ВИЧ

Политолог, журналист и юрист — про членство в СПЧ, хорошую компанию и отсутствие ништяков

Политолог, журналист и юрист — про членство в СПЧ, хорошую компанию и отсутствие ништяков

Президент Владимир Путин утвердил новый состав Совета при главе государства по правам человека (СПЧ). В обновленном списке — 51 человек, при этом треть из них — новички. Так, впервые в состав СПЧ вошли сооснователь «Архнадзора» Константин Михайлов, политолог Екатерина Шульман, режиссер Александр Сокуров, журналистка и зампред ОНК Москвы Ева Меркачева, директор музея истории ГУЛАГа Роман Романов, адвокат Генри Резник, журналистка Екатерина Винокурова и другие.

Некоторые члены СПЧ опубликовали пояснения в соцсетях — о том, почему согласились войти в Совет (или остаться в нем), и чем планируют там заниматься.

Так, новоизбранный член президентского СПЧ, политолог Екатерина Шульман, записала видео, в котором объяснила — зачем нужен Совет, какова его структура, получают ли деньги его члены и какими полномочиями обладают. Также она рассказала, что стала членом СПЧ из-за «хорошей компании».


                            Екатерина Шульман - политолог

«В СПЧ всегда был хороший состав — это был мой основной аргумент в разговоре с самой собой. Всегда там были приличные люди. Я знала из каких-то смутных источников, что состав поменяется. Как выяснилось, поменялся он на треть — 16 человек ушло, 17 пришло, то есть на одну единицу состав стал шире… Я ориентируюсь на компанию. Как это — „в раю климат лучше, зато в аду — какая компания!“. В СПЧ, повторюсь, люди все в высшей степени достойные, с которыми приятно находиться рядом…»

Екатерина Шульман — политолог

Екатерина Шульман заявила, что в составе СПЧ хочет заниматься борьбой с «токсичным законотворчеством, умаляющим и ограничивающим права граждан». Но подчеркнула, что особыми полномочиями члены Совета не обладают.


                            Екатерина Шульман - политолог

«Питать какие-то больше надежды и строить обширные рабочие планы, входя в состав органа без полномочий, это несколько наивно. Мы этого не будем делать. Тем не менее, то, что там на самом деле есть — это публичность. Все-таки орган при президенте. Хоть он [СПЧ] ничем не распоряжается, но привлекает к себе внимание. Это может быть полезно, потому что мы знаем, что публичность — большая сила…»

Екатерина Шульман — политолог



Журналистка Екатерина Винокурова также вошла в состав СПЧ впервые. Она опубликовала «объяснительную» на сайте Znak.com, где работает. По ее мнению, новый статус даст больше шансов помочь героям публикаций СМИ — тем, кого пытают в колониях, жертвам «черных риелторов» или домашнего насилия, тем, кого пытаются посадить за фотографии или картинки в соцсетях и так далее.

Екатерина Винокурова — журналистка:

«Я вижу несколько возможных направлений своей будущей работы. Первая — это работа системная, связанная с законодательством, с амнистией (кстати, все прошлые созывы СПЧ играли огромную роль в амнистиях и помогли большому количеству людей выйти на свободу), с назревшей реформой ФСИН, со статьей об оскорблении чувств верующих, с законодательством о домашнем насилии, с пытками. Вторая линия — это работа с конкретными делами вне зависимости от политических взглядов и статуса людей. Мне кажется, что важно уделять внимание не только громким делам, но и простым людям, попавшим в большую беду.

Эта должность не предусматривает смены взглядов и ценностей. У меня не возникло обязательств поддерживать какие-либо инициативы власти, которые мне не нравятся. Мне кажется это приемлемым форматом работы.

Меня спрашивают об эффективности СПЧ, и в вопросах коллег сегодня я часто слышала скепсис. Мне кажется неразумным говорить об эффективности или неэффективности работы нового состава СПЧ на старте нашей общей работы. В новый состав включены люди, которых я уважаю — например, журналист Ева Меркачева, политолог Екатерина Шульман. Также в нем сохранились правозащитники с огромным опытом, фактически подвижники — глава правозащитной ассоциации „Агора“ Павел Чиков, глава СПЧ Михаил Федотов и другие.

Я понимаю критику со стороны людей, которые говорят, что малыми делами и помощью отдельным людям мы не решим всех проблем в стране. Но я все же делаю свой выбор в пользу конкретных дел».

Глава международной правозащитной группы «Агора» Павел Чиков в своем Telegram-канале напомнил, что является членом президентского СПЧ с 2012 года. По его словам, с тех самых пор и вплоть до крымских событий 2014 года Совет был достаточно влиятельной структурой. Члены правозащитного органа публично и негативно высказывались «по каждой репрессивной инициативе властей», что вызывало раздражение в администрации президента.

Павел Чиков — глава международной правозащитной группы «Агора»:

«Все закончилось с Крымом — после согласия Совета Федерации на использование вооруженных сил СПЧ попытался подготовить заявление с протестом. Под ним набралась ровно половина подписей состава, не хватило 1 голоса, чтобы документ из заявления членов превратился в заявление Совета. Это был недопустимый демарш, последовало давление. СПЧ постепенно стал терять внутреннюю энергию. Глава его, Михаил Федотов, постарался канализировать остающуюся энергию в работу на уровне регионов. Последние 4−5 лет Совет довольно толково проехался по многим проблемным местам.

Вторая проблема — демонстративный отказ ФСИН после истории с Ильдаром Дадиным пускать в колонии членов СПЧ. Этот саботаж тюремного ведомства так и не был преодолен. А проблемы, как показал Ярославль, никуда не делись.

Я осознанно сильно снизил активность в рамках Совета, пару раз порывался выйти из него, но не хотелось демарша, а компанию составить никто не соглашался. Вместо этого решил сконцентрироваться на непосредственной правозащитной работе. Отсюда дела Pussy Riot, группа из трех десятков иностранных агентов, сотни дел в ЕСПЧ, пытки в отделе „Дальний“, Telegram, волна дел с экстремизмом, тонны всего менее хайпового. Теперь вот дела музыкантов.

Почему оставили в новом составе Совета — а вот поэтому и оставили. Демаршей не совершаю, при этом занимаюсь чистой правозащитной работой, без оглядки на то, что думают siloviki, активно присутствую в публичном пространстве, пропагандирую и с неплохим успехом правовые методы. За эти 6 лет я несколько раз советовался с разными людьми, чьим мнением дорожу (например, со Смирновым, но не только), насчет того, оставаться или уходить. И учитывал их советы.

Никакие ништяки членство в Совете не приносит, никаких бюджетных денег не дает, ни от каких наездов оно не спасает. Вся наша работа делается в рамках Агоры и для людей, репутацию мы заработали не в Совете.

Будет ли новый СПЧ влиятельнее и толковее? Вряд ли намного, но реформа не помешает, а главное, нужны полномочия по гражданскому контролю.

Будет ли новый СПЧ влиятельнее и толковее? Вряд ли намного, но реформа не помешает, а главное, нужны полномочия по гражданскому контролю.

Совет усилился юристами за счет Генри Резника, Андреевой (бывший зампред ВАС), Ковлера (бывший судья ЕСПЧ от России), Сидорович (директор Института права и публичной политики).

СПЧ — вотчина Кириенко, который по многим признакам оппонирует сейчас коллективным siloviki во главе с всесильной ФСБ. Любые способы ограничение монополии спецслужб на власть имеют смысл. Так или иначе, и я, и Агора в целом будем продолжать свою работу вне зависимости от Совета по правам человека».

УЗНАТЬ БОЛЬШЕ:

Следить за новостями СПЧ можно на официальном сайте правозащитного органа.

Яндекс.Новости

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments