Поправки в закон об НКО: «Можно написать хорошие вещи, но правоприменение оставляет желать лучшего»

Поправки в закон об НКО: «Можно написать хорошие вещи, но правоприменение оставляет желать лучшего»

Минэкономразвития предложило внести уточняющие поправки в закон об НКО. На документ, опубликованный на портале проектов нормативных правовых актов, обратил внимание «КоммерсантЪ». Часть поправок касается изменений статей об НКО-«инагентах». Например, предлагается уточнить виды деятельности, которые не будут относиться к политическим — участие НКО в процедуре оценки регулирующего воздействия, участие в общественных или консультативных советах, а также выполнение исследовательских и аналитических работ, финансируемых за счет бюджетных источников.

Также в Минэкономразвития считают, что нужно скорректировать определение иностранных источников финансирования. Российские юрлица, получающие финансирование от иностранных государств и их госорганов, при пожертвовании в адрес НКО должны будут в письменной форме уведомить организацию об источнике денежных средств или имущества. Если НКО в течение месяца вернет такое пожертвование, санкций не последует.

Возможное внесение поправок в закон об НКО прокомментировал юрист Максим Оленичев.

Максим Оленичев — старший юрист «Команды 29»

Министерство экономического развития хорошо знает, чем занимаются некоммерческие организации, и заинтересовано в их развитии. Тем не менее даже если эти поправки будут внесены в федеральный закон об НКО, я не верю, что они действительно улучшат положение некоммерческих организаций.

Дело в том, что при признании НКО «иностранными агентами» суды довольно произвольно оценивают — что является политической деятельностью, а что не является. Уже сейчас в законе есть около десяти исключений о понятии «политическая деятельность», но на каждое исключение мы можем найти некоммерческую организацию, которая была включена в реестр «иностранных агентов». Например, из политической деятельности исключена деятельность в области охраны окружающей среды. В законе указано, что это охрана растительного и животного мира. Но несколько довольно известных экологических организаций включены в реестр «инагентов».

Что касается корректировки определения иностранных источников финансирования, то к этой истории я тоже скептически отношусь, к сожалению. АНО «Действие» из Петербурга — не первая организация, которую таким образом [из-за «опосредованного» иностранного финансирования] признали «инагентом». Мы можем вспомнить «Экологическую вахту по Северному Кавказу», которая была включена в реестр «инагентов» несколько лет назад — на счета организации вообще не поступали деньги из-за рубежа. Но в качестве иностранного источника финансирования было указано получение средств на личные счета членов организации. Эти средства использовались на личные цели, но Минюст и суд посчитали, что эти деньги могли использоваться для нужд организации.

В моей практике есть случай «Экологической вахты Сахалина» — в сентябре 2015 года она была включена в реестр «инагентов». В законе есть норма: если НКО после включения в реестр в течение трех месяцев отказалась от иностранных денег, то она не может считаться «иностранным агентом». Эта организация отказалась от всего иностранного финансирования, в том числе вернула деньги Леонардо Ди Каприо, которые он выделял на экологические проекты — более 100 тысяч долларов. Но НКО это не спасло, организация была вынуждена обращаться в суды, чтобы снять с себя маркер иностранного агента. Суды были проиграны, сейчас дело рассматривается в Европейском суде по правам человека.

Закон и правоприменительная практика в России — разные вещи. В законе можно написать очень хорошие вещи, которые при правильном применении могут улучшить жизнь НКО. Но правоприменение этих норм оставляет желать лучшего, закон будет применяться избирательно, против независимых некоммерческие организации. А те организации, которые не критикуют власть, и дальше будут успешно функционировать в России.

Вигиланты

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments