский козырек с надписью «фестиваль журналистов» достаю русские газеты и опрокидываюсь на песок.

Вечерние прогулки в Паттайе абсолютно (мне показалось именно так) безопасны. Город светится огнями, кругом едят, болтают, продают и покупают. Еще ездят. Салоны массажа (от пяток до бровей), стоматологические кабинеты, прачечные, пошивочные, парикхмахерские, салоны связи (интернет примерно 30 руб. в час) кажется не закрываются никогда. Смешные тайки, умилительные в своей некрасивости болтают кривыми ножками, дружным строем улыбаются и нежно мяукают проходящему мимо заведения (кафе) любому белокожему мужчине — уээлкаааам… А это оказывается не сластолюбивый голландец, а угрюмый россиянин, которого за углом у фруктовой лавки ждет жена, кричащая через слово — хер, про переплату и что надо было «брать там». «Сплошное бл*дство!!!», — шипит она, с неодобрением поглядывая на растлительниц и крепко ухватывая мужа под локоть. Его тоскливый взор остается на недостижимых тайках, чьим порочным искусством только и знаменита сейчас страна.

«И чего вы в этих обезьянках нашли? Чем эти тайки лучше нас?!» — агрессивно допытывались две женщины под сорок у моего соседа в самолете. Он угощал их водкой из дьюти-фри, рассказал всю биографию, что из Питера, что одинок, обменялся телефонами и уже почти женился на одной из ярославн (обе из Ярославля), как прозвучал роковой вопрос, на который он не мог ответить. Через полчаса женщины от опроса перешли в наступление: «Вовк, а чего ты пузо-то такое отпустил? Спортом надо заниматься! Диету соблюдать!!! Ты хоть по утрам-то бегай!» Им еще не понравилась прическа у Вовы (под ноль), наперебой ему указывали, как жить, чего носить, сколько раз отжиматься. Может быть Вовка, как и я, хотел бы сказать в этот момент, чем именно тайки отличаются, да понял, что бесполезно. Что на самом деле любят женщину не за длину ног, пышность бюста, а за кроткость языка. За преданный взгляд, за мягкость, отсутствие претензий.

Немолодая тайка (с детьми!) которую ведет за руку молодой симпатичный европеец — обыкновенная картина. Дети дергают в разные стороны маминого благодетеля в магазинах, требуя купить пятое и десятое. Она в клеенчатых туфлях, стоптанных в разные стороны, вислые груди, дряблый живот, яркая помада не в тон и невпопад. У каждой женщины первая мысль — что он в ней нашел??? Да даже если и на время? Удивительное дело, тайская проституция оскорбительна только для нас, женщин, которые считают себя несравненно лучше. Эти временные подружки иностранцев настолько искренни, органичны своей обыкновенной женской сути (любить, радовать), что не выглядит это пошло. Не жалко их «торгующих телом», а жаль себя, за отсутствие (или выхолощенность) женского начала.

Несмотря на то, что сами тайцы обращались ко мне полагая, что я понимаю язык, ни один европеец не спутал меня с местной женщиной. Мое каменно неприступное лицо madе in Russia, жесткие манеры (даже поворот головы, то, как достаешь деньги, расплачиваешься, смотришь или открываешь дверь, выдает твою суть — агрессивна или по-тайски мягка) разоблачали меня до того, как я открывала рот. Мы закалены в ином климате — социальном, биологическом, психологическом. Никакие наши поджарые животы, умелый макияж и сформированные манеры не могут конкурировать с обезоруживающей женственностью таек. Они податливы. И этим очаровывают, пленяют, выуживают деньги, и крутят мужчинами как хотят. А мы ровно наоборот, любим осваивать, подчинять и поучать.

В аэропорту я видела душераздирающие взгляды расстающихся (тайка и какой -то иностранец), что честное слово захотелось, чтобы и в моей жизни был такой шквал искренних эмоций и отношений. Чтобы я рыдала на чьем то ставшем неразделимо родном плече и чтобы кто-то, полагавший, что после передачи купюр все прекратится, не мог пережить этой разлуки.

Не буду ничего писать сравнительного про аэропорты, про то, каким бизоньим стадом женщины проносятся по парфюмерным отделам дьюти-фри орошаясь всем подряд (спасибо Франции, как бы мы, женщины, без нее коротали время в аэропортах), скажу только, что в Бангкоке ты кидаешь взгляд на улицу и утыкаешься в стаю присевших птиц. Они машут крыльями посреди зелени. Это такие насаженные на колья чудесные муляжи, приходящие в движение от ветра. Отвлекает от предполетного стресса очень здорово. (Несмотря на предупреждение, что за перегруз придется платить по 500 руб. за 1 кг. набравшие по дешевке ананасов и манго, заплатили в пересчете почти по $300 и с горя напились в самолете, вместо того, чтобы выкинуть эти золотые фрукты и пройти налегке).

Домодедово кажущийся очень приличным при отлете, по возвращении шибает в нос кислым, спертым, прокуренным воздухом (про Шереметьево международный надо просто промолчать). Мужчин в Бангкоке не унижают снятием ремней, до носков вас никто не разувает, зато рядом с досмотром вещей стоит ящик, заполненный ножницами и пилочками, если не сдал в багаж — прощайся до следующего прилета.

Чуть не забыла, встретила в отеле немало бывших советских граждан. Узнавала по сохранившемуся в обиходе языку. Великому и могучему. Классическая туркменская семья: папа при животе и с золотыми зубами, мама при грудях и с золотыми зубами, в тяжелом национальном платье (+ 35) и с неувядаемо черной косой, безупречно стройная красивая дочка подросток и сын — требовавший у тайцев чтобы ему нашли и поставили русскоязычную сим-карту в новый телефон.

Грузины (говорили больше на родном языке). Казахи — говорящие исключительно по-русски. С ними (предприниматели) поехала, любопытствуя, в магазин к некоему Вовану за крокодиловой и змеиной кожей (классический Вован — джип, цепь, бритая голова, русскоговорящие продавцы и вывески на русском со слоганом типа «зашибись, у нас такие скидки») сам Вован приехал пожать руку крупным покупателям (оказался то ли тайцем, то ли пакистанцем).

В общем, правила торговли в Паттайе — российские со всем антуражем. И новостные пассажи про «рашн мафия, мердер рашн леди» стали более менее понятными. У Вована лежит русская рекламная газета — там все про недвижимость (похоже, что сектор контролируется и с нашей стороны), зазывалки в русские рестораны, отели, туры, магазины, в общем — Россия в тайском бизнесе (криминальном вероятнее всего, тоже) представлена очень солидно. Чего такого узнали несчастные женщины? Что и кому сболтнули, где не надо?

Возвращаюсь домой и недоумеваю здесь от того, что все спрашивают про расстрел туристов. «Да откуда вы знаете? Там в Паттайе я ни от кого не слышала ни вопроса, ни интереса к этой теме и думала, что и в России, где убивают каждый день ни за грош, никто уже не помнит». Оказалось, что не растоптанный «Марш несогласных» (а жутко смотрелась Россия на Би-Би-Си с единственным свинцовым сюжетом посреди мировых новостей), а событие в далеком Таиланде волновало все российские каналы, поднимая националистическую истерию.

«Ты представляешь, сколько азиатов сейчас скинхеды порежут, насмотревшись этих сюжетов? Я в Москву поехала в командировку 27 -го, всю неделю тряслась в метро проезжая. Там же убили бурята, 26 лет всего парню, сотрудник Внешэкономбанка, выследили в метро и зарезали у дома 2 марта. Если ты говоришь что никаких подозреваемых тайцев там, на месте не показывали, почему у нас в России есть такие кадры, откуда они их берут? Выдумывают что ли? Показали с камер слежения, что там действительно высокий мужчина, а лицо показали тайца, что вот он — убийца. Каждый день по нервам „Азиаты нападают и убивают русских девушек!“. Неужели они не понимают, какую дают фору фашистам. Разве можно так с фактами обращаться?!!» — возмущалась моя подруга, сотрудник одного из министерств. Я не знала, что ей ответить.

Когда убивают, неважно где — заключенного в колонии, солдата в армии, милиционера на посту, новорожденного в туалете, депортируемого в пересыльном пункте — одинаково больно за всех. Но когда из чужой смерти извлекают пользу для решения каких-то нездоровых государственных идеологических задач — начинаешь думать, кто следующий попадет в это удачное стечение обстоятельств. Кого назначат следующим принести пользу Родине своей гибелью? Сократить число туристов в доступный и сравнительно дешевый Таиланд — устроить гибель двух туристов. Завтра приглушить другое направление — договориться о маленьком взрыве в отеле, чтобы пострадали россияне. Я уже не знаю что думать.

В прошлом году в Москве скинхеды забили битой студентку из Тувы. Тувинское телевидение не вышло с серией передач про фашизм в столице России и глава республики не рвал на себе галстук, как губернатор Кемеровской области, требуя возмездия. Наверное, нужно как губернатор реагировать на каждую смерть. Вне зависимости от того, где, когда и почему людей убивают. Давно не верю нашему телевидению. Не смотрю. И могу представить, что и как можно показать, когда «поставлена задача».

Мне понравилась в Таиланде обыкновенная пища, которую перехватывают на ходу сами тайцы. Это чаще всего рисовая лапша с мясом, политая соусами, тертым орехом и обложенная зеленью салата и мяты. Когда я в очередной раз села тянуть эту обжигающую (перцем и жаром) вкуснятину (удивительное дело, от нее потом нет жажды, она сытная и легкая), дед таец, уже завершивший свой ужин решил поговорить со мной. Он опешил, узнав, что я не понимаю по-тайски, во второй раз он удивился, что я из России (не белая!), а в конце просто бежал от меня, получив в ответ на энциклопедические познания — о, у вас президент Пунинья — жуткую гримасу от меня с верчением пальца у виска и словами — Пунинья фашисто и бяка!!!

Потрясенный дед попятился и, по-моему, побежал делиться этими открытиями с другими тайскими дедушками, следящими за международной политикой (первое — в России живут похожие на нас люди, второе — своего президента они называют непонятным словом «бяка»).



И неожиданно про массаж. Раз уж речь зашла о Таиланде. Турецкие верчения и ломания костей (после турецкой бани) абсолютно вразрез с тайским неспешным массажем. Я во время этой мягкой двухчасовой процедуры уснула и даже видела сны. Раздеваться догола не надо. Массажисты изумляются, обнаружив «подготовившихся» клиентов. Вас помассируют и через одежду. Это такой контакт двух тел, когда ты становишься как Шива многорукой, непонятно, где, чья рука, и тебе частями своего тела (а не только силой рук) массажист мнет бедро или икры (локтями), щиколоткой цепляет за твой локоть, в общем, пока спишь, даже не понимаешь, что там тебе делают. Никаких фривольностей и эротизма. Находят достаточно болезненные точки и сосредотачиваются на них, нажимая и отпуская. И все.

Туристы-казахи размышляют громко: «Что за народ такой? Дикари. Одним днем живут. Как там у них этот? Будда что ли? Конечно, они верят, что сегодня умер, завтра родился, поэтому ни о чем не думают. Нет, чтобы дома каменные выстроить, вон сколько хибар. Лентяи. Мы ведь мусульмане как живем? Чтобы наследник был, чтобы детей на ноги поставить. А эти что? Ой, дикари…».

Я молчу. Нам всем, бывшим и настоящим подданным российской империи нравится ездить «по заграницам». Я знаю почему. Мы в этих путешествиях ощущаем себя людьми. Нам рады. Нас обслуживают. Иногда мы начинаем от этого терять почву под ногами, и недовольны, например тем, что такси в Таиланде возит не по пять рублей, (как пять лет назад), а требует двадцать. «Обнаглели эти дикари, зажрались!» — привлекаем свой нехитрый понятийный аппарат справедливости. Забывая, что в Москве за 20 даже в троллейбусе не проедешь… «Никогда сюда больше не поеду, снимать обувь, снимать обувь!» — жалуется тетенька, не желающая разуваться перед входом в чужой храм.


«Сплошная антисанитария!» — жалуется она в другом месте, но предприимчиво скупает дешевые фрукты, наплевав на свои же утверждения. Мне жаль ее безропотного мужа. «Не надо брать с собой в поездку детей. И мужей! Или жен» — советую я всем. Дети вырастут и сами мир увидят. Муж будет вам мешать, как и вы отравлять ему своими ЦУ весь отдых. У меня уши, как у Чебурашки, после семейных театров российских туристов.

Последнее. Вероятность быть незаконно арестованным в московском метро и быть избитым и ограбленным сотрудниками милиции в мировой столице Москве на несколько порядков выше, чем вероятность быть оскорбленным местными жителями в Таиланде. Я даже не говорю про нападение или убийство. В отличие от нашей, это богобоязненная страна, в которой не было атеистических периодов. В ней действительно верят в силу кармы, перерождения, накопления благих заслуг и неблагих. В ней не поднимут руку на ближнего не от страха перед полицией, а от внутреннего убеждения, что этого не стоит делать никогда. Это не богатая страна, в ней есть неграмотные. В ней попадаются нищие. В ней есть больные и убогие. В ней есть монарх. Но я не видела ни одного монаршего выступления, цитат или указаний, которыми пестрит наша демократическая действительность с выборным главой государства. Не знаю как другим, мне в Таиланде возвращали не только улыбку, но и сдачу до последней копейки, и не обманывали, если что-то обещали.

PS из 2017 г.

«… Журналистка Анна Козлова написала в Facebook пост о русских туристах в Таиланде, которые беспробудно пили водку, носили футболки с надписью „Я — русский“ и совершенно не интересовались местной культурой. После этого многие пользователи сети обвинили москвичку в русофобии».

Anna Kozlova March 1 at 6:18pm ·

«…Вообще, я много где и когда бывала и много где наблюдала русских, но такого отчаяния я не чувствовала никогда. Опять-таки, я никогда не сияла в демшизовом ажиотаже, но, ребята, все же бешеных собак надо стрелять, а не шить для них майки: я — бешеная собака и горжусь этим.


С маек, собственно, все и началось. Представьте себе, как вы подходите к своему гейту в Домодедово и понимаете, что вам надо встать в очередь из мужчин, каждый третий из которых в майке: я — русский и горжусь этим, на каждом втором айфоне — портрет Путина, а ручная кладь у всех украшена георгиевскими ленточками.


Вы оказываетесь в дикой ситуации, ведь понятно, что эти люди: мужчины с мамонами, бесформенные бабы, их дети и их „мамы“, которых они зачем-то с собой волокут в Таиланд, — все они не просто едут отдыхать, они несут в мир свою гордость. Они гордятся, что они русские, они все сделали для того, чтобы их ни с кем было не перепутать. И эта та ситуация, когда ирония уже не спасает. То есть, можно, конечно, хихикать на тему того, что больше этим людям гордиться нечем, что не увидишь среди них майки: я окончил МГУ, и горжусь этим — но это все равно не смешно. Потому, что они чувствуют себя вправе, а ты чувствуешь стыд. Вот и вся разница.


Гордый человек он тем и отличается от всякой срани, что у него есть предназначение в мире. И если ты русский, тебе не надо понимать другие языки, тебе и так повезло. Поэтому весь горделивый салон боинга не способен заполнить миграционную карточку латинскими буквами, у этих людей есть дела поважнее, чем хаудуюду, правда ведь? И в другую страну они едут явно уж не для того, чтобы знакомиться с ее культурой, еще чего. Они едут на пляж, чтобы их жирная мама следила там за „малым“, а они бы хлестали пивасик и включали громко певицу Славу: одиночество своооолочь.


Вообще, в плане выпить и даже сильно выпить, Таиланд не та страна, где могут возникнуть проблемы. Выпить можно на каждом шагу, дешево и очень весело, но русские люди, конечно, не таковы, чтобы погружаться в разврат. Нет, они пьют под вентиляторами в гостинице. Каждый день, друг с другом. С особым размахом отмечалось 23 февраля, гостиница, можно сказать, стонала от тяжелых шагов этих самодостаточных людей, стучавших друг другу в комнаты: Паш, ты спишь, что ли?


В каком- то смысле, их можно понять. Если ты не говоришь ни на одном языке мира, тебе, наверное, страшно выйти на улицу, где со всех сторон тебе что-то непонятное кричат дикие азиаты. Ты не можешь попробовать никакой еды, потому что „мама“ хочет только борща и качеством его недовольна — еще бы, сраные тайцы! Борщ варить нормально не научились, вот уроды-то! И ты сидишь с Пашей и водкой абсолют в лобби, при температуре плюс 35, мир не подозревает о том, что сегодня великий день, и вы пьете за то, что два года подряд вас непонятно за что и почему мудохали в армии.


Другое дело, что это, как мне кажется, не повод для гордости. Это повод для размышлений, сожалений, это причина опомниться и что-то сделать, может быть, выучить своих детей хотя бы английскому языку, а не отдавать их на попечение беспросветной, свинообразной „мамы“. Чтобы, пускай через годы, но все же в обозримом будущем, русские люди ассоциировались не с уродством и бескультурьем под майкой с Т-34, а с чем-то приемлемым для остального мира. С чем-то, не отдающим такой закомплексованностью».


Мнение редакции может не совпадать с мнением автора блога.
Твердый Лол

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments