ITunes

«Не существует способов объективно измерить коррупцию. Потому что коррупция — явление скрытое»

«Не существует способов объективно измерить коррупцию. Потому что коррупция — явление скрытое»

Transparency International в девятый раз опубликовало данные «Барометра мировой коррупции». Эксперты международного движения исследовали коррупционные явления и отношение к ним общества. В частности, выяснилось, что примерно каждый третий россиянин дает взятки. В эфире радио СОЛЬ пресс-секретарь «Трансперенси Интернешнл — Россия» Артем Ефимов рассказал, почему нельзя объективно измерить коррупцию и какие шаги делает Россия на антикоррупционном пути.

Артем Ефимов — пресс-секретарь «Трансперенси Интернешнл — Россия»

Рейтингов коррупции не существует, потому что не существует способов объективно измерять коррупцию. Все, что мы можем измерить — индексы восприятия. То есть мы можем спросить простых людей на улице, экспертов, политиков, чиновников — что вы думаете про коррупцию в России. И все. Мы не можем ни в деньгах, ни в количестве взяток объективно посчитать, потому что коррупция — явление скрытое. Мы про нее узнаем, когда что-то идет не так. Когда коррупционная сделка проходит с взаимным удовлетворением сторон, мы про нее, скорее всего, никогда не узнаем. Поэтому мы вынуждены судить о ней по косвенным признакам.

Но надо сказать, что и по индексу восприятия коррупции, и по «барометру мировой коррупции», и по огромному количеству других подобных исследований — про уровень счастья в мире и т. д. — Россия неизменно находится где-то в середине. Мы, с одной стороны, не прекрасная, благополучная Северная Европа, но и не Субсахарская Африка. Мне когда-то один социолог говорил, что россияне — среднестатистические земляне. В этом качестве мы и продолжаем существовать по «барометру мировой коррупции».

С точки зрения законодательства, в России заметен прогресс. За довольно короткое время антикоррупционное законодательство очень сильно улучшилось. Например, понятие «конфликта интересов» появилось в нашем законодательстве сравнительно недавно, и его стали применять. Этой осенью Минтруда внесло в Госдуму законопроект о защите заявителей о коррупции. Он будет защищать людей, которые заявили о коррупции по месту своей работы — от неправомерного увольнения, от мести со стороны работодателя. Огромное количество таких законодательных инструментов появились и продолжают появляться.

Но, как это обычно бывает, помимо законодательной работы есть еще правоприменительная практика, которая хромает и страдает. Она избирательна — зачастую, следователи, прокуроры, судьи просто не умеют обращаться с теми антикоррупционными инструментами, которые законодатель им дал. Они не хотят этим заниматься. Плюс все эти годы стабильности привели к общественной апатии. Поэтому, даст бог, будет закон о защите заявителей о коррупции — но были бы заявители. Они, конечно, есть, но их гораздо меньше, чем могло бы быть.

Но Москва не сразу строилась — всегда и везде очень долгий, сложный муторный процесс, в котором неминуемы откаты, периоды застоя, когда ничего не происходит, и всем кажется, что все плюнули на эту коррупцию. Потом опять что-то начинает происходить. Это происходит многими десятилетиями. Невозможно принять какой-то один закон, назначить одного прокурора, который немедленно победит всю коррупцию. Этот процесс требует времени и сил.

Культурная пятница

Понравилась статья? Поделись с друзьями!

comments powered by HyperComments