Груз 300. Явление 2. Новый Арбат.

Переместились с грузом на Арбат под вечер, там, где вечерние прогулки и фастфуды. Грузу, то есть человеку, которого пытали, сложно найти свое место в городе. Художнику, который не вписывается в нормы, сложно найти свое место в удобной и общепринятой системе знаков. Все, что я могу — пытаться вписывать пыточное тело в эти пространства и знаки, предоставлять возможность взаимодействия с этим телом, телом, которое не нужно, неудобно, непонятно. Травмированное тело.

— Смотри! Это кажется человек? А он живой?
— Не живой скорее всего, тут вон про пытки написано же.

— Пытки в психбольницах! Меня там тоже вообще-то пытали.
— Да, я тоже об этом слышал. Спасибо, давно пора сказать было!

— А давайте проверим, кто там и что там? (трогает мою руку)
— Да что ты проверяешь так, давай двигать! (двигают клетку на пару метров).
— Зачем так проверять? Надо рвать пленку (протыкают пальцами несколько квадратов клетки).
— Давай просто пальцы тянуть (тянут мои пальцы левой руки).

— Подожди, это искусство или нет? Если да, то трогать не надо ее.

— Что это такое? Почему это тут стоит?
— Пойдем пожалуйста, давай не будем на это смотреть.

— Вам кажется нормальным вообще то, что тут происходит?
— Нормально, наверное. А что ты предлагаешь? Вызывать скорую или полицию?
— Ну например. Звони им!

— Ты меня слышишь? Пожалуйста, скажи, что-нибудь (женский голос у моего уха). Я понимаю, что ты борешься за свои права. Но я не могу на тебя смотреть сейчас. Тебе же плохо! Пожалуйста, выходи. Все уже все понимают, слышишь?

Как появилась полиция, сказать сложно. Возможно, ее кто-то вызвал. Полицейские окружили клетку и стали светить фонариками с разных сторон.

— Ты посмотри, это что? Он живая или мертвая? Свети фонарем лучше!
— Первый, первый, я второй, у нас здесь происшествие, вызывай скорее всех.
— Что там написано? Пытки? Снимай нахрен эту надпись, все ее читают.
— Так, а делать с ней что?
— Двигай в сторону, мать его!

Двое полицейских отодвинули меня к углу улицы. Люди не переставали расходится. Полицейские окружили клетку кольцом.

— Это вон та, вон та девушка ее обмотала (из толпы указывают на психоактивистку Сашу Старость, которая обмотала меня пленкой)
— Девушка, вы задержаны!
— За что вы ее забираете? (голос со стороны)
— Там разберемся.

Пока полицейские ждали коллег, девушка, упрашивающая меня выйти, снова подошла, уже в кольцо полицейских. Она зажала мои руки и стала их тереть.

— Не замерзай, пожалуйста, слышишь, все будет нормально.

Кто-то набросил на часть клетки, откуда торчала моя нога, куртку. Сначала я подумала, что это полицейские решили меня накрыть. Но через секунду мою накрытую ногу стали растирать. Несколько голосов тихо шептали:

— Пусть хоть будет так, так тебе лучше?
— Держись, это все сейчас закончится.

Полицейские пытались разломать прутья клетки, тянули меня за руки и за ноги. Они не догадались, как разобрать клетку, поэтому вытаскивали меня из дверцы, что было в итоге достаточно болезненно.

— Все, все, расходимся!

В ОВД Арбат, как обычно, полицейские не понимали, что делать со мной и Сашей, которую задержали по указанию пальца. В течение нескольких часов майор по скайпу созванивался со своей коллегой:

— Подожди, ну *****, ну что писать там вообще? Какой состав нарушения, ты можешь нормально сказать? Ну в смысле не знаешь? Я тоже! Что значит в округе всполошились?

Майор рвал бумажки с протоколом одну за одной и бросал их на пол. В обезьяннике мы провели около 15 часов. В протоколах стояла уже классическая статья КОАП для уличных действий — 20.2 часть 2 (организация несанкционированных мероприятий). Пресненский суд рассмотрел материалы правонарушения, но вернул их обратно в ОВД — на доработку. «Будем смотреть, что мы там сделали не так», — вздохнула инспектор.

Метод моей работы заключается в длительных действиях — я всегда делаю серию высказываний в разных пространствах. Главная задача — собирать реакции окружающих, создавать пространство для действия. Город, система, образ маршрутов и привычек не оставляет простому прохожему возможности самовыражаться. Искусство перформанса в галерее настолько элитарно, что зачастую также лишает зрителя этих возможностей. Там, где случайный прохожий становится зрителем и последующим участником процесса, и начинается чистота действия.

Груз, конечно, должен свое путешествие продолжать. Куда ему деваться? Куда деваться ненужному телу?


Источник


Мнение редакции может не совпадать с мнением автора блога.
Яндекс.Новости

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments