Вагиланты

Председатель ОПР о «зарубежном финансировании»: «Мы пришли к выводу, что это была провокация»

Председатель ОПР о «зарубежном финансировании»: «Мы пришли к выводу, что это была провокация»

Объединению перевозчиков России (ОПР) грозит штраф в размере до 500 тысяч рублей за «нарушение порядка деятельности некоммерческой организации, выполняющей функции «иностранного агента». Дело накануне поступило в Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга.

В международной правозащитной группе «Агора», юрист которой представляет интересы ОПР, заявляют, что конкретной даты рассмотрения в суде пока нет. Кроме того, существует вариант возврата дела в Минюст из-за выявленных нарушений.

Напомним, в декабре 2017 года Минюст внес Объединение перевозчиков России, выступающее против «Платона», в реестр НКО, выполняющих функции «иностранного агента». По мнению ведомства, ОПР имеет политические цели и зарубежное финансирование — ранее организации поступили четыре частных пожертвования из Германии до 1000 евро каждое.

Председатель Объединения перевозчиков России Андрей Бажутин рассказал медиапроекту СОЛЬ, почему не согласен со статусом «инагента», и объяснил, откуда взялись «политическая деятельность» и «зарубежное финансирование».

Андрей Бажутин — председатель Объединения перевозчиков России

Если мы получаем финансирование из-за рубежа и ведем политическую деятельность, то должны сами прийти в Минюст и признать себя «иностранным агентом». Мы не признаем себя «иностранным агентом», соответственно, мы эту информацию и не дали. Так вот они сейчас, после признания нас «иностранным агентом», инициировали дело, чтобы нас оштрафовать. Все банально просто, формально и смешно. Но адвокаты работают. Будет суд, будем смотреть, что как дальше будет складываться.

После конвертации эта сумма [поступившая как частное пожертвование из Германии] составила 247 тысяч рублей. Мы об этом говорим, и говорим абсолютно откровенно. Мы даже попытались связаться с этими людьми, кто делал пожертвование. Чтобы, если они действительно делали это честно, их поблагодарить. Если нечестно — понять, что это была спланированная акция. Мы смогли связаться с женами некоторых «товарищей», которые вообще не в курсе этой ситуации. Поэтому мы уже пришли к выводу, что это была провокация.

Но при всем при этом, [для признания «иностранным агентом"] должна быть еще совокупность [факторов], должно быть еще занятие политической деятельностью. Вот как занятие политической деятельностью можно расценить что угодно. По мнению Минюста, сегодня пить чай вдвоем за столом — это уже политическая акция. Поэтому нас и признали ["иностранным агентом"]. Но никакой политической деятельности реально мы не вели. И поступившие как пожертвования деньги даже не были потрачены на символику или на что-то, они были потрачены на пробег, который популяризировал саму организацию, профессионально направленную, Объединение перевозчиков России. Поэтому, еще раз повторяю — вот это все надумано, и надумано было перед выборами, надумано это было по дальнейшим нашим действиям, которые, в большинстве случаев, заключаются в работе по решению проблем внутри транспортной отрасли.

Если мы себя не считаем «иностранными агентами» и не ведем никакой деятельности в пользу иностранных государств, почему мы должны прийти и себя признать «иностранным агентом»? Законодательство кривое — вот так вот оно написано, и получается, что у нас практически каждый гражданин — «иностранный агент». Насколько вы знаете, в ближайшем будущем, скорее всего, будет принят закон о том, что уже не организации, а граждан даже могут признавать «иностранными агентами»… Я думаю, что патриоты останутся только в Кремле, а все остальные граждане будут «иностранными агентами».

За все это время, за два года [сколько существует протестное движение], мы направляли вопросы в Минтранс, в правительство, чтобы состоялась встреча, круглый стол, рабочая группа, как угодно, в каком угодно формате — чтобы обсудить вопросы отрасли. Ни правительство, ни Минтранс на эту встречу так и не пошли. Поэтому мы, со своей стороны, заявили о необходимости отставки правительства. Но надо понимать, насколько это политизировано. Экономический блок правительства занимается внутренней экономикой в стране. Это правительство не хочет разговаривать с конкретными представителями отрасли. Соответственно, почему это [требование отставки правительства] обозначено как политическая деятельность? Это в рамках экономической деятельности. Если орган в лице правительства, регулирующий работу отрасли через Минтранс, не хочет никаких диалогов, мы потребовали отставки. Где здесь политика? Косвенно она есть, но напрямую — мы не выходили на митинги, не кричали об отставке правительства, это взято с нашего ресурса. Да, это мнение организации, но это не занятие политической деятельностью.

В течение года, если к нам не поступит ни одного платежа из-за рубежа — мы вообще закрываем валютный счет, и даже если мы теперь уже будем вести политическую деятельность, но не будет этой совокупности факторов, с нас законодательно должны будут снять статус «иностранного агента». Мы на протяжении всего времени будем добиваться этого.

Я еще раз повторяю, что законодательство, в частности по «иностранным агентам», написано непродуманно, неграмотно и неправильно, у нас уже даже какие-то медицинские и инвалидные организации признают «иностранными агентами». При этом мы вынуждены соблюдать законодательство, мы его будем соблюдать, мы будем выплачивать штрафы. Но при всем при этом, если в юрисдикции Российской Федерации нам не удастся оспорить ничего, — мы полагаем, что судебная система у нас тоже не совсем самостоятельна — то, я надеюсь, что Европейский суд [по правам человека] рассудит все эти вопросы уже окончательно, и тогда все станет ясно.

UPD: 19 января

Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга вернул в Минюст дело Объединения перевозчиков России. Как полагает представляющий интересы ОПР юрист Алексей Глухов, судья мог заметить, что протокол об административном правонарушении был составлен без надлежащего уведомления организации.


                            Алексей Глухов - юрист международной правозащитной группы «Агора»

«Письмо с приглашением на составление протокола было доставлено спустя несколько дней после даты составления. Более подробные данные можно будет узнать из самого определения суда. Это означает, что Минюст вынужден будет инициировать повторное составление протокола. Также Минюст может обжаловать решение суда о возврате материалов или вовсе отказаться от привлечения ОПР к ответственности».

Алексей Глухов — юрист международной правозащитной группы «Агора»

Яндекс.Новости

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments