Telegram-канал

Гражданские активисты и наркотики: «Три случая в Чечне — это уже система»

Гражданские активисты и наркотики: «Три случая в Чечне — это уже система»

Руководитель чеченского отделения правозащитного центра «Мемориал» Оюб Титиев задержан сотрудниками полиции. Об этом 9 января сообщил официальный сайт организации.

Позже МВД Чеченской Республики опубликовало информацию, что в машине Титиева обнаружили «полимерный пакет с веществом растительного происхождения со специфическим запахом марихуаны весом примерно 180 граммов». Изъятое вещество направлено на исследование в республиканский Экспертно-криминалистический центр МВД.

Председатель Совета при президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека не исключил, что Титиеву могли подбросить наркотики из-за его правозащитной деятельности. По словам Михаила Федотова, выяснять это должен Следком.

О том, насколько для Чечни и России в целом характерна ситуация, когда активисты или правозащитники подвергаются уголовному преследованию из-за наркотиков, журналистам медиапроекта СОЛЬ рассказал юрист и правозащитник Павел Чиков.

Павел Чиков — председатель международной правозащитной группы «Агора»

Я, наверное, могу вспомнить несколько случаев, связанных с наркотиками и гражданскими активистами, за последние десять лет. Первая история, которая приходит на ум, связана с Артемом Лоскутовым из Новосибирска, автором «Монстрации», свободным художником и так далее. У него было уголовное дело — хранение марихуаны. Чем там закончилось, честно говоря, не помню, там не наш адвокат работал, но в тюрьме он [Лоскутов] не сидел. И он, насколько помню, вину не признавал и говорил про незаконные действия со стороны милиции в отношении него. У него было жесткое противостояние с местной на тот момент еще милицией.

Вторая известная, громкая история — уголовное преследование Таисии Осиповой в Смоленске, которая жена — была, по крайней мере — одного из руководителей «Другой России», нацбола Фомченкова. Она тоже была нацболкой, рьяная активистка и прочее. Ее осудили за сбыт, она получила сначала десять лет, потом ей сократили срок до восьми лет, потом она вышла условно-досрочно, отбыв не меньше шести лет в следственном изоляторе и колонии. И нет никаких сомнений в том, что там не было никакого сбыта. Более того, все свидетели обвинения были бывшими активистами «Молодой Гвардии Единой России», и задерживали ее оперативники Центра противодействия экстремизму, что свидетельствует о том, по чьему ведомству она проходила. Вину она не признавала и заявляла о том, что наркотики были подброшены.

Следующая история — активиста Николая Ламбина из Тюмени обвинили в хранении наркотиков после акции на Болотной площади 6 мая 2012 года. Он из Тюмени приехал участвовать, после возвращения его задержали, обвинили… И Осипову, и Ламбина защищали наши адвокаты [правозащитной группы «Агора», — прим. редакции]. Дело Ламбина было прекращено.

Еще одна очень интересная история была в Сочи, когда гаишники подбросили наркотики местному журналисту Николаю Ярсту. И еще одному, там было два журналиста — в машину [подбросили наркотики], при похожих с Титиевым обстоятельствах. Уголовное дело было возбуждено, а затем прекращено по реабилитирующим основаниям. Потом эти два журналиста уехали и получили политическое убежище в США…

Пятая история — Руслана Кутаева. Это известная история, про которую много было сказано. [Как сообщало следствие, у президента Ассамблеи народов Кавказа Руслана Кутаева нашли три грамма героина. Суд приговорил его к четырем годам лишения свободы, позже наказание сократили на два месяца. Защита уверяла, что дело сфабриковано, — прим. редакции].

И еще в Чечне была история с журналистом Жалауди Гериевым [В сентябре 2016 года приговорен к трем годам колонии по обвинению в хранении марихуаны. Гериев заявлял, что наркотики ему подбросили, летом 2017 года он подал жалобу в ЕСПЧ. Правозащитники признали журналиста политзаключенным, — прим. редакции].

Две истории были в Чечне с наркотиками, третья — с Титиевым. В целом, учитывая, что мы последние 12 лет плотно занимаемся защитой гражданских активистов и мониторим все происходящее, можно сказать, что это — очень мало, это редкие-редкие случаи в масштабах страны. И если учитывать, что из семи случаев — три были в Чечне, три раза снаряд упал в одну и ту же воронку. Что вызывает очень большие сомнения. Три раза — это уже система.

Это в 90-х годах была стандартная практика — положить патрон или наркотик для дополнительной квалификации к чему-то еще. Ну, то есть так, для подстраховки. Милиционеры, оперативники это довольно часто делали. Потом эта практика сошла на нет, слава богу. Ну, вот в Чечне ее пытаются восстановить.

Я, кстати, не исключал бы связи [дела Титиева] с недавним назначением начальником ОВД города Грозного якобы какого-то родственника Рамзана Кадырова, который раньше возглавлял как раз наркотическое ведомство [грозненское управление по борьбе с наркотиками — прим. редакции].

В Чечне есть еще один элемент, связанный с исламом и с тем, что наркотики воспринимаются как очень дискредитирующая любого мусульманина история. Если бы у Титиева обнаружили пистолет — для любого чеченца пистолет вообще не нарушение. Наркотики — немножко другое. Это харам.

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments