ВИЧ-инфицированный активист «Пациентского контроля» — о методах борьбы с эпидемией ВИЧ

Новость о том, что каждый 50 житель Екатеринбурга ВИЧ-инфицирован, шокировала страну. Но по словам многих экспертов — это не региональная, а всероссийская проблема. Журналисты радио СОЛЬ связались с членом неформального объединения ВИЧ-положительных активистов «Пациентский контроль» Андреем Скворцовым и узнали, в чем заключается сложность в борьбе с ВИЧ-инфекцией в России.

Андрей Скворцов — член неформального объединения ВИЧ-положительных активистов «Пациентский контроль»

В следующем году мы переходим на централизованную форму закупки [лекарств], и Минздрав должен будет организовывать большие торги на всю страну. Пока они этот механизм запустят, пока они это закупят, пройдет еще полгода. Мы готовимся к тому, что примерно с января-февраля опять лекарства пропадут в стране. И пропадут уже в более крупных масштабах, чем было, начиная с 2010 года.

У меня ВИЧ с 1998 года, восемь лет из них я принимаю терапию и пить ее мне надо каждый день. Надо пить не только для того, чтобы я себя хорошо чувствовал, но и чтобы количество вируса в моей крови было равно нулю. Если я каждый день принимаю три препарата своевременно, то я сам не болею и я не могу передать вирус дальше. Значит, на мне эпидемия в моем круге жизни заканчивается.

Если по каким-то причинам нет препаратов — мне их не выдали в СПИД-центре, или я их перестаю принимать, количество вируса в крови начинает резко расти. Соответственно, риск передачи вируса моему половому партнеру или человеку, с которым я бы употребляю, например, наркотики внутривенно, начинает резко расти.

Те люди, которые не принимают терапию, которым ничего, к сожалению, не назначили, или те, кто столкнулся с перебоями в лекарственном обеспечении, — это повышенный риск передачи вируса дальше. Чтобы остановить сейчас развитие эпидемии и новых версий заражения, нужно всех лечить. То, о чем говорит всемирная организация здравоохранения. Выявили ВИЧ-инфекцию — начали лечить современными, качественными, доступными препаратами. Такие в мире есть. Одна таблетка раз в день. Стоит это не так дорого. А у нас, получается, ждут, пока иммунный статус упадет до 350 клеток, и только потом, возможно, назначат лечение, и, возможно, оно будет качественным. А скорее всего это будет, как практика показывает, примерно 8−12 таблеток ежедневно. Естественно, с определенным перечнем побочных действий.

Есть несколько механизмов — принудительное лицензирование, добровольная лицензия, государственное регулирование регистрационных цен. Это увеличение бюджета на закупку антиретровирусной терапии и это огромный пласт профилактики в ключевых группах. Это обмены шприцев, это раздача презервативов, это информированность населения. Обычный комплекс мер, который прописан в любой стратегии противодействия эпидемии ВИЧ, будь то ЮНЭЙДС или ВОЗ. Любая крупная международная организация, которая во многих странах эпидемию остановила, эти методы знает. Самое страшное, что наши специалисты и в Минздраве, и все, кто занимается ВИЧ, эти механизмы тоже знают. Но в силу каких-то своих обязательств не могут их озвучивать ни в законах, ни на телевидении. У нас до сих пор в Минздраве считается, что презерватив не защищает от ВИЧ. Полнейшая глупость, что там через какие-то поры какой-то ВИЧ пролезает. Однако люди, которые руководят отделом ВИЧ при Минздраве, уверенно говорят о том, что презерватив не защищает, а работа с наркоманами должна свестись лишь к беседам о том, что наркотики употреблять плохо.

Как только поменяют команду в Минздраве, и туда придет человек, который действительно понимает и разбирается в эпидемиологии и инфекционных заболеваниях, картина начнет меняться. Даже не смена руководства Минздрава, а просто профессионал в отделе, который занимается ВИЧ-инфекцией.

Если раньше был перечень НКО, у которых был доступ в ключевые группы — и к потребителям наркотиков, и к секс-работникам, и к мужчинам, практикующим секс с мужчинами, то сейчас этих мостиков между ВИЧ-инфицированными представителями и медицинской системы не останется практически. Медики-то пытаются сделать лучше, и многие центры пытаются сделать лучше — взять на работу дополнительных специалистов, закупить получше таблеток и побольше таблеток… Не всегда есть законодательство, которое бы им позволяло это делать. У нас его нет, даже стратегия только вот написалась.

Связанные статьи

Вигиланты

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments