Нежелалки

Активист «СТОП ГОК»: «Эта история отобрала у нас годы жизни, но я думаю, мы на завершающую стадию вышли»

Активист «СТОП ГОК»: «Эта история отобрала у нас годы жизни, но я думаю, мы на завершающую стадию вышли»

Протесты против строительства Томинского ГОК идут уже пятый год, но информационную блокаду, по словам активистов, удалось прорвать только недавно. Немалую роль в этом сыграл звонок Путина, который заявил, что в курсе ситуации. Активист движения «СТОП ГОК» Василия Московец рассказал медиапроекту СОЛЬ, что еще изменилось после звонка президента и почему митинг противников строительства горно-обогатительного комбината запланирован на последний день Масленицы, 18 февраля.

Василий Московец — активист движения против строительства Томинского ГОК

Дата митинга и последний день Масленицы просто совпали. Мы не к Масленице привязывались, а отсчитали ровно месяц до президентских выборов, чтобы еще раз дать возможность всем кандидатам не только высказать свою позицию, но и каким-то образом ее подтвердить делом. Ну, а про Масленицу в последнюю очередь вспомнили. То, что мы сожжем, вряд ли будет чучелом, это будет символом, вроде логотипа РМК [Русской медной компании — прим. ред.] или еще что-то. Конечно, никакого пожара там не будет. Это митинг, полностью согласованный, идет полным ходом подготовка. Уведомление подано на 2,5 тысячи человек, посмотрим, как земляки поддержат нас.

Действующий президент и кандидат в президенты Владимир Путин, так или иначе, высказал свою позицию. Мы надеемся, что за словом последует дело, как раз этих 30 дней достаточно, чтобы окончательно закрыть проект. Но позиция высказана. Грудинин на вопрос из Челябинска ответил, что «я тоже считаю, что такие проекты должны реализовываться после референдумов». Для нас это не очень подходящий вариант, поскольку строительство уже началось. Но свою позицию он тоже высказал. Ксения Анатольевна Собчак сказала, что она против реализации этого проекта. А пресловутый Борис Титов заявил, что он полностью за ГОК, и мы здесь тоже все сделали свои выводы. Я думаю, что в Челябинске он получит меньше голосов, чем в других регионах. Если вообще что-то получит. Сегодня также разговаривал с Бабуриным Сергеем Николаевичем. Мы разослали [кандидатам в президенты] приглашения высказать свою позицию по проблеме на митинге, придти к людям.

После звонка президента мы встречались с губернатором, причем встреча была публичная, с привлечением большого количества СМИ — федеральных и региональных. Затем договорились, что начнется обсуждение проекта на площадке Общественной палаты Челябинской области. На сегодняшний момент состоялось три таких общественных обсуждения, все они шли с участием СМИ, с прямыми интернет-трансляциями, их смотрели тысячи человек. Я думаю, что всем непредвзятым зрителям было очевидно, что от проекта камня на камне не осталось. Ответить на наши вопросы по существу РМК нечего. Этот проект — какая-то афера государственного масштаба. И все уже понятно, надо просто принимать государственное решение. В этом плане большой сдвиг.

Прокуратура сообщила, что на сегодняшний момент строительные работы приостановлены. Правда, не указано на какой срок. Пессимисты говорят, что до выборов, а после выборов они продолжатся в полном объеме, и это сейчас просто перед нами такое «заигрывание». Я же, как оптимист, считаю, что мы их навсегда приостановили, потому что нет ничего постоянного, чем что-то временное. Но мы не расслабляемся.

Они [РМК] вырубили 244 гектара — это порядка 9% того, что они собирались вырубить. 244 гектара защитного леса Челябинска. Разрыли котлованы и, по большому счету, все. В первый раз, когда я услышал про Томинский ГОК, они говорили, что в марте 2014 года мы начнем [строительство], в декабре 2016 года закончим. Это гладко было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним ходить.

А ответить на наши вопросы РМК нечего. И в итоге приглашаются [на публичные обсуждения] различные одиозные персонажи, вроде московского журналиста Баженова, непонятно какое отношение имеющего к челябинцам, к коркинцам, к сосновцам. Он приезжает к нам и убеждает, что Томинский ГОК — это замечательная штука. Затем Максим Шингаркин — был депутатом [Госдумы] от ЛДПР — на последнем заседании, которое состоялось не далее как в пятницу, 9 февраля, он просто скандалил, хулиганил… Люди возмущались и говорили председателю Общественной палаты нашей, Дубровину, что надо бы как-то человека призвать к ответу. Приехал парень из Москвы и начал нас учить как Родину любить. С одной стороны — мы переживем, но люди-то не дураки у нас, выводы делают.

Поддержки нет никакой от местных властей. Я считаю, что этот вопрос решается на федеральном уровне. И не просто я считаю, губернатор прямо так говорит — проект федеральный. Так у нас выстроена система власти в стране, что, видимо, только президент этот вопрос может решить. Ну и что, зато президент все-таки выразил нам поддержку, четко сказал: «Вы молодцы, что боретесь, действуйте только в рамках закона». Что мы и делаем. Мы почувствовали силу, немножко наши противники тормознули. Несмотря на отчаянное сопротивление, нашего товарища Гамиля Асатуллина [он якобы поджег бревна на территории стройплощадки ГОК — прим. редакции] перевели из следственного изолятора под домашний арест. 9 ноября, в день приезда Путина, по городу было задержано 17 наших пикетчиков. В итоге на пятерых были составлены протоколы, причем уже после звонка Путина. Все они пошли в суды, во всех судах дела прекратили, полиция подала четыре жалобы, но все-таки областной суд им отказал. Люди получили право на реабилитацию, возмещение вреда, в том числе морального, причиненного незаконным задержанием.

Огромная роль президента заключается и в том, что у нас началось открытое, публичное обсуждение проекта. Любой человек, сидя в офисе, может нажать на кнопку и посмотреть обсуждение — в прямом эфире, в реальном времени. Такого в Российской Федерации никогда не было ни у кого, мы первые добились. Прорвана полностью блокада информационная. С вами мы давно знакомы, но тем не менее у нас было проблемой [освещать происходящее в СМИ]. А сейчас мы просто избалованы вниманием журналистов. Дошло до того, что съемочная группа немецкого телевидения ARD приезжала, не далее, чем на прошлой неделе.

Здесь невозможен компромисс. Тут вопрос не в технологиях, ведь что такое горно-обогатительный комбинат? Это рытье ям, одна глубиной 540 метров, другая — 340 метров. Это вырубка 3 тысяч гектаров защитного для Челябинска леса. Мы просто останемся со смогом. Сейчас у нас день через день смог стоит и неблагоприятные метеоусловия, а будем каждый день как ежики в тумане. Там нет никакой технологии, речь же идет не о строительстве авиазавода, где нам бы сказали — будем строить суперсовременные условные самолеты Boeing, а не Туполевы, или наоборот — Туполевы, а не Boeing. Здесь речь идет только о рытье ям, там нет технологий, поэтому никакой компромисс невозможен.

В этих проектах очень важна тайна, недомолвки, тишина. Деньги любят тишину, как говорится. А тут люди начали задавать вопросы, эксперты начали задавать профессиональные вопросы, начали привлекаться СМИ, президент обратил внимание, общественный резонанс, прямые трансляции… Масса разных действий. Потому что сколько угодно можно людям рассказывать, что РМК — суперсовременная компания, но когда их представитель — Максим Шингаркин — приходит и откровенно хулиганит, то какая это современная компания?

Это очень тяжелая история, она очень много сил отобрала и времени у нас — годы жизни. С одной стороны, познакомились с огромным количеством замечательных неравнодушных людей, научились действовать в тяжелых условиях противостояния олигархической машине и так далее. С другой стороны — ну да, война шла четыре года. Но я думаю, мы на завершающую стадию вышли все-таки.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments